Пока не остановится сердце...

Выходной день не дарил желанный сон, выходной день не дарил счастливые эмоции и радость. Выходной дарил лишь раздражение и злобу с самого утра. Юнги улыбался, но эта улыбка была фальшивой. Только для камер. Вспышки освещали его бледное лицо, подкрашенные алым губы и линии худощавой фигуры, выделяемые узкими черными джинсами. Слишком явные ключицы выпирали из большого выреза бордовой рубашки. Но это нравилось всем: фотографу, который заставил Юнги выгнуть спину почти до хруста, родителям, которые восхищались своим успешным сыном. Всем, кроме Юнги. Утренняя фотосессия его нисколечко не волновала, скорее раздражала. Его сильно беспокоило, что он обидел своего друга и со вчерашнего дня от него не пришло ни единой весточки. Чаще всего Тэхён писал: «доброе утро, пакемон» или «пойдём гулять, ты угощаешь». А сегодня ничего. Из-за этого плачущего глупенького Пак Чимина они с лучшим другом поссорились. На душе было мерзко до сих пор от пророненных слов Тэхена. Мин сам его оттолкнул, по лицу же получил незаслуженно. Пак Чимин ещё не расплатился за автомобиль и должен был понести наказание. Но упертый Тэхен вдруг стал его защищать. Почему? Зачем? Чем это чудо заслужило хоть какой-то защиты? -Посмотри сюда, Шуга, -вырвал его из раздумий голос фотографа. Юнги повернулся и сделал, что ему сказали. И почему Пак Чимин вчера прикоснулся к его руке? И почему Мин Юнги до сих думал об этом, а на руке, казалось, вновь почувствовал прохладную маленькую ручку. Черт! Мин ушел с подиума, на котором стоял, и поплёлся в сторону стойки с напитками, откуда выудил воду и жадными глотками припал к бутылке. Чимин пробатрачит на него месяц, а потом Мин забудет его, даже замечать не будет. Но Паку придется выполнить наказание. Если Юнги сказал, то от своих слов не откажется. После изнурительной фотоссесии Юнги вышел в осеннюю прохладу под мерзкий мелкий дождь. Около входа столпились люди, очевидно его фанаты. Родители всегда настаивали на телохранителях, но Юнги сам всегда справлялся, стоило наградить чересчур активных фанатов пронзительным яростным взглядом. Мин обыденно вышел и оглядел толпу. Ему жутко хотелось есть, он собирался посетить какой-нибудь ресторан и перекусить, чтобы хоть как-то поднять себе настроение. Но одному не хотелось. Он обвел взглядом толпу и провел языком по мягким от масла губам. Из всей толпы выделялся парень с красными кричащими волосами. Одет был в серое пальто, но под ним скрывалась белоснежная рубашка с подтяжками, что сексуально опоясывали его аппетитное тело. Заметив, что на него смотрят, красноволосый откинул челку с глаз и похабно вытянул губки, обведя их острым язычком. Мин облизнулся и направился к нему. На его губах ещё блестела слюна, когда Юнги подошёл к нему и спросил: -Не занят, сладкий? -Мин видел, какой он податливый. -Я вас ждал около часа, как думаете? -красноволосый подошёл к нему поближе, не боясь неодобрения и поглядел снизу вверх, ловя восхищённый взгляд со стороны Юнги. -Называй меня хён или Шуга, куколка…-Мин положил ему руку на талию и быстро повел к машине. -Как скажешь, хен… «Хорошо, хен». В голове вертелся образ Чимина, что смотрел на него с искорками ужаса в глазах. Но Мин постарался отогнать эти мысли, полностью сосредоточившись на красноволосом красавчике, что шел рядом, повиливая бедрами. Пока они ехали в машине Юнги узнал, что его зовут Сун Ёниль, он преданный фанат Шуги и сделает все, что попросит топ модель Кореи. Мину это нравилось. Он даст возможность выполнить любое его желание, но сначала Шуга очень хотел есть. С утра ничего не ел. Перекусить хотя бы салатом для него было истинным счастьем. Зайдя в ресторан, их пригласили за столик возле окна и разложили меню. Мин оглядел место. Было уютно. В ресторане находилось много зелени и теплых лампочек, обстановка немного растопила сердце Шуги, снимая утреннее раздражение. Раньше он здесь не был, но название «На лугу» привлекло внимание. Здесь царила деревенская атмосфера тишины и теплоты. Хотелось бы Юнги быть подальше от шумного города и хоть немного отдохнуть на природе, окунаясь с головой в аромат полевых цветов. Даже сейчас Юнги чувствует этот аромат и ведет носом. От человека, что сидит на коленях, пахнет резковато, значит, не от него. Мин поднимает глаза и сразу же понимает, от кого сей прекрасный дурманящий аромат. Перед ним стоит Пак Чимин в форме официанта и неловко мнется на месте. -Здравствуйте, доб-бро пожаловать в наш ресторан. Что будете заказывать? Чимину хотелось вновь испариться. Такое желание возникает каждый раз, когда он видит Шугу. Этот мятный холодок ни с чем не спутать, он проникает в тело, заставляя одеревенеть каждую мышцу. -Ты чего здесь? -задал глупый вопрос Юнги, не сводя глаз с Пака. Все это время он хотел убить или отругать этого жалкого котенка, из-за которого они с Тэхеном поссорились, но сейчас, глядя в его потерянные глаза, хотелось опустить свои из-за своего ужасного характера, который так неприятен Паку. -Работаю…-растерянно произнёс Чимин. Ну а что ещё сказать? -Солнце, давай заказывать уже, -нетрепливо хныкал ему на ухо Ёниль и ёрзал на бедрах от тянувшегося ожидания. -Да, -вышел из оцепенения Юнги и мотнул головой, -мне салат с овощами любой, а ты что будешь? -спросил он красноволосого, но смотрел лишь на Чимина, который писал заказ. Мин не знал, что он работает здесь. Так никогда бы не пришел сюда. -Я буду стейк с кровью и вино. -Какое вино? -спросил Пак. -Ммм…-задумался красноволосый, -посоветуйте что-нибудь. Пока Чимин советовал, Юнги потерялся в ощущениях. Рядом с Паком очень волнительно. Откуда это волнение? А ещё противно от себя, что Чимин увидел его с кем-то. Хотя он раньше так делал. Каждый день менял парней. Да к что же сейчас изменилось? Ничего. Он Шуга. Ему никто не нужен, кроме Тэхена. Он его вернет, а Пак лишь наказание на месяц. Маленький ненавистный котенок. Он не нужен ему. Топ модели Шуге нужен лишь Тэхен и больше никто. Сделав заказ, Шуга решил сосредоточить все свое внимание на сидящем на коленках парне. Мин начал целовать его шею, а тот запрокинул голову и тихо постанывал. «Я не хочу». Шуга оторвался от мягкой кожи парня, что кружил голову не хуже коньяка. Он опустил взгляд на губы и стал грубо целовать их, сминая и кусая до крови. «Пожалуйста, не надо, простите…» -Блять…-оторвался от парня Юнги, что стонал и ерзал от такой грубости и блаженной боли. -Ох, ты такой страстный…-заскулил ему на ухо Ёниль, щекоча кожу мягкими как шелк волосами. Мин хотел припасть к его губам снова, чтобы окончательно забыть лезущего в душу Чимина, но тут Пак принёс их заказ и поставил перед ними. Аромат полевых цветов был ощутим, но не мог перебить резкий парфюм Ёниля. Шуга кивнул Чимину. Пак стал наливать в бокалы вино. Его руки привлекли внимание Юнги. Одно запястье было забинтовано. Мин не успел ничего сообразить, как Чимин закончил наливать и натянул рукав кофты пониже, скрывая больное запястье. Пак отошел к другим клиентам, а Шуга и Ёниль приступили к еде. Теперь Ёниль сидел рядом, но все равно притягивал внимание своими формами. Шуга оглаживал его бока одной рукой, второй держал палочки, поедая салат. Опять овощи. Ничего не поменялось. Сегодня он себе позволит лишь один бокал вина. Хоть что-то приятное. Мин ел спокойно, иногда поглядывая на Чимина. Кроме столика Юнги, Пак обслуживал столик одного взрослого и полноватого мужчины. Тот Юнги сразу не понравился. То случайно заденет Чимина за руку, то ударит по попе. Мин старался не обращать на это внимание, все-таки это не его дело, но все же иногда поглядывал. Пак же ничего не отвечал, лишь тактично просил этого не делать. Похоже, в его практике это было не в первый раз. Такой парень как Чимин, симпатичный и с милым личиком, мог привлечь своим видом не только хороших парней. Мин видел, что Пак никак не реагировал, а мужчина был всё настойчивее в своих желаниях. Ближе к концу ужина Юнги заметил не очень хорошую открывшуюся картину. Он чуть отстранился от слишком настойчивого Суна и взглянул на Чимина. Тот принёс второму клиенту какое-то блюдо и хотел было уже пойти, но его грубо схватили за руку и притянули к себе. Шуга напрягся всем телом и даже хотел подняться, но вовремя остановил себя и присел обратно. Это не его дело. Чимин сам справится. Они даже не друзья, с какого хуя он должен ему помогать? Мин отвел взгляд. -Счет, пожалуйста! -сказал Ёниль, когда допил бокал вина. В это время Чимин пытался избавиться от хватки настырного клиента, но тот не отставал. -Когда ты заканчиваешь, милый? -Не ваше дело, мне нужно идти, -услышав просьбу о счете сказал Пак, подавляя внутренний страх. -Ну я подожду…-он отпустил официанта, и тот сразу же убежал на кухню, пытаясь справиться со стучащим сердцем и немного успокоиться. Коллеги по работе спросили, всё ли хорошо, но Пак кивнул и сказал, что справится. Печальный опыт у него был. Чуть успокоив нервы, Чимин натянул дежурную улыбку и отправился к столику Юнги. Он протянул счет, а после стал собирать тарелки. Мин всунул туда побольше, оставляя чаевые. Он всегда так делал. Чимин после отдал им чек и благодарно улыбнулся, увидев крупные чаевые. -Спасибо, что посетили наш ресторан, приятного вечера. -Спасибо, -кивнул ему Ёниль и стал надевать пальто. Шуга попросил подождать его в машине, а сам отправился к Чимину, который стоял у стойки и болтал с администратором. Когда он увидел Шугу, то подошёл к нему. -Прости меня, хен. Мин слегка опешил. -За то, что из-за меня вы с Тэхёном поссорились. Я не хотел, правда, -сразу же разъяснил всё Чимин. Ему очень хотелось извиниться, чтобы вина не разрывала душу. «Почему твои слова вызывают доверие?». -Ага, -небрежно кинул ему Мин, -отработаешь в понедельник. У тебя всё в порядке? -он перевёл взгляд на клиента, который улыбался во все тридцать два милому официанту. -А тебе есть дело, хен? -спросил Чимин с некоторой грустью и удивлением в голосе. «Я не знаю, черт, я ненавижу твой расстроенный голосок, он сводит с ума. Мне не нужны чувства, я не хочу испытывать это…» -Нет. Пока, -Мин ушел, даже не взглянув на Пака, но сердце ойкнуло. Чимин закончил работу. Надоедливый мужчина ушёл, видимо, устав ждать. Пак попрощался с коллегами. Время было 21, но уже стемнело. Пак пошёл по направлению к автобусной остановке. На улице было пустынно. Чимин прошел мимо парковки и услышал позади шорохи. Он оглянулся. Из кафе вышли его коллеги и пошли в противоположном направлении. Чимин улыбнулся и повернулся обратно. Перед ним будто из-под земли вырос тот самый мужчина, который не отлипал от него весь день. Он грубо схватил его за пораненное запястье и потащил к машине. Было больно, но Пак сопротивлялся и вырывался. -Отпустите! -Рот закрой, я ждал тебя весь день. Ну ты что, повеселимся вместе… Чимин не хотел. Запястье сжимали так сильно, что, казалось, скоро бинт обагрит кровь. Паку было страшно, но ещё страшнее думать, что с ним сделает этот упертый кабан, который пугал своими габаритами и тяжелым бескомпромиссным