Все дороги ведут в Гу Су
26 февраля 2023 г., 17:55
После уничтожения клана Вэнь Великие кланы, лишившись общего врага, более-менее восстановившись, ожидаемо начали точить зуб на того, кого теперь считали наибольшей угрозой для общества.
То есть на моего мужа.
Вэй Ин, встав на защиту остатков клана Вэнь, и перебравшись в бесплодные земли Илина, сохранил свою печать тьмы, чем, естественно, не добавлял им спокойствия. Просить уничтожить её было бессмысленно, я и не просила. Жалко было, что свадьбу Яньли мы посетить не смогли.
Лань Чжань не слишком-то сильно изменил своё поведение, но на диалог пытался вывести Усяня настойчивее, чем раньше. Поцелуй, конечно, по канону украл, я долго ржала, когда муж пришёл ко мне с повинной после соревнования, мол какая-то смелая девица застала его врасплох. Так и не смогла объяснить, почему мне так смешно.
Из хорошего было разве что то, что забеременели мы с Яньли практически одновременно. На три месяца раньше неё я родила дочь. Было немного грустно — я рассчитывала на мальчика, который был бы копией Вэй Ина, но не все должно идти так, как мне хочется. Оно и не шло.
Зато счастливый до невозможности Усянь с погремушкой смотрелся довольно мило. Перед этим он старательно тренировался на А-Юане. И превращал мою беременность в ад постоянным:«У тебя ничего не болит? Вэнь Цин, я ей не верю!» С учётом того, что мы жили в Илине, его беспокойство имело смысл, но чувствовала я себя просто прекрасно.
В общем, беспокоящийся Усянь доставал меня, доставал Вэнь Цин, но прилетало почему-то Вэнь Нину. Во всяком случае именно на его плечи Цин скидывала вырубленного Великого и Ужасного Старейшину Илина. Хотя, вряд ли мертвый чувствовал от этого особый дискомфорт. Спасти его мы не успели, несмотря на то что я выпнула Усяня туда довольно рано.
Знали бы все Великие Кланы, ссущие кипяточком и старательно придумывающие себе какие ужасы он может совершить, что его лёгким движением руки и парой иголок вырубала целительница, не владеющая мечом… О, я бы посмотрела на их лица! И как бы они возносили хвалы Вэнь Цин, способной укротить этого демона.
Насильственно укротить. К словам, даже моим, он до сих пор не прислушивался. Поскольку мне его бить как-то не хотелось, карательной дланью выступала Вэнь Цин.
К слову о Вэнь Нине, во время возвращения его сознания нас посещал Лань Чжань с восхитительным враньём на тему «мимо проходил». Естественно, заглядывал он с намерением вразумить моего мужа оставить тёмный путь, уничтожить печать и прочее, прочее, прочее, но вначале оказался буквально погребён под «Я стал папой, я стал папой! Разве она не милашка?», а затем произошёл случай со срывом печати с Вэнь Нина и его прозрение, так что все попытки воззвать к разуму Усяня пропали втуне.
Взывать там в этот момент было не к чему.
Лань Чжань, к несчастью, не отчаялся и пришёл навестить меня, чтобы деликатно уточнить, почему я не наставляю Вэй Ина на путь истинный и спускаю ему с рук столь рьяное увлечение тёмными искусствами.
— Он же имеет такую огромную духовную силу… — печально вздохнул он. — Почему ты позволяешь ему губить себя?
Я тоже печально вздохнула и, откинувшись на подушки, уточнила:
— Тебе не говорили о том, что случилось с Цзян Ченом после падения Пристани Лотоса?
— Если я не ошибаюсь, Сжигающий Ядра уничтожил его ядро, а затем Вэй Ин отвёл его к Баошань Саньжэнь, и его вылечили.
— Я думала, ты достаточно образован, чтобы не поверить в этот бред. Невозможно вернуть то, что было уничтожено. Можно только заменить. Вэй Ин никогда не откажется от пути Тьмы, потому что у него нет другого выбора. Нельзя использовать духовную силу без ядра.
— Но… Как? — Лань Чжань ошеломлённо замер.
— Вэнь Цин пересадила Цзян Чену ядро А-Ина. Я не знаю подробностей, если тебя интересует практическая сторона вопроса, можешь спросить у неё. Цзян Чен верит в легенду о чуде, так что у него спрашивать бесполезно. И не желательно. Если так подумать, об этом знают… немногие.
