Что ты видишь?

      После неприятной встречи с кумиром прошла неделя, и Азирафаэль практически забыл, что когда-то любимый им автор закрыл дверь перед его носом. Но в один прекрасный день случилось одно простое событие, которое повлекло целую череду цепляющихся друг за друга действий.       Всё началось с того, что мистер Тайлер, до безумия обожавший шоколад и имевший на него аллергию, случайно его переел, что привело к ужасающим последствиям в виде опухшего лица и отёка гортани. Из-за чего любителя шоколадных конфет в срочном порядке госпитализировали в Городскую Лондонскую Больницу.       Благодаря отточенным и эффективным действиям медперсонала, мистер Тайлер быстро пришёл в норму, но, увы, очередная конфета случайно оказалась припрятана под подушкой. И в тот самый миг, когда шоколадная сладость таяла во рту у мужчины, в палату зашёл Азирафаэль. Застав критическую ситуацию, парень поспешил сообщить об этом доктору Армстронгу, который в этот самый момент сидел у себя в кабинете и беседовал с Марьяной.       — Я так больше не могу! Он невыносим! Этот сукин сын хуже капризного ребёнка! — грозно кричала женщина, размахивая руками.       — Ну что вы сразу так строго, у него тяжёлый случай, и мы должны ему помочь, — спокойно говорил доктор Армстронг, сидя в своём кресле и устало протирая стекла очков.       — А кто мне поможет? Это у меня теперь ужасные проблемы с психикой из-за него! Это мне уже психотерапевт нужен! Я больше ни дня не выдержу в компании этой мрази! — не унималась медсестра, начиная краснеть и закипать от переполнявшей её злости. — Делайте, что хотите, но я не вернусь больше ни под каким предлогом! Ни за какие деньги!       — И кого ты предлагаешь мне найти за такой короткий срок? Уйди хотя бы через две недели, пока я подыщу кандидатуру…       Но доктор не успел договорить, ведь именно в этот момент к нему в кабинет ворвался запыхавшийся Азирафаэль, который, весь потный и раскрасневшийся, прошептал:       — Пациент мистер Тайлер… Снова съел шоколад… — протараторил юноша сквозь сбивчивое дыхание.       Услышав эту новость, доктор лишь разочарованно покачал головой и пробурчал что-то неразборчивое себе под нос, а затем перевёл на Марьяну взгляд:       — Марьяна, вколите мистеру Тайлеру необходимые препараты. Проверьте наличие других припрятанных конфет под подушкой и под матрасом и начните строго следить за его рационом. Азирафаэль, а вас я попрошу задержаться, — мужчина рукой указал на гостевое кресло, надевая свои очки.       Азирафаэль сперва сильно удивился, поглядывая на дверь за спиной. Но мужчина кашлянул, привлекая к себе внимание, и снова пригласил присесть в кресло напротив него. Юноша послушался.       — Азирафаэль, я хочу предложить тебе стать сиделкой одному из наших пациентов. Я знаю, что у тебя есть первоначальное образование медбрата, а также ты прошёл курсы волонтёра и можешь оказать общую психологическую помощь. Вдобавок ко всему, государство выплачивает прекрасное жалование за этот труд. И я уверен, что данная работа тебе идеально подойдёт.       — Сиделкой? Но для кого? — светлые брови поднялись вверх.       — Энтони Дж Кроули. Слышал когда-нибудь? Очень известный писатель… Был в своё время. Но, к сожалению, люди не идеальны, а их тела не вечны. Авария… — тяжело вздохнул мужчина.       — А что с ним произошло?       — Ослеп, — констатировал врач. — И, боюсь, он останется слепым до конца жизни.       — Ослеп… — эхом повторил юноша, а в голове невольно всплыл образ мужчины в чёрных непроницаемых очках, которые и скрывали незрячие глаза.       — Дело в том, что у него работало много наших медсестёр, но из-за его скверного характера они уходят и ни под каким предлогом не хотят возвращаться в «логово этого демона».       — Я даже не знаю. Не уверен, что справлюсь и…       — Я очень тебя прошу, Азирафаэль, — перебил его доктор, подсаживаясь ближе к юноше и кладя руку ему на плечо. — Мистеру Кроули сейчас очень нелегко, и я говорю не только о его нестабильном эмоциональном состоянии, ему тяжело и в бытовом плане. Зрение потерял он около полугода назад, но так до сих пор и не смог принять своё состояние. А ты всегда светишься, словно солнышко, можешь найти подход ко всем, излучаешь добро и позитив. Может быть, хоть с тобой Кроули будет менее колючим и сможет смириться со своим состоянием.       — А что будет входить в мои обязанности? — спросил парень, понимая, что уже не отвертится от такого предложения.       — Ничего такого, из-за чего стоит переживать. Но лучше о них тебе расскажет Марьяна, она последняя, кто прошёл «все девять кругов ада», — мужчина весело подмигнул. — Сейчас я составлю трудовой договор, ты всё подпишешь и с завтрашнего дня приступаешь к своим обязанностям.       Юноша неуверенно кивнул, окончательно соглашаясь с нелёгким поручением, которое водрузили на его плечи. Уже через пару минут он подписывал трудовой договор, до сих пор продолжая сомневаться и бояться предстоящего будущего.       Когда всё официально было оформлено, Азирафаэль пошёл в специальную комнату для персонала, где счастливая Марьяна рассказывала другим медсёстрам и медбратьям о том, как продержалась целый месяц в компании одного конкретного демона.       — Марьяна, — робко позвал её юноша, уводя девушку подальше от любопытных ушей её коллег, — Доктор Армстронг сказал, что ты мне объяснишь, как ухаживать за мистером Кроули.       — О господи, нет! Азирафаэль, скажи мне, что ты не подписывал ещё этот тупой контракт! — У девушки чуть ноги не подкосились после услышанной просьбы. Парень лишь опустил глаза, робко кивнул и тяжело вздохнул.       — Эх, малыш, тебе придётся несладко. Этот Кроули ещё тот засранец. На самом деле в уходе ничего сложного нет: ему нужно не забывать давать витамины утром и вечером, необходимый объём записан на самих коробочках. А в обед он должен пить таблетки, которые стимулируют работу головного мозга, они в белой баночке, название не помню, но они стоят в кухонном шкафчике, который возле холодильника. И всё, — захлопала ресницами девушка, разводя руки в стороны.       — Всё? Но я думал, что ему нужно делать какой-то медицинский массаж или вкалывать ампулы. Разве ему тогда нужна сиделка с медицинским образованием? — изумился блондин, хмуря светлые брови.       — Я надеюсь, ты внимательно читал договор, который подписывал. Так вот, в нём написано, что ты будешь жить в доме мистера Кроули, чтобы в необходимом случае оказать ему медицинскую помощь. А помощь, поверь, там понадобится! Он совсем не может о себе позаботиться. Однажды он в собственной гостиной заблудился, — рассмеялась девушка, мстительно улыбаясь. — Так что он вполне может сам себе и навредить.       — Звучит несложно. Думаю, я справлюсь, — оживился парень, понимая, что осилит данные требования.       — Я нисколько не сомневаюсь в тебе, Азирафаэль. Проблема в самом опекаемом. Он ужасен! Вечно всё ему не так и не этак. Постоянно кричит и ругается. Ох, а ещё чуть не забыла предупредить — не верь, если он будет строить из себя больного и беспомощного. И ни в коем случае не разговаривай с ним про его творчество — он это терпеть не может! — прошептала девушка, словно это был большой секрет.       — А я должен выводить его на свежий воздух или мне нужно возить его на обследование? — уточнил парень, внимательно слушая.       — По идее, должен, но Кроули наотрез отказывается выходить из дома, да и на обследовании он в последний раз был месяцев пять назад. Так что если у тебя не получится его вытащить из его преисподней, то сильно не переживай, это никому не удалось.       — Хорошо, я понял.       — Ах, да. Вот ещё важный момент! По средам и пятницам к нему приходит психотерапевт Арчи Хоппер. Так что, если наш демон в эти дни будет особо мрачный — не удивляйся, это нормально. Мне остаётся пожелать только побольше сил и терпения. — Девушка потрепала его по светлым волосам и убежала обратно к своим коллегам допивать кофе.       После смены в больнице Азирафаэль поспешил к Волонтёрскому центру, где предупредил Анафему, что больше не сможет какое-то время приходить, ведь теперь он взялся помогать слепому человеку, с которым будет жить рядом с завтрашнего дня.       Уже у себя дома юноша выпил нужную таблетку и начал постепенно собирать самые необходимые вещи, которые нужно было взять с собой для комфортного проживания в доме любимого автора. Сразу вспомнилось, как буквально неделю назад Кроули захлопнул перед его носом дверь.       — Здравствуйте, мистер Кроули… меня зовут Азирафаэль Фелл, я из Лондонской Городской Больницы и с этого дня я ваша «сиделка», — репетировал парень, складывая все свои вещи.       — Нет… Ужасно… Слишком официально, — задумавшись, он сложил в чемодан принадлежности для умывания. — Все должно быть просто. Я Азирафаэль Фелл, и теперь я буду с вами жить, надеюсь, мы поладим.       Парень дружелюбно улыбнулся и посмотрел на себя в зеркало, прикладывая шёлковую рубашку к груди, но, как бы он не старался, во взгляде все равно читался страх и неуверенность во всём завтрашнем дне. Он сел на колени перед чемоданом, а улыбка исчезла с его губ. Юноша перевёл печальный взгляд на книги «Божественного цикла», который он планировал взять с собой, и провёл пальцем по красивой обложке с крыльями.       — Да, конечно, «мы поладим». А вдруг он снова захлопнет передо мной дверь, когда узнает, что я его новая «сиделка»? — Юноша устало потёр глаза.       — «Сиделка», и кто придумал это слово? — продолжил рассуждать блондин. — Он же не маленький ребёнок, чтобы с ним сидеть. А сколько ему, интересно?       Парень отодвинул свой небольшой клетчатый чемодан, забросив сбор вещей, и поспешил достать документы, которые ему выдали в больнице для ознакомления с информацией о пациенте.       «Энтони Дж Кроули. Мужчина. 31 год. Диагноз: полная потеря зрения, приобретённая слепота. Причина: повреждён зрительный нерв в результате аварии. Возможность восстановления зрения 6%» — гласили холодные буквы на карточке, звучащие, словно приговор, который обжалованию и пересмотру не подлежит.       Руки юноши задрожали, и он отложил медицинский документ, открывая на телефоне фотографию. На снимке был изображен он сам, с широкой улыбкой прижимавший у груди книжку «Эдемский сад» с автографом самого Кроули, а рядом с ним стоял высокий писатель в кожаной черной куртке и короткими рыжими волосами, обворожительно улыбаясь в камеру.       — Что же всё-таки произошло… — прошептал юноша, увеличивая изображение лица и пристально разглядывая глаза, которые тогда ещё не были скрыты чёрными очками.

