Ярость Поколений - 2

Цзинь Гуан Яо, так теперь звали главу ордена Лан Линь Цзинь, стоял между двумя старшими, которые решили поддержать его. Красивое лицо молодого человека вновь выражало лёгкое недоразумение, словно он сам удивлялся: что он тут делает? Не хватало лишь жеста разведённых рук, тогда маска недоумения была бы законченной. Старшая госпожа Не, гордо приподняв подбородок, смотрела на сына. Строгий взгляд Не Хуай Сана не смягчился при виде матери, как это бывало прежде. Теперь мужчина рассматривал её, как некую неведомую тварь, с которой непонятно, как действовать: убить или изучать? Цзинь Гуань Шань в свою бытность заклинателем старался избегать открытых боёв. Даже во время Аннигиляции Солнца он не выступал в боевых походах, предпочитая нападения из-под тишка. Так и потерь было меньше, а добычи гораздо больше. При разделе земель клана Вэнь, он умудрился оттяпать знатный кусок, который приносил в его казну доходов больше, чем многие другие местности. Однако став обывателем, он практически не покидал Башню Кои. Теперь многолетнее сидение в тени утомило его. Он захотел оказаться в самом центре событий. Нынешний поход был важен. Госпожа Не убедила его, что как только её сын станет главой ордена Не, он примкнёт к своему другу с самым большим во всей Поднебесной войском. Дальше им нужно будет общими силами подмять под себя орден Юнь Мэн Цзян, ослабленный ненавистью Сансэ Саньду к своему шисюну. И добить этих Ланей из ГУ Су, что возомнили себя Великими лишь потому, что пару поколений подряд их представители возглавляют списки «лучших». А в это время она, старшая госпожа Не, избавит мир от другого тёмного мага. Двоим тёмным в одном времени делать нечего! Красивое лицо госпожи Не кривилось в жуткой усмешке. Коварство её планов всегда поражало людей, что старались идти по доброму и светлому пути. Но сегодня старшую госпожу Не окружали такие же гаденькие, поломанные душонки. Красивый юноша, заслуживающий быть казнённым в ту же минуту, как огласятся его деяния. И бывший заклинатель, сгноивший свою добрую сущность жаждой власти ещё тогда, когда магия могла быть его оружием. Вэй Ин смотрел на своих врагов и едва сдерживал стон, понимая, что эта битва не принесёт победы именно ему. Он взглянул на Лань Чжаня, и болезненная судорога подтянула его сердце к горлу. Никакие увещевания не смогли разрушить стену, которую они создавали годами. А теперь и времени у них не осталось. Хорошо, что он успел рассказать своим близким всю правду. Потом они справятся сами. А сейчас он должен сделать то, ради чего привёл их всех сюда. Вэй Ин выступил вперёд, крутя в длинных пальцах Чен Цин. — Приветствую вас, господа. С какой целью вы пожаловали с войском под стены чужого города? Как и ожидалось, вперёд выступила госпожа Не, перебирая в руках драгоценную шпильку. Вэй Ин внимательно следил за её глазами и пальцами, стараясь уловить момент реального нападения. Ага, вот. Иероглиф поиска был чётко прорисован. И печать. И замок. Вэй Ин понял, что коварная женщина разгадала его замысел. Теперь любое действие приведёт её к неизбежной победе, а его — к проигрышу. Что ж, он, конечно, надеялся постичь бессмертие, но, видимо, его судьба иная. Разглядывая манипуляции госпожи Не, Вэй У Сянь усердно выставлял щиты между ней и своими друзьями. Только перед собой не смог их выставить — нет таких щитов, что скроют от Судьбы. Он улыбнулся, глядя женщине в глаза, и тихо сказал: — Приступайте. Из-под земли с глухим треском начали выползать сущности, которых прежде не видели заклинатели: головы драконов, тела тигров, крылья орлов. Они хватали живых из войска Лан Линя и разбрасывали их так далеко, как позволяла местность. Люди летели в лес на западе, в гору на севере, в озеро на юге и дальше всех летели на восток, так как там не было никаких преград. Целью этих монстров не было убийство. Вэй Ин создал их для того, чтобы можно было разметать любое войско, не причиняя особого вреда