Стану твоей аскорбинкой

Поразительно, что моё подслушивание никто не заметил и даже не заподозрил. Конечно, было бы неприятно, если бы меня уличили в таком плохом поступке, но всё закончилось хорошо: мы втроём мило побеседовали на отстранённые темы, попивая чай, а затем Грей уехал по делам. Он хотел завезти Честеру, как раз, ключи от квартиры, а также забрать какую-то там рубашку, одолженную Честеру. Как мне объяснил мой преподаватель, ключи были у его друга непродолжительный период, примерно в тот отрезок времени, когда в конце лета Честер уезжал на отдых, а на плечи Грея снизошла печальная участь поливать фикус. Это растение Честер собственноручно "спёр" из кабинета декана в день получения диплома, видите ли, трофей. Только вот он не учёл, что фикус завял буквально через пару месяцев, но зато сколько в его глазах было гордости, когда он рассказывал мне, как шёл домой вобнимку с горшком из деканата и дипломом об окончании университета. Всё таки, несмотря на мои уговоры, он отвёз меня домой этим же вечером, а не оставил на ночь, и аргументировал это тем, что, к сожалению, сегодня только четверг, а утром нам обоим нужно в школу. Только мне надо на уроки, а ему вести занятия. Печально, но ничего не поделаешь. Все равно я знаю, что утром он как обычно довезёт меня до учебного заведения, сопроводив это всё поцелуями в машине в каком-нибудь безлюдном дворике, неподалёку от школы. И, собственно, я была права. Мне, к слову, уже стало более привычно носить юбку, потому что был повод. Нет ничего лучше, чем наблюдать за лицом моего преподавателя, когда я прохожу по коридору. И сегодняшний день не стал исключением. Выбежав из подъезда, я сразу же быстро, можно сказать, запрыгнула в привычный автомобиль, ожидающий меня уже как минут десять. -Мэнди, честное слово, ты бы ещё короче надела,—устало вздыхает Честер, сонным беглым взглядом осмотрев мой сегодняшний образ, а после медленно приземляется лбом мне на плечо,—Ты изводишь меня с каждым чёртовым днём. Ещё раз, и я надену серые спортивки, вот правда. -Надевай сколько захочешь,—посмеиваюсь я, чмокнув преподавателя в макушку, перед тем, как он выпрямился и завёл машину. Если честно, то он очень сексуальный, когда серьёзен, к примеру в те моменты, когда находится за рулём. Естественно, я люблю его в любое время и мгновение, но сейчас особенно сильно. Чувствую себя под защитой, а уж тем более не боюсь за своё будущее, конечно же, в том исходе, что нас не заподозрят в романе. Наверное, следовало бы быть ещё более осторожными и практически никак не контактировать в стенах школы, но, если честно, это было просто невыносимо. Мой день не считается полноценным, если я не проведу время у Честера в лаборантской, или же если он не оставит меня после классного часа, опять же, привычно прижав меня к стене. Не могу жить без его поцелуев и, пускай даже кротких, но касаний. Мы доехали до школы в полном молчании, что неудивительно. Мне, как и моему молодому человеку, очень тяжело взбодриться по утрам, что уж говорить об энергии на разговоры. Только вот если я была в более менее приличном виде, то Честер и вовсе напоминал сонного, ничего не понимающего котёнка: лохматые волосы, слегка отёкшие, но всё также прекрасные, глаза и очень частые зевки. При этом он старался концентрироваться на дороге, а также идеально припарковался около школы в том месте, где нет камер. -Надеюсь, что восьмиклассники не закидают меня мячами,—раздражённо вздыхает преподаватель, сжимая обеими ладонями руль, а после, резко сменившись на спокойствие, поворачивается ко мне и нежно целует в лоб,—А ещё, надеюсь, что ты зайдёшь ко мне между уроками. -Если останешься жив после нападок восьмиклассников, то конечно,—я вновь посмеиваюсь, запустив руку в малиновые волосы на затылке, после