Ярость Поколений - 2

      Вэй Ин прорвался сквозь густую золотую пелену и оказался… в своей пещере, только с другой стороны арки. Тут же на него набросились два заклинателя, но сразу отступили с глубоким поклоном и со словами:       – Старейшина Илина.       Что это могло означать, Вэй Ин не понял. Он искал глазами Лань Чжаня, но вскоре сообразил, что в пещере кроме двух стражников никого нет. И сама пещера стала… Рассматривать не очень хотелось. Юноша выбежал наружу, всё ещё надеясь встретить хотя бы Вэнь Нина. Перед пещерой также стояли ещё два стражника, поприветствовавшие его:       – Старейшина Илина.       «Кто этот старейшина? С каких пор в Илине объявился старейшина? И куда все делись? И где Смутьян и Чен Цин? Только Суй Бянь?».       Ничего не понимая, юноша достал талисман, обрезал руку и измазал кровью бумажку. Он перенёсся в свою комнату в Юнь Мэне. Но ощущения! Словно его хорошенько встряхнули, как пыльный коврик, и выбили не только пыль, но и все до единой молекулы воздуха! С трудом заставляя раскрыться лёгкие, он всосал кислород, подавившись пылью, витавшей вокруг.              Помещение казалось настолько запущенным, словно сюда годы никто не заходил! Кое-как он распрямился и пошёл к выходу. Что-то было неправильно, вот только мозг отказывался давать ответ, в чём тут несоответствие? В голове шумело, желудок вопил так, что было слышно, наверное, на главной площади Юнь Мэня! Но Вэй Ин упорно продвигался к выходу. Даже если его сейчас убьют, он побывает на свадьбе шицзэ! О большем он и не мечтал. А потом можно опять переместиться куда-нибудь, где его будут искать долго и вряд ли найдут!       Двор Пристани Лотосов встретил его тишиной и странной пустотой. Неужели гости ещё не пришли? Откуда взялись эти деревья и клумбы? Сколько всего нового появилось тут за пару месяцев! Это просто невероятно!       Юноша побежал к главному залу в надежде увидеть украшенное помещение, но встретил всё те же скучные лиловые тона, которыми поместье Цзянов так гордилось. Шицзэ не украсила дом к своей свадьбе? На пороге появился Цзян Чен. Его лицо было строгим больше, чем всегда. Руки заложены за спину, взгляд остановился вначале с недовольством, затем с недоумением и презрением. Вань Инь произнёс сквозь зубы:       – Старейшина Илина.       – Цзян Чен, кто такой старейшина Илина? Объясни мне хоть ты.       Цзян Чен подошёл и хлопнул его по спине.       – Ой, ты чего дерёшься? Я не сосуд! Днём у него другое обличие, забыл? Что ты на меня так смотришь? Где гости?       – Какие гости? Я сегодня должен кого-то встретить?       – У шицзэ свадьба! Конечно, ты должен кого-то встретить! Вань Инь, что происходит?       – Это я тебя хочу спросить: что за маскарад ты тут устраиваешь? Как дела у Мянь-Мянь и а-Юаня?       – Я не знаю, что тебе ответить. Я два месяца не видел ни твою жену, ни мальчика.       Пока он говорил, лицо Цзян Чена сменило множество выражений: ненависть, недоумение, подозрение, презрение, злость и ни одного светлого чувства! Вэй У Сянь, не понимая, чем заслужил всё это, спросил:       – Вань Инь, что случилось? Всё в порядке с семьёй?       И тут же получил сильнейший удар в челюсть, затем в ухо, по затылку, а потом он просто считал: «…двенадцать…восемнадцать…двадцать шесть…он скоро устанет… тридцать четыре…» Выдохся Цзян Чен после сто семнадцатого удара. Вэй Ин не чувствовал лица, плеч, грудной клетки. Всё, что он понимал – Цзян Чен всё ещё зол! Когда руки немного отдохнут, избиение продолжится. Но Вэй Ин не собирался сопротивляться, понимая, что упустил что-то очень важное и теперь получает по заслугам.

