Секреты любви

      Прошла неделя, Юнги не давал о себе знать. Чимину пришлось признать, что он держит слово. Возвратившись однажды домой, он обнаружил, огромную корзину цветов, и надежда вновь вспыхнула в нем. Пока Чим вынимал из конверта открытку, Берта оживленно суетилась, но сразу притихла, заметив расстроенное лицо друга.       — Видимо, цветы не от того, по кому ты сохнешь?       — Боюсь, что нет, — ответил Чим с видимым безразличием. — Это подарок от одного мужчины, с которым я недавно познакомился.       — Хорош собой?       — Не совсем в моем вкусе. Хотя, думаю, он неплохой человек.       Цветы, к изумлению Чимина, прислал капитан Сидни Круз. В открытке, которую он пытался держать подальше от любопытных глаз подруги, выражалось искреннее сожаление по поводу событий в Тегу. А он так надеялась, что букет прислал Юнги! Чим пригласил родителей на выходные в свою городскую квартиру. Берта собиралась на уик-энд, и перспектива остаться один на один с мрачными мыслями Чимина не устраивала. Однако доктор Пак приехать не смог — он замещал своего бывшего коллегу, который уехал в отпуск. Вот тебе и пенсия! — невесело подумал парень. Но миссис Пак все-таки навестила сына.       — А я надеялась, что ты выберешься к нам, — сказала она Чиму, — пока поместье еще принадлежит нашей семье.       Чим вздохнул:       — Мне бы очень хотелось, но при известных обстоятельствах лучше пока держаться в стороне. Ты видела Юнги? — не удержался он от вопроса, мучившего его с первой минуты встречи.       — Твой отец встречался с ним. Строители уже начали реконструкцию, так что дел полно.       — Получил от Эми письмо, — сообщил парень. — Она поправилась, скучает по Джет и своему Чиму.       Миссис Пак внимательно посмотрела на сына:       — Дорогой, ты выглядишь гораздо лучше. Надеюсь, ты хорошо питаешься?       Парень кивнул.       — Берта прекрасно готовит.       — Ты будешь скучать, когда она уедет от тебя. Что ты намерен делать? Дашь объявление, что ищешь соседа по квартире?       — Поживу какое-то время один. Хосок выплатил мне аванс, когда я вернулся в фирму, так что справлюсь. — Чимин грустно улыбнулся. — Думаю, сейчас незнакомому человеку станет со мной скучно.       — А как поживает Берта?       Пак немного повеселел.       — О, она так влюбилась, что витает в облаках!       — А ты так влюбился, что летишь в бездну, — заметила миссис Пак.       Парень побледнел и испуганно посмотрел на мать.       — Неужели заметно?       — Мне — да. — Миссис Пак наклонилась над столом и положила ладонь на руку сына. — Мин Юнги убедил нас, что сделал все возможное, чтобы ты согласился выйти за него замуж. Но ты ему отказал. Мне тяжело смотреть на тебя. Неужели нельзя ничего сделать?       — Если бы Юн снова попытался связаться со мной, я бы поступился своей гордостью и постарался не думать о том, что он меня не любит. — Чим смотрел на мать, не скрывая своего несчастья. — Однако он не объявился.       Миссис Пак вздохнула.       — Дорогой, я не хотела сообщать тебе о неприятностях, тем более что и Юнги просил меня молчать...       — О чем ты, мама? Что случилось? — встревожился Чимин.       — Ничего непоправимого. Просто Мин заразился гриппом от дочери и слег после того, как поговорил с тобой. Он ужасно стеснялся своего состояния, словно болезнь — страшный проступок. Бедные Доны сбились с ног, а твой отец приходил к нему чуть ли не каждый день, потому что у Юнги аллергия на антибиотики, которые ему прописали от бронхита.       — От бронхита? — ужаснулся парень.       — Ну да, грипп часто дает подобное осложнение. В общем, Юнги очень болел.       — И ты ничего не сказала мне? — Чим в отчаянии всплеснул руками.       — Юн просил хранить тайну. — Миссис Пак вздохнула. — И я проговорилась только потому, что не могу видеть твой страдальческий взгляд. Но я полагаю, что он не стал бы звонить, раз ты дал ему отставку. Он очень самолюбив, его уже бросила одна женщина, не забывай, второй отказ ему нелегко пережить.       — Да, такое предположение не давало мне покоя, — виновато признался Чим. — Я постоянно подходил к телефону, но так и не решился позвонить.       — У меня есть замечательное предложение, — решительно сказала мать. — Возвращайся со мной в Тегу.       Сын растерялся.       — Ты намекаешь, что нужно навестить Юнги?       — Как пожелаешь. Но Эмилия приезжает завтра, и, откровенно говоря, Юн пока не в состоянии уделить ей внимание. Поэтому я попросила Мина согласиться на то, чтобы девочка какое-то время пожила у нас. Ты бы мог очень помочь.       Чимин кинулся упаковывать вещи.

