Ярость Поколений - 2

      Вэй Ин задумчиво смотрит в окно, не замечая прекрасного пейзажа снаружи. Он тихо спрашивает:       – Лань Чжань, в этой истории есть что-то странное?       Ван Цзи по обычаю спокойно отвечает:       – Много чего.       – У нас есть основания не доверять ему? - не унимается У Сянь, уверенный, что Лань Чжань его понимает.       И не ошибается:       – Да. Особенно мне не понравился вид его матушки. Она – обычный человек. Но выглядит слишком молодо для своих лет.       Резко обернувшись к другу, Вэй Ин уточняет:       – Ты тоже считаешь, что она пошла по тёмному пути?       – Доказательств нет, но всё говорит об этом, - кивает Второй Нефрит.       У Сянь задумчиво трëт нос и снова приглушает голос:       – Лань Чжань, я когда-то мастерил Компас зла. Я тебе расскажу, а ты сделай его. И тогда мы поймём, где старшая госпожа Не черпает свои силы.       Лань Чжань внимательно выслушал Вэй Ина, собрал нужные вещи, сотворил заклинания, и вот уже на столе лежит необычный предмет, который выглядит, как металлический круг с кругом внутри. И лишь когда Вэй Ин берёт Лань Чжаня за руку, он видит, как чёрно-фиолетовые указатели расползаются в пространстве. Один, самый яркий, упирается во флейту Лань Чжаня. Интересненько. Другой, более тусклый, указывает на окно. Вэй Ин осторожно выглядывает в него и видит прогуливающуюся госпожу Не в окружении служанок. Где-то в этой небольшой толпе находится тёмный артефакт. Лань Чжань берёт компас, подходит к окну и стрелка останавливается чётко на шпильке госпожи Не. Вэй Ин даже засиял улыбкой:       – Точно, её знаменитая шпилька, которой она лично убила больше ста врагов до того, как стала госпожой Не! Тогда всё понятно. Такой шпилькой легко пораниться, и вот ты уже тёмный маг! Теперь совершенно ясно, почему Бася так сопротивлялась тебе и твоему брату, но легко поддалась старейшине Илина. Значит, старейшина в курсе, что госпожа Не – тёмный маг?       – Я не знаю, меня он в эти тайны не посвящал, - хмурится Ван Цзи.       Тем временем Вэй Ин, взбудораженный новым открытием, пробегая в очередной раз мимо неподвижного Второго Нефрита, внезапно останавливается и заглядывает ему в глаза:       – Лань Чжань, расскажи мне, как произошла ваша ссора со старейшиной Илина?

