I'm obsessed with you

Дин всегда был отзывчивым и добрым парнем, умевшим покорять людей одной лишь улыбкой. Когда он пришел в новую школу, у него сразу появились друзья, товарищи и просто хорошие знакомые, которые всегда были рады его видеть. Завоевывать внимание - это то, что он всегда умел делать, то, что у него всегда легко получалось. Обладая некоей эмпатией и некоторыми психологическими навыками, развившимися благодаря постоянным встречам с новыми и самыми разнообразными людьми, Дин практически мог прочитать человека. А еще он с самого первого дня знал, что хочет Новака, и решил для себя во что бы то ни стало добиться внимания этого парня. Винчестер видел, как пару раз Кастиэль бросал на него изучающие взгляды, а потому сразу предпринял попытку к действию. Блондин подсел на перемене за парту к голубоглазому красавчику, представился и попытался завязать беседу, но юноша отвечал достаточно односложно, и взгляд его блуждал по классу, довольно редко фокусируясь на лице собеседника. Дин не отчаялся и предпринял еще одну попытку позже, но она стала такой же провальной, как и предыдущая. В результате все общение свелось к вежливым "привет/пока" и лишь иногда к вопросу "как дела?" и просьбе посмотреть конспекты. Винчестер совсем уж отчаялся найти подход к этому человеку, когда однажды по пути в школу обратил внимание на то, что позади него плетется Новак собственной персоной. Парень даже не то, чтобы шел следом, пожалуй, больше это выглядело как будто он крадется в надежде, что одноклассник его не заметит. Тогда блондин решил сделать вид, что он и впрямь не видит юношу, шлепающего по лужам и замедляющего шаг тогда же, когда это делает сам Винчестер. Через неделю таких совместных походов в школу Дин опять попытался заговорить с Новаком, логично полагая, что парень хоть немного заинтересован в общении с ним, раз продолжает выходить в то же время, что и Винчестер, и пользуется той же дорогой до школы. Но Кастиэль лишь безучастно посмотрел на блондина и, сообщив, что торопится в библиотеку, моментально удалился. Даже дебил понял бы, что это была всего лишь пустая отговорка, потому как по понедельникам школьная библиотека не работает. И уж кому, как не Новаку это знать, ведь график ее работы был указан даже на его чертовом читательском билете. Винчестер на всякий случай достал его из своего рюкзака и раскрыл, сначала по привычке залипнув на несколько секунд на фотографии Каса, являвшегося владельцем данного документа, а потом бросил взгляд на внутреннюю сторону корочки, где было указано, что библиотека открыта в любой день с 9:00 до 16:00, кроме понедельника. Ах, да, Дин стащил у Новака его читательский билет, как-то приметив в нем симпатичное фото парня. Иногда Винчестеру казалось, что он зашел в тупик в своих попытках заинтересовать Кастиэля или хотя бы привлечь его внимание. Разговаривать по дороге в школу он не решался, потому что боялся спугнуть паренька. Мало ли, вдруг он после этого выберет другой путь, и они вообще перестанут пересекаться? И парень решил, что лучше синица в руке, чем журавль в небе. К тому же, оставался еще один способ. Дин всегда относился к категории людей, считавшей, что злость и ненависть лучше равнодушия. Он полагал, что любое чувство лучше равнодушия, даже отрицательное, потому что если человек испытывает хоть что-то по отношению к тебе, это проще обернуть хотя бы симпатией, нежели безразличие. Когда кто-то бесстрастен, у тебя нет материала для работы. Это все равно, что пытаться растопить лед на Северном Полюсе в минус тридцать, не имея для этого никаких приспособлений и даже подручных средств. Быстрее сам коньки отбросишь, чем это произойдет. Чтобы убить то безучастие, что, как казалось Винчестеру, отражалось на лице Новака, надо было поставить его в нестандартную ситуацию, связанную с Дином, чтобы произошла моральная встряска, и некоторые вещи были пересмотрены под другим углом. Лучше бы, конечно, чтобы ситуация была критической, ведь стресс, пережитый вместе, сближает в большинстве случаев, если только он не