***

      Целующиеся человечки снова взбудоражили его воспоминания. Он провёл по фигуркам пальцем, не замечая, что напротив, на скамейке сидит Цзян Чен и внимательно наблюдает за ним. Наконец тот прервал молчание:       – Кто ты такой? Ты не старейшина Илина.       – Нет, конечно. Я Вэй У Сянь. Я вырос в этой комнате вместе с тобой, пока для тебя дядя Цзян не выстроил новые покои.       – Какой чай ты любишь?       – Да не люблю я его! Я люблю вино. Лучше «Улыбку Императора», но и местное сойдёт.       Цзян Чен снова посмотрел на него с подозрением. И опять:       – Что ты делал последние два года?       – Помогал тебе восстанавливать орден и поместье, воевал с кланом Ци Шань Вэнь. Женил тебя, между прочим.       – Это было пятнадцать лет назад.       – Что? Как это? Я же только сегодня с горы наблюдал за свадьбой шицзэ!       – Тринадцать лет назад! Вэй Ин! Кто ты такой?       – Цзян Чен, ты с ума сошёл? Ты сам меня только что назвал! Как ещё я должен ответить на твой вопрос?       – Я не понимаю, кто ты и что с тобой делать? Настоящий Вэй Ин не покидал Мрачных Вершин. Я пока не сказал адептам ордена Илин Вэй, что ты здесь, потому что сам не понимаю, что ты такое. Не сосуд, это точно. Сделать свою копию ты не мог, так как ушёл с пути самосовершенствования, а тьмой таких успехов не достичь. Может, Ван Цзи сотворил тебя? Он смог бы. Только вот где он?       – Цзян Чен, что происходит? Какой Илин Вэй?       – Клан твой. Самый сильный в Поднебесной. Если ты заходил в Илин, то видел, насколько этот городок разросся! Кстати, где твоя флейта? И… Это что у тебя, Суй Бянь? – Цзян Чен буквально вцепился в ножны меча, ухватил рукоять, но даже на миллиметр не смог его высунуть. – Достань меч, – потребовал он от Вэй Ина.       Тот спокойно вытащил своё изящное оружие, радостно засветившееся тёплым красным светом.       – Вэй Ин! – схватил его в объятия Цзян Чен и смял так, что послышался хруст, и Вэй Ин всерьёз начал опасаться за свои рёбра. – Ты… такой хрупкий стал.       – Или ты превратился в настоящего медведя!       Друзья, наконец, внимательно посмотрели друг на друга. Вэй Ин заметил, что когда-то стройный Цзян Чен превратился в могучего мужчину. Между бровями пролегла чёткая морщинка, заявляя всему миру о том, что хмурится этот человек чаще, чем дышит. В уголках глаз морщин не было вообще, зато возле губ обозначился перманентный саркастический залом.       Цзян Чен же в Вэй У Сяне начал узнавать того самого весёлого парнишку, которого он уже забыл, больше десяти лет наблюдая перед собой язвительного, злобного, часто раздражённого старейшину Илина.       – Где шицзэ? Что с ней? И что с твоей женой и а-Юанем?       – А-Ли в Облачных Глубинах с семьёй. Цинь Ян… умерла, когда ты забрал а-Юаня и нашу дочь, Мянь-Мянь.       – Значит, у тебя родилась дочь… А я её отнял. Почему ты позволил такому случиться? Почему не убил меня?       – Я не смог, – с досадливой горечью ответил Вань Инь, потирая правый бок. – Я после нашей битвы выжил благодаря твоему мертвецу. Он выходил меня втайне от тебя.       – Да что такое происходит? Что со мной случилось? И когда?       – Не могу сказать. Всё происходило так постепенно. Мы вместе радовались тому, что у меня родилась дочь, у а-Ли сын. Но потом у тебя тоже появились дети. И этот случай с Ван Цзи. Думаю, после этого мы окончательно потеряли тебя. Хотя, когда ты создавал свой орден, мы уже слегка повздорили, но потом снова помирились.       – У меня есть дети! И у вас с а-Ли! Какие прекрасные новости! Цзян Чен, дай я обниму тебя! Моя голова сейчас взорвётся от мыслей, которые приходят в неё. Можно, я немного помолчу и подумаю над тем, что только что от тебя услышал?       Мужчины замолчали, думая каждый о своём.       – Ван Цзи куда-то исчез?       – Э-э… Да. О нём нет известий уже десять лет. Си Чень ищет его, но уверен, что тот специально скрывается. Поэтому найти его так сложно.       – В его исчезновении тоже виноват … я?       – Сложно сказать. Но скорее да, чем нет. Вы стали слишком близкими. В итоге ты обвинил его… – Вэй Ин замер, ожидая, как приговора, дальнейших слов, вспоминая недосказанность между ними. Неужели?.. – Ты обвинил его в том, что он совратил одну из твоих жён.       – Одну из жён? У меня их что, много?       – Да, у тебя большой гарем. И ты постоянно его пополняешь новыми женщинами. Но в то время у тебя было две жены. Из-за одной из них и разразился скандал. Ван Цзи просто исчез, словно его и не было никогда.       – Как такое могло произойти? Лань Чжань слишком…       – Забудь того Лань Чжаня, которого ты помнишь. Ради вашей дружбы он… изменился, если можно так сказать.       – Мне уже страшно. Как мог измениться Лань Чжань? Это же второй Нефрит ордена Гу Су Лань, гордость Лань Ци Женя!       Цзян Чен недовольно посмотрел на У Сяня, словно желая что-то сказать, но не решаясь. В это время в дверь постучали. Цзян Чен подошёл, чуть приоткрыл и еле слышным голосом отдал какое-то распоряжение. Затем вернулся и снова сел на скамейку.       – Итак, по итогам: ты ничего не знаешь, что случилось после свадьбы шицзэ? С какого момента забыл?       – Я дрался с Ван Цзи и попал в арку. Вылетел с другой стороны, и вот я тут. В моём понятии свадьба случилась четверть суток назад.       – Как я помню, ты рассказывал, что Лань Чжань вытащил тебя из арки. А потом… ты убил его дядю прямо у него на глазах, заявив, что он недостоин суда. Затем ты уничтожил золотое ядро у матери Не Хуай Сана, сообщив, что та вредила Чифэн-Цзуню. И с Цзинь Гуан Шанем расправился так же. Сейчас орденом правит твой дружок Цзинь Сюань Юй. Как заклинатель он слаб, но тебе от него не это нужно.       – А что? Не молчи, Цзян Чен! Лучше я узнаю правду от тебя, чем буду находиться в неведении и смешить людей!       – О вас ходят различные грязные слухи. Сюань Юй – «обрезанный рукав». К нему приближен Сюэ Ян. Не знаю, насколько их отношения интимны, но от тебя этот Сюэ Ян не вылезает. Вас с Сюань Юем называют «жёнами Сюэ Яна». Конечно, за глаза. Это не мешает тебе иметь огромный гарем, куда ты почти каждую ночь приводишь этих своих «друзей». Старейшина Илина погряз в разврате и непотребствах. Жители Поднебесной специально уродуют своих дочерей, чтобы несчастные не попали в твой гарем.       – Как я до такого докатился? Я, который ни разу осознанно не поцеловал никого! Разве можно вот так сразу опуститься и достичь самого дна? Хочется думать, что у меня были какие-то причины для этого. Хотя даже не знаю, какие обстоятельства могут в таком случае служить оправданием?       – Вэй Ин, что ты теперь собираешься делать? Старейшина Илина – сильнейший тёмный маг, какого помнит история. Все эти годы он так усердно шёл по тёмному пути, что живые мечтали умереть, лишь бы не попасть под его горячую руку. Только он и после смерти не даёт своим врагам покоя. Вэнь Нин больше не единственный лютый мертвец в его подчинении.       – Я не знаю, Цзян Чен. Я не готов к такому. Мне нужно подумать. Одно знаю точно: чем дольше старейшина Илина не будет обо мне знать, тем лучше. Вообще, лучше пока никому не знать обо мне. Получается, меня сейчас двое? От этого рехнуться можно!       – Я тоже подумал, что пока не стоит никому про тебя говорить. Может только Вэнь Нину сообщить? Я думаю, он давно разочаровался в старейшине Илина, но не может уйти от него. Генерал что-то говорил про заклинание. Тебе лучше знать, ведь это ты его создал!       – Да, я понял, о чём он говорил. Но именно поэтому пока не стоит сообщать ему. Я поживу у тебя? В моей пещере стража.       – Живи, куда от тебя деваться! Сейчас тебе ужин принесут. Хватит рычать на меня пустым желудком!