Ярость Поколений - 2

      Вэй Ин лежал в своём номере, прячась от того, что неизбежно настигнет их с Ван Цзи. Тот, как более сдержанный, пошёл на казнь.       В этот раз он тоже хочет рассмотреть тех, кто ведёт охоту на заклинателей. Он так и не объяснил, как они выглядят, как питаются, насколько опасны или уязвимы? У Сянь не был трусом, но сейчас он мечтал, чтобы рядом с ним была вся его семья. Они непобедимы, когда вместе. Наверное. Нужно просто понять, чего боятся эти твари, откуда взялись и как их уничтожить! Простые вопросы. Но ответов на них нет.       Вэй Ин вздохнул и перевернулся на живот. Если не Лань Чжань, то никто и никогда не найдёт эти ответы. Ах, Лань Чжань! Сколько переделок они прошли, насколько были рядом, как хотели быть вместе. Теперь каждую ночь их мечты становились явью. Вэй Ин и сам не сказал бы точно, в какой момент он решил, что хочет отдаваться, а не брать. Его сексуальный опыт до Ван Цзи ограничился ночью с матерью а-Ю, которую он и не вспомнил ни разу. В своих юношеских мечтах он становился близок с шицзэ и Вэнь Цин. Но поцелуи и объятия, о которых он грезил, не шли ни в какое сравнение с тем, что они с Ван Цзи делают теперь.       От подобных мыслей в штанах стало тесно. Вэй Ин перевернулся на спину, нырнул рукой под пояс и сжал восставшую плоть. Он начал водить ладонью верх и вниз, вспоминая, насколько разнузданным в своих сексуальных фантазиях был высокомерный и невозмутимый Лань Чжань. Он застонал, вспомнив, как однажды ему, Вэй Ину, пришлось затыкать себе рот, потому что Лань Чжаню приспичило в Пристани Лотосов во время званного ужина. Ван Цзи настойчиво смотрел на У Сяня до тех пор, пока не поймал его взгляда и не показал, что он должен выйти. Недоумевая, но извинившись, Вэй Ин вышел и остался ждать своего супруга в притворе. Вскоре на него налетел величественный человек в белом, затащил в угол потемнее, прижал к стене и настойчиво начал прорываться своим языком к нему в рот. Вэй Ин решил сыграть в игру «Ты кто такой?». Он стал отворачиваться и выскальзывать из сильных рук. Словно случайно поставлял под настойчивые губы то лоб, то глаза, то шею. Руки, отталкиваясь, исследовали тело Ван Цзи так смело, что тот рычал от удовольствия. Наконец, Лань Чжань собрал в кулак его волосы, зафиксировал голову и проник в рот языком, чтобы получить намёк на то, что Вэй Ин может сделать с тем, что попало между его губ. Как и следовало ожидать, Ван Цзи начал опускать голову У Сяня ниже шёлкового пояса. Перед глазами Вэй Ина оказался внушительный бугорок. От подобного зрелища у него, как всегда, закружилась голова. Привычными движениями У Сянь высвободил напрягшийся Нефритовый стержень Ван Цзи и почтительно поместил его между своими губами. Нежные ритмичные движения, губы и ласкающий язык были только прелюдией, о которой знали оба. Вскоре Корень любви Лань Чжаня протиснулся в горло Вэй Ину, продолжая двигаться и даже наращивая темп. Однако в какой-то момент Лань Чжань отодвинул голову Вэй Ина, так же, за волосы поднял, накрыл его мокрые губы своими сухими, напитываясь терпкой влагой. Руки с силой развернули мужчину и припечатали к стене. Несколькими ударами по внутренней части стопы Лань Чжань заставил Вэй Ина раздвинуть ноги. Через минуту он стоял перед Лань Чжанем с оголённым задом, который тот оглаживал и мял. Пальцы то и дело скользили меж двух мягких полушарий, проникая внутрь и беспокоя всё его естество. Наконец произошло то, чего Вэй Ин так ждал: Нефритовый стержень Ван Цзи начал настойчиво проникать внутрь, распирая его и наполняя, толкаясь и скользя. Стон поплыл над ними, но бледная ладонь легла на яркие губы и не позволила лишним ушам насладиться божественной музыкой счастья. В следующие полчаса Вэй Ин принимал Лань Чжаня и стоя, и прижатым к стене, лицом к стене и к любимому. Его укладывали на спину, сажали сверху, ставили на колени. Но всё это время он без перерыва получал удовольствие, которое раз за разом возносило его на Седьмые небеса.       Когда Лань Чжань наконец, завершил свои старания излиянием внутрь Вэй Ина, У Сянь лежал под ним с ногами, возложенными на широкие плечи Ван Цзи. От постоянного давления ладони на рот Вэй Ина, на лице проступили явные красные пятна. К тому же, от них за версту пахло запахом страсти, и спереди, и сзади испачкавшей У Сяня. Ван Цзи любовался Вэй Ином — растрёпанным, измятым, откровенно залюбленным и немного потерянным.       Им пришлось сбежать в Мрачные Вершины, чтобы привести себя в порядок. Можно только надеяться, что в собрании присутствовали одни слабоумные. Все сделали вид, что не заметили их отсутствия, не слышали возни и стонов, не приметили новых нарядов и раскрасневшихся и опухших губ.       Только Цзян Чен закатил глаза и посмотрел на У Сяня так, что он пожалел его и решил озадачиться тем, что прервёт траур брата. А именно, поиском новой невестки.

