Стану твоей аскорбинкой

Колетт не соврала. Она действительно через полчаса стояла на пороге моей квартиры. Появилась она, мягко говоря, эффектно: с очень настойчивым нажиманием на кнопку звонка, громким стуком, что мне казалось, она способна была снести дверь с петель, при этом всём, когда я уже открыла, она спокойно зашла внутрь и скинула с себя своё кашемировое пальто молочного цвета и поставила передо мной маленький пакет из супермаркета, как бы безмолвно говоря о том, чтобы я разобрала это, словно я сейчас ждала не подругу в надеждах на поддержку, а маму с работы. Хотя, от образа мамы Колетт отличало лишь то, что в её волосах было пару листьев. Как она вообще умудрилась так прийти? Возможно, она шла по какой-то аллее, деревья на которых были уже во всю окрашены цветами осени и сбрасывали свои пожухлые листочки, а моя подруга настолько торопилась, что не заметила того, как они устроились в её прядях. Быть может так оно и было. Не знаю, и предполагать не хочу, ведь на душе во всю скреблись кошки. Да, за эти тридцать минут я многое переварила в своей голове, придумала тысячу исходов дальнейших действий и событий, но к логическому заключению так и не пришла. Что же я вообще чувствую? Не знаю. Может, я не хочу видеть Честера, а может хочу возобновить свои попытки вступить с ним в отношения. Понятия не имею, что испытываю к этой красноволосой напасти, что свалилась на мою голову первого сентября. Я рассказала обо всём произошедшем Колетт чуть ли не в мельчайших подробностях, начиная с момента, когда мы разлучились около клуба, и заканчивая событиями сегодняшнего "доброго" утра, при этом, конечно же, стараясь не заплакать, вспоминая то, что случилось буквально меньше часа назад, но слёзы сами предательски катились по щекам, а белобрысая, в свою очередь, успокаивала меня, но не произнося ни слова. Просто поглаживала по голове, протягивала сухие носовые платочки из коробки и позволяла мне высказать всё то, что сейчас скопилось в моей голове, пока мы сидели в моей комнате на всё ещё незаправленной кровати. Потом она и вовсе положила мою голову на свои колени, продолжая все вышеупомянутые манипуляции. -Мне не нужно было писать ему,—вздыхает Колетт по окончании всей моей тирады о ненависти к себе, к ситуации и всему на этой земле, а также, наверное, нескончаемых, слов о любви к ней и благодарностей, что она пришла ко мне и сейчас находится рядом, в отличие от Честера. -Нет, ты не виновата,—я всхлипываю, прекратив плакать и смотря вперёд себя в одну точку. Кажется, что пустота теперь ещё больше съедает меня изнутри. -Честно? Я сейчас готова начистить ему его смазливое лицо с этой вечной тупой улыбочкой. Давай ему палец дверью прищемим, чтобы не пихал куда попало? Или вообще на него козла уроним и мячиками закидаем? Хотя, он сам козёл,—фырчит моя подруга. Я не вижу её, но понимаю, что её лицо буквально горит от злости, ведь это было понятно по её тону и тому, как она сжимала свою ладонь. Это её привычка: в моменты агрессии она сжимает руку в кулак до красных полумесяцев от ногтей на коже. То же самое я переняла от неё, поэтому прекрасно понимаю, что это означает. -Не надо, Колетт,—я вздыхаю и поднимаюсь, принимая сидячее положение, а после обнимаю свою лучшую подругу. Как же мне не хватало объятий. В тот момент, когда Честер ушёл, я почувствовала себя настолько одинокой и брошенной, какой не ощущала себя, быть может, никогда в жизни. -Просто знай, что ему это ещё аукнется. Пользоваться положением пьяной девушки это по-скотски,—покачивает головой белобрысая, прижимая меня к себе ещё сильнее, чем это делала я. На самом деле, помнится, я в своей голове говорила самой себе, что не буду против, если он всё таки воспользуется моим состоянием, но, чёрт, как же я ошибалась. Это отвратительное ощущение и мне стыдно даже за то, что такая мысль проскочила в моём нетрезвом сознании. Никогда не буду пить. И никогда не буду влюбляться. -Он тут непричём. Я первая полезла, сама знаешь,—тихо вздыхаю я, отрываясь от подруги, а после опускаю голову, печально убирая волосы за ухо, которые всё таки удосужилась расчесать и привести в порядок. -Ну и что? Нелепо звучит даже сам факт того, что он тебе сказал. Получается сначала: "Я тебя люблю, да", а потом, как только получил нужное ему, так сразу "Всё, пока". Давай ректору на него доложим? Пусть его уволят к чёртовой матери, раз он так страшится этого. -Нет!