чего сама затягиваю преподавателя в поцелуй, однако, в неторопливый и нежный. По утрам это особенно приятно и трепетно. Уже не могу дождаться момента, когда мы съедемся и будем жить вдвоём, потому что, по правде говоря, я уже привыкла к разной нежнятине, не вылезая из постели, что, наверное, не могу воспринимать своё утро без Честера. Жалко, что нельзя осуществить все планы сейчас, или хотя бы на постоянной основе говорить родителям, что я остаюсь на ночевки у Колетт. Хотя бы потому что папа уже подшучивает над тем, что я, по всей видимости, уже живу у подруги. Конечно, неприятно обманывать, однако это, можно сказать, ложь во благо. Отцу лучше оставаться в неведении по поводу моих похождений. Может быть, я скажу ему об отношениях после совершеннолетия, но уж точно не сейчас. А про Колетт... Я уже сто процентов знаю, что хотя бы попытаюсь предпринять попытки к перемирию именно сегодня. Надоело, если честно, делать вид, словно мы не знакомы, да и оставаться постоянно одной не очень радует. Чувствую себя изгоем и это отвратительно. Складывая все факторы воедино, было решено срочно предпринимать попытки к разгребанию всего того дерьма, что я натворила. В конце концов, не хочется праздновать выпускной в одиночку, тем более учитывая то, как мы всей компанией планировали это событие. Поэтому я, поцеловав Честера вновь, вышла из машины, на прощание сказав, что я загляну к нему после четвёртого урока, и решительно направилась к дверям школы, подбирая слова и предвещая нелёгкий разговор с некогда лучшей подругой. Было немного страшно, ведь я не знаю, как сложится и чем обернётся наш диалог, но, всё таки, с Колетт мы уже взрослые люди, а не третьеклашки, чтобы бесконечно долго кидать друг в друга обидками с пустого места. Я, конечно, была виновата в случившемся, но это не означает, что меня не мучила совесть из-за собственного поступка. И, вот, я уже стою у дверей кабинета биологии. У мисс Розы всегда была привычка приходить чуть ли не впритык к уроку. Это довольно напрягающе, когда нам ставят первый урок с ней, потому что хочется спросонья хотя бы, что ли, прилечь на парту, посидеть, в конце концов, а не стоять в тёмном коридоре, наваливаясь на стенку. Может, кому-то на это без разницы, но точно не мне, ибо у меня была отвратительная привычка приходить в школу как минимум за двадцать минут до начала урока. И я точно знала, что у Колетт точно такая же, посему я ждала её прихода. И, собственно, не прогадала: по коридору послышались шаги, отдающиеся громким эхом, наверное, по всему первому этажу, а следом, подняв голову, я увидела одноклассницу. Да, она точно выглядит более прилично, чем я сейчас, банально из-за того, что она не зевала на каждый шаг, в отличие от меня. И, кажется, мои коленки подкосились от тревожности и страха неизведанного. Только сейчас вся моя решимость и план в голове испарились, можно сказать, провалились под землю, ведь я напрочь позабыла обо всём, что хотела сказать, и в душе не чаяла, как начать разговор. Очень хочется, чтобы появилась волшебная фея, которая бы нас помирила и мне не пришлось бы прикладывать хоть какие-то усилия. Нет, я звучу безответственно и глупо: раз я облажалась, значит нужно самой разбираться со всеми проблемами, ведь, в теории, скоро грядёт взрослая жизнь, и как я соберусь управлять целой сетью конфетных магазинов, если сейчас не могу решить разногласия с подругой? Эта мысль дала мне, можно сказать, мотивирующий пинок, поэтому я медленно подошла к Колетт, которая остановилась у кабинета пару мгновений назад ко мне спиной, и похлопала её по плечу, с некой опаской и предельной осторожностью. -Что тебе нужно?