Крыса I
В̴̢̽а̷̣͘ж̴̱͑н̷͕̎о̶͍̀!̵̟́ ̶̘̆Г̵̫̕о̷͕͂л̵̣̿о̴̧̋с̶̩̊о̵̡̔в̸̒͜о̴̩́й̴̨̄ ̷̤̐в̸͌ͅв̷̻̑о̶̨̉д̴͔̈́ ̸̻̃с̴̡̚ ̷̱̆п̸̬͛о̵̪̔м̵̫̆о̶̼̔щ̸̧̆ь̸͈͆ю̶̱̒ ̸̪́А̶̞͒с̴̌ͅс̷͉̎и̷̨̇с̶̗̏т̷̼̈́е̵͈̔н̸̛̰т̵͔̽а̶̤̄ ̷̮͝в̷̲̑к̴̝̉л̶͍̋ю̸͎͝ч̵͉͝е̷͍̽н̴̣̊ ̴͈̓п̴͓̅о̷̱̆ ̶̅͜у̸͔̍м̶̢̀о̷͍̏л̸̦̀ч̷̙̒ӓ̵̗́н̶̻̈́и̶̤̉ю̷̰͑,̸̹̀ ̸͓̋е̴̹̉с̴̘̇л̷̨̅и̶̭̓ ̵̻̀н̵͓̔а̸̗̂ ̵̘͌у̷̳̊с̶͎́т̶̩̈́р̵̠̋о̷̩̀й̴̭̋с̴̠̀т̸͙͝в̸̤̇е̴̼͊ ̴͚̈́н̷̲́е̵̂͜ ̵̩̀и̴͉̎с̴͇̕п̷̪̋о̴̢͒л̷̖͆ь̵̫̔з̶͕̉у̶͔̒е̸̹̄т̵̲͗с̷̢̓я̵̝́ ̵̨̆н̶͔̇е̴̲̅с̴̬͗к̵̩̐о̵̻͘л̷̥́ь̷̝̊к̸̠͂о̴͔͊ ̷͚͊я̸̛̰з̸̻͋ы̷̗̕к̴̙̽о̵̺̄в̶̼́.̴̨̓ ̸̈́ͅ
В̴̨͝ы̴̛̤ ̴̚͜м̷̰͒о̸͚̍ӝ̸̡́е̸̝̓т̴̦̈е̵͓̚ ̴̺̊в̶̡̈ ̶͚̓л̴̻͠ю̵̰̌б̷͖́о̷̰̎й̶̞̌ ̷͉̐м̵̗̇о̴̜̂м̵͇̕е̴̙̂н̵͈̀т̸̢̓ ̴̥̅о̴̗̐т̸͙̂к̴̞͋л̷̡͌ю̴̥͂ч̷̪͊и̸̡̉т̵̦̇ь̸̙̚ ̴͍͝э̸̝̿т̵̟̈у̸͇̀ ̸̺̉ф̸̨́у̶̪͐н̶̢̄к̵͖̾ц̴̖͘ӥ̶̗ю̷̓͜.̵̆ͅ
̴͔̉Ч̶̠͝т̶̘̇о̷̲̕б̵̢͌ы̵̮͆ ̶͇͛в̵̪̓к̵̨̂л̵̰͒ю̶͙̍ч̸̙͐и̷͖͗т̶̛͙ь̴̗̃ ̷͓̿г̸̪̓о̸͎͋л̸̖̌о̷̰̅с̵̜̀о̴̙̂в̶̻̈́о̸̡͐й̷̙͝ ̷̼̓в̷̛͜в̸̱̽о̴̥̿д̷̳̈́ ̵̤̒с̵͓̏ ̸̩͒п̵̗̐о̴̝̚м̴̻͆о̷̻̽щ̶̩̆ь̴͉͗ю̸̬̋ ̵̘͐А̷̙̀с̶̖̑с̷͇̊й̶̠с̸͎̒т̴̟̈́ӗ̵̲н̶͍̃т̵̭̈́а̸̝́,̵̛̫ ̷̬̕о̷̺̓т̸͉̚ќ̵͎р̴͖̆о̴̹̑й̸̳͒т̷̛̭е̵͙͠ ̷̼̊л̸͖̒ю̸͙̉б̵̨̒о̵͍̑е̴͙̽ ̷̡̓п̸̙̅р̴͈̇и̵͕̊л̸͇͛о̸̻̀ж̷̖̀е̶̢͒н̶̻̈́ӥ̸̹е̸̮̓,̸̰͊ ̷̜͗в̴̣͝ ̵̄͜к̸̼͗о̸͍̐т̷̹̐о̵͎̑р̶̰̾о̸̧̊м̴̨̾ ̸̨̉м̶̂͜о̴̨̓ж̸̘̑н̴̰̏ӧ̴͕́ ̵̩̄н̴͍̃а̸͎̋б̸̹̓и̸̨͘р̴͙̄а̸̼̀т̷͚͂ь̷͔͝ ̷̞̋т̷̨͝ӗ̶̭к̴̧̈́с̶̗̂т̷̲̑,̸̳̉ ̷̋ͅи̸͚̿ ̸͓̿н̸̯̀а̶͙͂ӂ̵̯м̵̥͒и̴̠̅т̴̲͑е̴̳̃ ̶̡̏н̵̣̏а̷̪̇ ̴̫͝з̷̫̽н̴̑ͅа̸̱͠ч̶̩̒о̸̪̊к̷͈̎ ̵̼̽м̸̒ͅи̸̯̌к̵͈̓р̸̱̌о̷̰̎ф̸̲̒о̶͕͝н̶̝̓а̴̰̓ ̶͙̈М̸̛̺и̶͖̌к̶̻̅р̷̟̆о̷̻͐ф̶̰̌о̵̯́н̴̫͑ ̶͕͝н̴̹̌а̵̦̔ ̸̥̏к̷͈̚л̶̡͘а̸̰̃в̴̪͗и̵̩́а̵̳̃т̶̦̑у̴͇͂р̸͎̉е̶̠̔ ̶̱̌и̴̺̍л̸̭̑ӣ̸̱ ̶̨̿с̵̐͜к̷͈̓а̷̭̔ж̷̘̃ӣ̶̣т̸̟̚е̴̖̌ ̷̡̉"̶̗̊H̵̼͐ẽ̵̪ÿ̶̢ ̶̳͐G̵̫͋o̸̧͛o̴͚̽g̵̛̙l̴͓̿é̴͎,̶͚̔ ̵̺̌ṱ̷͐y̴̢̅p̷̯̎e̵̙̽"̶̉͜.̷̼̃