—довольно громко вскирикиваю я, от чего неловко отовожу взгляд в сторону,—Я всё ещё не понимаю, что чувствую к нему. Так сложно... -А что тут не знать, солнышко моё? Он козёл и дело с концом, выкинь его уже из своей жизни и радуйся, что у вас не зашло дальше. Вот что лучше: если бы вы встречались и расстались, или сейчас вас ничего не связывало? Как по мне от второго меньше боли и тебе не следует нагружать свою голову этим придурком,—быть может Колетт и права. Нет, она точно права. Хоть мне и невыносимо печально от того, что меня отвергли после того, что было между нами вечером, по сути оставив брошеной девочкой со статусом "развлекаловка на одну ночь", в словах подруги был смысл, ведь в таком случае я правда не успела достаточным образом привязаться к Честеру. Наверное, мне следует отвлечься от мыслей о нём. Может, я действительно, по его совету, попробую со сверстниками. Однако, страх также подкрался незаметно: вдруг я буду в каждом парне искать ему замену и не построю хороших и надёжных отношений? Да к чёрту, не хочу этого всего. Мне, как-то, все семнадцать лет более менее спокойно жилось без этой самой любви, поэтому, полагаю, это не такая жизненно важная необходимость. -Как вы, кстати, вообще были после того, как я уехала?—я тепло улыбаюсь, смотря на подругу. Мне действительно на данный момент было интереснее послушать о том, что я пропустила, нежели забивать голову дурными мыслями и загоняя себя в ещё большую депрессивную яму. -Да ничего особенного, собственно,—пожимает плечами Колетт, слабо улыбнувшись, ведь она увидела, что я приободрилась,—Фэнг влетел в дверь туалета головой и весь вечер ныл о том, как ему хочется помять женскую грудь, Бастер говорил, что он лохопед, кстати он ещё и был самым трезвым, Эмз и Поко просто уехали домой следом за тобой, а Эдгар орал кемов на танцполе. У Эмз есть парочка видео, но в целом ничего прямо такого, чтобы "вау" не было. Мы разошлись по домам примерно через полчаса после тебя. Да, никогда не сомневалась, что мои друзья придурки. Но, впрочем, я не удивлена. Слушая лучшую подругу, я похихикивала, визуализируя в своей голове то, что она говорила, и от этого мне становилось забавно, может даже весело. Всё таки не сдались мне эти парни. Зачем, если у меня есть крутые друзья? Мужчин в моей жизни может быть хоть сотня, а они единственные. Всё таки, как никак, мы дружим ещё со средней школы, а с кем-то вообще ещё с начальной. После того, как я выговорилась, мне стало легче. Будто сбросила со своей души огромный камень. Уверена, что сейчас Фэнг и Эдгар также страдают от похмелья, ведь наша троица слишком восприимчива к алкоголю. Мы проговорили с Колетт около часа на вообще отвлечённые темы, потому я и чувствовала себя уже куда лучше. Мы уплетали печенье, которое принесла моя подруга, а также смотрели те самые видео, снятые Эмз вчера. Я, честно, заливалась хохотом, ведь это было даже смешнее, чем я себе представляла. Особенно момент, когда Фэнг влетел головой в дверь, а Бастер стоял и ржал над этим. После мы решили сходить погулять. На улице всё ещё было тепло, но пасмурно. Да, солнце появилось только утром, но к полудню уже скрылось за серыми тучами. Впрочем, это свойственно моему городу. Погода здесь поведёт себя так, как только ей взбредёт, но ясные дни тут реже, чем облачные. Я быстро собралась, надев что-то попроще, в отличие от моих вчерашних похождений: обычные узкие чёрные джинсы, розовая толстовка и накинутая сверху объёмная куртка, сочетающаяся с кофтой, но светлее на пару оттенков. С Колетт мы выглядели как шутка "Одна из подруг выглядит как мамочка, а другая как её буйная дочь подросток". Грусть полностью отступила, когда мы вышли на улицу. В лицо ударил прохладный ветерок, а на улице была свежая влажность, не такая противная, как в позднюю осень. Людей практически не было, что неудивительно. Мало кто выйдет на улицу в воскресенье в двенадцать часов дня. И только мы, как две сумасшедшие, бегали по аллее друг за другом, пиная горки листьев, от чего они рассыпались по дороге. Я чувствовала себя счастливой. Куда приятнее и веселее наслаждаться тем, что имеешь и тем, что у тебя есть на постоянной основе, а не радоваться тому, что ты получаешь после многочисленных попыток и в миг этого лишаешься. Кажется, что я даже стала забывать о событиях сегодняшнего