взглядом. Чимин закричал на всю улицу, надеясь, что коллеги услышат его, но никто не собирался приходить на помощь. Похититель дернулся из-за его крика и ударил по лицу, чтобы он замолчал. Чимин рухнул на землю, хватаясь за покрасневшую щеку. Слезы обожгли щеки. Пак ругал себя за свою беспомощность. -Он же попросил отпустить его, мразь… Чимин поднял шокированный взгляд на человека, скрывавшегося в тени. Он узнал голос, а через секунду его лицо озарил свет от зажигалки. Мин затянулся сигаретой, выдыхая дым в промозглый воздух. -И чего ты сделаешь, малявка? -мужчина резко дернул Пака за руку, заставляя подняться и вцепился в локоть. Шуга сделал ещё одну затяжку и щелкнул пальцами. В тишине этот звук был очень отчетливо слышен. Из-за его спины отдалились две фигуры и вышли на свет фонаря. -Похоже, телохранители нужны не мне. Шуга щелкнул ещё раз, не на секунду не отвлекаясь от мятной дряни. Охрана подняла пистолет на мужчину, глаза которого полезли на лоб. Он явно не ожидал такого ярого сопротивления и сразу же выпустил жертву из рук, бегом направляясь к своей машине. Юнги попросил охрану подождать в машине, а сам, потушив и выкинув сигарету, направился к дрожащему, вытирающему слезы парню. -Блять, Чимин, почему ты настолько жалок, что даже за себя постоять не можешь. Как ребенок… Его всегда жалеют. Это неизбежно. -Я бы справился, не нужно было… -Нет, не справился, -Юнги знал это как факт. Несмотря на его слова, Пак не отличался силой и стойкостью. Ему нужен защитник, но Юнги не собирался брать на себя эту ношу. Хотя он уже спас его раз. Не справился бы. Чимин тоже это знал. -Как ты узнал? -всхлипнул парень, не в силах оторваться от взгляда Мина, который сильно смягчился. -Увидел, что он к тебе пристает и решил подождать. Ты, кстати, лишил меня секса сегодня. А был такой сочный паренёк…-Юнги мечтательно закатил глаза, а потом подошел поближе к Чимину, тот четко уловил мятный сигаретный аромат, -может, заменишь его? Чимин округлил глаза от шока и сделал шаг назад, давая ответ. Мин рассмеялся. Этого паренька так легко вывести из равновесия. -Да шучу я, кому ты нужен. Правда. Никому. Несмотря на это Шуга его спас, натравил своих людей. Пак окончательно запутался. Чимин подошел к Юнги и порывисто обнял, прижимаясь к груди. Мин опешил и заёрзал в его руках. Но искренний порыв пробудил в нем ответный трепет. Шуга аккуратно обнял в ответ, очень бережно, будто боясь сломать слишком хрупкого и крохотного малыша. -Спасибо, что спас меня, Юнги, если бы не ты… Мин услышал, как Чимин снова заплакал. Эти рыдания проникали в самую душу, что-то разбивая внутри. Покой? Они стояли долго. Мин гладил спину Чимина и дышал ароматом полевых цветов, уткнувшись в макушку чуть жестковатых белых волос. Чимин глотал слезы, но постепенно успокаивался. Мин простил ему вольность, за то, что назвал его по имени. Но ему понравилось. Будто он вновь стал самим собой. Добрым и заботливым. И вся напускная жестокость и ненужная никому грубость отдыхала в сторонке. Этой ночью они стояли одни на пустынной парковке, не в силах отпустить друг друга словно пропадёт вся магия, словно они перестанут существовать вне объятий. Но все же ничто не могло длиться вечно. Пак отпустил Юнги и отвел взгляд, ощущая жуткую неловкость за свою излишнюю эмоциональность. -Отработаешь в понедельник. Ты ещё не забыл, что моя игрушка? Пак поднял взгляд невинных и заплаканных глаз. Сердце сжималось при виде такого малыша. Мин прикоснулся к его щеке, ощущая влажность и приятную мягкость. -Больно? -Почему ты спрашиваешь, хён? Ты же сказал, что мои чувства тебе не интересны. -Моя игрушка должна быть здоровой, чтобы выполнять все указания, -равнодушно ответил Юнги. -Только из-за этого? -Мин почувствовал как слеза скатилась ему на палец, а голос дрогнул. -Только из-за этого. Без ножа по сердцу. На секунду Пак подумал, что всё изменится. Но они слишком разные. И связывает их лишь долг. Мин убрал руку и пошёл к машине не оглядываясь. Чимин проводил его взглядом, вытер слезы и направился домой. Пак решил для себя, что перестанет жить в сказочной стране. Может, Мин и спас из жалости, но вряд ли вообще проявит к нему какие-то теплые чувства. Не быть им друзьями. Пройдёт месяц, и всё закончится. Месяц и Юнги уйдет из его жизни. Пак Чимин будет заниматься лишь танцами и станет самым успешным танцором своего времени. *** Прошли выходные. У Юнги ужасно. У Чимина исходя из его нового статуса. Он провел всё воскресенье с Мином, ходя за ним хвостиком по разным фотоссесиям и таская все его вещи и многочисленные костюмы. Они практически не разговаривали, так как Шугу постоянно дергали, заставляя перемещаться из одной локации в другую, менять одежду, макияж и прическу. Юнги всё послушно выполнял, не дерзил, так как понимал, что бесполезно. В конце дня он мечтал о кровавой расправе всех, кто был рядом. Чимин не лез к нему, понимая, что тот жутко устал. Когда машина Юнги отвозила Чимина домой, Мин заснул на заднем сиденье прямо на плече Пака под мягкий аромат цветов. Это быстро его успокоило. Чимин сам до жути устал и не стал скидывать неприятного, но такого теплого парня. Машина стояла ещё полчаса под окнами серого покалеченного временем дома Пака, пока Юнги мило спал, причмокивая во сне. Когда Юнги проснулся, он засмущался, сонно оглядываясь на Пака сквозь глаза щелки, вызывая у того добрую улыбку в свой адрес. Чимин начал понимать, почему Мин Юнги всегда такой недовольный и грубый. Когда заставляют делать то, что не нравится, это вызывает злобу и негатив, который изливается на окружающих людей. Даже если Пак не нужен ему и просто был сегодня как носильщик вещей, он был не так огорчен, что потратил своё время. Всё-таки Юнги знал, что такое работать. Чимин был рад, что хоть немного облегчил его день. Юнги проводил взглядом Чимина, пока тот не скрылся в подъезде. Шуге не понравился район, где жил его блондинчик, здесь было мрачно, грязно и небезопасно. Где-то лаяли собаки и слышалась приглушенная ругань. Мин лишь с тревогой оглядел дом и приказал уезжать. Он знал, что Пак живёт бедно, хотя тот ни на что не жаловался. Все выходные Чонгук пил в баре и болтался с бандой, а Тэхён понимал, что начинает заболевать. Поясница прошла, но с утра понедельника горло ныло, а нос заложило. Похоже, сидеть под дождем было плохой идеей. Он принял таблетки, надеясь лишь на то, что температура не поднимется. Тэ всегда ужасно переживал болезни, умирая из-за дикой слабости. Осталась лишь пара месяцев до спектакля, поэтому расслабляться не стоит. Он выехал в утреннюю прохладу на велике. Сегодня было сухо, но пасмурно. Близился очередной дождь, пока ещё скрываясь в серых расползавшихся по небу тучах. Его главной задачей было дать втык Чимину за то, что не отвечал все выходные. С Юнги он мириться не собирался. Пара по физкультуре проходила на улице. Натянув бежевый спортивный костюм, Тэхён прибежал на поле. Сегодня было свободное время, поэтому каждый мог заниматься, чем хотел. Некоторые студенты играли в футбол, несколько ребят расположились у баскетбольной сетки. Но всё было неважно, Тэ шёл целенаправленно к одной личности, что удобно расположилась на краю поля, сидя на шпагате и растягивая мышцы. Натуру танцора за версту видно. По пути Тэхён заметил сидевших на скамейке под тентом Юнги и Чонгука, болтающих и явно отлынивающих от спорта. Наверное, придумали себе отмазку и уговорили тренера пропустить занятие, впитывая спорт глазами, любуясь красивым видом симпатичных студенточек, специально разминающихся напротив их скамейки. Тренера рядом не наблюдалось, поэтому Мин позволил себе вольность и тихо покуривал сигарету, совращая этим Чонгука, но тот стойко держался, давно бросив. Тэхён лишь фыркнул, заметив двоих и проходя мимо. Даже не оглянулся. Он присел между разведенных ног Пака и взглянул ему в глаза. -Ты ничего не хочешь мне сказать, Пак Чимин? -Тэхён прожигал его взглядом, вызывая страх и вину. Пак сглотнул и отвёл взгляд. Он понимал, что игнорирование миллионных сообщений Тэхёна не доведет до добра, но Пак просто боялся, что его бросят. Что скажут ему уйти из жизни уже полюбившегося друга, ведь именно из-за Чимина лучшие друзья поссорились. -Я всё понимаю…-негромко начал Пак, теребя руками чуть влажную траву, -ты зол… -Ещё как, -скрестил руки на груди Ким, таращась на блондина с идеальной растяжкой. -Даже если мы не друзья больше, ты имеешь право меня побить или что-то ещё. Я всё приму. Хочу извиниться всё равно, -Пак, наконец, смог поднять на него глаза, в которых поблескивали капельки слез. Тэхён резко надавил ему на грудь, заставляя лечь и наклонился к нему, удерживая руки на груди парня и замечая его участившееся сердце. -Ты придурок что-ли? Почему я должен перестать дружить с тобой?! -Потому что я подвёл тебя, из-за меня вы с Шугой… -Ох, блять…-выдохнул Тэхен и громко откашлялся. Вся эта картина привлекла взоры Мина и Чонгука, которые откровенно пялились и не понимали, почему Тэхён повалил Чимина на траву, -с этим дураком я сам разберусь. Чимин, пойми раз и навсегда, если я к кому-то прицепился, то никогда не отлипну, ты понял? Я прощаю тебя. Ты мне стал дорог, моя милая булочка… Тэ смотрел с нежностью и дружелюбием. Чимин хихикнул, смаргивая капельки слез. Тэхён положил руки по обе стороны от головы Пака и согнул их, ещё ближе оказываясь к лицу Чимина. -Чем ты так расстроен? -спросил Тэ, заметив капельки слез. -Просто я не могу поверить, что у меня есть настоящий друг, -искренне говорил Пак, купаясь в лучах квадратной широкой улыбки, -от меня чаще всего все уходят. -Я -никогда. Какой же ты необыкновенный, ещё никогда не встречал таких милых и невинных. Мне не хватало такого друга. Этими словами он ещё больше засмущал Пака, заливая его щеки розоватым румянцем. -Не грусти, -он поцеловал его в щеку, а потом ещё и ещё, пока тот не засмеялся в голос. Тэхёну было сложно остановиться, а Пак не пытался отстраниться. Ему было неловко, но приятно. Приятней было вдвойне: помимо поцелуев, Тэ щекотал его нос своими волосами. Ким отстранился лишь когда громко и хрипло откашлялся. Затем снова повернулся к Паку, анализируя его беспокойное выражение лица. -Всё в порядке, Тэ-Тэ? -Да, просто приболел немного, не обращай внимания. Пак всё равно волновался. Таким уж был. -Да к ты с меня слезешь? -поинтересовался Пак, всё ещё чувствуя себя неловко из-за объятий Тэ. Раньше никто не проявлял к нему такую заботу, поэтому он растерялся. -А что уже возбудился? -игриво подмигнул ему Тэхён, вызывая у Пака смущенную улыбку. Чимин не успел ответить, как за него это сделали трое подошедших парней баскетболистов. -Он может и нет, а мы да… Чимин и Тэхён одновременно оглянулись на них. Спортсмены жадно улыбались, оценивая привлекательные тела двух парней похотливым взглядом. Чимин напрягся, а Тэ громко выдохнул и поднялся, помогая встать Паку. Он взял друга за руку, на всякий случай заводя за спину. Увидев постороннее внимание со стороны мускулистых спортсменов, Чонгук прищурил