̶͔͝Ч̵̠͗т̷̞͊о̷͖̄б̸̣̽ы̶̥̉ ̷͎͊м̸̣͂ӥ̴̩́ќ̴̬р̵͕̍о̸͗ͅф̴̞̕о̶̿ͅн̷̹͝ ̵̢͘о̴̹̂с̴̻͂т̶̣̋а̵̼͗в̸͈͂а̷̜̐л̴̗̋с̶̟͠я̴̗̈́ ̸̺͠в̶͔̊к̶̦͂л̴̳́ю̶͓̓ч̶͇̋ё̴̟́н̶̥͘н̴̼̀ы̷̯͐м̴͈͒ ̷̱͋и̴̖̒ ̵͙̕в̶̦̂ы̴͕̌ ̶̼͝м̶̟̑о̷̹́г̸̖͠л̴̗̒ӥ̶͔́ ̶̹́о̵̯͘т̴̤̊п̴͔̒р̶̠̈́а̴̮͛в̴̞̃и̷̫̽т̴̀͜ь̸̡̏ ̴͉͗н̶̝̄е̸̥̓с̵̪̈́к̴̰̿о̶̙̆л̷̮͋ь̷̻͝к̵̗͆о̵͙͗ ̷͍̐с̶͆͜о̵̬̾о̸̲̊б̴̨̈́щ̶͝ͅе̶̺͆н̵̜̓и̴̙̑й̶̡͝ ̸̈͜п̴̒ͅо̴̞̇д̴̹̊р̶̟̎я̵͖̀д̵̩͘,̵̻̚ ̵̭͆д̷͍͋в̷̭͋а̵͙̋ж̵̏͜д̴̮͗ы̷̝̂ ̵͎̒н̶̰̄а̵̙̌ж̵̼̌м̷͈̓и̴̫̊т̸̛̩е̷̑͜ ̸́͜н̶̣̐а̸̠͑ ̵͈̈́з̷̮̉н̴̾ͅа̴͔̾ч̷͎̍о̴̠͛к̷̭͘ ̸̼͋м̵̩̽и̷̼̐к̸͓͠р̵̦̚о̷͉̕ф̷̐ͅо̸̥͗н̷̙̈́а̸̲̃ ̷̫̀
М̵̰͛и̷̮̚к̶̏ͅр̷͉͛о̶̪̓ф̵̰̍о̵̜̇н̸̈́͜ ̷̺̏н̷͠ͅа̵̍͜ ̵͙̏к̸͖̾л̴̦̇а̷̟̔в̶͚͘и̷̧̌а̷͕̊т̸̢̕у̵̩̇р̸̨̒е̴̻̏.̵̸̤͚̍͐
Ч̶̖̽т̷̡̈́о̷͙͝б̶͇̄ы̸̳͑ ̴̛ͅо̴̳́т̶̣͂к̸̝̇л̷̺̚ю̵͍͑ч̴͓̎и̴̱͂т̴͈͝ь̵͙̐ ̶̪̄м̷̪̓и̸͇͆к̴̄͜р̸̗̂о̶̥́ф̸͙̾о̸͓̽н̸̻̈́,̸̥̔ ̸̪́н̸͚́ӓ̶͙ж̶̫͊м̸̛͜ӥ̷̞́т̶̠̉е̷͍̚ ̴̩͋н̷̡͝а̵̛̺ ̶͚́з̵̗͝н̵͖̊а̶͓̀ч̴̨͘о̵̳̐к̶̖̀ ̶̲̾м̴͉̓ӣ̵̧к̶͈͊р̴̻͝о̷͈̌ф̵̞͗о̶͖̍н̵͎̇а̷̖͂ ̸͕̈́
М̵͖̋и̵͔̂к̴̨͋р̶͓̄о̴̮̋ф̸̛̮о̸̰͐н̵̯̕ ̴͜͝н̵̹̈а̶̹̎ ̴̢̿к̴̧͝л̶͈̆ӓ̸̲́в̴̑͜и̸̲̌а̸̜̇т̷̦͋ӯ̷͎р̶̹͊е̸̢͘ ̵͇͌и̷͙̏л̸͔͂и̴̹͛ ̶̬͂с̸͇̈́к̸̜̾а̶̮̀ж̴̠̚и̷̹̓т̷͍̈е̵͈̎ ̸̲̃"̸͙̈́С̴̮͝т̵͈̄о̸͉̓п̸̦̑"̴̦̿.̵͎̉
̶͈̄П̶̟̂р̵̰͛о̷̗̚и̶͚̌з̷̬̃н̶̼͝е̵̝̑с̵͈̀и̸̳̌т̷͉͂е̶̮̇ ̵̜̄т̸̥̑е̵̺̑к̷̳̂с̴̜̕т̸̽ͅ,̶͇͊ ̶̦̈ќ̵͇о̸̛̗т̸̨̇ӧ̸̥́р̶̦̂ы̷̮̇й̵̞̕ ̸̫͆н̴̞͆у̴̤̓ж̶͖̄н̴͖͆о̵͈͛ ̸̞̓н̵͑͜а̴̜͝п̸̬̓е̵͑ͅӵ̶̜́а̵̹̓т̶̦̈́а̸̲͋т̵͙̕ь̸̱̀.̵̮̎ ̵̂͜
Е̸͔̽с̸̗͌л̷͖̐ӥ̵͍ ̷̦̈́м̸͈̈́и̷̮͌к̷̲̆р̶̘̈́о̸͚̍ф̶̡̈о̵͔͋н̵͖̓ ̶̤͂в̵͎̾с̸̬̓е̸̟́ ̸̭̑е̵͉͝щ̸͔̈́ё̷͚͂ ̴͈͋в̴̞̅к̷͎̈́л̸̡͆ю̷̻͗ч̵̭́е̸̻͐н̶̡̔,̴͙́ ̴̙̂ё̶̳́г̵̮̉о̸̜̿ ̶͇͗з̶̧̀н̷̮͆а̷̄͜ӵ̶̗о̶͇͠к̵̳̌ ̴̥́п̵̛͇р̴̨̏о̸͉̉д̵̰̅о̴͚̋л̵̱̇ж̸̭́и̶̩̏т̸̝̇ ̸̦̋г̶̬͘о̸̫͋р̵͚͆е̵̦͝т̸̰̈́ь̴̳͠.̴̄ͅ
̵͖̏П̸̙͌р̴̗̍о̷̞͐и̸͎̔з̸̤̐н̴͙̎е̸̳̎с̸̺̎и̵͙͠т̶̺̾е̶̨̂ ̸̱͐к̸̣̏ӧ̷̺́м̸͇̽а̷̳̓н̸̹͆д̸̖͒у̵͕̕.̶̻̿ ̷̢̒Н̴̯̿а̴̮͝п̶̂͜р̸̬́и̵͍̂м̶̜̂е̴̯͒р̶͍͂:̶̪̈
̵̲̑Ӵ̴͙т̵̺͝о̷̬̉б̵̨̉ы̸̱͑ ̷̞̉с̴̻͗т̴̲͑е̶͙́р̸̠̒е̷̢̃т̸̝́ь̷̖͋ ̸̭͆п̸̲͗о̴͇̆с̶̡̐л̸̗̃е̷͈̒д̸̢͘н̸̯͗е̶̨͊е̴̤̕ ̷̹̂с̴͉̈́л̷̟͘о̴̻̍в̶̙̍о̴͚̄,̶̈ͅ ̸͇́с̵͙̚к̸͓͆а̶̧͌ж̸̺͐и̴̡̏т̵͕̏е̴̜͛ ̴͙̈́"̶̡̇Ӯ̸̡д̵̝̍а̶̜͠л̷̨̄ӥ̴̫ ̴̙̓п̸͙̉о̷͍͆с̵̺̀л̵̱͆е̵̙̋д̶̰̈н̸̺̃е̵̢̉е̵͊͜ ̶̠͝с̶̼̅л̸̯̑о̷͌͜в̵̬̊о̵͔̂"̷͔̇.̷͕̓
̴̪͊Ч̵͉̕т̵̠̈о̴̩͠б̶͇̅ы̷͇͝ ̸̨́с̶͍̆т̷͖̾е̵̨͗р̷͍̅е̷̱̌т̸͙̊ь̶͙̇ ̸̘̋п̷̝͆о̵͈̇с̵̮͗л̵̫͊ӗ̵ͅд̵̰͊н̴̼̍е̸̱͘е̸͍̒ ̵͉̑п̸͔̀р̷̣̉е̸̱́д̴͈̽л̵̡̏о̸͇̎ж̷̺͗е̶̬͠н̸̺̈и̷̤̿ё̵̲́,̷̯̄ ̵̤͂с̶͔̎к̸̙͛а̸͉͌ж̸͕̎и̸̭̑т̷̝͠е̴͍͆ ̵͖̾"̷̤͛У̵̼͌д̵̥̄а̸̮̎л̶̨̎и̴̺̒"̷̥́.̶̟͌