—поворачивается одноклассница и скептически смотрит на меня. Даже в полутьме и абсолютно пустом коридоре я чувствую это напряжение и вижу лёгкое негодование на лице белобрысой. -Колетт, я хотела бы поговорить. Давай отойдём,—неловко переминаюсь с ноги на ногу я, в попытках продумать дальнейшие действия в обоих исходах событий. Колетт молча смотрит на меня пару секунд, хлопая глазами, а после, на удивление, хватает меня за запястье и утаскивает в туалет, неподалёку от кабинета. Зайдя внутрь, она сразу устраивается на подоконнике, сложив руки на груди и с не меньшим скептицизмом осматривая меня с головы до пят. -Вообщем,—так бы мы и стояли в тишине практически пустой школы, если бы я не начала свою попытку с первым шагом к примирению. Надеюсь, что она не окажется тщетной,—Колетт, я скучаю. Понимаю, что ты зла на меня за случившееся, и я признаю, что была виновата, поступила себя как идиотка с куриным мозгом и прочее. Мне стыдно и я хочу всё вернуть. Ты знаешь, что дороже тебя мне нет никого, и в целом мире я не смогу найти такую подругу как ты. Прости меня,—Моё раскаяние звучало настолько душещепательно, что у меня подступил ком к горлу. Главное не плакать, я ведь ещё не настолько ментально нестабильная. -На самом деле, я тоже повела себя тупо. Накинулась на тебя, вообще ни в чём не разобравшись, и два месяца ядом плевалась. Но, по правде, портить мой ланч было не обязательным,—усмехается голубоглазая, что значительно сбавляет мой страх и напряжение. -Пожалуйста, прости за тот случай, я не хотела выливать чай в твою карбонару,—ощутив огромнейшую неловкость, сменившую тревогу, я обняла себя за плечи и стыдливо опустила голову, уже предвещая, как меня пошлют далеко и надолго,—Как бы хотела, но как бы нет... -Забудь. И так поняла, что тебя лучше не злить. И всё таки, с чего сахарное Высочество решило извиниться первой? С твоим любимым преподом не вышло? -Нет, наоборот, мы встречаемся. Вот... Всё ещё. Он, даже, хочет съехаться, но это исключительно после моего выпуска. Планы у него, конечно, грандиозные. -Хотя бы тебя, дуру, откачивать потом не придётся,—хихикает белобрысая, а после расставляет руки в стороны,—потом твоего придурка обсудим. Иди сюда, ёбнутая,—теперь Колетт уже откровенно так посмеялась, сделав ко мне шаг вперёд. И жизнь этой девочки я хотела превратить в ад... Ей я, в порыве пассивной агрессии, вылила чай в еду, в качестве начала мести и лёгкого травления, я, собственноручно планировала, как же заставлю её страдать за сказанное... Я полнейшая гниль, ведь она сейчас, практически без труда, простила меня и была готова обнять... Отвратительно. Несмотря на резкую, нахлынувшую, ненависть к себе, я буквально бросилась в объятья к Колетт. Как мне этого не хватало на протяжении двух, практически трёх, месяцев... Словно меня сейчас окутали не руки этой девочки, а облегчение и умиротворение. Однако, надо узнать ответ на свой вопрос. -Значит ли это, что мы снова подруги?—Не отрываясь от объятий, полушёпотом произношу я. -Нет,—серьёзно заявляет Колетт, но, при этом, ничуть не ослабляет хватку и прижимает меня к себе,—Лучшие подруги. Куда я тебя, дурёху, дену? Она хихикает, а я, по правде говоря, вообще не хочу отпускать Колетт. Мне в её объятьях стало так спокойно и легко, что, кажется, я могла бы полностью наплевать на предстоящий урок и стоять так с белобрысой, наверное, вечность. Очень стыдно за то, что в первые недели нашей ссоры я была настолько одурманена злобой и ненавистью ко всему, что желала ей всего самого наихудшего и отвратительного. Словно это была вообще не я, а какое-то подобие ненавистной Джанет, призванием которой является абсолютная токсичность и сучий характер. Спасибо хотя бы на том, что реализация моих злых планов не пришла в исполнение и завершилась на точке испорченной карбонары несколько месяцев назад, и то я тогда была в самой отвратительной фазе своего настроения. Надеюсь, что мне никогда не придётся рассказывать Колетт об этом. Прекрасно, очередные секреты своей не самой лучшей стороны. -Кстати, как там твои отношения вообще? Я, если честно, думала, что вы разойдётесь через пару недель. Он тебя не обижает?