***

      Сообразив, что ему предстоит искупаться до прихода Лань Чжаня, который не любил подобных игр, Вэй Ин осторожно поднялся, стараясь не запачкать постель и одежду. В этот момент послышалось тяжёлые шаги Ван Цзи. Панически ища, обо что вытереть хотя бы руку, У Сянь не придумал ничего лучшего, как вытереть её об штаны и сделать вид, что ничего не случилось.       Распахнув дверь, Лань Чжань замер, чуть нахмурился. Но У Сянь так радостно улыбался ему с чужого лица, что он тоже чуть приподнял уголки губ. Закрыв за собой дверь, Ван Цзи подошёл к супругу и поцеловал в чужие губы. Ночью у них всё было прекрасно. Но днём личины мешали им насладиться друг другом. Вот и сейчас, глядя на красивое женское лицо, Ван Цзи заставлял себя думать: «Это он!» Но помогало не слишком. К тому же ему чудился свежий запах страсти. Возможно, не выветрилось с ночи. Сам Вэй Ин был сплошной страстью. И он оставался в этой комнате. Лань Чжань с подозрением посмотрел на Вэй Ина ещё раз, но тот, прикрывая глаза, утопал в его ласке.       Лань Чжань отвёл У Сяня за стол и попросил:       — Сделай шум.       Вэй Ин прошептал что-то в ладонь, распахнул её и подбросил вверх что-то невидимое. В ту же минуту наблюдавшие за ними шпионы услышали, как супруги встретились, немного поговорили о здоровье жены, о том, как она себя чувствует в связи с беременностью. Прослушали спектакль «Что делают мужчина и женщина, оставшись наедине», а потом их вниманию было представлено мерное женское дыхание и негромкий мужской храп.       Меж тем Вэй Ин и Лань Чжань вели более серьёзные разговоры. В этот день на площади разыгралась трагедия, наблюдая за которой, Лань Чжань едва не выдал себя.