***

      Одиннадцать лет назад.       Вэй У Сянь толкал Лань Чжаня, требуя проснуться.       – Что ты натворил, Ван Цзи! Почему именно она? Лучше бы это была другая девушка!       – Что произошло? – Ничего не понимая, Лань Чжань вскочил с кровати, но тут же сообразил, что стоит совершенно обнажённый. В ногах у него сидела девушка, закутавшись в покрывало. Не сложно было догадаться, что на ней одежды тоже нет. – Кто Вы такая? Почему Вы в моей постели?       Однако его возмущение прерывает Вэй Ин:       – Лань Чжань, как я вчера за тобой не уследил? Когда ты успел напиться? А ты? - внезапно набрасывается он на девушку. - Как ты попала сюда? Я ведь запретил вам выходить из покоев! Что я теперь скажу Сюань Юю?       – Да что случилось, Вэй Ин, можешь мне объяснить? – Лань Чжань говорил спокойно, но растерянность в голосе вполне могла сойти за панику обычного человека.       – Ты переспал с ней! - тычет У Сянь в хлюпающую носом обнажëнную девушку.       Ван Цзи не верит:       – Но этого не может быть!       – Тогда, будь добр, взгляни вот сюда, – Вэй Ин ткнул в кровавое пятно на постели, – а теперь внимательно посмотри на себя! Если мы заставим размотаться эту соплячку, уверен, следы преступления обнаружатся и там! - Вэй Ин хватается за голову и треплет себя за волосы, словно наказывая за одному ему ведомый проступок! Затем опускает руки. Глаза его холодны, в голосе ощущается ярость: - Слушайте меня оба! - требует он. - Ты! - палец У Сяня упирается в плечо девушки и почти причиняет боль вместе со словами: - Забудешь про эту ночь! Если будут последствия, ты – моя наложница, а это значит, ребёнок тоже мой. А ты, Лань Чжань, просто иди, искупайся, и никогда, ни о чём не вспоминай!       Однако честная натура юноши заставляет его произносить сквозь силу:       – Но ведь если…       – Лань Чжань, - перебивает его Вэй Ин, - я не стану запрещать тебе общаться с ребёнком, но для всех официально это будет моё дитя! Ты уяснила? - снова поворачивается он к девушке. - Не смей больше мне перечить!       – Но я люблю его! Хангуан-Цзюнь! - кричит настырная красавица. - Я была непорочной до Вас! Вы обязаны на мне жениться!       – Ничем он тебе не обязан! - горой встаëт между Нефритом и его искусительницей Вэй Ин. - Ты опоила его, заставила возлечь с тобой! И не ври мне, что было иначе, я никогда не поверю тебе.       Девушка злобно прищуривает глаза:       – Потому, что Вы знаете, да, старейшина Илина? Знаете, кого на самом деле любит господин Лань!       Вэй Ин в ужасе смотрит то на девушку, то на друга и шепчет:       – Заткнись, глупая! Что ты говоришь?       Но несчастная не слышит предупреждения и продолжает:       – Хангуан-Цзюнь разговорчив, когда выпьет. Я многое вчера узнала...       – Замолчи! - встряхивает её за плечи У Сянь. - Или я верну тебя туда, откуда ты пришла!       Но угроз этого человека девушка не боится, злобно шипит в ответ:       – Возвращайте! И тогда я расскажу каждому, кто согласится слушать…       – Давай! - уже кричит Вэй Ин в ярости, отшвыривая лëгкое тело на другой край кровати. - Только руки мне развяжешь! Хочешь очернить чёрное? До чего же ты глупа! - тычет он пальцем в рыдающую. - Вы просто две сумасшедшие, я обеих вас запру в дальнем дворце, чтобы про вас как можно скорее все забыли!       – Сюань Юй тебе этого не разрешит! - сквозь всхлипы слышится протест.       Но Вэй Ин потерял терпение и готов на всё:       – Он сам меня попросит об этом, когда узнает, что ты натворила со своей подругой! - мужчина снова забегал по комнате мимо остолбеневшего друга, заламывая руки и причитая: - Могли бы немного потерпеть, я выдал бы вас обеих замуж! Так нет, решили сделать по своему! И чего вы добились? Всю оставшуюся жизнь будете взаперти!       Вэй Ин рвал и метал, между делом собирая раскиданные по полу вещи и кидая их то девушке, то растерянному Лань Чжаню, который так и стоял возле кровати голышом, не совсем понимая, чем девушка так рассердила Вэй Ина. Что-то он, конечно, понимал, но никак не ожидал подобной реакции.       – Я должен жениться на ней, – снова подал голос Ван Цзи.       – Не должен! - перебивает друга У Сянь. - Нет, не так. Ты не можешь на ней жениться, Хангуан-Цзюнь. Ты не знаешь, кто она. И я тебе этого не позволю! Официально она – часть моего гарема. Так и останется! Уведите её в дальний двор, - приказывает старейшина своим молчаливым слугам. - Ту, что в моей комнате – туда же! Я потом решу, что с ними делать. Глаз с них не спускать!       С той поры Лань Чжань несколько раз безуспешно пытался поговорить об этой девушке с Вэй Ином, но тот пресекал любые его просьбы.       – Просто забудь о ней, – говорил он твёрдо.       Однако спустя некоторое время, когда в Мрачных Вершинах случилось очередное торжество, на которое были приглашены главы почти всех орденов, в залу церемоний ворвались две женщины. Обе были явно в положении и наперебой жаловались, что старейшина Илин держит их взаперти, пряча от людей, а одна кричала, что её ребёнок зачат с Хангуан-Цзюнем.       Цзинь Сюань Юй закрыл лицо руками, Вэй Ин сделал стражникам знак увести женщин. Затем с болью посмотрел на Лань Чжаня и сказал негромко, но так чётко, что услышали в соседних помещениях:       – Молодой господин Лань! Несмотря на нашу многолетнюю дружбу, я прошу Вас покинуть Мрачные Вершины и никогда больше не приближаться к ним. Вы воспользовались одной из моих наложниц без моего ведома. Такое поведение среди друзей не приемлемо. Прошу Вас немедленно удалиться.       – Глава ордена Вэй, – возразил Лань Чжань, – я готов понести ответственность за случившееся. Я не отказываюсь ни от ребёнка, ни от женщины. Отдайте её мне. Она у Вас всего лишь наложница, я готов дать ей свою защиту в качестве супруга. Ради нашей давней дружбы, не откажите мне в этой просьбе!       Старейшина больше и не смотрит на бывшего друга. Говорит, чуть повысив голос:       – Господин Лань, ВЫ первый предали нашу дружбу. Если родится дитя, которое не будет иметь сходства со мной, я казню и мать, и ребёнка. Если Вы сейчас же не оставите Мрачные Вершины, я велю казнить женщину прямо сейчас на Ваших глазах, чтобы смыть с себя позор, а на Вашу совесть ляжет смерть не родившегося ребёнка. Уходите, Хангуан-Цзюнь!       Лань Чжань поклонился, развернулся и покинул Мрачные Вершины. Он увидел, как вскочил Лань Си Чень, желая догнать его, но требовательно покачал головой, не позволяя идти за ним. Все говорили ему, что Вэй Ин сошёл с ума, связавшись с тьмой. Но только теперь он осознал, насколько был слеп, защищая его.       План созрел сам собой. Бывший Второй Нефрит ордена Гу Су Лань давно приметил, как прекрасный белоснежный гибискус, напитавшись кровью, распускается ярко-розовыми цветами. Он сломал подходящую ветку, сделал из неё флейту, разрезал руку и заключил кровавый договор с тёмной Ци, напитавшей растение. Боль, которую он испытал при формировании ядра Ян-Инь невозможно описать никакими словами. Когда же ЛаньЧжань принял свою тёмную сущность, то увидел, как из надломленного дерева к нему тянутся ручейки тёмной энергии.       Тогда он ушёл в лес, стремясь привести в порядок новое для него состояние. Наверняка в книгах, которые обнаружил Вэй Ин в пещере, были ответы на многие вопросы. Ему же пришлось пройти весь путь покорения тёмной энергии самостоятельно. Научиться создавать Чужую личину хотелось больше всего. Это помогло бы ему вернуться в Мрачные Вершины и быть рядом с ребёнком, который вот-вот должен был родиться.       Когда у Ван Цзи, наконец, получилось изменить свой облик, он вернулся в Илин. Старейшина праздновал рождение детей – сына и дочери! Многие сплетничали о том, кто именно из детей является настоящим ребёнком старейшины, а кто нет? Было ясно одно – он признал обоих! И по этому поводу он набирал музыкантов, которые должны были играть ему и его гостям во все дни празднования. Лань Чжань решил попытать счастья, и его, как ни странно, приняли.       Прошло немного времени, когда он начал замечать на себе долгие взгляды старейшины. Однако вскоре флейтист перестал интересовать Вэй Ина. Когда же пришло время обучать детей музыке, Лань Чжань был избран учителем для детей старейшины. Тогда он впервые увидел своего сына. Прекрасное дитя имело довольно вольный нрав. Но Вэй Ин не спешил призывать его к дисциплине. Единственное, чего он требовал от своих детей – получать образование, достойное наследников ордена Илин Вэй! Так Лань Чжань стал учителем собственного ребёнка.