[ДАННЫЕ УДАЛЕНЫ]
̴̢̈Ӵ̷̨т̸͉̃о̸̧̚б̸̢́ы̸̪͂ ̶̦̄д̷̌͜ӧ̴̨́б̵̝͛а̶̺̄в̶͈́и̴̠͝т̸̺͛ь̶̢́ ̶͔̓э̶̦̋м̷͈̃о̴̝͝д̵̤̚з̵͕͑и̵͔̓,̴̫̇ ̴͈̆п̴͖̒р̸͉͗о̶͙͠и̸̪̕ӟ̵̬́н̷̪̉е̸̹̓с̶̺̏и̶̯͂т̴̰̃е̶̦̐ ̷̺͐е̶͔͛г̴̘͛о̸̤̓ ̷̻͝н̵̠͂а̸̙͂з̷͇̂в̷̢̂а̸̜̚н̷̡̈́и̵͎̽е̵̥̉,̶̜̒ ̴̰͆н̵̦͐а̵̬̉п̷̜̏р̶̺̾и̸̱͒м̴̲͆ѐ̸̮р̵̢͛ ̷̮͝"̸̞̿С̵̪̃м̴̞͒а̵̡̒й̵͚̅л̷̛͇и̸̦̇к̵͎͆"̷̱͊.̸̫̊
̵͓́Ч̵̢̍т̶͙̃о̴̳͌б̶͔̅ӹ̴̥ ̵̠̾о̸̖̇с̸̡̍т̴̰̅а̷̣̉н̵̲͠о̸̨͑в̷̰͠и̶̦̎т̷͊ͅь̸̝͂ ̵̝̀г̶͚̆о̷̫̎л̶͉̌о̶̭͆с̸̫͌о̷͈̓в̶̞͠о̵̣̕й̶̝̿ ̵͇͒в̵̟̀в̷͈̈́о̵̧̓д̸̫͌,̷̗̏ ̵̘̌с̵͉͒к̶̣̈́а̴̛̳ж̶̘̄и̷̪̌т̸̨̆е̴͇̂ ̷̥̓"̸͎͛С̸̺̕т̴̝̚о̶̳̊п̵̨͆"̶̣̑.̴̳͋
̶̡͘С̸̙̀о̶̨͆в̷͙̈́е̷̗̓т̷͔̀.̷̗̏ ̵͔́Ч̸͖͗т̶̝̿о̴̬̐б̸̟̂ы̴͎̃ ̴̢͊п̴͖͠о̴͇͌с̷͓̏м̸̖͊о̷̮̓т̸̽ͅр̶̩̅е̵̠̍т̸̳͐ь̶͙̋ ̴̤̉д̶͓͂р̸̪͂у̸͈̔г̴̣͒и̴͔͊е̵͇̊ ̸̣̊г̴̭̀о̶̼͑л̸̯̓о̴͎̓с̶̯̉о̶̰̄в̴̯̇ы̵̱͑е̶̩̏ ̴̻͋к̴͈͠о̴̮͒м̵̺̉а̶̺̅н̴̜̕д̴̮̌ы̷̟̂,̷̳̄ ̷̱͐п̵̛ͅо̵̪̽к̶̹͝а̴̱͆ ̴̭̃в̶̨̽ы̶̜̓ ̴̍ͅд̵̐͜й̸̙к̸̗͊т̵̭͛у̶̙̂е̴͚̎т̸̋͜е̶͉̿ ̷̘͠т̵̥̒е̷͝ͅк̴̦̊с̶̔͜т̴͉͆,̴̩̈́ ̴̭̊н̶͎͆а̷̩͛ж̷̨͘м̴̼̈́ѝ̶͓т̵̞̓ӗ̵̗ ̸̞̓н̷̗̓а̶͉́ ̸͈͌з̵̪͗н̴͈̓а̴̘̅ч̴̭͌о̶̙͘к̶̢̕ ̴͎̑"̸͓̒И̷̪̾н̸̢̈ф̷̘̾о̵̮̚р̴͓̈́м̷͉̀а̶̹̌ц̴̢̀и̶̨̔я̴̗͛"̸͓̋ ̴̝̚.̶̺̈
ВВЕДИТЕ ТЕКСТ...
Сорок семь с половиной часов миновало с момента начала неофициального локдауна, негласно объявленного на территории Омской сортировочной станции Гоголем. За это время в пределах комнаты Сигмы не произошло ничего странного, за вычетом всего того пиздеца, что устраивал сам Николай под видом развлекательных мероприятий. Вальяжно развалившийся чуть в стороне Федор искренне скучал по кажущимся теперь такими далекими мгновениям, когда они просто играли в монополию. Тогда рот Гоголя находился преимущественно в закрытом состоянии, а его собственное горло не саднило столь надрывно от недавнего орального изнасилования. Из-за этих премерзких ощущений Достоевского неустанно тянуло кашлять, к