Лань Чжань долго молчал прежде, чем спросить:
— Почему бы ему просто не рассказать об этом всем? Тогда многие изменят своё мнение о нём. И не только о нём.
— А-Ин не хочет, чтобы Цзян Чен знал. К тому же, шансы на успех такой операции ничтожно малы. Если кто-нибудь в будущем кинется повторять, и у него не выйдет… Это только добавит негатива в его сторону. Легче поверить в чудо-лекаря, который вернул утраченное, — я немного помолчала, прежде чем продолжить. — К тому же, эту операцию можно и вовсе не пережить. Она долгая и невероятно болезненна сама по себе, и во время её проведения нужно оставаться в сознании.
— Вэй Ин… — восхитился Ванцзи.
— Как всегда самоотверженно плюнул на себя и своё состояние ради близкого человека, — вздохнула я. — Чему ты удивляешься?
Лань Чжань ушёл от меня с видом крайне задумчивым и, насколько я знала, с тех пор свои нотации на тему возвращения на путь истинный не заводил. Только смотрел на Вэй Ина грустными блестящими глазами (то, что они грустные, заметили, наверное, от силы человека два, не считая меня) и тяжело вздыхал, чем невероятно нервировал самого виновника этих ужимок.
Вэй Ин даже поинтересовался, что я ему такого сказала, и, получив в ответ «Что нотации тебе может читать только твоя жена, а он ей не является», успокоился.
— Правда, сдаётся мне, что он уже так полюбил читать тебе нотации, что ради этого и твоим мужем стать не постесняется, — ввернула я, чтобы Усянь сильно не расслаблялся.
Шутки он не оценил.
— Даже если б такое было возможно, я бы никогда на таком как он, не женился! — возмущённо заявил Вэй Ин. — Тем более ради того, чтобы он читал мне нотации!
— Никогда не говори никогда, — философски отозвалась я.
— Одной жены мне вполне достаточно!
*.*.*
Местность Илин, в которой мы поселились в компании со спасшимися и бежавшими Вэнями, была не слишком дружелюбной. Всё же тёмная энергия горы Луанцзан не слишком хорошо сказывалась даже не окружающей среде, что уж говорить о людях. Во всяком случае так было до момента, когда на Луанцзан не оказался Вэй Ин и не подчинил всю скопившуюся там за века ци. После этого там можно было даже сравнительно спокойно жить. Когда от клана Цзинь пришло приглашение на празднование месяца с рождения Цзинь Лина (Жуланя), мне пришлось использовать всё своё красноречие, чтобы печать осталась в Илине. Пойти на праздник с Вэй Ином я не могла — я только три месяца как родила и, несмотря на то что восстановилась, не могла оставить грудного ребёнка. А тащить дочь туда, учитывая намерения некоторых козлов, было бы самоубийством. У Вэй Ина точно снесёт крышу полностью и без печати, пострадай хоть одна из нас. Но и с печатью его отпускать было бы плохой идеей. Без неё он вряд ли помрёт, а вот с ней точно отъедет Цзысюань. …В общем-то, так и получилось. Вэй Ин вернулся с раной от стрелы, злой до чёртиков, но живой, и сообщил, как радушно его встретили. Цзысюань остался здравствовать, так что на празднике разгорелся нешуточный скандал. Цзинь Гуаньяо явно кусал локти, но его, к несчастью, за руку не поймали. Поскольку я с ним была даже не знакома, тыкать в него пальцем было бессмысленно. А намёков Вэй Ин не понимал. Рассказать же ему о том, что я знаю будущее, я так и не решилась. Потому что подумала, что он никогда не простит, что я не рассказала до гибели Пристани Лотоса. Что ж, иногда я бывала трусихой. Кланы наращивали недовольство, явно подогреваемые умелыми интригами злобного коротышки Цзиня. Цзысюань, будучи в то время по прежнему лишь наследником, не мог сильно повлиять на ситуацию. Через некоторое время нам пришло известие о его гибели во время Ночной Охоты. И несмотря на то, что мы с Вэй Ином безвылазно сидели в Илине и думали, как облагородить самовольно занятые нами земли, в его смерти обвинили Усяня. Того самого, который неделю с большим трудом отрывался от работы над Компасом Зла, и то, только чтобы потрясти погремушкой и понянчиться с дочерью и А-Юанем. Вроде стал отшельником, а всё равно во всём