людям. Дальше в силу вступали лианы, которые прочно фиксировали и разоружали людей. А цветы, моментально выраставшие на них, сначала дезориентировали, зато потом снимали любые чары. Над этим Вэй Ин работал последние месяцы, ожидая нападения из Лан Линя. Госпожа Не изменилась в лице, наблюдая за тем, как плоды её трудов рассеиваются по ветру. Её сын не желает смотреть на неё. Что же, когда мать принесёт ему власть на блюде, это выражение брезгливости пропадёт с его лица. Женщина пыталась высмотреть ту, что травила долгие годы, не позволяя новой жизни зародится в её чреве. Но стоило оставить госпожу Не без присмотра, как она тут же обзавелась наследником! Не найдя беременную госпожу среди стоявших перед ней людей, старшая госпожа Не решила положиться на магию. Этот Вэй У Сянь, конечно, постарается ей помешать. Но у неё для него сюрприз! Шпилька вырвалась из рук старшей госпожи Не и золотой искрой полетела к врагам. Заговорённая, она искала цель и чётко двигалась к ней, обходят остальных. Вэнь Нин, как всегда, хотел встать щитом между опасностью и старейшиной, но уткнулся в прозрачную стену. Он непонимающе посмотрел на Вэй Ина, но тот внимательно следил за приближающейся смертью. Игла пробьёт барьер стремясь к цели, но он не должен этого допустить. Он ведь так же был целью госпожи Не! В самый крайний момент Вэй Ин, как когда-то в пещере горы Муси, подставил своё сердце вместо жизни сразу двоих — любимой своего друга и их нерождённого дитя. Только в этот момент он посмотрел на барьер, увидел, как тот теряет силы вместе с ним. И произошло то, чего он так ждал: сломав все препятствия, к нему, наконец, протянув руки в немом отчаянии, подбежал Лань Чжань. — Вэй Ин! — Всё хорошо, Ван Цзи. Их главное оружие теперь заключено в моём сердце. Теперь вы с ними запросто справитесь и без меня, — затухающим голосом произнёс Вэй Ин. — У Сянь, ты не можешь умереть! Не имеешь права! — Лань Чжань упал рядом с ним на колени, приложил руки к груди Вэй Ина и направил в него силу сразу двух источников, чтобы помочь сердцу любимого справиться со смертельным оружием. Вэй Ин затих. Все столпились возле него, не в силах поверить, что великий и ужасный старейшина Илина погиб у них на глазах, а они ничем не смогли ему помочь. Первым в себя пришёл Не Хуай Сан. Он крикнул: — Чего Вы добились, матушка? Я никогда не желал быть главой клана! А теперь я не желаю знать вас, злобная Вы женщина! Считайте, что у Вас больше нет ни сына, ни дома! Госпожа Не молчала. Но вовсе не потому, что её сын только что публично отрёкся от неё. Её шпилька, её сила и надежда на долгую жизнь не откликалась! Женщина уже чувствовала, как рушатся чары, так мучительно долго изыскиваемые ей и наводимые. Как кожа начинает собираться в отвратительные складки, волосы тончают и выцветают, а по коже расползаются старческие пятна. Нет! Она не желает власти! Ей не нужна ни чья любовь! Верните молодость и силу! Чтобы как можно меньше людей увидели её жуткое превращение, она спряталась за своим старым союзником, который брезгливо отвернулся от неё. Не женщина, а сплошное разочарование! Оставшись без войска, мужчина начал со страхом посматривать на стоящих напротив людей. Утрата близкого человека наложила на их лица отпечаток горькой суровости. Лань Чжань продолжал стоять перед Вэй У Сянем на коленях и вливать в него свои силы, разрушая себя. Цзинь Гуань Шань, как всегда, решил свалить вину на проигравшего: — Господа, мы пришли с этой женщиной. Но это вовсе не значит, что мы поддерживаем её. Я никогда не желал чужого! — Неужели, — усмехнулся Цзян Чен, — а не по Вашему ли приказу, бывший глава ордена Цзинь, был вырезан клан Целителей Вэнь? Не Вы ли убили его глав и объявили настоящую охоту за последним наследником тех благодатных земель, что так обогатили Вас? Благодаря стараниям старейшины Илина этот ребёнок выжил, и вскоре он сможет вступить в свои права. Не притворяйтесь, господин Цзинь, что не улавливаете