тому же от нецелевого использования его головы она начала болеть. Из анальгетиков в распоряжении их организации была лишь водка, но к ней прибегать хотелось в последнюю очередь. Ведь если напьется еще и Федор, ситуация рискует окончательно выйти из-под контроля. Одинокая свеча давно догорела, расплывшись воском вдоль прикроватной тумбы, и пространство окончательно окутало мраком — густым и непроглядным, словно анус Александра. Тихо и темно. И волнующе пусто. Так, как не бывало в этой разношерстной компании, пожалуй, никогда. Даже Иван визуально поник. Впрочем, он продолжал испытывать смешанные эмоции счастья где-то глубоко в душе. Очень глубоко в душе. Наиболее странным и пугающим явлением казалось абсолютное отсутствие каких-либо звуков из далеких подвальных глубин: никакого привычного рокота, гула или звона, лишь гнетущее напряжение — безмолвное и тяжелое. Однако волнения по этому поводу частично помогала нивелировать водка, которой, в отличие от дефицитных свечей и табуретов, в цеху всегда было достаточно. Вот только Сигме водка перестала помогать уже давно. Помимо стандартного депрессивного набора со всеми вытекающими последствиями, он не мог заснуть уже двое суток подряд. Не было до конца понятно, виной тому почти физически ощущаемое напряжение, или дело в их с Федором неопределенности. Но как бы то ни было, симптомы истощения были теперь выражены настолько сильно, что Сигма банально не мог даже повернуть голову в сторону треклятого шума, источником которого был ненавистный рот ненавистного Гоголя. Чтоб у него гортань отсохла. — Сигма-сан, возьми вот это, — внезапное обращение по имени, да еще так официально, все же вынудило Сигму обратить внимание на