виноват. А-Ли, разумеется, этому не поверила, о чём рассказал сам Усянь, видевшийся с ней на похоронах. Кланы всё равно почему-то винили во всём горстку стариков из клана Вэнь и требовали выдать их оставшихся предводителей, из-за которых, несомненно, и произошёл и инцидент на тропе, и смерть Цзысюаня на Ночной Охоте. Хотя в первом случае пострадавшей стороной, вообще-то, были мы, а во втором нас там вообще не было, логика этих людей, очевидно, работала как-то по другому. Вэнь Нин и Вэнь Цин самоотверженно собрались пожертвовать собой, поскольку являлись единственными боеспособными единицами и наиболее близкими родственниками Вэнь Жоханя. Вэй Ин, конечно же, был против, а вместе с ним и я. В итоге нам удалось уломать Вэнь Цин вместо самоубийства стать заложницей в клане Цзян. Как Вэй Ин убеждал Цзян Чена я не слышала, зато написала письмо Яньли, которая, очевидно, повлияла на брата, так что в итоге Вэнь Цин всё-таки забрал клан Цзян и на все вопросы со стороны других кланов просто и без затей отвечал, что это касается только их, как наиболее пострадавшую во время войны сторону. Совершенно неожиданно его поддержали Лани. Там ей точно будет лучше, чем на том свете, к тому же лекари всегда ценятся. Особенно такие, как она. Даже такой недалёкий временами человек, как Цзян Чен, должен был это понимать. Вэй Ин, раздраконенный подобным отношением и перевиранием фактов, конечно, не мог не явиться в безночный город на казнь Вэнь Нина. Отговорить его не вышло, поэтому… Ситуация, ожидаемо, перешла в характер катастрофы, поскольку в Безночном Городе он попался в ловушку, взбесился, услышав о планах Цзинь Гуаньшаня добить оставшихся Вэней, и потерял контроль. Куча заклинателей полегло, утешало только то, что Яньли, науськанная моими письмами, из покоев не высовывалась. Хоть в чём-то были плюсы от того, что я её немного испортила. После этого случая мнение о Вэй Ине ухудшалось так стремительно, что мы опомниться не успели, как кланы начали готовиться к войне с Усянем. Поскольку с момента Аннигиляции Солнца прошло не так уж много времени, подготовка требовала от них много ресурсов и тренировок, так что некоторое время мы могли спать спокойно. Усянь, как истинный самоуйбийца, даже бегал тайком навещать Яньли. Насколько я знала, Цзян Чен с Лань Ванзцы честно пытались образумить людей, но у них не получалось. Лань Чжань, в отличие от Усяня, прислушивался к моим невзначай оброненным фразам, и начал искать того, кто стоит за всем этим, но… Результатов не было. Гуаньяо же был на хорошем счету у всех благодаря Лань Сиченю и своим действиям во время войны с Вэнями, так что шансов перевернуть общественное мнение с бухты-барахты не было. В итоге я решила, что безопаснее будет следовать сюжету. Хоть это меня и не радовало. Когда нашей дочери исполнилось три года, кланы явились штурмовать нашу деревню. Это даже звучало кринжово. Ну и выглядело, конечно, также. Утешало только то, что в этот раз Цзян Чен не был их предводителем. И явился, судя по всему, лишь затем, чтобы помочь Вэй Ину сбежать.. Поскольку Лань Чжань бывал у нас так часто, что был почти своим, несмотря на всё ещё довольно натянутые отношения с Вэй Ином, он прекрасно ориентировался на местности. Так что пришёл предупредить нас незадолго до нападения. И нашёл, естественно, в доме. — В итоге всё к этому пришло… — прикрыв глаза, вздохнул Вэй Ин. — Они не успокоятся, пока существует печать… и пока я дышу. — Вэй Ин… — ошеломлённо пробормотал Лань Чжань. Я испуганно вцепилась в рукав мужа. — Пожалуйста, не надо. Давай просто спрячемся…А-Ин. Конечно, я в большей степени была озабочена своей жизнью, и всё же… Мне стоило давать больше намёков, больше подсказок… Или отравить таки Гуаньяо, посетив Яньли! Утопить Су Ше в омуте! Но правда была в том, что я боялась, что мои излишне активные действия повлекут за собой ещё больше смертей. — Я могу укрыть вас в Гу Су, — тут же предложил Ванцзи. — Разве клан Лань не участвует во всём этом? — невесело хмыкнул Вэй