—она обеспокоенно смотрит мне в глаза, положив руки на щёки, а я, если честно, вообще не против. Скучала по этой заботе, пускай сейчас она немножко маниакальная. -Нет, всё хорошо. Можешь не волноваться, он с меня чуть ли не пылинки сдувает,—я посмеиваюсь, отойдя на полшага назад,—На самом деле всё так резко произошло, а сейчас так размеренно. Вообще рада, что мы помирились. -А у вас было, ну, ты понимаешь. Если да, то я его на канате за причиндал подвешу,—фыркает Колетт, отпустив меня, а после слезает с подоконника,—Может, он и поднимется в моих глазах, но ты понимаешь, что после всего случившегося я скептически отношусь к нему. -Нет, не было. Он очень ответственный в этом плане, можешь не беспокоиться,—Я посмеиваюсь, сложив руки на груди и отведя взгляд в сторону. По сути, довольно неловкий вопрос, чуть ли не "с порога". Хотя, я понимаю беспокойство Колетт, ведь Честер, в конце концов, старше, и вряд ли он сможет быть со мной чисто на основе платонических отношений. Хотя бы мы благоразумны в этом плане. -Отлично, хотя бы это радует, что ты не погрузилась в пучину разврата. Вообще, если тебе с ним комфортно, то, ладно. Но если он учудит какую-то срань, то знай, я психологом больше не буду,—После смешка, одноклассница закинула рюкзак на плечо и направилась к выходу из туалета, так как уже прозвенел звонок на урок,—Пошли. После уроков расскажешь мне всё подробнее. *** -Да как ты не понимаешь, мне похуй на этот английский,—Фырчит Эдгар, пытаясь объяснить мне всю свою ненависть к предмету, о котором идёт речь. -Челкастая амброзия, мне тоже насрать,—В ответ закатываю глаза я, складывая руки на груди. Да, мы все помирились, правда, на меня давят тем, что мне подробно придётся объясниться перед всеми и ввести в точный курс дела и произошедших событий за последние два с половиной месяца. В целом, не страшно, но придётся немножко приврать в некоторых аспектах. В любом случае, тысяча и одна версия собственной лжи у меня имеется. Радует то, что, в конце концов, мы снова все вместе и наша компания восстановлена. -Предлагаю съебать с последнего урока. Всё равно классруку будет пофиг. Сто процентов в своё время он также сваливал,—Предлагает идею Бастер, которая, если честно, не вызывает у меня хорошего предчувствия. Честер, конечно, уходил с уроков и в школе был самым настоящим распиздяем. Особенно смешно, что как-то он самолично в своё время получил выговор от Мисс Белль за свои пропуски, однако я, честно говоря, вообще не знаю, как он отнесётся к прогулам собственного класса. -Одобряю. Грифф, конечно, мне по шляпе даст и скажет, что я не только педик, но и позор семьи. Да так-то похуй, из него не отчим, а такой же пидор,—поддерживает инициативу Эдгар, а после похлопывает Колетт по плечу,—Ты с нами? -Да, не хочу сидеть с этой дьяволицей,—пожимает плечами подруга, с таким спокойным и расслабленным видом, что мне даже показалось, будто ей действительно наплевать на урок. Боже, сколько же пропусков мне придётся отмечать в журнале... -Я с вами. Всё равно сегодня сдвоенный урок,—Даже, чёрт возьми, Эмз собирается участвовать в этой сомнительной авантюре. Не сказать, что я разочарована, но мне слегка не по себе. -Ты с нами, Мэнди?