Шпилька
24 февраля 2023 г., 16:00
Можно было сказать, что милостью мадам Юй мне повезло не застать уничтожение Пристани Лотоса, и их смерти, поскольку парой недель ранее Яньли (и меня вместе с ней) отправили в гости. Я не сразу сообразила, что с гостей в Пристань Лотоса мы вернёмся ещё не скоро, а, когда сообразила, нас уже перехватили на обратном пути члены ордена Лань.
Так мы с Яньли разделились с Усянем и Цзян Ченом.
Дни в безопасности тянулись как года. Когда клан Лань сообщил, что мы можем направиться в крепость Чунъян, тренировочную базу Ордена Юнь Мэн, мне показалось, что прошло уже лет десять.
Встречи с Цзян Ченом мы ждали в тихом месте, которое, как оказалось, очень нравилось Яньли, когда она бывала здесь ещё в прошлом. Хотя добраться до него было не слишком просто. Для меня, как для человека, выросшего в горах, это не составляло труда даже без меча, в отличие от Яньли. Первый раз мы поднимались туда больше часа, но все последующие, уже после битвы за крепость, я катала её на мече.
Это хоть немного поднимало ей настроение, так что я была совсем не против.
— Они же вернутся? — спросила Яньли, невидящим взглядом смотря куда-то вдаль.
— Они живы, — сказала я с полной уверенностью.
Даже если новостей практически не было, уж кое-что я знала наверняка. Но от волнения это всё равно не избавляло. Потому что сейчас происходящее не было историей со страниц книги — это была грязная и жестокая реальность.
А в реальности случаются разные… случайности.
Но, с другой стороны, должен же хоть кто-то здесь быть уверен хоть в чём-то?
— Мне бы твою уверенность, — вздохнула девушка, обняв себя за плечи. Я обернулась, чтобы обнять её и выдать что-нибудь ободряющее, и наткнулась взглядом на Цзян Чена.
Тяжело дышащего, только-только пришедшего. Которого мы, в своём упадническом настроении, не заметили.
— А вот и первый потеряшка! — широкая улыбка сама собой наползла на лицо.
— А?!
Схватив Яньли за плечи, развернула её к Цзян Чену и толкнула ему прямо в руки.
Я чувствовала себя неловко, смотря на рыдающего Цзян Чена, и очень сожалела, что не к кому сейчас кинуться на шею и, может, тоже поплакать, а то чувствую себя третьей лишней тут…
Вынырнула я из своих мыслей, когда Яньлин спросила:
— А Вэй Ин?
Цзян Чен кинул на меня испуганный взгляд, будто опасался, что я начну предъявлять ему претензии, и сдавленно сообщил:
— Пропал. Но мы его ищем.
— Как пропал, так и найдётся, он не в первый раз так делает, — попыталась ободрить его я, и спрятала дрожащие руки в рукава, но он, конечно, заметил.
Когда ты привязываешься к кому-то — трудно не волноваться за него в подобной ситуации.
— Фухуа…
Не знаю уж, что хотел сказать Цзян Чен, но красный фейервек с символом Цишань Вэнь не дал ему этого сделать.
— Уводи её, — приказал Цзян Чен, вмиг становясь серьёзным.
Коротко кивнув, выпустила Цинсы из ножен, первой становясь на лезвие и подавая руку Яньлин. Она не растерялась и не спорила — молча встала на меч передо мной, спиной прижимаясь вплотную к моей груди.
У нас было мало времени.
Перед нападением на крепость клана Вэнь, всех женщин, детей и стариков спрятали в одной из пещер поблизости, поскольку незаметно увести нас не представлялось возможным, учитывая скорость нападения. Прошло едва ли полчаса с момента, как взорвался фейерверк, и к нам уже спешили эти ненормальные.
Вот что за радость резать людей, да и ради чего? Как будто мертвецы и злые духи мало народу убивают. Люди, пфе.
Итак, мы сидели неподалёку и нервничали, я, потому что ждала звуков флейты, остальные поскольку боялись смерти. Не то чтобы я её не боялась, но, когда уже раз умер и после очнулся в мире новеллы, начинаешь относиться к этому чуть-чуть иначе. Потому что сюжет знаешь, угу. Вот когда происходит что-то, чего не знаешь, вот это заставляет понервничать!