Ин. — Главы кланов хотят моей смерти, скажешь, я не прав? Ты не сможешь спрятать меня. Но… Если я умру, всё закончится, и ты сможешь спасти хотя бы их, — он указал рукой на меня, на дочь, которая мирно сопела в своей кровати, порывисто прижал меня к себе и поцеловал в лоб. — Прости, любимая. Из меня вышел плохой муж. — А-Ин… — я вцепилась в ворот его одежд. — …Печать и вовсе не стоило создавать… — он вымученно улыбнулся и покачал головой, расцепляя мои пальцы. — Так что я поступлю правильно, если уничтожу её. — …Ты как всегда выбрал за всех, да?.. — я почувствовала, как по щекам покатились слёзы. Он стёр часть мягким прикосновением, прижался лбом к моему лбу и улыбнулся ещё печальнее. — Тебе придётся поддержать меня в последний раз. Последний поцелуй был быстрым и отдавал горечью, а затем он с силой толкнул меня в руки Лань Чжаня. — Уведи их и спрячь. Тот замер, Вэй Ин отвернулся. — Не думал, что придётся просить об этом тебя, — невесело хмыкнул он. — Позаботься о них, Лань Чжань. Поскольку Лань Чжань застыл ни жив, ни мёртв, и даже ко мне не прикоснулся, я беспрепятственно вернулась к мужу и изо всех сил обняла его со спины. — Ты был лучшим мужем для меня. Усянь судорожно вздохнул. — Уходите, пока не стало слишком поздно. — Тебе не обязательно жертвовать собой, — сухим надломленным голосом произнёс Лань Чжань. — Я могу помочь тебе с уничтожением печати. — Как только я сломаю печать, вся тёмная энергия в округе взбесится, и все мертвецы кинутся ко мне. Так что ты просто умрёшь здесь вместе со мной. Это бессмысленно. Просто… уведи их. Я не хочу, чтобы моя жена и ребёнок были похоронены со мной на этой горе. Клану Вэнь… я тоже велю уходить. Если они рассеятся по миру, у них будет больше шансов выжить. Я раздражённо утёрла слёзы, подхватила пару сделанных Вэй Ином игрушек, проверила крепления ножен меча, красную шпильку в волосах. Ладно. Через тринадцать лет мы выскажем тебе всё, что думаем. Подхватив спящую дочь на руки, я понадеялась, что она не проснётся ещё хотя бы с часок, пока мы не уберёмся подальше от горы. Ещё истерики трёхлетки мне в пути не хватало…Хотя, конечно, не дать ей проститься с отцом довольно жестоко, но… плач может привлечь лишнее внимание. — Когда ты… когда ты вернёшься, не сомневайся, легко от нас не отделаешься. Кинув на Вэй Ина прощальный взгляд, я вышла за дверь. И замерла, увидев перед собой всех стариков из нашей деревни. Лань Чжань вышел минутой спустя, лицо его было почти серым, губы бескровными, ещё немного, и можно будет принять за ожившего мертвеца.. — Мы… видели, что сюда спешат множество заклинателей, — произнесла низенькая старушка, державшая за руку А-Юаня. — Заберите его с собой, госпожа Вэй, — она подтолкнула растерянного ребёнка ко мне. — А мы… останемся. Мы уже прожили достаточно. — Если мы умрём здесь, они не станут искать А-Юаня, — поддержал её четвёртый дядюшка. — Подумают, все сгинули. Так хоть он выживет. Я сморгнула набежавшие на глаза слёзы. — Лань Чжань, возьми ребёнка, — попросила я, осознав, что двоих на мече не унесу. Тот не шевельнулся, продолжая смотреть в пустоту. — Лань Чжань! — повысила голос я. Тот, заторможенно, почти механически, подхватил А-Юаня на руки. Пожилые Вэни печально улыбались, у ребёнка навернулись на глаза слёзы. Бабуля протянула ему маленькую деревянную игрушку. Несмотря на то, что он был ещё маленьким, и не всё понимал в свои шесть лет, ощущение неясной тревоги наверняка сбивало его с толку. Однако А-Юань чаще всего был послушным мальчиком, и делал, как ему говорили взрослые. Осознание произошедшего должно было настичь его позже. Пока слова «умрём» и «смерть» были для него просто словами, которые его не касались. Недолго ему оставалось жить в неведении. Так мы навсегда покинули Илин. Кто бы мог подумать, что все дороги в итоге всё равно приведут меня в Гу Су. Путь до Гу Су был не близким, и на этом фоне регулярно оправдывающийся тем, что мимо проходил, Лань Чжань, выглядел ещё забавнее. Юньши проснулась, когда