—Отзывает меня Бастер, повернувшись ко мне и прокрутив ручку в руке,—Логично, что если староста сделает съёб, то и нам позволительно. А я даже не знаю, что ответить. За свои прогулы я получу от Честера, причём это будет не выговор, а опять его игра в духе "Возбудим и не дадим". Ненавижу это. Но, на самом деле, терпеть нашу преподавательницу по языку—самая настоящая пытка. Она относится к нам как к младшеклассникам, требует слишком многого и в целом не самая приятная женщина. От раздумий меня отвлёк звук уведомления, порядком испугавший меня довольно громким звуком. По этой причине я сразу схватилась за телефон и уставилась в экран. Ну конечно, сообщение от Честера. Но его содержание не самое приятное для моего восприятия. Он написал, чтобы я не приходила к нему после урока, как мы и договаривались, видите ли возникли какие-то дела. Подозрительно. Даже слишком. Мы ведь всегда выполняли какие-либо дела вдвоём, будь то отчёт или что-то подобное, а если были ученики, которые хотели закрыть долги или исправить оценку, я отсиживалась в лаборантской и ждала, когда мой преподаватель освободится, а тут он сам сказал, чтобы я не являлась, при этом до этого он чуть ли не судорожно ждал моего визита. Какого чёрта? По этой причине с положила телефон на парту, однако с таким стуком, что, кажется, на поверхность приземлился не гаджет, а кирпич. -Я сейчас,—Фыркаю я, и стремительно иду к двери из кабинета,—Скажите Пэм, что я опоздаю на пару минут. После этих слов я ушла, оставив одноклассников в полном неведении и непонимании, что только что произошло, но, честно, неважно. Я, практически бегом, направилась к пересечению старшего и младшего корпуса, ведь именно там находился физкультурный зал, до которого я вскоре и добралась. И вот, я уже стою у двери в лаборантскую своего преподавателя. Медлить не стала—распахнула, не церемонясь и не радумывая, однако увиденное... Честер сидел на маленьком диванчике, который прошёл ни одно поколение физруков, судя по виду, и что-то черкал в блокноте, а рядом, чёрт возьми, сидела Джанет. Сука, Джанет. Какого хрена? Ещё и обнимала его за руку, прижимаясь к ней своей грудью. Они совсем охренели? Причём оба. То есть, у этого придурка девушка, а он сейчас позволяет этой курице чуть ли не тереться об него единственным своим достоинством. Конечно, мозга ведь у неё нет. Так хочется рассказать ей о том, какие непотребства происходили на этом самом диване, причём со мной, а не с ней, хотя, если честно, больше хочется прокатиться по её лицу кроссовком и оставить на нём отпечаток подошвы. -Чего уставилась?—Скептически смотрит на меня эта стерва, а после, кажется, хочет переломить руку Честеру, ведь она настолько плотно прижалась к ней, что это был бы вполне себе предсказуемый исход. -Мэнди, ты что-то хотела?—ну, вот, теперь ещё и сам он, собственной персоной, заговорил. При этом, кажется, у него сейчас от паники дух перехватит, ведь в глазах чётко виднелась тревога и лёгкий страх. -Я вам не мешаю?—Фырчу я, сложив руки на груди и встав в дверном проёме, наблюдая за этим, честно говоря, блядством. А если бы я пришла позже то что, застала бы эту недолюбленную дуру, скачущей на члене моего препода? Моего, чёрт возьми. Во всех смыслах. -Представь себе, мешаешь,—Наигранно покачивает головой Джанет, смотря на меня так, будто меня обмазали помоями, хотя, в целом, в моральном плане это было так. -А я не с тобой разговариваю, овца безмозглая,—Я вновь фыркаю, косо посмотрев на розоволосую, а после перевожу взгляд на Честера, причём не самый доброжелательный,—Теперь я вижу причину, по которой мне следовало бы не приходить. Спасибо, блять, я тоже уважаю твои чувства. За мной сегодня не заезжай. После этих слов я захлопнула дверь и ушла из зала, при этом, возможно, почувствовав долю умиротворения во всей этой каше из мыслей, ибо я довольно толсто намекнула на наши с Честером отношения и напрямую сказала Джанет о том, что она овца. Прелестно, только сладко мне от этого не становится. Даже не хочу представлять её взгляд. Тошнотворно. Зашла в класс я в полном порыве агрессии и злобы, также