Так что я напряжённо вслушивалась в звуки битвы, которые до нас доносились.
— Фухуа? — обеспокоенно позвала Яньли. — Что ты пытаешься услышать?
— Просто слушаю.
Не говорить же, что флейту, это будет звучать очень подозрительно. Я и так веду себя подозрительно, лишь немного волнуюсь, опасаясь, что что-то пойдёт не так, как я помню, вместо того чтобы очень сильно нервничать, как все.
Внезапно звуки битвы стихли, и я испуганно замерла: не было понятно, победили мы или проиграли, гуцинь давно смолк, а флейты я так и не услышала.
…знакомая мелодия разрезала тишину как нож. Я встрепенулась, положила руку на меч. Люди в пещере испуганно замерли.
— Флейта?.. — нахмурилась Яньли.
Некоторое время я слушала, наслаждаясь — Вэй Ин отлично играл на флейте, и частенько играл для меня. Сейчас же от музыки исходило такое зловещее ощущение, и она сопровождалась душераздирающими воплями, что я невольно восхитилась. Сейчас там, наверное, уже всех нападавших казнили…
Когда и флейта стихла, я вытащила меч и вскочила на него.
— Оставайтесь здесь, я посмотрю.
— Нельзя, там опасно, — Яньли схватила меня за край ханьфу.
— Я прекрасно умею прятаться, меня даже не заметят, а если заметят сбегу и уведу их подальше от вас. Ты же оставайся здесь под защитой…
— Но, Фухуа…
Я кинула взгляд на тех, кого оставили защищать не слишком боеспособное население, и нетерпеливо попросила:
— Пусти. Это флейта Вэй Ина.
— Ты… уверена? — Яньли неохотно разжала пальцы.
— Почти полностью.
Я тут же помчалась к крепости, думая о том, что пропустила всё самое интересное: наверняка то, что творил Вэй Ин, в реальности выглядело намного интереснее, чем на экране. Внушительнее.
Застала же я уже лишь гору трупов и разговор, причём в том моменте, когда Цзян Чен заслонил собой Усяня. Не сбавляя скорости я снизилась и, соскочив с меча, буквально влетела в Вэй Ина, чудом, вероятно, не сбив его с ног: он лишь покачнулся и сделал несколько шагов назад, пытаясь сохранить равновесие.
— Фухуа, что ты… — начал было он, но я бесцеремонно заткнула его поцелуем.
Быстро разорвав поцелуй, я уткнулась в его шею, испытывая невероятное облегчение и желание высказать всё своё негодование.
— Мог бы хоть мертвеца с записочкой послать, придурок! — прошипела я ему в шею. — Цзян Чен тебя по всей стране искал! Яньли места себе не находила!
— Зато я в этот раз и цел и невредим… — предпринял слабую попытку оправдаться Вэй Ин. — К тому же, мертвец вряд ли бы дошёл до вас, учитывая, сколько здесь заклинателей.
Да можно подумать ты, если надо, не нашёл бы способ и через лютого записку передать!
Да и на счёт «цел и невредим» я могла бы поспорить. Но, точно не сейчас.
— Цел, да? — глухо, почти неслышно пробормотала, незаметно положив руку туда, где должно было располагаться его Золотое Ядро.
Вэй Ин, против обыкновения, не отшутился. Посмотрел молча и серьёзно, чуть качнув головой в отрицании. Мне оставалось лишь вздохнуть и уткнуться лбом обратно в его плечо. Не буду я давить, не буду.
Но скрывать это вечно он не сможет, а я уж лучше позабочусь о том, чтобы Цзян Чен узнал обо всём пораньше. Даже если совсем немного, но это должно смягчить их с братом непростые отношения.
В конце концов рот существует не только для того, чтобы в него есть. Половины проблем можно было бы избежать, если бы парочка дурней, один из которых мой нынешний парень, а второй — его будущий муж, просто спокойно поговорили.
— Я… приношу свои извинения, — раздался из-за спины знакомый голос.
И от надлома в нём у меня мурашки по спине пробежались.
Чёрт.
Резко обернувшись, встретилась взглядом с Лань Ванцзи. От боли и разочарования в его глазах стало не по себе. Видеть его таким, даже если до этого мы были реально знакомы всего день, оказалось настолько ошеломляюще, что я с трудом соображала, что теперь делать.