***

      Наши дни.       – То есть, он не позволил тебе жениться на ней, - смущëнно делает вывод У Сянь. - Лань Чжань, похоже, вы с ним так и не стали друзьями!       Ван Цзи опускает голову:       – Не стали. Мы не стали ближе после того, как вернулись с горы Луаньцзан. Мы вместе с ним рассказали моему брату и Не Мин Цзюэ о наших догадках. Вэй Ин настоял на том, чтобы лишить предателей сил. Все согласились, это ведь не убийство. Но потом он захотел отделиться от ордена Цзян и основать свой клан. Говорил, что если желает создать семью, то должен иметь что-то, что можно предложить достойной девушке. Однако вскоре его дружба с Цзинь Сюань Юем и Сюэ Яном принесла ему недобрую славу. А потом он начал собирать гарем. Остальное ты уже знаешь.       Вэй Ин горько усмехнулся:       – Я помню, как мечтал, что мы с тобой женимся на сёстрах, построим рядом дома и будем жить спокойной жизнью обывателей, лишь иногда уходя на ночную охоту вместе. Лань Чжань, я мечтал прожить свою жизнь рядом с тобой, – проговорил Вэй Ин и вдруг смутился, вспомнив о той ночи, в которой не было место дружбе и невинным мечтам.       Ван Цзи внимательно смотрел на него глазами Сяо Синченя, но Вэй Ин прекрасно помнил этот взгляд – пытливый, настороженный, ловящий любую его эмоцию. Кровь бросилась в лицо. Сун Лань смущённо вытащил свой меч и махнул им, вырисовывая красный иероглиф, который тут же погас. Но Сяо Синчень успел прочесть: «Я помню».