глаза и намеревался встать, но Юнги остановил его, спокойно махая в сторону Тэхёна и Чимина головой, говоря не рыпаться и наблюдать. -Чего надо? Если бы я звал козлов, пришёл бы на ферму, -с вызовом бросил Тэ, прожигая самого главного из них недобрым огнём. -Смотри какой пупсик, -один из баскетболистов потянул руку к подбородку Тэхёна, но тот грубо ударил по руке и со всей силы врезал ему промеж ног. Неудавшийся пикапер повалился на землю, мыча что-то невнятное и хватаясь за больную промежность. Остальные, увидев мучения друга, с нарастающей агрессией шагнули вперед, но их остановил подошедший тренер. -Это не конец, куколки, -сказал один из баскетболистов, уводя покалеченного друга. Чимин обнял Тэ, назвав его своим защитником. Тэхён гордился собой, а Юнги гордился им. После этого Пак и Ким успокоились, и блондин вернулся к растяжке, а Тэ пошёл разминаться, вспоминая все известные ему упражнения. Чонгука не успокоил хороший удар Тэхёна, понимая, что тот ещё сильнее разозлил баскетболистов. Если бы те начали атаковать в полную силу у Кима не было бы и шанса. Слишком самоуверенный. Из раздумий его вырвал вопрос Юнги. -Тебе нравится Тэхён? Может быть и нравился, но это не имело смысла. Они никогда не будут вместе. -Неважно, нравится он мне или нет, я стараюсь не влюбляться…-Чонгук говорил серьезно, Юнги не сомневался в правдивости его слов и четкой уверенности в словах. Чон наблюдал за Тэхеном, который растягивал руки. Взгляд его было трудно прочитать, Чонгук редко чем-то делился с новым другом, он был очень закрытым. Мин его в этом не винил, видно, что у него есть своя боль в сердце. Шуга сделал затяжку и подкрасил серое небо мятным дымком. -Почему? «Я больше не хочу никого терять». -Лучше ты мне скажи, Юнги, почему играешься с Чимином? Он вроде славный паренек, а ты издеваешься. Мне, честно, всё равно, поступай как знаешь, но всё же…-Чонгук перевел взгляд на Мина, а тот рассматривал упорно тянущего свои мышцы Пака. -Любовь-это зависимость и боль. Уж лучше пусть Пак Чимин меня ненавидит, а я в ответ буду делать тоже самое. -Не ты ли спас его вчера? Сам мне рассказал. -Просто пожалел, -Мин затушил сигарету и отправился в раздевалку, так как все студенты с поля стали уходить. Урок закончился. Чонгук тоже поднялся, бросил последний взгляд на болтающих Тэ и Чимина и ушёл прочь. Любовь-это слабость. Любовь-это боль. На обеде в столовой было полно людей. Чимин завертел головой, ища Тэхёна. Очень вкусно пахло курочкой, Пак уже предвкушал вкусный обед. Несмотря на вражду с Мином, тот не поскупился на хорошие чаевые, которые вкусно кормили Пака по вечерам. Чимин встал в очередь и вскоре на его подносе лежала курица с рисом, фасолевый суп и апельсиновый сок. Он увидел Тэхёна за центральным столом около окна. Ориентируясь на темную макушку, Чимин проскользил мимо голодных студентов и присел рядом, положив поднос и уместив свой зад. Блондин вопросительно изогнул бровь. Тэ ничего не ел, лишь пил воду. Это странно, раньше Тэхён заглатывал даже больше Чимина, причмокивая от наслаждения. Это было любимое время дня, когда они уставшие от тренировок и репетиций, тащились в столовую и проводили время наедине друг с другом, рассказывая о веселом или наболевшем. А когда была хорошая погода, выходили и обедали на скамейке в небольшом сквере через дорогу. Так как сегодня было пасмурно, решили не выходить. -Что с тобой, Тэ? Почему ничего не ешь? Ким неопределенно покачал головой, мол не голоден и продолжил пить воду. Чимин начал волноваться за друга. Особенно когда Ким сильно закашлялся. Пак хотел предложить пойти домой, но сзади кто-то несильно похлопал по спине, а после рядом за столик уселся Юнги и Чонгук с большой порцией риса и мяса. Мин смотрел только на Пака, поэтому пришлось отвлечься от Тэхена. -Шуга? -Чимину было совсем не до него, его больше беспокоил другой брюнет. -Мне рис и воду, сгоняй по-быстрому, я устал после физры, -Шуга закинул ноги на соседний стул и прикрыл глаза, не обращая внимания на соседей. Кроме них четверых, за столиком никого не было. Этот стол стал нареченным столом «королей» университета, но Пак и Тэ плевали на это. «Ты же ничего не делал, только курил!»-хотел бы сказать Чимин, но промолчал. Не имел права. -Никаких возражений не хочу слушать, -отрезал Мин, смотря на тормозившего парня. Юнги оперся спиной о плечо Чона, который заострил свое внимание на Тэхёне и отсутствии у него еды. Это вызывало легкое беспокойство. Пак не стал больше искушать Мина и ушёл за едой для «короля» универа. Он взял рис и воду за свои деньги. Супер, теперь и кормить за свой счет. Вернувшись через три минуты, Чимин с нескрываемым недовольством поставил перед Шугой поднос и одарил открывшего Юнги глаза кривой улыбкой. Он сел рядом и опустил взгляд, чтобы больше не видеть эти изумрудные поглощающие своей властью глаза. Шуга принялся есть, даже не замечая, что Чонгук и Тэхён уставились на него. Только спустя две минуты, когда Юнги оторвался от тарелки, то заметил интерес к своей персоне. -Чего? -устало спросил Шуга, делая глоток воды. Чонгук ничего не сказал и молча подложил ему в тарелку кусочек мяса. Мин поблагодарил его, но всё же вынул мясо и продолжил есть. -Ну-ну, -прошептал Тэ, но все его услышали. Чимин посмотрел на Тэхена, а потом перевел взгляд на Юнги. У обоих был крест, который они несли вместе. Блондин предполагал, почему Мин себя так ведёт. Юнги был топ моделью Сеула, Пак сам видел, как изнурительно у него проходят выходные. Понятно, что от него требуют идеальной внешности. Чимин не мог ни признать, что он был красив. Темные кудрявые волосы, очерченные скулы, чуть полноватые алые губы, ровный нос и заострённый подбородок. Но больше всего привлекали глаза- изумрудные со светящимся, возможно, голодным блеском в глазах. Они сверкали ярче любых камней мира, чаруя опасным ядом. И всё это перемешивалось с горьким мятным ароматом сигарет и мягкими духами морского бриза. -Если хочешь меня, так и скажи. Только сейчас Чимин осознал, что всё это время пялился на Юнги с застывшими в руках палочками. Глаза Пака округлились из-за такой фразы, а слова потерялись в горле. Тэхён же закашлялся, давясь водой. Юнги и Чонгук переглядывались и улыбались. -Хен, нет…-только и смог сказать Пак, мотая головой и окончательно приходя в чувства. Юнги перегнулся через стол и прошептал Чимину прямо на ушко, касаясь шелковистыми волосами его щеки, вызывая ворох мурашек. -Мечтать не вредно, я разрешаю, -и отстранился сразу же, возвращаясь к еде будто ничего и не было. Чимин опустил взгляд и вернулся к обеду, надеясь, что никто не заметил его пылающие щеки. После повисла неловкая тишина. Все уже доели, но не расходились. За столом висело напряжение, недосказанность и обида. Никто не хотел начинать разговор. Стало ещё хуже, когда к «королям» стали тянуться их фанаты, среди которых были нежные мальчики Ван и Шин, сразу же овладевая вниманием Юнги и Чонгука. Вскоре Шин грел коленки Юнги, а Чонгук ел с рук Вана. Тэхёну было уже все равно. Голова стала пунцовой, веки сами собой закрывались. Осталось пережить последнюю потоковую пару, а потом он упорхнёт домой и будет долго отлеживаться в мягкой кроватке. Чимину же было некомфортно от такого зрелища, поэтому он потащил Кима сразу же в аудиторию. Пак корил себя за бурную фантазию. Шуга никогда не заинтересуется им, серьезные отношения не для него. А Чимин не будет подпускать к себе того, кто считает его только игрушкой и развлечением. Игрушкой, которая в конце, возможно, не выдержит и сломается. Это же неважно. Юнги быстро выбросит и найдет другую. А Пак утопит все чувства и эмоции в крови. Чимин старался писать лекцию красивым почерком, так как знал, что Юнги попросит у него конспект. Скорее потребует. На совместных лекциях Мин отдыхал, предоставляя Паку делать за него работу. Чимин не жаловался. Бесполезно. Теперь Пак сидел рядом с Юнги и Чоном на первом ряду. Тэхён был рядом, так как бросать нового друга не собирался. Чимин писал конспект. Лекция была скучная, поэтому Пак зевнул и повернул взгляд на остальную часть незавидной компании. Чонгук старался слушать и записывать, Юнги вертел в руках ручку и будничным взглядом обводил аудиторию, пытаясь зацепиться за что-то интересное. Пак вернулся к лекции, а Мин обратил свой взор на Чимина. Пак писал, чуть наклонив голову. Челка постоянно падала на глаза, а блондин легким жестом руки откидывал её назад, но вскоре она снова возвращалась. Мин рассматривал его, подмечая серьезный взгляд и чуть нахмуренные брови. Пак был мил, не больше. Мягкие черты лица, нежный голосок и маленькие ладошки. Был, есть и будет ребенком. Но Чимин всё равно отличался ото всех, Шуга не мог этого ни признать. В отличие от Ёниля или Шина, которые старались привлечь внимание модели пошлыми словечками или действиями, Чимин всегда оставался самим собой, не пытаясь никому угодить. Всегда делал всё от чистого сердца, буквально воспринимая любые подколы, как это было в столовой. Он был непосредственным, поэтому Мин Юнги невольно, против воли тянулся вслед за голубыми светлыми глазами. Ненавидел, но тянулся. Хотелось задеть его, вывести на эмоцию, чтобы полюбоваться каждым спектром чувств, увидеть вспышки удивления, страха или радости в глазах. Мин Юнги боялся любви, он никогда больше не окунется в неё с головой. Шуга поклялся себе. Он никогда не переступит черту. Юнги отвернулся от Чимина. Лучше бы они никогда не встретились. Спокойствие Пака нарушил Ким Тэхён. Чимин почувствовал тяжесть на своём плече. Блондин кинул взор на Тэхёна. Тот лежал на нём с закрытыми глазами, что бормоча и дрожа всем лом. Пак заметил капельки пота на лбу. Отложив ручку, Чимин прикоснулся ко лбу Тэ и чуть не обжег руку. У него был дичайший дар, как он ещё в обморок не свалился? Пак потряс Кима за плечо, через силу заставляя приоткрыть глаза, но тот сразу же упал на его плечо обратно. -Простите, -привлек к себе внимание Чимин не только преподавателя, но и Юнги с Чоном, -моему другу плохо, можно выйти? Преподаватель разрешил. Пак, перекинув руку Тэхена через своё плечо, почти потащил его к выходу. Тэ что-то бормотал и не сопротивлялся, находясь где-то между сном и реальностью. Следом за Паком отправились встревоженные «короли». -Что с ним? -спросили Юнги и Чонгук, догоняя Пака. -У него жар, помогите мне, -Мина не надо было просить дважды, он подхватил Тэ с другой стороны, перекидывая руку через плечо. Чонгук шел рядом, от беспокойства поджав губы. Они вышли на улицу, сразу же встречаясь с осенним холодом и маленьким дождиком. -Моя машина у входа, -кивнул в сторону парковки Мин. Они донесли ничего не соображающего Тэхена до машины. Юнги сел со стороны водителя, а Чимин упал на пассажирское сиденье. Чонгук сначала усадил Тэ, а потом примостился рядом. Каждому в этой машине не был безразличен Тэхён и каждый боялся за этого глупца, который довёл себя до такого состояния. -Сначала заедем в аптеку, -спокойно сказал Мин и завёл машину. Несмотря на быстро бьющееся сердце