Что, если он решит отпустить Вэй Ина и не придёт к нему на помощь в самый опасный момент? Я не смогу исполнить его роль.
Лань Чжань поджал губы и, едва заметно покачнувшись, резко развернулся. Помедлив, словно хотел что-то сказать, но так этого и не сделав, молча направился прочь.
Краем глаза заметила удивление Цзян Чена. На плече крепко сжались пальцы Вэй Ина.
Я должна вернуть Лань Чжаня.
— Знаешь, я думал, твоя реакция будет немного… иной?.. — неуверенно произнёс Вэй Ин. — Или ты… как много ты видела?
Ладно, с вернуть Лань Чжаня придётся пока повременить. Пока психологическая помощь требуется кое-кому другому. Итак, сегодня я не видела ничего, но по факту через экран видела всё и даже больше, так что…
— Как насчёт всё?
Вэй Ин поперхнулся воздухом.
— Я ведь уже говорила, я останусь с тобой, что бы ты не вытворил, — я прижалась к нему сильнее. — Дурак. Мы так волновались…
— Прости, — он обнял меня в ответ.
Цзян Чен кашлянул.
— Я, конечно, понимаю, что вы радостно забыли обо мне, но сегодня у нас ещё много дел, и люди наверняка беспокоятся. Потом будете миловаться.
*.*.*
Пока парни топили земли в крови, возвращая то, что принадлежало клану Цзян, мы с Яньли самоустранились от происходящего, чему те, судя по всему, были только рады. Мы находились в относительной безопасности, хоть и, по сути, тоже были на фронте, ну и я, если что, смогла бы вместе с ней сбежать в случае, если на нас нападут. Цзян Чену и Вэй Усяню так было спокойнее, мне, в принципе, тоже: я, конечно, успела насмотреться на убийства и живых, и мёртвых, но участвовать в массовой резне не горела желанием. Проще было тихо посидеть, где скажут. Особой симпатии я к происходящему не испытывала, но, поскольку вопрос стоял ребром: либо мы, либо нас, высказываться на эту тему я также не собиралась. Во-первых, глупо было мерить древний мир моралью современности, во-вторых, клан Вэнь первый начал. Ну а в-третьих… я прекрасно знала, что будет происходить дальше. Так что мы с Яньли занимались бытовухой, как истинные женщины. Это было и проще, и приятнее, чем наматывать чужие кишки на меч, так что я ничего не имела против. К тому же так я могла научиться готовить то, что обычно готовила Яньли. Естественно, без эксцессов не обходилось. Яньли готовила по дополнительной порции супа: брату, Вэй Ину, и своему бывшему жениху, который ей «не слишком-то нравится». Учитывая её скромность, и нежелание лишний раз попадаться на глаза тому, кто её, вроде как, не любил, и огромное желание позаботиться, Яньли, естественно, таскала суп в его палатку тайно, оставляла и исчезала как можно скорее, чтобы ненароком с ним не пересечься. Я сама её не сразу за этим поймала, а когда поймала, почувствовала себя плохой невестой — я Вэй Ину дополнительной чашки супа не носила. Впрочем, учитывая заботу Яньли, если б добавилась ещё и моя, он рисковал просто лопнуть. Как-то раз, пролетая над лагерем на мече, я заметила у палатки Цзинь Цзысюаня подозрительную активность. А именно: какая-то девица, судя по всему, пыталась его соблазнить и, учитывая его выражение лица, он, похоже, проникался. Мне стало интересно и я подлетела поближе. Послушала. Разозлилась. — Ну-ка повтори всё, что ты сейчас сказала, глядя мне в глаза, — спикировав вниз, я спустилась с меча. Тот угрожающе завис рядом, возмущённо дребезжа. Уж не знаю, как у меча получалось издавать такой звук, однако ж… — Эй, кто позволил тебе… — начал было возмущаться Цзинь, но я, взбешённая услышанным сверх меры, кинула на него презрительный взгляд и выразительно изогнула бровь. Парень подавился воздухом, и я прекрасно знала, почему: у меня были чёрные длинные волосы, я носила фиолетовые одежды. И бессовестно копировала некоторые особо эффектные позы и жесты мадам Юй, потому что с моей точки