громко хлопнув дверью. Благо Мисс Пэм не было, иначе пришлось бы выслушивать выговор. -Я сваливаю с английского вместе с вами,—Выпалила я, садясь на место, а после поправила растрепавшиеся волосы. То есть я для этого придурка стараюсь, юбку надеваю, позволяю ему делать с собой всё что угодно, а он, козёл, предпочитает мне какую то стерву с более привлекательной и гиперболизированной грудью. Ну, спасибо, просто прекрасно. Настроение на нуле, точно также как и самооценка. Хотелось насолить Честеру также, как он сейчас насолил мне, и я искренне рассчитываю на то, что мой пропуск сделает своё дело. -Отлично, тогда после урока собираемся и сразу уходим. Лишь бы с охранником повезло,—Усмехается Фэнг, а после сразу поворачивается на звук открывшейся двери. *** -Кто тебя просил вешать куртку так далеко?—прорыкивает Эдгар, пытаясь достать мою ветровку с вешалки, которую я повесила, опять же, довольно на приличное расстояние. Ну я же не планировала сваливать с урока и в этом нет моей вины. -Эдгар, блять, урок скоро начнётся, культяпкой своей активнее действуй,—раздражённо отвечаю я, сложив руки на груди. Уже все собрались, а некоторые вышли из школы, а мы тут втроём так и маемся с моей курткой. -Тебе надо, ты и доставай,—Не менее озлобленно отвечает челкастый, а после ,по всей видимости, происходит чудо, ведь в его руках с чёрными ногтями, наконец-то, оказывается моя ветровка,—Есть! Всё, давай, лапы в ноги, собрались и вышли. Я на улице,—мпосле этого одноклассник всучил мне одежду и выбежал из школы, перед этим перепрыгнув турникет. Мы, возможно, также бесшумно бы ушли, но, к сожалению, нас прервал звонок, а после и стук каблуков, разрезающий резко возникшую гробовую тишину. -Блять, Мэнди,—выдыхает Колетт, а после хватает меня за руку и куда-то стремительно ведёт по коридору. Если бы я знала, что после заворота за угол мы побежим, никогда бы не согласилась уходить с урока. Как выяснилось, убежали мы в младший корпус. -Чтож, поздравляю, мы в полной жопе, Мэнди. Кажется это была преподша,—тяжело дыша проговаривает Колетт, затащив меня за дверь перед лестницей, так как, по сути, это было самое безопасное место. Да, Колетт права, мы в полной... -И что делать будем? Если попытаемся пройти через старший корпус, то она может там стоять. Она же, наверное, сто процентов нас видела. -Я не знаю,—покачивает головой белобрысая, а после утыкается в телефон, что-то активно печатая. За это время напряжённого молчания я пыталась продумать план дальнейших действий, но сконцентрироваться мешала тревога из-за того, что нас, вообще-то, ждут, а нам не повезло попасть в поле зрения дорогой изводительницы детей. Прекрасно. Почему я такая неудачница? -О, идея,—Колетт смотрит на меня так, словно только что над её головой загорелась лампочка, уж очень озарённое у неё было выражение лица,—Короче. Бастер сказал, чтобы мы выходили в окно. -Супер, суицид тоже охуенная идея,—наигранно вскидываю руками я, закатив глаза, кажется, до такого состояния, что можно было бы увидеть свой мозг. Крохотный, конечно, с тем учётом, в какой мы оказались ситуации, но всё таки мозг. -Придурь, не в этом плане. Сейчас берём, открываем окно в холле и выходим из него. Нас, если что, подстрахуют парни. Таким образом мы не попадёмся на глаза в старшем корпусе и спокойно свалим с урока. -Колетт, ты ебланище... То, что за окном темнеет, ещё не значит, что мы с тобой останемся незамеченными,—После сказанного я задумалась: разве не я сама хотела поднагадить Честеру своим прогулом? Если уж я захотела уйти с урока, то нужно сделать это эффектно, чтобы он уж точно получил выговор от многоуважаемого директора,—Хотя, знаешь. Погнали. Раз это единственный выход, то давай. Конечно. За учениц, которые ушли с урока через окно, мой любимый