и влажные ладони, он старался сохранять хладнокровие. Тэ всегда жутко болел с температурой под сорок и дерущим горлом, потому что сам доводил себя, забывая принимать таблетки и халатно относясь к своему здоровью. Шуга в такие дни сильно злился, бегал по аптекам и почти насильно толкал легкомысленного малыша в кровать. Чимин постоянно оборачивался на Тэхёна и теребил пальцы. Весь день провел с ним, но не обратил внимание, что с каждым часом ему становилось всё хуже. Винил себя и кусал губы. Тэ обратил свою болезнь во что-то незначительное, и Чимин ему поверил. Дурак. О единственном друге нужно хорошо заботиться. Мин видел волнение Пака и ещё сильнее вдавил педаль газа в пол. Все молчали, но тревога росла с каждой минутой. Тэ сидел сзади, обняв себя, и крупно дрожал. Чонгук окинул его тревожным взглядом и потянулся к нему, заставляя лечь на свои колени. Тот сразу же поддался. Чонгук согнул его ноги, чтобы они уместились на сиденье и быстро снял свою куртку, укрывая Тэхёна. Тэ что-то невнятно прошептал и протянул Чонгуку руку, которая была просто ледяной в обжигающих ладонях Чона. Он принял её без раздумий, осознавая, что Тэ нужна поддержка. Ким не открывал глаза, но ему стало чуточку лучше, будто он нашёл свой покой в крепких руках Чона, будто и не было пропасти между ними, не было недосказанности и равнодушия. Ничего. Только обеспокоенный Чонгук и подрагивающий Тэхён. Герои уложили Кима в кровать, укутали дрожащего мальчика одеялом и напичкали таблетками. Он отключился молниеносно. Чимин потушил свет и ушёл хозяйничать на кухню. Пак верил, что Тэхён простит ему такую вольность. Блондин нашёл все нужные ингредиенты и стал готовить куриный бульон для своего больного друга. Чонгук не знал, куда себя деть и как вести. Он метался из кухни в комнату и назад. В итоге, он присел на диван в гостиной и молча разглядывал фотографии на полке. Здесь Тэхён выглядел таким счастливым вместе с родителями. Хотелось, чтобы так и оставалось. Даже если они с Тэ будут на расстоянии, Чону важно лишь одно обстоятельство-чтобы у Ким Тэхёна, светлого и дерзкого паренька, никогда не спадала улыбка, освещая весь мир и людей вокруг. Тогда всё будет хорошо. Юнги сидел на кровати Кима и дремал, оперевшись о стену. Этого дурака не выпустит из поля зрения ни на минуту, только когда полностью удостоверится, что он в порядке. Через пару часов Шугу разбудило копошение и негромкие стоны. Он приоткрыл ещё сонные глаза и несколько раз похлопал ресницами, чтобы окончательно развеять сон. Мин повернул голову и заметил, что Тэхён проснулся и смотрит на него. Шуга поднёс ладонь к его лбу, проверяя температуру. Спала. Как и камень с души. -Юнги, -протянул Тэ и громко закашлялся. Мин взял его руку и некрепко сжал. Когда-нибудь это чудо доведет его до могилы, ей богу. -Ты спятил, Тэ? Зачем сидел до последней пары, раз было плохо? Мы тебя в полуобморочном состоянии выволокли с температурой под сорок, ты хоть иногда думаешь? -Юнги все сильнее сжимал руку Кима, вызвав тихий болезненный стон. Глаза Кима стали влажными. Юнги всегда на него ругался, когда он болел, невыносимо было видеть его злым. Тэ понимал, что поступал глупо, но, похоже, он любил наступать на свои же грабли. -Думаешь меня растрогать своими слезами? Ну уж нет, -Шуга откинул его руку и отвернулся. -Ты волновался? -одна слеза всё-таки скатилась по щеке Тэхёна. Конечно, Мин Юнги волновался, он это знал. -Да, блять, ты мой самый близкий человек, как я могу не беспокоиться за тебя?! -крикнул Юнги, повернувшись к Тэ, но, заметив погрустневшего друга, смягчил взгляд и утер его слезы. Больше всего на свете ненавидел его слезы и ненавидел себя, когда ругался на него. Просто Тэхён редко думает, отчего Мин Юнги вечно страдает. -Я тебя люблю, -шмыгнул носом Тэ, приглашая в объятья. Больше злости на Юнги не было, испарилась под напором великой заботы лучшего друга. Мин фыркнул. Он немного колебался, но вскоре не удержался и нырнул в объятья Тэхёна, что были слаще любого мороженого и приятнее самого страстного секса. -Я тоже тебя люблю. Больше не пугай меня так, -Мин поцеловал его в носик и завёл за ухо упавшие на глаза пряди. В этот момент в комнату вошли Чимин и Чонгук. Пак принёс миску бульона и поставил рядом с кроватью. После он притронулся ко лбу больного и осознав, что всё хорошо, мягко улыбнулся, присев на диванчик рядом с Чонгуком. -Поешь, Чимин приготовил для тебя, -нарушил молчание Чонгук, не смея отвести взор от смотревшего на него Тэхёна. Эти глаза будто говорили, спасибо, что сейчас со мной. Чон не мог долго смотреть в эти глаза, боялся в них утонуть, потеряв все свои принципы и обещания. Поэтому отвел взгляд и ушёл за стаканом воды. Чон скрылся за дверью, забирая с собой улыбку Тэ. -Спасибо, Чимин, только можешь принести ещё одну порцию? Юнги и Чимин удивились внезапно проснувшемуся аппетиту Тэхёна. Пак быстро метнулся за новой порцией, а Мин похлопал Кима по бедру, одобряя его решение. Когда две порции стояли на тумбочке возле больного, Пак и Мин помогли ему приподняться и удобно сесть на кровати. -Бери, -сказал Тэхён, начиная поедать свою порцию супа. -Что? -непонимающим взглядом окинул его Мин, выгибая бровь. -Бери свою порцию. Это для тебя. Съешь, тогда помиримся. Другого шанса не будет. Мин не ожидал такой подставы от Тэ. Шуга посмотрел в его хитрые глаза и усмехнулся. Всё продумал, гад. И как откажешь больному? Даже припираться не хотелось. Без Тэхёна у Юнги началась ломка, так сильно он привык к его присутствию рядом и вечной ненужной болтовне, что аж зубы сводило без него. Они познакомились ещё в школе, когда Мин Юнги вместе с родителями переехал из Тэгу в Сеул. Первым, кого он встретил в новой школе, был веселый и жизнерадостный Тэхён, который провёл ему экскурсию. После этого он прилип к Шуге и больше не отлипал, несмотря на то, что они были в разных классах. Тэ был рядом с ним всегда-в самые счастливые дни, когда они катались в парке аттракционов или праздновали днюху Мина, и в самые ужасные, когда Тэхён вытащил его практически с того света. Они часто ссорились и ругались, но всегда возвращались друг к другу. Каждый из них понимал, что это навсегда. Чонгук тоже был хорошим другом, но без визуального шума Ким Тэхёна жить невозможно. А запах кофе, который носил с собой Тэ, давно впитался в душу модели. Мин взял тарелку и принюхался. Пахло курицей и специями. На вид вкусно. Он бросил взгляд в сторону, заметив, как Ким, причмокивая и расхваливая раскрасневшегося Чимина, уплетает суп. Шуга на пробу взял немного бульончика и выпил его. Очень вкусно. Наваристый и в меру солёный. Тэхён улыбнулся и вернулся к супчику. -Не знал, что ты умеешь готовить, очень вкусно, -искреннее похвалил блюдо Мин, продолжая осторожно есть, так как практически не ел эти дни. Чимин не знал, что может так краснеть. Он ощутил, что даже кончики ушей заполыхали огнём. -Спасибо, -кое-как выдавил из себя Чимин, пряча взгляд, -супы я не очень люблю, мне нравится готовить пироги, особенно сладкие. Могу потом оставить тебе кусочек, хён. Шуга аж поперхнулся от таких слов, вызывая легкий испуг у всех собравшихся. Тэхён постучал по спине, помогая прийти в себя. -Не нужно, -прохрипел Мин, откашлявшись, — не ем сладкое. «Я так давно не ел сладкое, что уже забыл, что это такое. Возможно, поэтому я несчастен?» -Ну и дурак! -дал ему подзатыльник Тэ. Будущую перепалку прервал Чонгук, который во время разговора совсем не шевелился, прибывая в своих мыслях. Он принёс стакан воды и поставил на стол, а после наблюдал за Тэхёном, поедающим суп. Всё выглядело так по-домашнему. Хотел бы Чонгук всю неделю просидеть на кровати рядом, подавая ужин, гладя по волосам и наблюдая безмятежный сон. Но Чон понимал, что такую заботу предоставят ему его друзья. Здесь он чувствовал себя лишним, будто бы зашёл на чужой праздник без приглашения, никого не зная. Это не его жизнь. Его жизнь-этой район, банда, бар и мотоцикл. Он поднялся с места. -Я пойду, у меня ещё есть дела, -сказал Чонгук, взглянув в окно, где уже вечерело. -Уже уходишь? -спросил Тэхён, будто это зависело от него. Интересно, если бы он попросил остаться, Чонгук бы остался? -Да, мне пора, -Чон старался не смотреть на Тэхёна, чтобы Ким, наконец, покинул его мысли и сердце. Но этому не бывать… Чонгук быстро попрощался со всеми и вышел из дома, наблюдая расписанное нежно розовым перламутром небо и вдыхая полной грудью аромат ушедшего дождя. Вышел и будто потерял что-то. Частичка его души осталась вместе с темноволосым парнем, который так уютно спал у него на коленях. Чонгук вертел в руках стопку и скучающе смотрел в окно. Солнце село, ночь постепенно забирала себе права. Чон специально ушёл в самый дальний конец бара, чтобы побыть наедине. Это была не первая стопка сладковатого напитка, но Чонгук был абсолютно трезв, что ещё больше угнетало. В душе кошки скребли, с которыми Чон никак не мог справиться. Душа болела за Тэхёна, за то, что оставил его и ушёл. Чон не мог ни смотреть в его живые ореховые глаза, не мог ни слушать чарующий уверенный голос. Ким всегда притягивал к себе внимание. Возможно, он даже не подозревал, насколько очаровательным являлся. Даже когда заболел, его глаза не потухли. Чонгук опустошил стопку, но не смог найти расслабление. Спокойствие получил сегодня только тогда, когда у Тэхёна спала температура. Он винил себя за то, что больше и больше стал привязываться. Это ему очень не нравилось. Следовало оттолкнуть его как можно скорее. Но сможет ли Чонгук выжить, увидев его слезы? Пока Чон мучился душевными переживаниями, к нему подсели два человека. Чонгук повернул голову и кивнул двум друзьям. Это был весельчак банды, с которым уже успел познакомиться Тэхён- Джим Ко и лучший хакер на свете Ким Намджун. -Что грустишь? День не задался? -спросил Джун, хлопнув друга по плечу. Чонгук повернулся и оглядел зал. В баре было немного человек, большинство банды терлись у барной стойки и болтали, несколько гостей танцевали под плавную мелодию в неоновом красном отблеске. Этот бар достался Чонгуку от отца. Чон немного модернизировал его, и это заведение стало привлекать всё больше молодежи и байкеров. Бар «Нора» встречал каждого хорошей выпивкой, поддержкой бармена и волшебной притягательной музыкой. Здесь находили покой уставшие, а веселье общительные компании. Охрана, стоявшая на входе, всегда следила за порядком внутри, поэтому Чонгук не особо волновался по поводу нежелательных личностей. Несмотря на то, что бар находился на окраине Сеула, здесь было более-менее спокойно. Хотя в последнее время всё изменилось в худшую сторону. -Всё нормально, -бросил Чон, уставившись на пустой стакан. -Расскажи нам, мы всегда тебя поддержим, -Джим положил руку на плечо Чона, но тот лишь одним взглядом злого зверя заставил её убрать. -Я сам разберусь, -Чонгук не хотел ни с кем общаться, убеждая, что сам всё сделает. Но как не обидеть слишком позитивного парня? Он сбросил стул и направился к выходу. -Я понял, у тебя кто-то есть да, Чон? -крикнул