утра. По пути нашего неизвестного и хаотичного маршрута, мы зашли в кофейню и взяли себе по стаканчику карамельного капучино, который я просто обожала. Ещё одна маленькая радость. После мы отправились гулять в скромный парк, попивая напиток из стаканов с того момента, когда он достаточно остыл, чтобы не обжигать себе щёки и язык. Во всяком случае, он очень вкусно пахнул, так что ожидание было довольно тяжёлым. Хотелось ощутить на губах приятную горечь вперемешку со сладостью карамельного сиропа и лёгких ноток корицы вместе с нежной пенкой. -Ну вот, и представляешь, я ей говорю,—посмеиваясь, я хотела закончить свою мысль, шагая по отделанным брусчаткой тропинкам парка, но прервалась на нечто, что полностью убило всё моё маленькое счастье. Колетт услышала резкую паузу посреди моего разговора и устремила взгляд своих голубых глаз туда же, куда я только что смотрела. Да вы издеваетесь? Долго ли этот человек будет появляться около меня? Он что, преследует меня и сталкерит как сумасшедший? Я, вроде, не персонаж манги, даже не помню какой. Потом надо будет обязательно сказать эту полную возмущения шутку белобрысой, потому что они вместе напару с Эдгаром просто обожают данный вид чтива, и она могла бы мне подсказать, что я имела ввиду. Навстречу нам, буквально в пятидесяти метрах, шёл Честер, но не один, а вместе с тем самым мужчиной, который тогда отвёз его в аквапарк. Они о чём-то оживлённо беседовали, точно также, как и мы с Колетт, лицо которой сейчас быстро сменилось на гнев. И, чёрт, мы могли бы сейчас развернуться и пойти в противоположном направлении, сделав вид, будто мы вообще их не заметили, или уйти куда-нибудь направо или налево, спрятавшись в кустах. Бредовая идея, знаю, но это единственное, что сгенерировал мой мозг в такой стрессовой ситуации. Правда было уже поздно, ведь Честер уже заметил нас, по этой же причине и замедлил шаг, придержав своего, видимо, друга, за рукав пальто, которое было очень похоже на то, что носила моя подруга. Но в настоящую панику я погрузилась в тот момент, когда преподаватель начал стремительно направляться вперёд, смотря прямо на меня. О чёрт, кажется, что сейчас мне не избежать этой довольно неприятной встречи, хотя, в глубине души я надеялась на то, что они пройдут мимо. К сожалению, этого не произошло, ведь мы встретились. Теперь мы стояли в четвером, да и вообще это было максимально нелепо: Колетт выглядела злее меня по утрам, смотря на Честера, он, в свою очередь, виновато смотрел на меня, я озлобленно пялилась на него в ответ, а тот его друг стоял с таким непонимающим лицом, будто он тут вообще никого не знает и просто прохожий, осматривая меня и подругу с ног до головы. -Здрасте,—проциживает сквозь зубы белобрысая, пока я категорически не представляю, что мне делать. Может вариант с бегами в кусты не такой уж и провальный? -Мэнди, мы можем поговорить наедине?—с глазами, полными надежды обращается ко мне Честер, сложив ладони в умоляющем жесте и не обратив внимание на голубоглазую с её приветствием. С какого момента он вообще начал вести себя как подросток? Я думала, что на такие уличные выпрашивания способны только мои ровесники. И опять же, я не представляю, что мне нужно выпалить. С одной стороны, быть может я бы и согласилась, но Колетт уже молча одарила меня своим неодобрением, одним только своим видом говоря мне: "Не смей". А я идиотка, меня жизнь ничему не научила, поэтому я лишь слабо киваю, при этом стараясь сохранять настолько безразличный и холодный образ, что, кажется, сама начинаю в него верить, будто мне действительно наплевать на его глаза, лицо и душу. Конечно, хоть я и лично выставила его за дверь собственной квартиры, я всё равно не могла никуда деть свои чувства, как бы ни пыталась. Ну да, невозможно сделать так, чтобы он разлюбился мною за несколько часов. Честер слабо улыбается, но при этом словно сияет от счастья. Возможно, этот разговор важен для него, но, стараясь сохранять самообладание, я внушаю себе то, что мне без разницы на это. Мы отходим на пару скамеек вперёд, подальше от лишних глаз, и мне, к сожалению, становится неловко перед Колетт. Да, она успокаивала меня битый час, а я, как наивная дурочка, согласилась на то, чтобы пустить все её старания под хвост, ещё и оставив с абсолютно неизвестным ей человеком наедине, пускай она и нейтрально относилась к нему. Во всяком случае, гневного взгляда в адрес этого мужчины от своей подруги я не заметила. И вот, мы вдвоём. Снова... Преподаватель смотрит в мои глаза примерно пару секунд, а после, всё таки находит в себе силы начать диалог, пока я со скептицизмом рассматривала его от макушки до пят. -Мэнди, прости меня за то, что я сказал. Я искренне сожалею о том, что заставил тебя плакать. Не хочешь сходить со мной в пятницу после школы куда-нибудь?