***

      Всё началось, как и вчера. Ван Цзи сосредоточился на том, чтобы отследить как можно больше возможных «поглощённых». Они были не только в одежде инквизиторов, но и среди горожан. Если приглядеться, всех отличал от обычных людей взгляд — любопытный и настороженный. Возможно Ван Цзи ошибался, но у остальных людей, собравшихся на площади, превальировал страх.       Когда началась казнь и люди стали реагировать, Лань Чжань присмотрелся к тем, кого хватали «настороженные горожане». Оказалось, опасными эмоциями были жалость и сочувствие. Ван Цзи посмотрел на тех, кого хватали, сквозь «Истины Лик» и понял, что в этот раз попались одни обыватели. Оглядевшись, он не рассмотрел в толпе ни одного заклинателя! Страх пробрался в его душу. Если местные кланы заклинателей полностью истреблены, то вскоре эти монстры пойдут на новые угодья.       А прямо сейчас они схватили женщину, которая держала на руках младенца, а второй ребёнок, едва достигший трёх лет, держался за её рваную юбку. Младенца вырвали из рук матери и впихнули малышу. Не удержав этой ноши, ребёнок уронил младенца и упал рядом сам, раскрывая рот в немом крике боли и страха.       — Мои дети! — кричала женщина, выворачиваясь из рук палачей. — Мои малютки! Что будет с ними? У них никого, кроме меня нет!       Два стражника, стоявших рядом с костром, были «поглощёнными». Они спокойно подошли, размозжили своим оружием головы обоим малышам и, взяв трупики за ножки, швырнули их на дрова. Всё произошло так быстро, что Лань Чжань, не готовый к подобному зверству, не успел среагировать. Мать, увидев эту картину, безвольно повисла на руках палачей.       Ван Цзи ещё раз посмотрел, как монстры растерзали бессмертные души заклинателей. В этот раз, не обременённый страхом за Вэй Ина, у которого все эмоции отражались на лице, Лань Чжань, сумев взять себя в руки, хорошо рассмотрел тварей. Это были жутчайшие существа. Небольшое уплотнение, которое лишь с натяжкой можно было назвать головой, располагалось скраю на отвратительной материи, что постоянно менялась и трансформировалась. Потом Лань Чжань подумал, что уже видел эту плавающую сосредоточенность на глазу стрекозы. Если мыслить знакомыми категориями, то эти существа — один сплошной глаз, состоящий из мириадов глазков, умеющих одновременно смотреть как в одну точку, так и вокруг. Из уплотнения вырывался длинный язык с присосками по краям. А на конце была сама пасть, из которой крючковато выгибаясь наружу, росли клыки-лезвия. Именно ими твари и терзали души.       Ван Цзи приглядывался и увидел, как некоторые невинные души, став свирепыми призраками, кидаются на тварей, но разбиваются о них, осыпаясь чёрным туманом. Значит, навредить им тёмной ци невозможно. Однако он приметил, как одно чудовище, терзая душу заклинателя, случайно прикоснулось к ней своим ужасным телом. И скорчилось, как от боли. Но, поглотив ещё кусок, успокоилась. Возможно ли, что одно и то же, являясь пищей и лекарством изнутри, может уничтожить снаружи?

***

      Вэй Ин тоже задумался.       — Лань Чжань, ты говорил, что души обывателей Ян взлетают, как стрела. Или как меч? На что они похожи больше?       — У Сянь, они похожи на огненный столб, который очень быстро поднимается вверх. Но сходство с мечом имеется, ты прав.       — Лань Чжань, я сейчас подумал, что это не мы, заклинатели, защитники этого мира. Мы — воры. А настоящее оружие Создателя — это как раз люди Ян. Но наши древние предки их как-то пленили, заключили в мечи, а оттуда вобрали в себя. Думаю, именно поэтому мечи и есть наше основное оружие.       Ван Цзи молчал, выпрямив спину ещё сильнее. В глубине души он был согласен с Вэй Ином, но всё его существо бессмертного вопило и стенало о том, что, получается, они ничего не достигли, а просто застряли в бесконечном круге перерождения на последней ступени перед Истиной! И постичь её теперь практически невозможно. Можно жить тысячи лет, видеть, как создаются и рушатся Цивилизации, но через пару тысяч лет ты увидишь, насколько зациклен сам на себе этот мир. Человеческая жизнь прекрасна тем, что в этом цикле она мимолётна!       Вэй Ин почесал кончик носа и спросил:       — Почему люди Ян не выполняют своего предназначения? Если они оружие, то они должны сражаться, а не идти на убой вместе с заклинателями. Как думаешь, они это специально делают или по незнанию?       — Я считаю, что это второе. Их Книга исправлена, многие знания утеряны. Но если ты прав, то становится понятно, почему не приветствуются заклинатели и чародеи. Однако теперь в это вложен иной смысл. Думаю, это и останавливает людей Ян от действий в открытую.