зрения эта женщина заслуживала всеобщего обожания и подражания. Цзыдань мне в руки — небось перекрестился бы. Жаль Цзян Чен не даст хлыст на погонять. — Я не тебя спрашивала, — сухо заметила я, и требовательно посмотрела на девицу. — Ну. Повтори, что ты сейчас говорила. — Я… Это… — Тогда, может, расскажешь мне рецепт супа, который якобы принесла? — Он совсем обычный… — Да ну? — Там… — Кончай мямлить. Или мне вернуться сюда с Цзян Ченом? Цзыдань быстро развяжет тебе язык. Цзинь Цзысюань сглотнул. Очевидно, ввязываться в очередную перепалку с целым главой ордена, будь он хоть десять раз его ровесник и соученик, ему не хотелось. И это не говоря уже про Вэй Ина, на которого лишний раз старались даже не смотреть. И, разумеется, слухи и слава о том, как эта парочка в итоге отрывалась на поле боя, тоже не добавляли храбрости. — Или, может, Вэй Усяня? О, им обоим так понравится, что какая-то жалкая лгунья присваивает себе труды их сестры! — То есть ты хочешь сказать, что готовила на самом деле эта… — Цзысюань явно хотел обозвать Яньли как-то не слишком лицеприятно, но под моим взглядом быстро исправился. — …дева Цзян? И ты думаешь, что я просто так тебе поверю? Все знают, что вы с ней близкие подруги, и что ты, разумеется, будешь её защищать! Я прищурилась и презрительно фыркнула. — А ты не только летаешь медленно, но и соображаешь также, золотая улиточка? Даже хорошо, что помолвку разорвали, ведь ты совершенно не заслуживаешь нашу драгоценную Яньли. Думаешь, я тебе лгу, а не она? Пусть приготовит этот совершенно обычный суп прямо сейчас, при тебе, и ты попробуешь. — Вкус не всегда выходит одинаковым… — промямлила девица. Нет, она ещё и продолжает прикидываться невинной овцой! — Ой ли? Эй, улиточка, ты каждый день ел этот суп, вкус хоть раз отличался? — Не думаю, — сквозь зубы процедил Цзысюань. — И кто дал тебе право называть меня… — он поджал губы, будучи не в состоянии обозвать улиткой самого себя, и я, воспользовавшись этим моментом, продолжила: — Не хочешь готовить? Что ж, переводить продукты и впрямь не лучшая идея. Я знаю, что всегда готовится три дополнительных чашки этого супа. Кто же те два счастливчика, которым ты его якобы носишь, м? Мы позовём их, чтобы они подтвердили, что получали от тебя суп. Хватит у тебя духу назвать их имена или ты назовёшь кого-то ещё? В любом случае сразу будет понятно, что ты лгунья! — Это… — пролепетала та. Язык, похоже, всё-таки не совсем без костей. — Достаточно, — раздражённо вздохнул Цзинь Цзысюань. — Я услышал достаточно. Пошла вон, и больше не попадайся мне на глаза, — обратился он к девице, та испуганно закивала и, бросив на меня полный злобы взгляд, подобрала юбки и засеменила прочь. Провожая её взглядом, он тяжело вздохнул, и повернулся ко мне. — Не обольщайся, я сделала это не ради тебя, можешь спать хоть со всеми шлюхами в округе, — произнесла я, не успел он открыть рот. — Хотя, я, конечно, думала, что наследник клана Цзинь куда избирательнее и имеет вкус получше. Жалость какая, не пойму, чем такой самовлюблённый ограниченный павлин как ты нравится Яньли. — Ты… — Цзинь Цзысюань с шипением втянул воздух, я скрестила руки на груди, насмешливо глядя на него. Он вздохнул. — Уж кто бы говорил о вкусах, невеста Вэй Усяня. Я в первый и последний раз спускаю тебе такое количество оскорблений, понятно? — Так и скажи, что просто боишься моего жениха, — расхохоталась я. Презрительно фыркнув друг на друга, мы разошлись. Несколько дней спустя Цзинь Цзысюань поймал меня и задал крайне интересный вопрос с таким видом, будто переступил не только через свою гордость, но и через здравый смысл: — Как мне отблагодарить Яньли?! И тут же сделал вид, будто это не он только что спрашивал. Сразу видно, в кого Цзинь Линь пойдёт цундере-замашками