от Илина мы находились на приличном расстоянии, но, поскольку она маленькая, отвлечь её было просто, так что всё время до первого постоялого двора она увлечённо глазела на природу вокруг. Когда же мы остановились, поели и пришли в комнату, в которой должны были переночевать — Лань Чжань выглядел как зомби, да и детей мучить не хотелось — я услышала вопрос, который боялась услышать больше всего: — Мам, а где папочка? Лань Чжань, услышавший это, уронил чашку с чаем. — Остался дома. — Почему он не с нами? Когда он придёт? Ладно, вариант с остался дома не прокатит, лучше сказать, как есть. — Прости, А-Ши, папа больше не придёт. Ты его больше никогда не увидишь. Он умер. — Умер? Я хочу тоже! — Нет, малышка, не хочешь, — к горлу подступил противный ком, от которого едва удалось избавиться. — Но так я буду с папочкой. — А как же мама? — вздохнув, поинтересовалась я. Юньши была той ещё папиной дочкой, и, конечно, не понимала, что такое умереть, и всё же… Обидно было совсем чуть-чуть. — Мамочка тоже может умереть, и мы все будем вместе с папочкой. Чашка, которую Лань Чжань как раз поднял, растрескалась в его руке. А-Юань, забившийся в угол кровати, испуганно вздрогнул. Хотя он слабо понимал, что такое смерть, фразу «больше никогда не увидишь» он был вполне способен понять. — Папа хотел, чтобы мы остались жить. Сейчас дядюшка Лань ведёт нас в Гу Су. Ты же хотела посмотреть на Гу Су? — Папочка обещал мне показать водопады и облака! Хочу к папочке! В этот момент я поняла, что меня ожидает тяжелая ночь. И год в перспективе, пока дочь не свыкнется с тем, что Вэй Ина просто больше в её жизни нет. Мама как-то говорила мне, что маленькие дети за несколько месяцев могут забыть даже свою мать. Так что, кто знает… Хотя не то чтобы я хотела, чтобы она забыла своего отца, но… Эх, глупо было надеяться, что обойдётся без детской истерики. Самой бы теперь свыкнуться с тем, что Вэй Ина нет…И ещё тринадцать лет не будет. Лань Чжань ненадолго ушёл рано утром и вернулся с белым ханьфу. Такие, обычно, надевали на похорона, но идея переодеться из чёрных и красных шмоток в светлые была неплоха. Два человека в небе в белом точно привлекут меньше внимания чем в белом и черно-красном. Да и символично вышло. Жаль только, на похоронах мужа мне поприсутствовать не удастся. Утром Лань Чжань выглядел чуть более живым, но всё ещё был бледным до серости. Из нас двоих он куда больше походил на скорбящую жену. Ну, учитывая, что он не знал о том, что Вэй Ин должен вернуться, это было не удивительно. Насчёт моего поведения он, благо, не высказывался, за что я была ему по-человечески благодарна. Когда мы, наконец, добрались до Гу Су, туда ещё не дошли новости о том, что случилось в Илине, так что подтверждения о смерти Вэй Ина у нас ещё не было. Лань Чжань отвёл меня и детей в свои покои, и ушёл бы доложить о новых жителях, если б я, ощутив облегчение от того, что мы, вроде как, в безопасности, не потеряла сознание. Придя в себя, я увидела рядом с собой два одинаковых… почти одинаковых лица. Сначала подумала, что в глазах двоится, потом до меня дошло, что рядом с кроватью просто сидят два брата-Ланя. Один из них держал в руках нюхательные соли. — Как себя чувствуете? — спросил Сичень. Благодаря тому, что Лань Чжаня я всё-таки видела довольно часто, различать их стало намного легче. — Уставшей, — честно ответила я, прислушавшись к себе. — Где А-Ши? — Спит в соседней комнате вместе с А-Юанем, — ответил Лань Чжань. — Почему ты не сказала мне, что беременна? Я испуганно приложила руку к животу. — Правда? Какой месяц? — По словам лекаря, середина второго,— сообщил Сичень. — Похоже, госпожа Вэй не знала об этом? Я кивнула. Новость была просто отличной. Оказалось, что когда хочешь забеременеть, можно ждать этого годами! — Это немного усложняет ситуацию, — вздохнул Ванцзи. — Защитить двух женщин сложно, но возможно. Однако если родится мальчик… Глава клана Цзинь не успокоится, пока он не умрёт. — Да ладно, какое ему дело до