ему в спину Джим. Чонгук резко остановился. Он всё услышал, несмотря на громкую музыку. Волк в секунду оказался рядом с другом и сжал его воротник, обдавая волной накрывшей злости. -У меня никого нет, ясно?! И после того случая никого не будет, уясните уже! -он разомкнул хватку и вышел на улицу, игнорируя напуганные и удивленные взгляды своих друзей. На свежем воздухе ему полегчало. Он запустил пятерню в волосы и зачесал назад. Блядские чувства! Хотел бы Чонгук ничего не чувствовать! Чтобы унять напряжение, Чон решил пройтись по своему району. Хоть он и был беден, Чонгуку всегда здесь нравилось. Отец владел большим рынком, баром и несколькими лавочками в этом районе. У него была великая миссия-помогать нуждающимся. Всю жизнь посвятил себя этому благородному занятию, уча сына своим главным жизненным принципам. Чонгук очень уважал отца и знал, что в будущем пойдёт по его стопам. При его отце район стал процветать-открылся приют для бродячих животных, была проложена новая дорога, смогли расшириться многие арендаторы. Отец всегда помогал людям. Каждый управляемый им человек очень сильно любил отца, платил вовремя и благодарил за излишнюю доброту. После смерти отца, Чонгук не мог оставить целый район без внимания. В 18 лет принял на себя тяжелую ношу бизнесмена. Целый год всё шло гладко, пока не пришли они. Бизнесмен Минхо и его люди. Вначале они пришли мирно поговорить, и Чонгук радушно принял их у себя. Они пытались выкупить у Чона его район, снести все магазины и рынок, и построить на этом месте несколько крупных отелей. Чонгук, естественно, отказал, многие арендаторы жили здесь с семьями ещё при его отце, и Чонгук не собирался выгонять их на улицу. Он бы так не поступил и никогда бы не разрушил то, что так упорно и долго строил его отец. Несмотря на отказ, они пришли снова и уже требовали отдать им выгодные земли. Чонгук и в этот раз отказал. После этого всё закрутилось как снежный ком. Всё больше в районе стали происходить несчастные случаи. Обрыв проводов, пожар склада, изнасилование в переулке и т.д. Чонгук сначала не обращал внимания, думая, что это случайности, но положение дел только ухудшалось. Тогда Чонгук принял меры и набрал верных людей для защиты района. Вскоре они стали бандой и называли себя «Ночными волками». Они и стали охранять покой мирных жителей. В противовес банде «волков» в районе стала появляться банда «воронов». Они грабили магазины, избивали людей, ломали вывески и рушили прилавки. Даже когда кого-то из банды «воронов» ловили и допрашивали, они никогда не сознавались, кто их нанял, но Чонгук был убеждён, что таким образом, Минхо хотел вывести Чонгука из игры, заставив отдать лакомый кусочек земли. Но Чон не сдавался, накупил оружия и продолжал защищать всех тех, кто доверился ему, всех тех, кто был беззащитен и слаб против врага. Сейчас, ближе к ночи, все лавки и магазины закрылись. Проходя мимо них, он поверял, чтобы все замки были прочны, а двери плотно закрыты. Мимо проходили редкие прохожие, и Чонгук кивком здоровался с ними. Он знал всех, кто здесь проживал и торговал, и с каждым у него были теплые отношения. Люди знали, что Чон Чонгук никогда их не обидит также, как и его отец. Чон понимал всю возложенную на него ответственность и не собирался никого подводить. Чонгук впервые засмотрелся на звёзды. Как-то Юнги сказал ему, что нет ничего прекраснее звёзд, ведь слишком далеки они от этого земного опасного и погрязшего в жажде богатства мира. Хотел бы и Чонгук быть далеко отсюда, чтобы сердце перестало царапать ребра, а мысли пожирать разум. Чтобы перестать что-то чувствовать… Любование звёздами прервал чей-то пронзительный женский крик. Чонгук оглянулся. Тишина. Может, ему показалось? Чон решил проверить и прогуляться вперед, где, по его мнению, он слышал крик. Зайдя за угол, он окинул взглядом пустую улицу. Где-то далеко лаяла собака. Чонгук постоял немного, но ничего не происходило. Стало прохладнее. Он закутался в куртку и собирался вернуться обратно в бар, как услышал приглушенное «помогите» где-то в проулке. Чонгук понял, что не показалось, когда, зайдя в проулок, он увидел не самую приятную картину. Двое человек прижимали бедную девушку к стене и бесстыдно лапали, доводя её до судорожных всхлипов. Чонгук зарычал. Он знал её. Это была милая дружелюбная цветочница Лили, у которой Чонгук часто покупал цветы, когда ходил на могилу отца. Она всегда его утешала, бросала незначительные, но греющие душу фразы. Чон не мог позволить этому случиться. Двое парней были ему незнакомы, судя по всему, люди Минхо. -Отпустите, -грозный голос заставил всех троих перевести на него взгляды. Девушка сразу же узнала Чонгука и потянулась к нему, но её сильнее схватили за горло, прижимая к стене. Один из парней достал нож, и лезвие сверкнуло в ночи. Чонгук не боялся. Своих защитит и ни за что не отдаст в лапы врагу. -Лучше уходи, пока цел, мистер я самый главный. У нас тут свои дела. Чонгук даже бровью не повёл. Сталь в его глазах могла прожечь насквозь. Он уверенно и медленно стал надвигаться на впереди стоящего парня, игнорируя нож в руках. Тот, понимая, что Чонгук не отступит, вышел вперед и выкинул руку, разрезая воздух, тем самым давая понять, что не стоит с ним связываться. Но Чонгуку было всё равно. Он готов был разорвать его на месте, как самый настоящий волк, выпотрошить и оставить птицам завершить дело. Чон одним резким ударом выбил нож из руки парня и ударил прямо в челюсть, заставив того подавиться собственными слюнями. После сразу же зарядил в живот и придавил ногой к земле пытающегося поймать хоть капельку воздуха неудавшегося насильника. Разобравшись с одним, он яростно напал на следующего, в руках которого тоже сверкало лезвие. Парень приставил нож к горлу девушки, но Чонгук вовремя успел и повалил незнакомца на землю, уводя его удар в своё плечо. Чон взвыл как волк, но продолжил бороться, пока парень перестал подавать признаки сознания. Чонгук тяжело задышал и прижался к стене. Рядом присела измученная рыданиями девушка и прикоснулась к рукоятке торчавшего в плече ножа. Куртка намокла сочащейся из раны кровью. Чонгук накрыл руку девушки своей, как бы говоря, не нужно. Где-то далеко послышался крик сигнализации, а после звон стекла и голоса людей. Чонгук не мог поверить, что одна ночь превратилась в кошмар. Он старался не терять самообладание, ведь Чон нужен своим людям. Чонгук взялся за рукоятку ножа и подавил в себе болезненный вдох. «Ты сможешь. Ты должен, твою мать, помочь своим людям, соберись, Чон Чонгук» -Спасибо, Чонгук, -всхлипнула девушка, от которой так приятно пахло цветами. Чонгук шумно вздохнул, коротко кивнул и одним точным движением руки вытащил нож из плеча, отбросив в сторону окровавленное лезвие. Он встал, пошатываясь, игнорируя катящуюся по телу кровь. Было невыносимо поднимать руку, поэтому Чонгук и не пытался. Он оглянулся и сочувствующим взглядом посмотрел на сжавшуюся, ещё не отошедшую от шока девушку. -Прошу, беги в бар, там тебе помогут. И побежал в сторону накрывшего тихие сонные улицы шума. Чонгук надеялся, что с Лили всё будет хорошо. Он верил. Чон, прикрывая рану свободной рукой, выбежал на центральную улицу, сразу же лицезрев ужасную картину. Несколько магазинов были разгромлены: окна разбиты, витрины уничтожены. Горюющие хозяева метались из стороны в сторону, что-то говоря людям из банды Чонгука. Везде сверкало стекло, где-то лежали брошенные манекены и старая мебель. Намджун, стоявший в гуще толпы, выглядел взволнованным-брови нахмурены, губы поджаты, а нога отчаянно постукивала по сухому асфальту. Совсем рядом лаяли собаки Намджуна-два добермана, которых Чонгук очень любил. Он немедленно направился к собравшейся толпе, по пути замечая, что весь район уже проснулся, так как остальные тоже стали выходить на улицу, сонно озираясь, ища причину хлынувших на район бед. Увидев Чонгука, они здоровались и кланялись, спрашивая, что происходит. Чонгук не отвечал им, сразу же направляясь к Намджуну. Прорвавшись через толпу, он подошёл к собравшейся части своей банды. -Что случилось? -все взоры сразу же устремились на него, а вскоре переместились на ужасное ранение, которое Чонгук старательно прикрывал рукой. Гнетущая тишина окутала улицу. -Что с тобой случилось, Чонгук? -беспокойно смотрел Намджун, не отводя взгляд от раны. -Неважно, блять, что здесь случилось? -голос стал более серьёзным, поэтому Намджун побоялся спорить. -Пришли «Вороны» и ограбили несколько магазинов. Когда мы подоспели, они уже уезжали. Несколько наших начали драку, но они быстро удрали как крысы. Все хорошо. Наши отделались легкими ушибами. -Чон Чонгук, — вышел из толпы один мужчина, говоривший за всех. Он встал перед главным волком на колени и начал негромко умолять, -прошу вас, помогите нам, у нас забрали все, нам не на что будет жить, пожалуйста…-мужчина не переставая кланялся Чону прямо в ноги. Чонгук не двигался. Наступила гробовая тишина, все ждали вердикта волка стаи. -Поднимитесь, -приказал Чонгук. На коленях перед ним будут стоять только враги, умоляя о смерти, а не друзья. Мужчина поднялся, но всё ещё стоял в нерешительности, не пытаясь поднять глаза. Чонгук ещё раз прошёлся по ним взглядом, а затем обратился к толпе, громким рыком обращая на себя внимание. -Успокойтесь! Мы понимаем, что многие из вас пострадали. Сейчас мы боремся на войне. Жалкие алчные бизнесмены хотят выкупить наш район для постройки отелей, но мы…-увидев негодование на лицах продолжил Чонгук, -не дадим этого! -вселил надежду, понимая, что им она нужна как воздух, -мы усилим охрану и начнём ремонт с завтрашнего дня. Те, кто пострадал, должны подойти в бар к моим людям, которые выплатят вам компенсацию. За эти деньги вы сможете восстановить часть утраченного товара. Я вас не оставлю. Вместе мы справимся со всем, -в глазах уже начало темнеть, но Чонгук всё же закончил речь и побрёл в сторону бара, утягивая за собой банду и часть горожан. Остальные всё так же оставались на улице, обсуждая мрачную ситуацию. Чонгук еле перебирал ногами. В глазах постоянно темнело, Чон боялся, что отключится по дороге. Он и не заметил, когда его подхватил Намджун и начал вести вперед. Куртка пропиталась кровью, а рука приобрела багряный оттенок. За спинами Чон слышал благодарности и счастливые, пропитанные надеждой, возгласы. Чонгук был рад, что смог приободрить всех, но был зол на тех, кто испортил эту тихую ночь. Намджун посадил его на один из стульев и оставил, убежав за аптечкой. Чон слабо улыбнулся, заметив чуть подрагивающую Лили, которая куталась в теплый плед и попивала стакан воды. Приметив Чонгука, она тревожно оглядела его и почти бесшумно подошла, присев рядом. -Вы настоящий герой, -всё ещё дрожащим голосом сказала Лили, мягко коснувшись его коленки. -Я ваш защитник и только. Обещал отцу, что не брошу своих людей, -он накрыл её руку своей и некрепко сжал. Она не была для него чужим человеком. Лили слишком добрый человек для этого мира и не заслуживает такого