Николая. Только сейчас он заметил, насколько близко тот расположился к нему, буквально нависая сверху раздражающим душным мороком, и по телу вмиг пробежала ощутимая волна тошноты. — Сука, соблюдай дистанцию! — сглотнув, хрипло выпалил Сигма. — Что это? — Венлафаксин, — радостно отозвался Николай и, не дожидаясь ответной реакции, с помощью способности всунул одну таблетку Сигме сразу в горло. — Поможет заснуть, да и грустить будешь поменьше! — Блядь! — истошно закашлявшись, Сигма инстинктивно сдавил руками свою шею — а надо бы кое-чью другую — и поднял пылающий яростной решимостью и готовностью к убийству взгляд на Гоголя. За мгновение до решающего рывка, обязанного стать последним светлым мгновением в жизни Николая, Сигма ощутил мягкое морозное касание к своей шее и вздрогнул, напряженно замирая. Пугающе близко, практически щека к щеке, Достоевский заинтересованно склонил голову, опершись подбородком на его плечо и рассматривая упаковку таблеток. — Надо же, — задумчиво протянул он несколько секунд спустя. — А еще есть? Гоголь сладко улыбнулся, оценивающе оглядывая явно довольного тем, как все складывалось Федора и болезненно ошарашенного Сигму. — Дос-кун, тоже хочешь? — Николай высоко тянул гласные, словно готовился исполнять оперную партию этим вечером. Сигма заметно скривился в лице и плавно отпрянул в сторону. Возражать Достоевскому он не решился. — Не отказался бы. Обольстительно улыбнувшись, Гоголь потянулся к плащу. Однако предпринять каких-либо действий он не успел, ведь по помещению разлилась пронзительная трель будильника. Озадаченный внезапностью ситуации Гончаров рывком вскочил с табурета, растерянно озираясь вокруг. — Что за черт... — прошептал Сигма