—он неловко переминается с ноги на ногу, а мои глаза в миг округляются. Этому человеку серьёзно двадцать три года? Тогда какого чёрта он так глупо себя ведёт? То есть сначала он вытворяет самый, что ни на есть, настоящий бред, а после этого просит прощения и противоречит сам себе? Клоунада... И снова все эмоции смешались в одну непонятную. Я закатываю глаза и фыркаю, складывая руки на груди, при этом делая это со стаканчиком в одной из них. -Нет, спасибо, не хочу. И вообще с твоей стороны это некорректно. А вдруг из школы кто-то узнает?—я максимально едко язвлю его же фразой. В конце концов, я всё ещё иду на поводу своих не самых лестных и милых чувств. Мной сейчас движела только агрессия, и было абсолютно плевать, что сейчас я могу превратить все наши даже намёки на взаимоотношения в руины. -Но, Мэнди, прошу, просто выслушай,—говорит Честер, когда я уже отхожу от него по направлению к подруге, которая, к слову, сейчас мило о чём-то болтала с другом нашего преподавателя. Славно, что хотя бы они нашли общий язык в момент этого парада безумия. -Колетт, пошли,—фыркаю я, схватив белобрысую за запястье и стремительно направляясь вперёд, буквально вырывая подружку из компании этого молодого человека, на что она успевает только шокированно посмотреть на меня и помахать ему на прощанье. Уже отойдя достаточно, я отпускаю её руку и убеждаюсь в том, что наш классрук не идёт за нами. Приземлившись на скамейку, Колетт, можно сказать, распирает от горделивого вида. -Ты большая молодец,—хвалит меня подруга, погладив по плечу,—такая уверенная стервочка. Мне нравится. Ты ведь даже не попрощалась с ним. Горжусь, что бы он там тебе не сказал. -Позвал в пятницу на подобие свидания, но я отказалась. Пошёл он к чёрту,—стаканчик отправился прямиком в урну около скамьи под мой смешок. И действительно, хоть где-то я поступила здраво и логично. Возможно, это первый этап на пути к тому, чтобы отпустить свои чувства и стереть их из памяти как страшный сон и ошибку. -Молодец, так ему. Нечего мою девочку обижать,—Колетт наигранно поднимает одну руку, сжав её в кулак, после чего выбрасывает и свой стакан из-под кофе. -Пошли домой. Теперь с этим парком у меня неприятные воспоминания,—я усмехаюсь, поднимаясь со скамеечки, после чего поправляю расстёгнутую курточку. -Больше никогда сюда не придём,—хихикает моя лучшая подруга, после чего, аналогично, встаёт вслед за мной. Мы прогуляли ещё где-то полтора часа, половину от которого потратили на то, чтобы дойти до родного квартала, ведь мы действительно довольно далеко ушли. Также была назначена пижамная вечеринка на завтра, ведь, опять же, мои родители уехали, а значит можно было позволить себе что угодно. Решилось, что также придёт Эмз и у нас будет девичья тусовка втроём. И, чёрт возьми, я была рада этому. Можно было в комфортной обстановке провести время с подругами и забыть обо всех своих невзгодах и печалях, а мой вечер был бы посвящён не глупым мыслям и грусти по причине сложной влюблённости, а нашей прекрасной дружбе, сплетням и обычным классическим вещам, которые делают подруги, по типу маникюра друг другу или боя подушками. Я была уже в предвкушении завтрашнего дня, когда шла домой, уже в одиночестве, ведь мы с Колетт разошлись по направлению к своим домам. И, к сожалению, я опять же подумала о Честере. Быть может, сказанное мной было сгоряча и я поторопилась, но это было неважно. Не хотела снова строить мечты и надежды, а также забивать ими свою голову. Мы не будем вместе, раз он так поступил. И я уверена, что с Джанет будет точно также, даже если у неё что-то и получится. Я буду даже рада, если её окунут в грязь лицом, после того, как просто воспользуются. Во всяком случае, в моих планах сейчас нет пункта "посвятить жизнь преподавателю и любить его до потери пульса", а присутствует лишь желание переключиться на более значимые и досягаемые вещи. И мне определённо легче от этого.