обращения. Где-то Чонгук уже это слышал. Он перевел взгляд на Намджуна, который принёс аптечку и телефон. Чон вопросительно посмотрел на него, когда он протянул ему трубку. Но тот одними губами сказал «бери», и Чон послушался. Прислонив телефон к уху здоровой рукой, он тотчас пожалел, что сделал это. -Почему я узнала, что тебя ранили, а?! Ты совсем себя не бережешь?! Строгий голос мамы ни с чем не спутаешь, но было приятно её слышать. Она была медсестрой, поэтому раны Чонгука её заботили в первую очередь. Слишком сильно она любила своего мальчика, и всё сильнее волновалась за него, когда позволила занять место отца. -Ну мам…-как-то по-детски протянул Чонгук. С мамой он мог быть обычным сыном, слушающим упреки по поводу разбитой коленки. Дома ему было тепло и хорошо, как нигде. Он скучал каждую минуту, не видя так часто лицо своей любимой мамы и горячо любимой сестрёнки. После того, как в районе начались беспорядки, Чонгук отправил маму и сестру пожить немного в их домике на острове Уллындо. Он очень боялся за свою семью, так как они могли пострадать в жестокой войне за территорию. Слишком большая слабость Чонгука, о которой ни в коем случае не должны были прознать враги. Намджун тем временем стал обрабатывать рану Чона, заставив того снять крутку и футболку. Теперь Чонгук сидел по пояс голый, вызывая смущение у милой Лили своим фигурным телом и кубиками сочного пресса. -Что мам? Я тебе что говорила? Хочешь, чтобы я приехала? -мама всегда волновалась за него. И неудивительно, Чонгук до сих пор собирает шишки. -Не нужно приезжать, -уже более серьезным голосом отрезал Чонгук, -просто маленькая рана… блять…-лицо Чонгука перекосило от боли. Рана жутко щипала. Намджун с беспокойством кинул на него взгляд и продолжил обрабатывать уже более аккуратно. Чонгук, стиснув зубы, продолжил разговор. -Не матерись, сколько раз говорила. Ох… -Откуда ты вообще узнала, что меня ранили? -Чону действительно хотелось знать, кто так горячо о нём заботился. Он прошёлся взглядом по помещению и остановился на виноватом взоре Джима Ко. Чон сразу же всё понял, подмечая себе оставить его без зарплаты. Волновать лишний раз маму не стоило. Чонгук же не при смерти. Смерив смертника недобрым взглядом, Чон сделал голос помягче и попросил: -Мам…всё хорошо. Позови Пан Сок к телефону. Через пару секунд звонкий голосок заставил сердце Чона биться сильнее. -Волчонок, ты скоро приедешь? Я соскучилась… -Твой волчонок скоро приедет. Я тебе обещаю. Просто сейчас…ммм…-он прикусил язык до крови, подавляя стон, пока его плечо забинтовывали. -Что случилось, Чонгук? -голос сестры стал обеспокоенным, пропали все радостные нотки. Его 10-летня сестрёнка была чистым ангелом. Добра со всеми, даже самый грозный пес слушался её, кидаясь в ноги и ласкаясь под нежными ручками. Грозные доберманы Намджуна и то прогибались под напором её детской заботы и невинности. Отец, как и Чонгук, всегда огораживали её от жестокого криминального мира, от банд, от любой опасности. Но сестра всегда всё чувствовала. Когда Чонгуку было плохо, она оказывалась рядом и молча поддерживала, обнимая и утешая. И даже сейчас поняла, что что-то не так находясь в тысячах километрах. -Всё хорошо, солнышко. Не бойся за меня, твой братик сильный, -приободрил её Чон. Намджун закончил и ушёл вместе с Лили, оставляя их наедине. -Я знаю, ты грозный волчонок, -посмеялась девочка, а Чона будто солнце пригрело, на душе легче стало только от её голоса. -Не волчонок, а волк, ррр…-зарычал в трубку, пытаясь отвлечь себя от тупой боли в плече. -Я тебя люблю, береги себя, -прошептала девочка самое сокровенное, что есть на свете. Чон тепло улыбнулся. -Я тоже тебя люблю, моя радость. Береги маму. -Конечно, а можно я тебе расскажу, как мы ходили гулять по пляжу сегодня? — к Пан Сок снова вернулась радость. -Можно, солнышко, я буду счастлив выслушать тебя. И он слушал. Про песчаные замки, долгие прогулки и холодный ветер. Волка, грозу района, легко могла приручить маленькая девочка, делая из него милого волчонка. Только ей и маме он давал такое право, только перед ними мог быть слабым и ласковым. Семья дарила ему приятные чувства, успокаивая нервы и всю злобу внутри. Он ещё расправится со всеми, кто посмел вытворять беспредел на его земле, но сейчас Чон наслаждался лишь чарующим голосом своей сестры и тихо посмеивался над её рассказом. После разговора он снова стал серьезным, спрятав улыбку. Сейчас уже было не до смеха. Волк кое-как натянул грязную от крови футболку и подошёл к банде, которая уже выдала всем пострадавшим компенсацию и пребывала в смятении, не понимая, как закончить эту войну. -Все деньги выплатили. Завтра соберем команду для начала ремонтных работ, -отрапортовал Намджун, кидая тревожный взгляд в сторону подошедшего лидера. -Прости…-проскулил стоящий у барной стойки Джим Ко, но его извинения прошли мимо. -Усилить охрану в районе. В выходные будем приступать к захвату. Ты всё выяснил, Джун? -обратился к нему Чон. Голос вновь стал спокойным и сдержанным. -Да, но ты уверен? -А есть другие варианты? -горько усмехнулся Чонгук, оглядывая растерянную банду, — завтра я занят, но послезавтра присоединюсь к ремонтным работам. Джун, Ко и Сан, разрабатывайте план. Жду его к четвергу. Больше он ничего не мог сказать, а остальные ответить. «Вороны» и Минхо получат за всё. *** Несмотря на уже поднявшееся высоко солнце, Юнги не сбавлял темп. Он вгрызался в теплые податливые губы, не оставляя даже малейшего шанса на нежность, до крови кромсая и сразу же вылизывая, чувствуя на своих губах прерывистое дыхание парня. Он спустился ниже, зацеловывая до красных алеющих засосов шею. В его волосы вцепились тонкие пальцы и чуть крепче ухватились, таким образом, позволяя хоть на немного взять контроль над своим телом, но Юнги знал, что ничего у него не получится. Здесь правит только он, никому не позволяет даже слово сказать без его разрешения, губит и топит извивающееся под ним стройное тело. Юнги оставляет влажные поцелуи на аппетитном теле, ощущая, как красноволосый плавится под горячим худощавым телом своего любовника. Прекрасно чувствовать сносящую крышу власть. Он словно животное доходит до бёдер обнаженного партнера и кусает внутреннюю сторону бедра, оставляя видимый след и капли крови. -Ох, Юнги, ты прекрасен, -прошептал от боли Ёниль и закинул голову на белоснежные, пропахшие ночным сексом, подушки. -Я не разрешал меня так называть, -чуть ли не зарычал Мин и встретился с возбуждённым взглядом своего партнёра, в одной руке сжимая его подбородок. -Прости, господин, я больше не…ах…-не успел он договорить, как Мин, удовлетворённый ответом, ввёл один палец в уже растраханную за ночь дырочку, из которой обильно вытекала смазка. Шуга понял, что растягивать нет смысла, поэтому приставил свою головку к его дырочке, царапая до красных полос бедра тянущегося к своему хозяину парня. За эту ночь Ёниль осознал, что Юнги любит, обожает доминировать. Он сам всегда был непослушным и слишком игривым, это очень нравилось его любовникам, за что Ёниля частенько наказывали. А он был не против, упиваясь бесконечной болью вперемешку с наслаждением. Но Юнги был самым остервенелым. Он грубо входил, пожирая диким взглядом и глубокими укусами. Шуга не оставлял даже шанса поиграть с ним, устанавливая сходу свои правила. Так было всегда. Если какой-то парень вёл себя слишком вольно и отказывался подчиняться Юнги либо заставлял его поменять мнение, либо выгонял, не терпя иного отношения. -Кто ты? -спросил Мин и сразу же вошел до упора, никого не жалея и наращивая быстрый темп, вызывая тихий, но протяжный стон Ёниля, погрязшего в этой похоти и безудержном болезненном желании. -Я…аргх…-слова не могли долго задерживаться в сознании, когда Мин сделал сильный глубокий толчок. -Не расстраивай своего господина, -Мин обжег своим дыханием шею и облизал все свежие засосы и укусы, упиваясь ароматом его кожи, выкидывая из головы одного блондина и заменяя его на кросноволосого послушного и развратного мальчика, который буквально умолял Мина о встрече и совместной ночи. Ещё один толчок. Дыхание Ёниля окончательно сбилось, но жестокие руки до сих пор стискивали его бедра, а пронзительный взгляд ждал ответа. -Я твоя сука, -прямо в губы прошептал ему Ёниль и медленно обвёл язычком истерзанные губы, будто помахав красной тканью перед быком. У Юнги от его пошлого вида отказали все тормоза. Даже ночью он не был таким резким и жестоким. -Да, ты моя сука, -Юнги увеличил темп до максимума, заставив того до хруста прогнуться в спине и протяжно застонать прямо в приоткрытые губы модели. Шуга поймал пробежавшие по щекам две слезинки губами и облизнулся. Он начал оглаживать его бедра и грудь, будто изучая впервые. Ёниль не двигался, не зная, что ему позволено и наблюдал за хозяином из-за полуоткрытых век. А Шуга наслаждался, понимая, что смог подчинить чересчур упрямого и игрового кота. -Пожалуйста, быстрее, мой господин, -просил, уже слезно умолял Ёниль. Его тело привыкло к нескончаемому потоку блаженной боли и требовало завершения разрядки. Член набух. Ёниль готов был кончить уже от одного глубокого толчка, но Шуга не давал. Он специально поменял угол и врезался в комочек нервов, доводя практически до судорог. Ёниль не мог терпеть и потянулся рукой к своему члену, но Мин не позволил ему это сделать. -Руки наверх! -скомандовал он. -Но…-Ёниль растерялся, так как боялся, что не сможет кончить без рук. -Никаких «но», ты ещё не понял, что у суки нет права голоса! -рявкнул Мин, замедляя темп, тем самым доводя красноволосого до новой порции слез. Ёниль поднял руки к изголовью кровати, и только тогда Шуга продолжил, подгоняя к очередному негромкому, но сладкому стону. Но Юнги было мало. Хотел насладиться его стонами так, чтобы сотрясались стены и их обнаженные тела. Солнечный свет не мог утихомирить разгорячённого Юнги и не менее разгоряченного, доведенного практически до пропасти красноволосого. -Громче! -крикнул Юнги, наконец, ощущая, что смог полностью подчинить его себе, забрать всю волю. Он смотрел в его блестящие глаза и видел лишь одно- удовольствие и невозможность отказать ему. И он застонал. Громко, практически крича, вызывая холодную ухмылку на губах властелина. После Мин не стал тянуть и, впившись в губы, довёл себя и Ёниля до пика удовольствия. Содрогаясь в оргазме, красноволосый кончил себе на живот, а Мин заполнил дрожащего потного парня до краев и вышел, упав рядом и потянувшись к сигаретам. Взяв одну, он закурил, отдыхая и выпуская клубы дыма, щурясь от солнечного света. Ёниль лёг к нему на грудь и стал рвано и мягко целовать его шею. Он, наконец, смог дотронуться до неё губами, ощущая солоноватый привкус. Мин не обращал внимания на нежности парня, лишь легонько поглаживал его волосы и продолжал курить. -Ты был великолепен, солнышко. Я не смогу сесть два дня, наверное, -захихикал Сун, водя носом по вздымающейся груди. Мин лишь хмыкнул на такое заявление и продолжил курить. Он опоздал сегодня на первую