***

      На следующее утро Азирафаэль вновь стоял перед массивной дверью в большой и мрачный дом. Он долго не мог решиться на то, чтобы сперва пройти через скрипучую калитку, а потом так же долго стоял и волновался перед массивной дверью. Каждый раз, когда юноша собирался с силами и был готов нажать на дверной звонок, рука в последний момент опускалась. А блондин снова собирался с силами для новой попытки, не слишком убедительно успокаивая себя.       Но ему не пришлось долго решаться, так как дверь сама перед ним распахнулась, а за ней стоял разъярённый хозяин дома.       — Кому с утра пораньше не спится? — злобно сказал мужчина, до сих пор облачённый в халат. От его голоса Азирафаэль вздрогнул, начиная волнительно топтаться на пороге и мять руками край своей рубашки.       — Д-добрый день, — робко начал Азирафаэль, голос которого дрожал. — Я из Лондонской Городской Больницы. Теперь буду работать вместо Марьяны…       — О, Дьявол! Я же сказал, мне нянька больше не нужна! Проваливай! — прошипел мужчина, уже готовый закрыть перед парнем дверь.       — Но, мистер Кроули, я же здесь, чтобы помогать вам! — остановил его юноша, перехватывая ручку двери, и потянул на себя, не позволяя снова захлопнуть её.       — Мне не нужна ничья помощь! Ясно тебе?! А теперь исчезни! — грозный голос, холодный как сталь, прозвучал, словно раскат грома.       Приложив силу, мужчина потянул дверь на себя и снова её захлопнул, чуть не прищемив Азирафаэлю пальцы. Юноша еле успел отдёрнуть руку и удивлённо уставился на дверь, за которой до сих пор слышались ругательства.       — Если что, я буду тут! — прокричал Азирафаэль в замочную скважину, но в ответ услышал громкий рык и красноречивые указания, куда ему лучше идти.       Юноша отошёл от двери подальше, с недоверием оглядывая её, а затем сел на крыльцо. Он поставил рядом чемодан и снял рюкзак. Притянул к себе колени и положил на них голову, рассматривая пушистые облака разной формы и размера.       Время перевалило за обед, а Азирафаэль до сих пор сидел на крыльце, рисуя веточкой на песке забавный рисунок смешного чертёнка, а рядом милого ангела. Он улыбнулся своим мыслям, пририсовывая нимб и рожки. Благо светило солнце и было лето, так что единственной проблемой была невозможность договориться с мистером Кроули.       — Добрый день, — послышался над ухом сначала мерзкий скрип калитки, а потом и добродушный голос, отчего юноша оторвался от наблюдения за муравьями, которые ползли по своим важным делам.       Перед ним стоял высокий мужчина с забавно кучерявыми волосами, круглыми очками и доброй улыбкой, он был одет в зелёный пиджак и классические коричневые брюки, а под пиджаком скрывалась жилетка в клетку. Ещё у незнакомца в руке был портфель с документами и зонтик-трость, хотя сегодня дождя не предвещалось.       — Я Арчи Хоппер, — улыбнулся мужчина, протягивая руку для знакомства.       — Азирафаэль Фелл, — поспешил ответить парень и встал с крыльца, отряхивая джинсы и протягивая руку в ответ.       — И что же вы здесь делаете, мой юный друг? — Мужчина указал кончиком зонта на чемодан, стоящий на крыльце, а затем внимательно изучил рисунок на песке.       — С сегодняшнего дня я новая сид… «помощник» мистера Кроули. Марьяна уволилась, так что теперь я буду работать за неё, но меня не пускают внутрь. — Парень тепло улыбнулся, грустно поглядывая в сторону двери, которая ему уже не очень нравилась.       — Понятно. А я — психотерапевт мистера Кроули и, думаю, с этой проблемкой я вам смогу помочь, — подмигнул мужчина, поправляя свои очки.       В этот момент дверь дома снова открылась и на пороге показался уже одетый в обычную одежду Кроули, который внимательно прислушивался к исходившим на улице шумам.       — Мозгоправ, ты? — уточнил писатель, хмуря свои брови.       — Да, Энтони, я тоже рад тебя видеть, — добродушно сказал мужчина. — И пока ты спускался, я успел познакомиться с твоим новым помощником. Азирафаэль, прошу проходите, я помогу вам с вещами.       — О нет. — Писатель встал в проёме двери, не пуская никого к себе домой, загораживая путь руками. — Пускай топает на все четыре стороны, мне нянька не нужна!       — А кто говорил о няньке? — Доктор Хоппер очень ловко его подвинул и прошёл внутрь, занося тяжёлый чемодан Азирафаэля. А юноша тем временем проскочил за ним, стараясь особо не шуметь и случайно не задеть писателя, который очень нелепо пытался не впускать в свой дом, загораживая путь своим телом. — Он твой помощник! Большая разница.       Азирафаэль оглядел просторный дом с высокими потолками. Вся мебель была выполнена из тёмного дерева, большие окна плотно завешены тёмными шторами, которые не пропускали и лучик света. Стены были увешаны картинами в дорогих рамах. Азирафаэль осторожно заглянул в другие комнаты и увидел большие и пустые стеллажи для книг, также был широкий и удобный диван, большой телевизор и современный музыкальный проигрыватель. И хоть дом был обжитый, но ощущалось в нём как-то неуютно и холодно, отчего юноша поёжился, до сих пор пытаясь привыкнуть к сумеркам в помещении.       — Азирафаэль, чувствуй себя как дома, не стесняйся. А то Энтони не в настроении принимать гостей. — Тем временем доктор Хоппер, не стесняясь, раскрыл тяжёлые чёрные шторы, впуская в мир мрака поток света. — Если мне не изменяет память, то комната для тебя находится на втором этаже, вторая дверь справа по коридору.       — Спасибо, доктор Хоппер, — проговорил парень, боясь посмотреть в сторону писателя и продолжая неуютно топтаться на месте.       — Можно просто, Арчи. Ты пока располагайся, а мы с Энтони проведём сеанс…       — Нет! — крикнул Кроули, демонстративно захлопывая дверь, чтобы привлечь к себе внимание. — Он не будет здесь жить! Я не хочу! Я сам прекрасно со всем справляюсь!       Писатель подбежал к ним, но случайно споткнулся о чемодан, который стоял в ненужном и непривычном месте. Кроули удалось избежать падения, но теперь он прихрамывал на одну ногу, кривил лицо от боли, и при этом не скупился на ругательства в сторону чемодана.       — Я вижу, Энтони, Марьяны нет один день, а ты уже разгромил свой дом, — добродушно сказал доктор, перешагивая валявшийся на полу торшер и с опаской заходя в гостиную, где творился не меньший хаос и бардак.       — Я не виноват, что эта мебель стоит чёрт знает где! — крикнул писатель, следуя за психотерапевтом, а затем резко развернулся к Азирафаэлю, который тащил по полу чемодан. — А ты даже не думай, что можешь чувствовать себя как дома!       Писатель зашёл в комнату и снова хлопнул дверью, начиная возмущаться доктору на данный инцидент. А Азирафаэль так и остался стоять посреди большой прихожей, неприятно сжавшись от доносившихся в его адрес ругательств.       Он перевёл взгляд на массивную лестницу с резными перилами из дерева, а затем посмотрел на свой тяжёлый чемодан. Вздохнул и потащил его наверх. Без проблем найдя свою комнату, он быстро разложил вещи и решился осмотреться. В его комнате была лишь односпальная кровать и небольшой шкаф, а так же письменный стол — всё просто, но со вкусом.       Рядом была комната Кроули, как догадался юноша по незаправленной постели. Здесь уже была и огромная кровать, застеленная шёлковыми простынями серого цвета, огромный шкаф во всю стену с зеркалами и большие окна, которые тоже были спрятаны за плотной тканью, скрывающей солнце. Дальше была ванная комната, душевая, уборная.       И была ещё одна дверь, которая, к сожалению, оказалась закрытой. Но через замочную скважину парень увидел огромный стеллаж, сверху донизу заставленный книгами, а рядом письменный стол, на котором пылился ноутбук и блокнот.       На первом этаже была большая кухня в стильном сером цвете. Везде стояло много современной техники, которая должна была каждому обывателю упростить жизнь, начиная от кофемашины и заканчивая посудомойкой. И была гостиная, которую заняли сейчас мистер Хоппер и мистер Кроули. Обследовав дом, юноша внимательно изучил лекарства, которые должен будет давать, и необходимую дозу, внимательно разобрался с инструкцией и прочёл рекомендации.       Спустя час на кухне к нему присоединился Арчи.       — Надеюсь, всё в порядке? — спросил он у немного растерянного юноши.       — Д-да. Просто боюсь, что не смогу найти общий язык с мистером Кроули, — признался парень.       — Не переживай. Энтони всегда сходится плохо с новыми людьми, такой у него характер. Но, главное, не принимай его слова близко к сердцу, а то он может сильно ранить. Я знаю это по себе… Ладно. Я приду в пятницу. Если что, мой телефон записан в телефонной книжке в гостиной, — Арчи ему подмигнул и ушел. Юноша услышал, как хлопнула дверь, а затем последовательно скрипнула калитка.       Азирафаэль ещё долго сидел на кухне — в своём безопасном убежище. Но в следующим момент на кухню зашёл Кроули, на ощупь пытаясь найти холодильник. Когда он достиг цели, то достал бутылку яблочного сока. Следующей его целью стало найти стакан, который тоже был спокойно отыскан. Но вот когда автор начал наливать сок в стакан, то пролил половину на пол и чуть не поскользнулся в этой луже.       — Давайте я вам помогу, — вскочил Азирафаэль, подбегая к мужчине.       — Не лезь ко мне! — остановил его Кроули, выставляя руку вперёд, прежде чем парень успел что-то сделать. — Я сказал: мне не нужна ничья помощь!       — Но вы же сейчас можете упасть, — вскрикнул блондин, наблюдая, как автор топчется в сладкой луже.       — Как тебя там звать? — сказал Кроули, оставляя стакан и начиная массировать виски.       — Азирафаэль Фелл.       — Так вот, Фелл, тебе платят за то, чтобы ты тут за мной ухаживал. Никто этого не проверит. Так что давай договоримся так: живи тут, делай что хочешь, но не лезь ко мне! — прошипел Кроули сквозь зубы, а потом, сделав шаг, поскользнулся и рухнул на пол, больно ударившись копчиком и тут же начиная проклинать сок и стакан во всех невзгодах.       — Могу я хотя бы… — уже было снова предложил помощь юноша, но его перебили:       — Нет! — крикнул Кроули, тяжело дыша, словно разъярённый зверь.       Азирафаэль, испугавшись, поспешил убежать из кухни. Он поднялся в свою комнату и забрался на кровать, слушая, как писатель ругается за дверью и кричит. Парень так и просидел остаток дня на кровати, боясь выйти. Он так и уснул, не переодеваясь.       Последующие дни прошли однообразно: Азирафаэль рано вставал и шёл готовить завтрак, ближе к одиннадцати из своего убежища выползал Кроули, который ждал своего кофе. Затем были попытки уговорить Кроули выпить витамины, но каждый раз был провальным. После молчаливого завтрака Азирафаэль уходил в комнату и занимал себя чем-то до обеда, обычно уборкой и домашними делами. В обед он пытался снова убедить Кроули выпить необходимое лекарство, но каждый раз получал отказ с неизменными указаниями, куда он может «засунуть себе эти чёртовы таблетки». Затем снова уходил в комнату, чтобы почитать, и спускался к ужину, стараясь приготовить что-нибудь на вкус писателя. А в конце ложился спать.       Досуг Кроули тоже не отличался большим разнообразием. Мужчина либо спал, либо слушал телевизор, бездумно щелкая каналы, либо включал на всю громкость проигрыватель со своими любимыми песнями. Правда, в ежедневную рутину писателя еще входило обязательная ссора с почтальоном, выматывающие нравоучения от лечащего врача из больницы, звонившего хотя бы раз в неделю, а также каждодневный отказ от лекарств, который всегда сопровождался громким скандалом и криками.       Иногда Кроули приносили посылки из волонтёрского центра, но все они сразу же выкидывались в мусор, даже не вскрываясь. Настроение писателя в такие дни сразу становилось хуже и невыносимее. Однажды Азирафаэль из любопытства все же открыл одну коробку, где обнаружились куча реклам и буклетов для помощи слепым, книжки на шрифте Брайля, бесплатные витамины и приглашения на встречи к людям с ограниченными возможностями для групповой терапии.       И так все повторялось изо дня в день. Только доктор, Хоппер, который мило беседовал с Азирафаэлем, рассказывая интересные истории, потом проводил час терапии с Энтони, мог немного разнообразить скучные будни в мрачном доме писателя.       — Азирафаэль, — спустя пару недель спросил Арчи, разговаривая с ним на кухне. — Надеюсь, ты наладил контакт с Энтони?       — Нет. Мистер Кроули не особо стремится идти на контакт, — грустно выдохнул юноша, устало укладывая голову на скрещенные впереди руки.       — И как проходят ваши дни? — поинтересовался мужчина, не обращая внимания на то, что в комнате писателя во всю громкость заиграла песня группы Queen.       — Я готовлю, убираю, стираю и пытаюсь каждый раз заставить пить его лекарства. Но больше ничего, — парень уже тоже привык, что каждый раз после терапии с доктором, Кроули закрывается у себя и на всю громкость включает музыку или телевизор.       — Вы слишком добрый, Азирафаэль, не позволяйте собой помыкать. Пусть он не садится вам на шею. Хоть он и строит из себя злого недотрогу с острыми колючками, но на самом деле он очень нуждается в общении и компании, даже если сам утверждает обратное. Не стоит его бояться, он точно не утащит вас в ад, как многие думают. — Мужчина похлопал его по плечу.       Распрощавшись, Азирафаэль ещё долго обдумывал слова доктора и решил, что с сегодняшнего дня попробует действовать по-другому. Кроули ведь действительно не демон, а всего лишь человек со сложной судьбой. И все его выпады — это лишь защита. Тем более Кроули его любимый писатель! И они жили под одной крышей. Так что это была прекрасная возможность исполнить давнюю мечту и пообщаться.       В следующий момент зазвонил телефон и юноша поспешил ответить.       — Дом мистера Кроули, чем могу помочь? — спросил парень учтивым голосом. У Азирафаэля широко раскрылись глаза от удивления. А когда он услышал, кто звонил и с какой просьбой, немедля побежал к мистеру Кроули, который валялся на кровати, бездумно щёлкая телевизор.       — Мистер Кроули, это режиссёр, они хотят снять фильм по вашей книге! — воскликнул радостно парень, залетая без стука и еле сдерживая восторженные крики.       — Правда? — мужчина воодушевился и даже подскочил с места, счастливо улыбаясь и выключая телевизор. — Тогда быстрей давай телефон! Мне есть, что им предложить!       Юноша радостно подбежал и вложил телефон в руку, зажимая пальцы мужчины, чтобы он случайно не выронил гаджет. Особенно в такой важный момент! Парень сделал шаг назад, наблюдая, как на его глазах создаётся будущий шедевр кинематографа.       — Идите к чёрту! — грозно прокричал в трубку писатель, а юноша так и обомлел от удивления. — Я вам сто раз сказал, что никакого фильма и сериала не будет! Идите на три весёлые буквы и не звоните мне больше… Да, плевать я хотел на ваши деньги, нет, никакая сумма меня не интересует! Всё, чао, разговор окончен!       Кроули отбросил телефон и начал грозно дышать, что было понятно по яростно раздувающимся крыльям носа. Он сжал кулаки и обнажил зубы, начиная скалиться. Мужчина поднялся с кровати, подходя ближе к Азирафаэлю и нависая над ним грозной тучей.       — Если ещё раз ты дашь мне трубку с каким-то режиссёром или продюсером, то вместо моих историй у них на столе будут мемуары одной сиделки, которая совала свой нос куда не следует и очень грустно закончила жизнь! — прокричал на него Кроули, которого начало трясти от злости.       — Но вы же меня не предупредили. Вы могли бы заранее мне сказать! И я бы вам не поднёс этот чёртов телефон! — огрызнулся парень, расправляя плечи. — Тем более экранизация вашей работы — это замечательная идея, я думал, что вас заинтересует это предложение.       — Плохо подумал, не заинтриговало. А теперь… Пошёл вон! И чтобы без стука не заходил, — выплюнул писатель сквозь стиснутые зубы, выставляя его за дверь.       Парень на ватных ногах дошёл до своей кровати. Его руки дрожали, а волосы на макушке встали дыбом. Он тяжело дышал, думая о том, что всё-таки за его дерзкую выходку ничего не случилось. И постепенно бешеный ритм сердца успокоился, а грудная клетка перестала так часто подниматься. Азирафаэль удивленно захлопал ресницами, забираясь на кровать с ногами и окончательно успокаиваясь, медленно выдыхая.       Возможно, Кроули и правда не так страшен, как пытается показать? И доктор Хоппер прав и можно быть смелее? А писатель просто прячется за своей злобой?       С этими мыслями юноша лёг спать, будучи точно уверенным, что завтра всё начнётся по-другому. Ведь в ад его точно никто не утащит…