***

      Поздно вечером Чимин лежал в маленькой спальне родительского дома. Но уснуть не удавалось — ведь Юнги был так близко! И постель напоминала о том, как страстно он любил его здесь однажды. Парень проворочался с боку на бок, так и не сомкнув глаз. Он поднялся рано и, стараясь не шуметь, спустился на кухню и столкнулся с отцом.       —Здравствуй, папа! Ты выглядишь усталым. Хочешь чаю?       Доктор Пак зевнул.       — Выпью, и не одну чашку.       — Как Юнги? — спросил Чим.       — Я заходил к нему вчера вечером, выглядит он гораздо лучше, но общаться с Эмилией ему рановато.       Парень так и не решился спросить, можно ли ему навестить Мина. Он сел за стол напротив отца и заговорил о реконструкции соседского дома, но доктор Пак видел сына насквозь.       — Послушай, если ты намерен пойти к Юну, то сначала спроси разрешение, он чувствует себя довольно паршиво. Возможно, ему не захочется никого видеть, кроме Эмилии.       — Однако на новоявленную миссис Сноу табу, разумеется, не распространяется? — не удержался от ревнивого замечания Чимин.       — Ты о Санни? — Отец презрительно фыркнул. — Она, видите ли, слишком устала. Как я понял, девочку привезет отчим.       Набрав номер Минов, Чимин тепло поздоровался с миссис Дон и поинтересовался здоровьем Юна. Затем он отправился в спальню и присел на заветную скамеечку под окном, оттуда открывался вид на соседнее поместье. В полдень в ворота въехал большой незнакомый автомобиль.       — Эми вернулась! — закричал парень, влетая на кухню.       — Пусть она сначала увидится с отцом, миссис Дон и, конечно, с Джет. А я пока подготовлю ланч.       Когда Чимин увидел маленькую фигурку в ярком розовом пальтишке, бегущую ему навстречу с Джет на поводке, его захлестнуло чувство необъяснимой радости. Мистер Дон едва поспевал сзади с чемоданами.       — Чим! Чим! — вскрикнула Эмилия и, бросив поводок, кинулась в объятия Чимина.       Щенок сразу юркнул на кухню. Паки от души смеялись. Мама украдкой смахнула слезу, наблюдая за встречей сына с Эми Мин.       — Да ты загорела! — воскликнул Чимин, часто моргая глазами. — Ты хорошо отдохнула?       Эми наморщила носик.       — Нормально, но я очень скучала по тебе и папе. А у мамы постоянно болела голова, — добавила Эми, пожимая плечиками, — поэтому я играла с детьми, которые гуляли с нянями. Мне нравится у вас! — весело щебетала девочка. — Скоро папа привезет меня сюда навсегда. Чим, а ты тоже останешься здесь?       — Всем не хватит места, ведь Доны тоже переедут, — нашелся Чимин.       — Нет, — возразила Эми, — они останутся на старом месте.       — Понятно. — Парень обнял Эмилию, ласково глядя на ее загорелое личико. — Дорогая, ты же знаешь, что у меня есть квартира в Сеуле, где я работаю. Но я буду часто навещать тебя, обещаю.       Губы девочки дрогнули.       — Но я хочу, чтобы ты остался с нами, Чим.       Чимин ущипнул Эми за кончик носа.       — Не могу, дорогая. Но, возможно, папа позволит тебе приезжать ко мне на выходные. Мы будем ходить по магазинам, в кино...       — Ты поссорился с папой? — обескуражила его Эми неожиданным вопросом. — Он болел гриппом, как и я. Ты заходил к нему?       Парень откашлялся.       — Еще нет. Возможно, он никого не желает видеть. Как он себя чувствует?       — Лежит в постели, — взволнованно сообщила девочка, — но после обеда думает подняться. Я собираюсь к нему. Пойдешь со мной?       — Ты спроси разрешения насчет меня, — сказал Чимин.       — Папа непременно захочет увидеть тебя, — обиделась девочка и вдруг решительно заявила: — Хочу кушать!