классный руководитель отхватит по полной. Как же люблю свою неудачливость в некоторые моменты, а также паранойю. Вдруг это и вовсе не была преподавательница, а мы, за счёт адреналина, придумали кучу разных версий. Во всяком случае, уже не важно, ведь мы пришли к тому, что сейчас стояли около окна в холле, а на улице, под ним, нас уже ждали Бастер, Фэнг, Эдгар и Эмз. Только вот это не всё. С ними стояла ещё одна девочка, и, кажется, это та самая параллель. Ну да, это точно она. Это каре я уже запомнила. -Всё, давай, вылетай,—прошипела Колетт, запрыгнув на подоконник, после чего она бросила школьный рюкзак в Бастера, который, на удивление, поймал его и даже не уронил, сопровождая это огромным количеством отборного мата. Правда, портфелю все равно была уготовлена участь оказаться на земле, ведь он в это же мгновение уже страховал подругу, чтобы посадка оказалась менее травмирующей. Голубоглазая свесила ноги из окна, а после стала постепенно и медленно спускаться, пока её бёдра не обхватил Эдгар, также стоящий в качестве подстраховки, и благополучно не опустил на землю. Вроде как, всё прошло гладко, а это значит, что можно не бояться за собственную сохранность. Поэтому я запрыгнула на подоконник следом за одноклассницей и протянула Фэнгу свой рюкзак. И только в этот момент я вспомнила, что сейчас на мне, чёрт возьми, юбка. Которая, на секундочку, не предназначена для подобных событий. Ещё не хватало, чтобы всё лицезрели цвет моего белья... Правда, отступать поздно. -Ты точно поймаешь?—Я серьёзно смотрю на Бастера, наполовину высунувшись из окна и свесив ноги. Стало, честно, немного не по себе, потому что, посмотрев вниз, я убедилась, что там довольно приличное расстояние, ещё и кусты. Не очень хотелось бы оказаться в них. -Да точно, не будь как Эдгар,—усмехается Бастер, протянув мне руку,—Давай, ебашь. -Если я расшибусь, то я тебе пятнадцать пропусков наперёд поставлю, понял? После этого, фыркнув, я стала осторожно поддаваться вперёд, но, я была бы не я, если бы не стала падать. Ненавижу колготки, ведь именно из-за этих засранцев я проскользила по подоконнику. Однако, мои одноклассники не глупые, и предложение со страховкой было благоразумным, ведь Бастер поймал меня. Спасибо этому рыжему шкафу, что он удержал меня и мы не грохнулись в кусты. -Мэнди, ты предупредить не могла?—шокированно смотрит одноклассник, а после опускает меня на землю, а я, в свою очередь, отряхиваю юбку, ведь наши окна в плане чистоты оставляют желать лучшего. -Нет, блять, не могла. Я не виновата, что стала скользить. И вообще ты страховка, так что ловить было твоей обязанностью,—я фыркаю, закинув рюкзак на плечо, а после отхожу от злополучного окна,—Всё, пошли, пока преподша не возникла из воздуха. -Хороший видок был, малыш,—Ко мне подошла та девочка из школьной сборной и протянула руку, слабо ухмыльнувшись и заставив меня раскраснеться,—Я Биби. Будем знакомы. -Да, привет,—Я жму руку в качестве приветствия, при этом из-за неловкости отводя взгляд в сторону, ведь мы обе понимали, о чём идёт речь. -Всё, давайте, коллективный съёб. Наплевать на окно, сваливаем,—Помахивает рукой Фэнг, намекая нам о том, что пора бы дать по газам. —Всё, всё, не кипи. Уходим,—в напоследок, бросив взгляд на открытое нараспашку окно, я стала отходить от школы, вместе с одноклассниками. Вроде как, мы остались незамеченными. Я так думала до того момента, пока на мой телефон не пришло сообщение. Мне пришлось оторваться от доброжелательной и милой беседы с друзьями и посмотреть на экран. От сообщения от Честера, содержащее лишь фразу "Я всё видел", внутри меня возникли смешанные чувства: начиная лёгкой тревожностью, заканчивая самодовольством и ощущением победы. Больше, конечно, второе. Удачи в кабинете ректора, Мистер Честер.