родственных черт между этим юношей, — он выставил вперёд а-Юаня, — и Призрачным Генералом, который при жизни был его дядей. Не он ли был Вашей следующей целью? — Я и мой сын… — Уверены ли Вы, бывший глава ордена Цзинь, что этот человек — Ваш сын? Делали ли Вы с ним Петлю Сродства? — сурово поинтересовался Лань Си Чень, до белых костяшек сжимая в руке Лебин. — Что? Но он пришёл… — Когда Вы уже стали человеком, — закончил за него Не Мин Цзюэ. — А что было до этого? Где он был? Чем занимался? Как и в какой семье он рос? Знаете ли Вы, сколько всего у Вас было отпрысков? — Я думаю, не больше десяти… — неуверенно промямлил Цзинь Гуань Шань. — Сорок три незаконнорожденных и один законный. Из них остался только один. И это — совсем не тот, что стоит рядом с Вами. Давайте повяжем Вас Петлёй Сродства с теми, кто является Вашей истинной роднёй по крови! — Не Хуай Сан выудил из рукава красную нить, произнёс над ней заклинание и пустил её по ветру. Одним концом нить плотно накрутилась на мизинец Цзинь Гуань Шаню, а другой край вернулся в стан его врагов, обмотался вокруг мизинца Цин Су, а затем накрутился на маленький мизинчик а-Суна. Лицо господина Цзиня побелело. Глаза забегали от молодой женщины к прекрасному ребёнку. Лёгкое узнавание расплылось по его лицу счастливой улыбкой. Однако Цзинь Гуан Яо тут же схватил своего «отца», приставил к его животу меч и приказал: — Не трогайтесь с места, иначе я убью его, и Вы никогда не сможете доказать, что они, — он кивнул на а-Суна и его мать, — имеют хоть какое-то отношение к клану Цзинь! — Мэн Яо, приди в себя! Здесь находятся все главы Великих орденов! Кому ещё нужно что-то доказывать? — возмутился Не Хуай Сан. — Я считал тебя другом, я ненавидел из-за тебя действительно хороших людей! Но, оказалось, это не Мо Сюань Юй, а именно ты убил сначала своего старшего брата, настоящего сына бывшего главы ордена Цзинь, а затем и всех остальных его детей. Даже до Сюань Юя добрался с помощью моей матушки! И чего ты добился! — Да почти всего я добился, Хуай Сан! Мне оставалось сделать всего пару шагов, и я стал бы править над всеми заклинателями Поднебесной! Знаешь ли ты, что это такое — быть отпрыском неизвестного заклинателя в среде обывателей? И если отец моего брата был известен, богат и могущественен, то мой был обычным бродягой, случайно разделившим ложе с моей матерью! Мэн Дэо, скорее всего, ждала жизнь, полная радости и счастья, если бы его признал отец. Но не меня! Тогда я убил брата и мать заклинанием, которое придумал сам! Оно не оставляет следов. Они просто умерли, без страданий и болезней. И я прошёл долгий путь от ублюдка неизвестного заклинателя до главы одного из Великих орденов! Я годами старательно подчищал за этим, — он толкнул господина Цзиня в спину, — жеребцом, что рассеял отпрысков по всей Поднебесной! Вы насчитали сорок три, но я нашёл больше сотни! И лишь одну гадину упустил из виду. Этот чёртов Вэй У Сянь вечно лезет, куда не спрашивают! Он долгие годы прятал это шлюшье отродие, а потом и её выродка! Кто бы мог подумать, что мы так и не смогли прорваться в Мрачные Вершины, чтобы убить их. Илин залит кровью наших наёмников, но вот они, стоят тут передо мной, и претендуют на место, которое я миллион раз вырвал из зубов других! Вдруг Цзинь Гуань Шань схватил его руку и вдавил острие меча прямо себе в живот, направляя его так, чтобы вместе с собой проколоть и Мэн Яо. От неожиданности заклинатели застыли, понимая, что уже ничем не могут помочь: Мэн Яо, будучи шпионом в Ци Шань Вэне, пристрастился мазать свой меч ядовитыми смесями. И чтобы их было сложнее опознать и обезвредить, этих ядов было множество. Даже моментально вынув из раны клинок, у раненных не осталось ни одного шанса. Вдруг Лань Си Чень закричал: — Брат! Ван Цзи! Перед двумя мужчинами на колени бросились почти все присутствующие: мертвенно- бледные Лань Чжань и Вэй Ин лежали лицом друг к другу, сплетая пальцы. Дыхание замерло.