в будущем. — Ты серьёзно спрашиваешь у меня? — я недоумённо моргнула, Цзинь Цзысюань насупился. Я вспомнила о том, что Яньли была с ним счастлива и, тяжело вздохнув, всё же ответила: — Ну не знаю, для начала цветочков нарви и оставь в своей палатке с запиской? Там, где она всегда чашку ставит. Цзинь Цзысюань ушёл с видом просветлённого, так начался их обмен записочками, который продолжался, насколько я поняла по оговоркам сияющей Яньли, довольно долго. Когда клан Цзян, наконец, вернул себе Пристань Лотоса, все вздохнули с облегчением. Это был ещё не конец, но хотя бы дом снова принадлежал им… Стоя перед пустыми могилами мадам Юй и её мужа, я утирала слёзы: я чувствовала себя жалкой и ничтожной, я ведь так ничего и не сделала, чтобы хотя бы попытаться их спасти. Надо будет попробовать сохранить жизнь хотя бы Яньли. Я понимала, что от слёз нет никакого толку, но остановиться всё равно никак не могла. Там, умывающейся слезами, меня и нашёл Вэй Ин. Обнял со спины и пристроил подбородок на макушке. — Без них тут… так пусто. — Да, — глухо подтвердил он. Мы недолго постояли в тишине — Усянь терпеливо ждал, пока я успокоюсь и приду в себя, прежде чем мы могли бы уйти. Когда же я успокоилась — молча потянул меня прочь. Куда именно мне было совершенно не интересно. Я очнулась, только когда зацепилась взглядом за лотосы, которые вот-вот должны были начать отцветать. Мы медленно шли по пристани, у самого её края. Очень скоро на глаза показалась ива, под которой мы раньше частенько прятались, когда была возможность, и обжимались. До меня вдруг дошло, что с самого нашего возвращения мы до сих пор ни разу не ходили к ней. Он затянул меня под ветви — ива немного обгорела, и одна её часть теперь не выглядела такой же пышной, как раньше. Грустно. — Я знаю, мы себе не так представляли наше будущее, и по правилам всё должно быть не совсем так, но… — неожиданно начал Усянь, остановившись передо мной. Таким, немного смущённым и явно нервничающим, его нечасто доводилось увидеть. — Если ты всё ещё хочешь за меня замуж, мы могли бы… пожениться. — А-Ин… — вырвалось у меня. Благодаря Яньли я всё-таки привыкла к уменьшительно-ласкательным изменениям имени. — Лучше время вряд ли будет и… мы победу хотели отпраздновать… — он зажмурился, оборвав сам себя, и решительно закончил, глядя на меня полным ожидания взглядом. — Так ты… выйдешь за меня? — Да-да-да! Конечно да! — я с радостным воплем повисла на его шее и коротко поцеловала в губы. — Плевать, как там женятся по правилам, нам хватит свадебного вина и свидетелей! — Хотя бы вуаль всё-таки придётся найти… — облегчённо рассмеялся Вэй Ин. Одну-единственную красную тряпку найти, думаю, будет не так уж и сложно. Это не свадебное платье сшить, которое один раз пригодится. В военное время такие растраты просто грех! — Когда устроим церемонию? Давай завтра? Усянь удивлённо крякнул. — Боюсь, пожениться так быстро у нас вряд ли выйдет, — неловко улыбнулся он, но глаза его блестели. — Но я поговорю с Цзян Ченом. Кстати… — Вэй Ин неохотно отстранился и вынул из рукава деревянную шкатулку. Она была немного подгоревшей, и от части резных красивых узоров почти ничего не осталось. — Дядя Цзян купил это по моей просьбе… давно, мне казалось, хорошо спрятал, но огонь её всё-таки достал. Хотя содержимое не пострадало, так что… Наверное нужно было просто вынуть его… О-о-о, боже, как это мило. Я вытянула шкатулку из его пальцев и открыла. Внутри была шпилька. Тонкая, красивая и сияющая, из красного нефрита. Насколько я знала, это был довольно редкий камень, так что кое-кто, похоже, довольно сильно потратился. Этот оттенок красного напоминал глаза Вэй Ина, когда тёмная энергия меняла их цвет. Удивительное совпадение. Завораживает. — Буду носить, не снимая.