пару, и вряд ли успеет на следующие. Ему главное встретиться с Чонгуком в три часа, чтобы поработать над проектом. Сдать они хотели его раньше, чем Мин на неделю покинет Сеул и улетит в Пекин. Чонгук и сам хотел побыстрее отвязаться с ним, так как дел у него было невпроворот. Мин потушил сигарету, положив в пепельницу, и жарким поцелуем увел Ёниля в ещё более теплое наслаждение. После он вынырнул из одеяла и направился в сторону душевой. Последствия страстной ночи Мин хотел снять как можно скорее. Сун лениво потянулся и завернулся в одеяло, дав себе возможность немножко понежиться в кровати. -Шуга, ты такой ненасытный зверь в постели, я и не знал, что ты такой горячий, -томным голосом прошептал Сун, вызывая на себе похотливый взгляд, который ещё раз прошелся по обнаженному парню, радуя взор разбросанными по всему телу красными налившимися пятнами. Сам Ёниль тоже был чересчур горячим. Его правильные формы и отсутствие всякой стеснительности вызывали в Юнги желание поскорее овладеть этой безропотной куколкой, во всей красе изучая его тело и постигая каждый уголок. Душа Сун Ёниля Юнги мало интересовала. -Поедешь со мной на неделю моды в Пекине. Днём буду представлять тебя как мою суку, а ночью будешь скакать на моём члене. Ёниль причмокнул губами и несколько раз кивнул. -А это был не вопрос. Ёниль заливисто рассмеялся, а Шуга лишь ухмыльнулся и ушёл в душ, оставляя дверь открытой. Недолго думая, Ёниль кое-как поднялся, ощущая боль во всём теле и небольшую слабость после оргазма, и побрел в ванную комнату вслед за своим новым любовником. Здесь был и будет только секс. Никакой любви. Только страсть, что заглушала любые мысли о крохотном плачущем малыше. *** Юнги двигался к знакомому много лет дому. Он обещал зайти к Тэхёну, потому что тот попросил купить лекарства. Мин сдерживал себя, чтобы не нагрубить ему, так как, подняв голову, увидел Тэхёна, стоящего на балконе и махавшего ему. Шуга готов был убить этого глупого ребёнка, который с высокой температурой вышел на холодный воздух. Совсем не бережет себя. Мин поднялся по ступенькам и постучал в квартиру. Тэхён открыл дверь и лучезарно улыбнулся. Но Юнги не разделял его восторга и стал надвигаться на него как торнадо в июльский день. Он пригвоздил его к стене. Тэ сглотнул и уставился на смотрящего с прищуренными глазами, в которых не плескалось ничего, кроме злости. -Мин Юнги, доброе утро, -сказал Тэхён, пытаясь не терять самообладание в этом урагане. -Ага, -процедил Мин сквозь зубы, -какого черта на балконе делаем? В больницу захотелось? -Ох… Юнги, иногда ты такой противный, -вздохнул Ким и, выхватив из рук пакет с таблетками, ушёл на кухню. Мин вздохнул следом и провёл руками по волосам, стараясь немного успокоиться и прийти в себя. Он пошёл следом за Тэхёном и сразу же уловил знакомый аромат полевых цветов. Неужели Чимин здесь? Мин вдохнул поглубже и легонько улыбнулся. Он сам не мог понять, откуда взялась эта улыбка. Этот аромат отпечатался в его душе и никак не хотел стираться как бы Юнги не ковырял. Ничто так не грело, как аромат полевых цветов. Мин чертыхнулся, спрятал улыбку и прошёл на кухню, где Тэ уже заваривал чай с мелиссой. Тэхён выглядел бледноватым и уставшим. Он постоянно спал и беспокойно ворочался. Мин Юнги оставался с ним до тех пор, пока температура не спадала, после покидая его и оставляя в безмятежном покое. Шуга присел за стол, где Ким разложил чашки с чаем и конфеты, скорее для себя, так как Мин Юнги до сих пор бесил Тэхёна своим весом и глупым решением. -Чимин был здесь? -неожиданно спросил Мин, попивая напиток. -Да, заходил с утра. Не мог до тебя дозвониться, так как ты просил его забрать какие-то вещи из химчистки. Ты тот ещё рабовладелец. Наверное, в прошлой жизни был ещё тем засранцем, хотя и в этой тоже… Мин пропустил последние колкости мимо ушей. Да, Пак Чимин был здесь, всё-таки он узнал его по аромату. И как ему на это реагировать? Шуга вертел в руках чашку и задумчиво пялился в окно. Тэхён обвел его многозначительным взглядом и потряс за плечо, призывая к вниманию. -Эй! Земля вызывает одного придурка! Алло! -Ну что? -оторвался от своих мыслей Шуга, бросив взгляд на надоевшего за пару минут друга. -Когда отпустишь мою любимую булочку? Такого милого и доброго человека я ещё не встречал. Принёс мне суп с утра, прибрался за меня, напоил вкусным кофе. Ангел, а не человек, -Тэхён возвёл руки к небу, благодаря небеса за посланное ему чудо. Шуга сдержал порыв закатить глаза и, взяв Тэхёна за руку и не церемонясь, потащил в постель. Уж больно размечтался. Хорошенький Чимин и плохой Шуга. Ясно. Спасибо большое. -Чимин отработает оставшиеся дни и будет свободен. До слез не довожу и трахаться не заставляю, -он бросил брыкающегося Тэхёна на кровать и, прикрыв одеялом, надавил своим телом, чтобы тот не вырвался. -Ещё бы ты его заставлял это делать, -Тэхён хоть и не одобрял такие наказания со стороны лучшего друга, но всё же несильно возмущался, понимая, что какими бы не были его просьбы, Юнги всё равно не обидит Чимина. Всё-таки Тэ знал Юнги лучше всех. Несмотря на его грубость и жестокость, в душе он был самым добрым человеком и очень заботливым другом, но всё это скрывал под маской недовольного и раздраженного паренька. Когда-нибудь Ким заставит его одуматься. Тэ попытался вырваться, но Шуга не давал ему это. -Ты знал, что Чимин лишился родителей в 17 лет и два года пробыл в приюте? Я думаю, это было не самое приятное время для него, хоть он мне про это не рассказывал особо. Будь с ним помягче, ладно? -прошептал ему Тэ, -Чимин сильный, хоть и не признает этого, раз с того момента сам о себе заботится. Юнги не знал, что ответить. Конечно же он не знал, они с Паком редко говорили на какие-то личные темы. Мин нагружал его занятиями, а сам занимался своими делами. Юнги уверил себя, что об игрушке на месяц незачем так много знать, хотя в душе что-то откликнулось на эту историю острой болью. Возможно, Чимин действительно сильный парень, раз терпит все удары судьбы. Молчит и терпит, никогда не защищаясь. -Давай спи, -перевёл тему Мин и обнял Тэхёна, крепче держа, окутывая теплым коконом из одеяла, -у меня ещё есть полчаса перед встречей с Чонгуком. От произнесенного имени на лице Кима появился легкий румянец. Юнги хитро улыбнулся. -Как дела у него? -вышло немного смазано и тихо. -А что? Чон Чонгук запал в душу? -Нет, у тебя кукуха поехала что-ли? -стукнул его кулаком по плечу Тэ и отвернул лицо, дабы не встретиться с любопытным взглядом Мина. -Не стоит. Он сам сказал, что ему не нужны серьёзные отношения, и влюбляться Чон не намерен. Тебе же не нужна безответная любовь? -Шуга говорил серьёзно, так как Тэхён был достаточно влюбчивым, а утешать каждый раз и склеивать разбитое сердце было трудно и невыносимо для самого Юнги. -Меня не интересует Чон Чонгук, всё хорошо, -пытался сделать уверенный тон Тэхён, но слабо получалось. Тогда, чтобы не расстраиваться, он закрыл глаза. Повертевшись несколько раз и поняв, что Шуга не слезет с него и не отпустит, Тэ расслабился и, приняв удобное положение, попытался заснуть. Мин решил больше не допрашивать друга по поводу Чонгука, понимая, что тема для него неприятна. Но он должен перебороть свою симпатию и отпустить это чувство, ведь Чон Чонгук не сделает его счастливым. Юнги чуть ослабил хватку и прилег рядом, перебирая в руках темные волосы засыпающего упрямого малыша. Услышав минут через десять мирное сопение, Шуга осторожно поднялся и вышел из дома, напоследок поправив одеяло и поцеловав Кима в лоб. Температуры не было, чему Юнги был очень рад. Лекарства действовали. Осталось только поубавить процент глупых поступков его обезьянки и тогда тот быстро поправится. Чимин действительно заботлив. Юнги это понимал. Приходить домой к малознакомому человеку, приносить суп и следить за его состоянием будет делать не каждый. Но Пак Чимин был особенным. Слишком нежным. У Пак Чимина закончились пары, и он решил пойти домой. Юнги так и не пришёл, и не забрал свои вещи, поэтому голодному и немного уставшему блондину придется таскать их с собой до завтра. Это был классический тёмный костюм и белая рубашка. Пак нёс его в чехле, но очень осторожно, стараясь лишний раз не дергать, боясь заляпать или испортить. Пак не знал, сколько он стоит, но не хотелось узнавать на практике или хоть как-то продлевать себе свой статус. Как только он стал игрушкой Юнги, все однокурсники, с которыми блондин смог наладить контакт и подружиться, стали всё больше отдаляться. Даже Джени и то поглядывала искоса. Мин Юнги просто не давал ему свободы в стенах универа. Стоило ему с кем-то заговорить, как Мин прожигал собеседника взглядом и утаскивал Пака за собой. Юнги постоянно находился рядом, даже в столовой всегда садил за свой королевский стол. А когда Чимин занимался в своей группе по танцам, остальные либо игнорировали его, либо посмеивались, но не подходили. Побаивались «короля» и его влияния. Мин был богатым, известным и красивым. Такие всегда имеют власть. Чимин терпел, так как понимал, что осталось немного, и тогда он попробует восстановить отношения с друзьями. Слава богу у него был Тэхён, но пока он болел, Чимину было ой как одиноко. После же университета Пак либо тащился на работу, либо валился от усталости, либо репетировал, либо ухаживал за Тэхёном. Какие там друзья. Он вышел из зала и направился к выходу. Сегодня Чимин хотел задержаться подольше, чтобы порепетировать танец. В следующую пятницу должен был пройти зимний бал, где главный хореограф выбрала Пака для сольного выступления. Она заметила, что отношения в коллективе с ним не особо ладились, поэтому преподаватель поставила Пака отдельно своим номером, а остальных участников в группе совместным выступлением. Чимин не расстроился. Он был рад показать, чего стоит. Сегодня все залы были заняты, поэтому Пак решил порепетировать дома. Комната была мала для танцев, но Чимин нашёл выход. Порепетирует первую не такую активную часть танца дома, а в ближайшее время уже в университете вторую. Завтра должен был состояться матч по баскетболу, тогда все залы точно будут свободны. Идя к выходу, Чимин заметил, что мимо пробежала Джени. Она явно увидела его, но даже не поздоровалась. Пак всё же сделал попытку с ней заговорить. -Привет! -помахал ей Чимин и по-доброму улыбнулся. Она обернулась, кивнула и скрылась за дверью. Уголки губ поползли вниз. Пак вздохнул, перебросил чехол с одной руки на другую и вышел на улицу. Похолодало. Блондин застегнул свою бежевую куртку, но она не годилась для таких сильных холодов. Было бы у него теплое пальто… Вчера он расплатился с арендой, и денег практически не осталось. Как и возможности купить куртку, которую не нужно носить больше двух лет. Да, куртка оставляла желать лучшего. В подкладке было несколько дырок, которых скрывали заплатки, а мех поистрепался. Он очень не хотел болеть, так как денег на лекарства не было. Чимин поплотнее прижал к себе чехол, хоть как-то прикрываясь от порывов дикого ветра. Краем