***

      Через пару дней в Нечистой Юдоли стали происходить странные события: глава ордена Не объявил, что собирается испытать каждого своего воина лично на готовность к войне. Состязания начались ранним утром и продолжались весь день. Чифэн-Цзун одного за другим выводил из строя своих адептов, проливая кровь, а иногда и смертельно раня. Без устали он бился сразу с несколькими воинами, пока в конце концов не осталось ни одного здорового.       Тогда он вызвал на поединок своих гостей. Сначала вышел Сун Лань. Глядя в глаза главе ордена, он понял, что мужчина находится под чужим воздействием: белки его глаз покрылись кровавой сеткой, на лбу выступили капли пота, а крылья носа побледнели. Бася шипела, как раскалённая, поглощая кровь, что успела пролить. Вэй Ин с тревогой посмотрел на Лань Чжаня, и тот сразу понял, что без его помощи друг не обойдётся. Ранить Не Мин Цзюэ он не собирался, но если сам попадёт под заговорённую саблю, то, скорее всего, получит смертельное ранение.       Лань Чжань достал флейту и начал тихо наигрывать мелодию поглощения. Чифэн-Цзун тут же схватился за голову, словно её стало разрывать изнутри. Бася покрылась коричневым налётом, словно ржавчиной, хотя на самом деле вместе с тёмной ци из неё выходила ранее поглощённая кровь. Не выдержав подобного давления, Не Мин Цзюэ лишился чувств. Тогда Вэй Ин и Лань Чжань подхватили его и унесли в покои. Бася волочилась по земле, выбивая из камней искры. На эту картину с крыши главной залы смотрела старшая госпожа Не.       В покоях друзья ещё раз внимательно осмотрели саблю, которая продолжала буйствовать, находясь в руках бесчувственного хозяина.       – Эх, жаль, что я не знаю, как именно старейшина Илин утихомирил Басю в прошлый раз, - посетовал Вэй Ин.       Ван Цзи предложил:       – Я попробую извлечь из неё тёмную силу. Всё-таки, изначально сабля – орудие со светлой ци.       Лань Чжань снова взял флейту и начал старательно выводить ноты знакомой мелодии, в которую лишь иногда вкрадывались непонятные отрывки.       – Лань Чжань, почему я не до конца знаю эту мелодию? - удивляется У Сянь.       Лань Чжань прерывает игру и поясняет:       – Я придумал её, когда был уверен, что старейшина Илина воздействует на моего сына тёмной энергией.       Затем он продолжил, и Вэй Ин снова увидел, как коричневые тончайшие нити выходят из лезвия и вливаются в тонкую флейту.       Очнулся Не Мин Цзюэ, поднял руку и тоже увидел, как вместе с кровью из его сабли уходила иньская энергия.       – Это что, опять случилось? Но когда? И кто мог это сделать? Все враги обезврежены! Неужели снова кто-то из близких мне вредит?       Лань Чжань продолжал играть, а Вэй Ин боялся нарушить процесс очищения. Он показал знаком главе ордена молчать. Наконец, Лань Чжань красивым жестом заткнул флейту за пояс, присел на край кровати главы ордена, взял его руку и начал считать пульс. Как он и ожидал, тот был нарушен, поэтому он вновь вынул флейту и начал играть Очищение. Не Мин Цзюэ схватил его за руку и взволнованно спросил:       – Откуда Вы знаете эту мелодию? Это ведь мелодия клана Лань. Вы встречали молодого господина Лань? Его брат ищет его почти десять лет!       Но спокойный юноша со строгими манерами разрушает его надежду:       – Нет, глава ордена Не. Этой песне нас обучила наш учитель, Бао Шань Сан Жэнь. А она была подругой главы клана Лань, Лань И. Видимо, они обменивались своими приёмами.       – Очень жаль, - расстраивается Чифэн-Цзун, - я надеялся, что напал на след Ван Цзи. Куда мог исчезнуть этот ребёнок?       Сяо Синчень с интересом посмотрел на Чифэн-Цзуна. Видимо, для него Не Хуай Сан и его сверстники так и остались детьми, за которыми нужно продолжать присматривать! В комнату решили пока никого не пускать. Глава ордена Не вновь подвергся нападению.