младенца? — с сомнением отозвалась я. — Наследник Вэй Усяня — как бельмо на глазу. Девушка может отказаться от обучения на заклинателя, мальчики, рождённые в школах заклинателей, обучаться должны, — разжевал для глупенькой меня Сичень. — Сын Вэй Усяня может рано или поздно решить, что стоит отомстить за своего отца. И, учитывая, кем был его отец… Если он встанет на путь тьмы… — он многозначительно замолчал, а я поёжилась. — Может, ещё одна девчонка будет, — нервно рассмеялась я. — Так что рано переживать. — Вэй Ин просил меня защитить вас, так что мне нужно предусмотреть все варианты. Возможно, оставаться в Гу Су всем нам — не лучший выход. Я не хотел бы навлекать проблемы на весь клан Лань, — задумчиво произнёс Ванцзи. — Прошу прощения, что снова доставил тебе неприятности, брат. — Я хотел бы, чтобы вы все остались в Гу Су, — улыбнулся Сичень. — Невинные не должны страдать из-за тех, кто не может смотреть дальше собственных заблуждений. — Но… — нахмурился Лань Чжань. — Сын Вэй Усяня — действительно бельмо на глазу, однако… Если это будет сын клана Лань, главе клана Цзинь придётся несколько раз подумать прежде, чем высказывать радикальные предложения. Правда, мой вариант решения проблемы может плохо сказаться на вашей репутации, госпожа Вэй, — Сичень виновато улыбнулся. — Вчера вечером прибыл гонец, Вэй Усянь погиб, уничтожая Стигийскую Тигриную Печать. Мои соболезнования. Я что, была без сознания… долго? Насколько долго?.. — Брат, ты… — пробормотал Ванцзи, похоже, без труда уловивший суть идеи. — Плохо сказаться? — я нахмурилась, а потом обдумала услышанные слова, и до меня дошло. — Вы предлагаете мне выйти замуж за кого-то из клана Лань, чтобы сделать вид, что это его ребёнок? Я точно не брежу? Мне кажется, у меня лихорадка. Или я повредилась в уме после смерти мужа. Или уже на том свете, на который почему-то не попала после прошлой смерти. — За кого-то из нас двоих, если быть точным, — поправил Сичень. — Не стоит посвящать в эту тайну ещё больше людей. Эти Лани святые, ей Богу. — Брат! — Ванцзи вскочил на ноги. — Это предложение… — Это ведь решит все проблемы, разве нет? К тому же, дядя давно мечтал, что один из нас женится. — Тогда это должен сделать я! — уверенно заявил Лань Чжань. — Это меня просили защитить их, значит, я должен взять на себя эту ответственность. — Да, согласна, это должен быть он, — поспешно закивала я, чувствуя, как из груди наружу рвётся нервное хихиканье. Муж едва умер, а я снова под венец. Да я нарасхват! Действительно, что при таком раскладе от репутации останется?.. Даже скелет, небось, сгниёт. Но если уж выбирать из этих двоих, то лучше Лань Чжань. Я потом хотя бы смогу объясниться. А то Вэй Ин, восстав из могилы, так удивится, что сляжет обратно. Он и так удивится, но если его сына будут считать наследником клана Лань, это будет просто феерическим поворотом событий даже для него. Да и нехорошо как-то получится. Ладно Лань Чжань, у него хоть мотив для подобной самоотверженности есть, но старшенький-то куда? Эти Лани такие странные… — К тому же, если это всё-таки будет сын, — продолжил Ванцзи. — Он может оказаться похожим на Вэй И… Усяня, а не на свою мать. Как ты станешь объясняться с дядей? Он же будет думать, что это твой ребёнок! Правда станет для него ударом. Если же рассказать ему правду сразу… У людей будет слишком много вопросов, когда ты станешь главой. Дядя ни за что не позволит назвать его наследником. Мы не сможем это объяснить. — Тут ты, конечно, прав, — улыбнулся Сичень. — Судя по твоему лицу, моя идея пришлась тебе по душе. Что ж, тогда оставлю вас, чтобы вы могли обсудить ситуацию. Думаю, мне стоит отдать несколько распоряжений, чтобы можно было провести свадьбу как можно скорее. Я всё-таки нервно рассмеялась, чувствуя поступающую истерику, когда он встал и направился к выходу. Когда я шутила про второго мужа, я не планировала, что это будет ТАК!
Примечания:
允世 — Юньши — честный/справедливый мир/общество/век или позволить/одобрить мир