выявляет самые плохие качества человека. Рисковать жизнью Кастиэля Винчестер не собирался, а значит, самым простым способом расшевелить новые эмоции в парне было бы публичное признание собственной ориентации. И Дин решился пойти на это. Знаете, признание в том, что ты - гей, обычно меняет мнение людей о тебе. Как минимум, оно вызывает интерес, пусть скрытый или завуалированный маской неприязни и отвращения, как максимум - истинные неприязнь и отвращение. Хотя во всем есть свои плюсы: ты наверняка узнаешь, кто тебе друг, кто враг, а кто - так. Если человек к тебе действительно хорошо относится, то возможно это его отпугнет, но лишь на первое время, потом отношения вернутся на прежний уровень, а скорее всего даже станут более доверительными. Хотя всегда бывают исключения. Больше всего Винчестера поразил тот факт, что ничего не произошло. В смысле, в классе был вызван немалый ажиотаж его признанием, но в общем и целом новость была воспринята на удивление спокойно. Можно даже сказать положительно. Но Кастиэль не продемонстрировал ровным счетом ни.че.го. Да, Дин пару раз поймал на себе взгляд брюнета, несколько раз попытался поговорить с ним, но все заканчивалось ровно так же, как и прежде. "Что, черт возьми, с тобой не так?!" - мысленно восклицал Винчестер, разочарованно отворачиваясь, когда очередной разговор заходил в тупик после пары фраз. Дин неоднократно видел, как Новак ведет себя с друзьями. Так раскованно, свободно и непринужденно он это делал, что вызывал невольное восхищение. Парень казался таким открытым и таким уязвимым в подобные моменты, что хотелось подойти, обнять и сказать, что защитишь его, лишь бы он всегда таким и оставался. Дин, обычно читающий людей, словно книги, недоумевал, потому что не мог ничего дельного сказать об этом брюнете с глазами необычного цвета. Винчестер видел, с какой добротой и заботой юноша смотрит на своих друзей, но почему, почему он не может быть таким с ним, с Дином? Именно на этот вопрос пытался найти ответ парень, направляясь в парк, где он и повстречал Новака. То был странный вечер. Но еще более странным оказался следующий день, когда ребята стали напарниками по проекту. В итоге за всей это возней с заданием по биологии Дин совершенно забыл о своем увлечении. А вспомнил парень лишь тогда, когда Новак опасно приблизился к его шкафу с явным намерением открыть сей предмет интерьера. Дин думал, что такое хорошее утро может предвещать лишь по истине потрясающий день, но видимо у кого-то были другие планы на этот счет. И вообще, главное, в чем убедился по жизни Винчестер, так это, что у Вселенной странное чувство юмора. У Дина был небольшой секрет, который он практически никому не открывал, так что почти все выходные парень провел в размышлениях, стоит ли рассказывать обо всем Касу. Прошло немного времени с того момента, как ребята стали нормально общаться, и, Боже, Винчестер ни в коем случае не хотел терять то, чего уже добился. Но теперь выбор ставился таким образом: либо он рассказывает все Новаку, рискуя потерять то, что даже толком не имеет (во всех смыслах), либо он молчит и надеется, что все не вернется к тем славным временам, когда ребята только здоровались при встрече. Сначала Дин выбирает второй вариант и скрещивает пальцы на удачу, подсаживаясь к Кастиэлю на биологии. Но когда со стороны брюнета следует полный игнор, понимает, что придется снова идти на крайности. "И почему с тобой все не может быть так просто?" - именно этот вопрос задает себе сейчас Винчестер, стоя перед открытым шкафом и наблюдая за тем, как меняется лицо Новака при взгляде на его содержимое. Кастиэль хлопает глазами и молчит. Потом он делает пару шагов вперед, цепляясь взглядом за одну из газетных вырезок, висящих на двери шкафа. "Девушка убита в Миннеаполисе" с пометкой синей ручкой Штат Миннесота "Найдены тела погибших при странных обстоятельствах туристов" Талса, Оклахома "Полиция продолжает расследование" Милуоки, Висконсин Одежды в шкафу совсем нет, но Новак даже не задается вопросом, где же ее тогда хранит