и с силой сжал кулаки. — Ох, как же быстро летит время! — чуть не взлетая под потолок, Николай заливисто рассмеялся и запустил будильник, лежавший до этого в его кармане, в ближайшую стену. Тот, издав последний "бздыньк", с треском разбился, и подвал вновь погрузился в молчаливую тишину. — Я так понимаю, нам можно выходить? — скорее утверждающе, чем вопросительно сказал Достоевский. — Ага! — продолжая совершать странные и неуместные движения, Гоголь вприпрыжку подбежал к двери и пнул ее ногой, не оставляя ей и шанса уцелеть. — Пойдемте посмотрим, как там Сашенька! Следом за Николаем в темный узкий коридор спешно вынырнул Гончаров. Ему, по большому счету, не было никакого дела до благосостояния Пушкина, но о судьбе своих томатных плантаций он волновался. Хотелось как можно скорее добраться до теплицы и оценить обстановку, но стоило только Ивану сделать шаг из подвала, он тут же скорчился в приступе подступившей к горлу тошноты, вызванной непередаваемым омерзительным смрадом. Несмотря на то, что его глаза давно привыкли к темноте, различить что-либо вокруг оказалось попросту невозможно. Тьма словно бы обросла материей, стала твердой и непроницаемой. Тишина была абсолютной, отчего приглушенные звуки частых рвотных позывов слышались особенно хорошо. Даже Гоголь держался с трудом, судя по звукам. Быстро проанализировав ситуацию, Достоевский на долю секунды замер на середине лестницы, а после быстрым шагом спустился обратно в подвал. Взяв недоумевающего Сигму за руку, он втянул его в комнату следом и подпер дверной проем останками двери. — Посидим еще, — ласково прошептал Федор, плотнее сжимая напряженную ладонь в своей. На этот раз Сигма всё понял.ВВЕДИТЕ ТЕКСТ...