***

      После ланча Чимин с Эмилией отправились в сад.       — Смотри! — вдруг крикнула Эми, помахав рукой. — Папа смотрит на нас из своей спальни.       Парень, покраснев до ушей, бросил на окно мимолетный взгляд.       — Действительно. Давай отведем Джет домой, а ты навестишь папу.       Чуть позже Чимин пошел на кухню и, поговорив с миссис Дон, наконец, решился спросить:       — Как чувствует себя Юнги?       — Гораздо лучше, — ответила та, внимательно глядя на Чимина. — Он чуть с ума не сошел, узнав, что ты уехал. Если бы не грипп, уверена, он бы кинулся за тобой. Мы с большим трудом уложили его в постель. Потом ему стало хуже от антибиотиков. Счастье, что твой отец оказался дома.       Вернулась явно погрустневшая Эмилия.       — Папа хочет чаю.       — Сию минуту, моя красавица.       Домоправительница быстро встала и наполнила водой чайник.       Чимин, волнуясь, обратился к девочке:       — Ты не забыла спросить папу, хочет ли он меня видеть?       Она горестно кивнула:       — Он ответил, что не совсем здоров, чтобы принимать гостей. Он разрешил приходить только мне.       парень старался скрыть, как расстроил его отказ Юнги.       — Его можно понять, грипп — очень неприятная болезнь. До встречи, миссис Дон!       Сочувствующий взгляд домоправительницы чуть не довел его до слез. Чим вышел в сад, впервые ощущая себя отвергнутым.

***

      Чимин вернулся в Сеул в понедельник утром. Прощание с Эмилией было поистине душераздирающим. Несмотря на то, что отец поправился, девочка решительно не желала покидать дом Паков и тем более расставаться с Чимом.       — Я обязательно вернусь в следующую пятницу, — обещал парень, крепко обнимая расстроенную Эми. — Мы проведем вместе выходные, если папа согласится.       В поезде Чимин смотрел в окно на проносящиеся мимо залитые солнцем поля. Ему не верилось, что Юн, поправившийся настолько, чтобы играть с дочерью и принимать неофициальные визиты доктора, наотрез отказался видеть мистера Пака. Он дал ясно понять, подавленно размышлял он, что не желает меня знать. Юн дождался своего часа и отомстил. Что ж, как говорится, отказ за отказ.       Чим пытался разозлиться, но ему не удалось. Перед глазами постоянно стояла темная фигура Юнги, выглядывавшего из окна. Он уехал, так и не повидав Мина!

***

      Прошло несколько дней. Стараясь заглушить мысли об Юнги, Чимин принял приглашение Хосока пообедать.       — Не беспокойся, мы просто посидим вдвоем, — заверил он парня.       Одинокий вечер в квартире не сулил ничего приятного, и Чим согласился. Но, погрузившись в горестные воспоминания, он рассеянно ел все подряд. По дороге домой почувствовал себя плохо — в желудке возникла резь, его подташнивало.       — Господи, — всполошился Чон, проводив парня до двери, — надеюсь, у тебя не аппендицит?       — Нет, — с трудом выдохнул он, — должно быть, я съел какое-то блюдо с луком.       — Черт! — Хосок почти волоком дотащил его до квартиры. — Я и забыл о твоей аллергии. Не выходи завтра на работу, отлежись. — И, попрощавшись, он поспешно удалился.       Несмотря на неутихающую боль, Чимин улыбнулся. Из великодушного Хосока никогда не получится сиделка. Он чем-то похож на Санни, только благороднее. Ночь прошла в мучениях. Чим знал, что лучше ничего не предпринимать и терпеть до следующего дня.       Утром он с трудом поднялся и побрел на кухню. Берта, цветущая как майская роза, заваривала чай. Увидев измученное бледное лицо друга, она ахнула:       — Господи, Пак, это ты или твоя тень? Нездоровится?       — Да, опять аллергия.       — Не повезло. Полегчало хоть немного? Завтракать будешь?       Чимин и думать не мог о еде.       — Нет, спасибо. Но я бы выпил чаю.       Когда Берта ушла, Чим лег, захватив несколько книг. Он включил радио, чтобы не прислушиваться к тишине. Раздался звонок — принесли еще одну корзину с цветами, на этот раз от Хосока. В открытке содержалось желание скорейшего выздоровления. Ближе к обеду парень набрал телефон матери и рассказал о своей беде.       — Ты выпил лекарство?       — Да. Сейчас мне лучше. Как поживает Эмилия?       — Прекрасно. — Мама помолчала в нерешительности. — Юнги тоже поправляется. Он приходил с визитом вежливости, благодарил, что мы присмотрели за его дочкой.       — Он спрашивал обо мне?       — Нет, дорогой. Он был буквально минуту, занимается проектом, так что забот хватает.       Чим устало потер глаза.       — Конечно, я понимаю. Видимо, мне пора вернуться на ложе печали и слез. Передавай привет Эмилии, скажи, что в пятницу обязательно увидимся.       На следующий день парень появился на работе, несмотря на легкое недомогание. Но в целом, к великому облегчению Хосока, казался в порядке. Однако к вечеру он почувствовал себя неважно и отправился домой. Принял ванну, завернулся в махровый халат и занялся ужином. Открыв банку с грибным супом и поджарив тосты, Чим достал книгу и без особого аппетита принялся за еду.       От резкого телефонного звонка он вздрогнул. Чимин раздраженно схватил трубку.       — Слушаю.       — Чим?       Он чуть не задохнулся от неожиданной радости.       — Чимин? — настойчиво повторил самый дорогой голос на свете. — Это Юнги.       Неужели он мог подумать, что он его не узнает!       — Что тебе нужно? — спросил парень не очень приветливо.       — Хочу тебя видеть. — Мин помолчал и не дожидаясь ответа добавил: — Я не отниму у тебя много времени. Я рядом с твоим домом.       Чимин открыл дверь, и сердце его больно сжалось. Юн выглядел осунувшимся и похудевшим, под глазами темные круги. Однако, как всегда, был подтянутым и спокойным, в знакомом твидовом пиджаке и ботинках на толстой подошве, словно родился в такой одежде. Чим едва сдержался, чтобы не броситься в его объятия.       — Здравствуй, — спокойно сказал он.       — Привет, — буркнул парень, не выразив большой радости. — Какой сюрприз! Ты поправился?       Мин кивнул.       — Можно войти?       — Конечно. — Он провел его в гостиную. — Я ужинаю. Присоединишься?       — Нет, спасибо, я ненадолго.       — Тогда давай отправимся на кухню, я закончу трапезу.       Чимин храбрился изо всех сил. В действительности, как только Юнги переступил порог квартиры, у него пропало желание дожевывать тосты.       — Твоя мать сказала, что тебе нездоровилось... что-то с желудком. Ты очень бледный. Вызывал доктора? — интересовался гость.       Он слабо улыбнулся.       — У меня родители — врачи, забыл?       — Да, глупый вопрос.       Чим собрал посуду и сложил ее в раковину.       — Лучше пока не рисковать. Но я заварил чай. Может, выпьешь? Или пиво?       — Чай.       — Итак, что привело тебя в Сеул? — спросил Чимин, когда они сели за стол.       — Приехал навестить тебя.       — Неужели? На прошлой неделе ты не пожелал меня видеть.       — Однако это случилось до того, как я кое-что выяснил, — спокойно ответил Юн.       — И что же?       — Нет смысла притворяться, ты прекрасно знаешь, что я имею в виду.       — Представь себе, даже не догадываюсь, — рассердился Чимин. — Если ты приехал позлорадствовать, потому что тебе не терпится отыграться, то ты преуспел.       Мин нахмурился.       — Отыграться?       — Не смеши меня. — Парень вскочил, затягивая потуже пояс халатика. — Здесь прохладно.       — Повтори! — повысил голос Юнги, тоже поднимаясь из-за стола.       — Я сказал, что в другой комнате теплее, — сдержанно ответил Чимин и с оскорбленным видом направился в гостиную к своему любимому креслу. — Закрой, пожалуйста, дверь.       — Что значит отыграться? — повторил Мин, присаживаясь на край стула.       Он раздраженно пожал плечами:       — Когда ты отказался встретиться со мной, я решил, что ты отомстил мне за отказ выйти за тебя замуж.       — Так вот как ты думаешь обо мне? По-твоему, я настолько низко пал? Хочешь знать правду? Я чувствовал себя отвратительно, и мужское самолюбие не позволяло мне предстать перед тобой в столь жалком виде. Эмилия передала, что ты вскоре приедешь, и я надеялся окончательно поправиться.       — Понятно, — тихо промолвил парень.       Итак, его герой Юнги— обыкновенный смертный, не чуждый мелкого тщеславия. Он испытующе посмотрел ему в глаза:       — Если тебя поставили в известность о моем визите, почему ты появился сегодня?       — Потому что ты заболел!!!       — Возможно, то, что произошло между нами в спальне, не имеет для тебя никакого значения, но меня преследуют воспоминания о нашей близости. Я просто схожу с ума. Чертовски глупо, не правда ли?       — Вовсе нет.       Юнги напрягся как струна, пристально глядя на Чимина.       — Значит, тебе не безразлично?       Бледное лицо парня вспыхнуло ярким румянцем.       — Я не забыл, но...       — Но продолжаешь настаивать на том, что не имеешь ни малейшего представления, почему я беспокоюсь? Твоя мать передала мне, что у тебя какое-то желудочное заболевание...       — Не совсем... — попытался объяснить Пак. Почему ты так странно смотришь на меня? Почувствовал облегчение?       Юнги вскочил на ноги, сердито глядя на парня сверху вниз.       — Черта с два! Или ты никогда не видел разочарованного мужчину? Я бы заставил тебя выйти за меня замуж!       — Я никогда не сделаю то, чего не хочу.       Мин так побледнел, что парню стало стыдно. Он вскочил с кресла и взял его за руку:       — Ты очень обидел меня, когда я хотел навестить тебя. Вот мне и захотелось отплатить тебе тем же. Пойми, мне не чужды обыкновенные слабости.       — И мне тоже, — ответил Юн странно охрипшим голосом и так резко притянул парня к себе, что он буквально упал ему на грудь. — Видимо, только таким способом я могу достучаться до тебя. — Он наклонился и жадно поцеловал Чимина в губы. Первое же прикосновение напрочь смело сомнения Пака в истинной природе чувств Мина. Он понял, что Юн желает его.       — Теперь уже неважно, — прошептал Чимин, когда Юн усадил его к себе на колени.       — Что неважно?       Он поцеловал парня в шею, и он задрожал. Юнги тихо спросил, не холодно ли ему, и Чимин, в свою очередь, доказал поцелуями, что он ошибается. Мин бережно уложил его на подушки. Его руки осторожно распахнули халат, и нашли его упругую грудь. Юн снова закрыл его рот поцелуем, когда Чим попытался что-то объяснить. Через мгновение он уже не понимал, как мог отказать Мину, если в его власти дать ему очень многое.       — Господи, я совсем забыл, — вдруг опомнился Юнги, оторвавшись от его губ и с трудом переводя дыхание. — Тебе же нездоровилось!       — Тебе тоже, — прошептал Чим, сильнее прижимаясь к нему.       — Значит, я крайне нуждаюсь в чудодейственном лекарстве, — согласился Юн и снова поцеловал парня. — И только ты, дорогой, можешь мне его прописать — для регулярного приема на всю оставшуюся жизнь.       — Именно этот вирус и одолел тебя?       Пак светился от счастья. Юнги, глядя на его лицо, шутливо зажмурился, будто от солнечного луча.       — Надеюсь, да. — Он снова начал целовать Чимина. — Почему ты отказал мне, дорогой? Впрочем, можешь не отвечать. Я все равно женюсь на тебе, даже если мне придется тащить тебя силой, связанного по рукам и ногам.       Обрадованный решительным настроем любимого, парень, не говоря ни слова, осыпал его поцелуями.       Чуть позже Юнги вернулся к своему вопросу.       — Ты не сказал самого главного, — промолвил Чимин.       Он поднял голову и посмотрел в его раскрасневшееся лицо.       — И что же я упустил?       — Ты не признался, что любишь меня. Правда, — торопливо добавил Чимин, — это для меня не имеет значения. Важно другое — я небезразличен тебе и привлекаю как парень.       — Уж не хочешь ли ты сказать, что сомневаешься в моей любви? — решительно перебил его Юнги.       Он молча кивнул.       Мин вскочил на ноги и, поспешно скинув пиджак, лег на диван рядом с парнем.       — А что я, по-твоему, имел в виду, когда рассказывал о своих переживаниях, когда ты прыгнул с обрыва? Я дал ясно понять, что часть моей души ушла вслед за тобой. И почему я чуть не убил капитана?       — Но ты никогда не говорил так, как сейчас.       — Мне и в голову не приходило, что я должен объяснить свои поступки.       — А как же иначе, — мягко упрекнул его Чимин. — Если бы ты еще тогда открылся, нам не пришлось бы столько страдать. — Он спрятал лицо у него на груди. — И потом Санни недвусмысленно намекнула, что ваши отношения не закончились.       — Сан жаждет, чтобы вокруг нее постоянно вились мужчины, дорогой. — Юн неожиданно рассмеялся. — Кстати, ты слышал, как вспоминает Эмилия о своей поездке?       — Ты имеешь в виду, что она провела время в компании детей и их нянь?       — Я отчитал новоявленную миссис Сноу по телефону и твердо заявил, что если она не может заниматься воспитанием дочери, то пусть оставит ее навсегда со мной, навещая лишь по выходным.       — Но она мать, — возразил Чим, стараясь быть справедливым.       — Санни родила Эми по чистой случайности. Я не решаюсь сказать, что она совсем не любит дочь, но предпочитает выражать чувства чисто теоретически. Так, если нужно наклеить пластырь на разбитую коленку и встать ночью, она пошлет кого-нибудь другого. — Юнги осторожно взял парня за подбородок и повернул к себе. — Эмилия, естественно, любит мать, однако тебя она тоже любит, и я, слышишь, тоже очень люблю тебя. Так что кончай со своими глупостями и выходи за меня замуж.       — Вы приказываете, господин майор? — улыбнулся Чимин.       — Если я скажу «да», ты подчинишься?       Мин с улыбкой глядел на парня, наматывая на палец прядку его светлых волос.       — В первый и последний раз, Мин Юнги. А потому учти на будущее — я выполняю только просьбы, а не приказы.       — Согласен. — Юн провел рукой по его губам и вздохнул. — Если я начну целовать тебя, я потеряю голову, а мне пора уходить.       — Но еще рано, — запротестовал Чимин.       — Если я задержусь хоть на минуту, ты знаешь, что может случиться.       — Признаться, я на это и рассчитываю.       — О, в таком случае... — Он жадно поцеловал его, но вдруг поднял голову. — Где твоя подруга? Вдруг она зайдет поболтать с тобой? После того случая, когда неожиданно вернулись родители, я стал опасаться...       Пак рассмеялся:       — Берта у жениха. Они красят стены в своей новой квартире.       — Работящая девушка, — шутливо отметил Юнги. — А как ты относишься к кисти и швабре?       — К сожалению, я не специалист.       — Жаль. Но не горюй, у тебя масса других достоинств. Ты очень красив, превосходно ладишь с Эмилией, хорошо готовишь. К тому же ты смелый, и на тебя можно положиться в критической ситуации. Однако главное, — подчеркнуто добавил он, — я просто не могу жить без тебя.       Чимин смотрел на Юна влюбленными глазами и не верил, что слышит эти слова наяву. Но вместо того чтобы растаять в его объятиях, он довольно чувствительно толкнул Мина в бок.       — И почему ты не сказал это раньше? Право, не знаю, стоит ли мне так легко сдаваться. Пожалуй, я передумаю и заставлю тебя помучиться в ожидании ответа.       Юн крепко прижал парня к себе и прошептал:       — Посмей только! Я унесу тебя. И можешь вопить, брыкаться, сколько хочешь — не поможет. Я запру тебя в своей спальне и буду держать до тех пор, пока ты не скажешь «да». Предупреждаю, когда дело доходит до осады, я куда более опасный противник, чем Сидни Круз. Ты не выйдешь из дому, если не выбросишь белый флаг.       — И ты станешь меня кормить?       — Пожалуй, пара черствых сандвичей тебе перепадет, мой дорогой, но я закроюсь в комнате вместе с тобой и буду любить тебя, но своего добьюсь.       Чимин счастливо улыбнулся и обвил руками его шею.       — Меня восхищает ваша стратегия, майор. Вы не оставляете мне ни единого шанса к отступлению. Но если я соглашусь сейчас, вы не откажетесь от осады? Она — самый лучший маневр во время медового месяца