Винчестер. Он переводит взгляд на карту, расположенную за задней стенке деревянного сооружения. На ней отображены все штаты, также сделаны пометки разноцветными ручками и маркерами, а от некоторых городов, помеченных английскими булавками, тянется красная нить, связывающая их с другими точками, выделенными таким же образом. Здесь висят какие-то распечатки, снимки с мест преступлений, и Кастиэль думает, что он видел что-то подобное в "CSI: место преступления", а потом его взгляд опускается ниже. Там самое большое количество вырезок, фотографий, пометок и каких-то пакетиков, также прикрепленных к дереву. Брюнет чуть нагибается, чтобы рассмотреть получше, а потом и вовсе присаживается на корточки. "Зверски убита женщина" Лоуренс, Канзас "Полиция в замешательстве" Лоуренс, Канзас "Расчлененное тело было найдено на обочине" Лоуренс, Канзас "Полиции удалось связать убийства между собой" Лоуренс "Серия убийств признана делом рук маньяка" Лоуренс "Город живет в страхе" Лоуренс "Полиция бездействует?" Лоуренс Конечно же, Новак смотрел новости и читал газеты, тем более, эта тема обсуждалась повсеместно около года назад. Как раз, когда Дин переехал в Лоуренс. Все были просто в ужасе от серии зверских убийств, произошедших в небольшом городке. Полиция так и не вышла на преступника, а все убийства закончились так же внезапно, как и начались. Федералы лишь развели руками и отложили дело пылиться в стопочку нераскрытых. И сейчас, когда Кас смотрел на все, что находилось в шкафу, не совсем верные выводы складывались в его голове. - Это что? - вопросительно произнес брюнет, потянувшись к небольшому прозрачному пакетику, закрепленному под одним из заголовков, рядом с фотографией развороченного тела. - Лучше не трогай, - попросил Винчестер, положив руку на плечо Кастиэля в попытке остановить его. Но Новак уже снял злосчастный пакетик и теперь рассматривал его содержимое на свету, благо хоть на руку не догадался вытряхнуть. Глаза брюнета еще сильнее округлились, когда он понял, что внутри находились развороченные наручные женские часики, залитые кровью, именно поэтому парень не смог сразу идентифицировать предмет. Винчестер выдергивает несчастный сверток из рук одноклассника, зашвыривая его в шкаф, а после прикрывая дверцы. - Дин, ты... - Кас как-то странно смотрит на Винчестера, замолкая на полуслове. - Что? - искренне не понимает блондин, внимательно наблюдая за Новаком. Кастиэль проводит рукой по лицу, словно пытаясь сбросить мигом навалившуюся усталость, и судорожно вздыхает перед тем, как задать вопрос. - Ты и есть тот серийный убийца, да? - вот оно, Кас сделал это. Не сказать, что ему сразу стало легче, особенно от осознания того, что он находится с маньяком в одной комнате. Вся жизнь проносится у парня перед глазами и единственная мысль это:"И что, это все? Неужели вот так бесславно все и закончится? Так глупо". - Что? - сначала не понимает Винчестер, однако его глаза в ужасе распахиваются по мере того, как смысл сказанного добирается до мозга, - Что? Нет! Кас, как ты мог подумать?! - А какого хрена мне еще думать, когда у тебя такое висит в шкафу? - вспыхивает Новак. - Кас, я просто собираю информацию, - пытается пояснить блондин, выставляя руки ладонями вперед и пытаясь таким образом призвать собеседника успокоиться. - Ты не находишь, что выбрал немного странный способ сбора информации? - язвительно спрашивает Кастиэль. Дин открывает рот, чтобы возразить, но тут же закрывает его, потому что чувство какой-то непонятной детской обиды бьет под дых. Он не понял. Даже не попытался. - Так, - брюнет собирается с мыслями, - я предлагаю забыть этот разговор. Я ничего не знаю, я ничего не видел. Новак берет рюкзак и покидает комнату, а Дин даже не ощущает порыва проводить его хотя бы до двери. Подбородок блондина немного дрожит, но парень упрямо стискивает челюсти до скрипа в зубах и делает несколько вдохов, чтобы успокоиться. Пожалуй, в следующий раз лучше сначала как следует все объяснить и уже потом показывать, а не делать наоборот, как истинный гений мысли.