глаза он заметил компанию парней. Через несколько мгновений один из них отдалился и начал приближаться к нему? Пак оглянулся. Кроме него на крыльце никого не было. Значит к нему. Чимин пригляделся. Русые растрёпанные волосы, насмешливый взгляд, коричневое осеннее пальто и белоснежная улыбка. Он был красивым на первый взгляд. С этим парнем блондин не был знаком, но по возрасту был точно старше Чимина. -Привет! -дружелюбно сказал незнакомец и склонил голову на бок, -я То Гису, 3 курс актерского направления. -П-привет, я Пак Чимин, 1 курс, изучаю танцы, -Чимин никогда не доверял незнакомцам, но этот не выглядел пугающе, скорее наоборот. -Я знаю, видел как ты репетируешь в зале, ты прекрасен даже когда ошибаешься, -улыбнулся Гису, ещё больше располагая к себе. Пак Чимин не привык слышать комплементы, поэтому трепет в душе отразился и на щеках. -С-спасибо, -в ответ улыбнулся Чимин. Неужели Пак смог кого-то очаровать? Он не верил. Не верил, что кто-то будет к нему подходить, узнав, что он игрушка Юнги. Но похоже стоящего твёрдо на ногах парня это нисколько не останавливало, но блондин всё же решил уточнить. -Хён… -Не нужно формальностей, -сразу же остановил его парень и нежно погладил по плечу, вызывая ураган мурашек по телу. Было приятно. Это отличалось от грубых толчков Шуги, -просто Гису. Если мне 21, не значит, что ты не можешь называть меня по имени. Ведь так? Чимин кивнул. Напряжение спало, уступая место комфорту. Гису не излучал враждебности, он просто стоял, заглядывая в глаза и солнечно улыбался. -Гису, а вы…ты…ну в общем… Шуга…-замялся Пак, не зная, как озвучить то, что все от него отвернулись из-за Мина, и вряд ли Юнги позволит кому-то с ним общаться. -Тшшш…-приложил свой палец к губам Пака Гису. Чимин дернулся, не ожидая подобной выходки, что не прошло мимо нового знакомого. Он сразу же убрал руку, извинился и загладил необдуманный жест очередной сияющей улыбкой. Чимину сразу же перестало быть холодно, незнакомец смог согреть его изнутри лишь одним взглядом, -Шуга ничего не может за тебя решать, ты же свободный, ни от кого не зависящий человек. Я его не боюсь, так что если других причин нет, то ты будешь со мной общаться, Пак Чимин? -подмигнул ему То. Сердце Пака забилось быстрее, и он несколько раз кивнул, подтверждая слова. Гису ушёл к своим друзьям, а Чимин на радостной ноте и в приподнятом за миг настроении потопал домой. Блондин, наконец, ощутил, что черная полоса заканчивается и наступает белая. Тучи расступились, даря ему нового знакомого, с которым Пак не отказался бы пойти погулять или выпить кофе. Они не обменялись телефонами, но Чимин верил, что они встретятся скоро. Пак вдохнул полной грудью. Скоро оковы Юнги окончательно падут и тогда не будет никаких преград, чтобы начать ту жизнь, которую Пак Чимин представлял в своих мечтах. Проклятие больше никого не должно коснуться, Пак постарается сохранить новую дружбу в виде Гису и полюбившегося Ким Тэхёна. *** Камера выхватывала счастье. Счастье, которое Юнги не обрел. А эти люди смогли. Несмотря на невысокие зарплаты и старые квартиры, в этом районе, а точнее доме царила атмосфера уюта и радости. Чонгук и Юнги пришли в район Чимина. Мин несколько раз отвозил Пака к нему в район, где его встречали улыбки соседей и приятные мелодии с нижних этажей. Поэтому Чон и Шуга поехали именно сюда для своего проекта «Не в деньгах счастье». Вначале они хотели пофотографировать здесь, а ближе к концу следующей недели сделать фотографии района, где жил Чонгук. Он рассказал, что там случилось много неприятных вещей, поэтому они пока ремонтировали район. А ближе к концу следующей недели будет проходить праздник урожая, который устраивали каждый год в окрестностях Сеула. Тогда можно будет сделать несколько атмосферных фотографий обычного уличного, но тёплого и семейного праздника. Шуге нравилась эта идея. Он уезжает в Пекин на выходных, поэтому праздник посетить успеет. А пока они пришли к Паку. Дома напротив не располагали дружелюбной аурой. У крайнего подъезда собралась мутная компания, которую Мин оглядывал с тревогой. Дома на другой стороне светились огнями из окон, ароматом выпечки и разговорами веселых бабушек у входа, которых Чонгук успел запечатлеть и уже направился к ним, спросив по поводу разрешения и возможности попасть в дом. Мин проводил его немного обеспокоенным взглядом, наблюдая за перевязанным плечом и синяком на скуле. Шуга даже не подозревал, насколько опасна его жизнь, когда тот спокойно на его вопрос: «что случилось?» ответил: «подрался, ножевое ранение». Юнги пожелал скорейшего выздоровления, но после его слов в голове окончательно укрепилась мысль, что Тэхёну не стоит быть рядом с таким хоть и хорошим, справедливым, но ведущим опасный образ жизни парнем. Чон, похоже, был ещё тем героем. Тем, кто редко жалеет себя. Чонгук вырвал его из размышлений и потянул в дом. Всё-таки они получили разрешение. Юнги и Чон поднялись наверх и стали фотографировать. Они сразу же заметили маленькую девочку, кормящую пушистого котёнка молочком. Чонгук запечатлел этот невинный кадр, нельзя было упускать такую возможность. Чону было неприятно поднимать руку, постоянно нервировала боль в плече, но он держался, зная, что подводить никого не собирается. Мин видел это и ценил. После они сфотографировали даже подъезд, украшенный разноцветными фонариками, светящимися в мягком полумраке. На дверцах лифта камера запечатлела дружелюбное послание: «всем хорошего дня!», а на одном из этажей парни смогли тайно сфотографировать целующихся у входа в квартиру пару. После девушка ушла счастливая с белыми розами в руках, а парень с улыбкой до ушей спускался вниз, сразу же набирая кому-то и рассказывая о своих эмоциях. Чонгук и Юнги переглянулись и улыбнулись. После они поднялись на пятый этаж, где Мин стал читать безобидные объявления из любопытства, а Чонгук дал понять, что пойдёт обозревать крышу, и ушёл. Отвлекшись от объявлений, Мин собирался последовать за ним, но его внимание привлекла одна фигура. Дверь в квартиру была не закрыта полностью и через небольшой проём можно было разглядеть, что творится внутри. А внутри творилось нечто прекрасное. Шуга подошел поближе. Из комнаты полилась приятная тихая музыка, запахло полевыми цветами и вкусной едой. Глаза у подошедшего парня расширились от удивления, а рот приоткрылся. Он не двигался, боясь спугнуть чудо, которое наблюдал. Светлую кожу покрывала белоснежная струящаяся кофта, а стройные ножки хлопковые бежевые штаны. Сам парень кружился и летал в свете точно ангел. Пак Чимин и был ангелом воплоти, а в квартире действительно происходило волшебство. Иначе не назовёшь. Все движения блондина шли будто из его чистой души. Руки и тело выгибались стройными изгибами в такт музыке, а ноги изредка отрывались от земли, опоясывая круги и причудливые узоры. Движения были плавными и так сильно подходили стеснительному малышу, что Шуга не мог оторвать взгляд, хотел бы, но не мог. Неведомая аура непорочного мальчика не давала шевельнуть ни рукой, ни ногой. А глаза любовались. Этот танец будто был создан, чтобы его танцевали наедине, внутри Мина всё рвалось, понимая, что это увидит весь университет, словно танец принадлежит лишь Чимину, будто что-то сокровенное и личное. Даже Мину нельзя смотреть, но он смотрит и не может ни наслаждаться. Сердце всё больше оттаивает к этому парню. Блондин не всегда делал всё верно. Часто останавливался, начинал заново, терялся, но это всё было так гармонично, будто он вел диалог сам с собой, постепенно выстраивая идеал. Мин не знал, сколько времени прошло-минута или вечность, но картина вскоре поменялась. Чимин выключил музыку, опустошил стакан воды, что-то кивнул себе и хотел пойти куда-то, но заметил своего тайного зрителя. А Юнги и не скрывался. Выражение лица из сосредоточенно-спокойного поменялось на растерянно-испуганное. Чимин пошёл вперед навстречу Юнги. Он подошёл к двери и приоткрыл побольше, останавливаясь на пороге и что-то решая в голове. Мин с неохотой опустил взгляд на ноги Чимина, понимая, что он босой, и не выйдет на холодный грязный пол. Тогда Шуга сделал пару шагов, почему-то давшихся ему с большим трудом. Он не знал, что сказать. Окончательно потерял остатки разума. -Эм… Шуга, что ты здесь делаешь? -спросил Чимин после затянувшегося молчания. Он и не знал, что Юнги найдет его этаж и квартиру, что немного настораживало. -Я…-всё что смог сказать Юнги, ещё больше вводя стоявшего напротив в ступор. -Что? Мин сделал ещё шаг вперед, оказываясь всё ближе к телу Пака. Тот отшатнулся и встретился спиной с дверью. «Мин Юнги, блять, очнись! Это же просто Пак Чимин ё-маё!» -Я здесь с Чонгуком. Мы тут фотографируем для своего проекта «Не в деньгах счастье». Что думаешь, в чём, Чимин? Чимин не стал выяснять у Шуги, почему они выбрали именно его дом. Он даже не задумывался над ответом. Для него всегда важно было только одно…важнее любых денег… -Любовь. «Почему твои глаза такие голубые и манящие?» -А для тебя? -решился спросить Чимин нежданного гостя, перебирая пальцы и закусывая губу от легкого волнения. Мин Юнги всегда на него так действовал. Его энергия и харизма пугали и заставляли сердце биться чаще. А ещё было стеснительно с ним говорить, Чимин не всегда понимал, где грань их отношений. Можно ли спрашивать что-то личное или это неприемлемо? Стоит всегда молчать и кивать или же позволять себе шутки? С Мин Юнги всё было сложно. Иногда с ним можно было много болтать обо всём и ни о чём, а иногда Юнги не позволял даже слово сказать. Всё зависело от его настроения. Сейчас Пак не мог понять, что за настроение у хёна. «Хотел бы я снова поверить в любовь…». -Дружба, -кивнул тот. -А, ясно. После этого снова наступило неловкое молчание. Мин понимал, что нужно заканчивать, так как эта ситуация пугала и его. Будто ему не всё равно на паренька. -Эй, Пак! -уже чуть грубее сказал Юнги, вызывая некоторую панику в глазах малыша, он сразу же потупил взгляд, -круто танцуешь, я даже поверил, что у тебя всё получится, -ухмыльнулся Мин. Чимин понял. Это Мин Юнги, который не нравился Паку. Грубый и бесчувственный. Блондин хотел поскорее закончить разговор и, натянув дежурную, создаваемую годами работой официанта улыбку, кивнул и хотел закрыть дверь, но Шуга вдруг резко схватил за локоть и прижал к стене. Пак выдохнул и сжался. Он уже должен был привыкнуть к грубой хватке Юнги, но всё будто как в первый раз. -Принеси мои вещи, раз я здесь, -он отпустил Чимина, отошёл от него и стал доставать сигареты, отвернувшись от блондина. -Хорошо, -беззвучно сказал Пак и ушёл в квартиру за вещами. Мин выдохнул дым, в подъезде было нельзя, но пофиг. К нему уже спустился Чонгук, рассказывая о красивых видах и небольшом садике, разбитом на крыше. Мин слушал в пол уха, курил, пытаясь перекрыть аромат цветов, который уже стал любимым ароматом, проник в сердце, не спрашивая. Но Юнги никогда себе в этом не признается. Самообман лечит. Чимин вернулся с чехлом, протянул Юнги, скользнул взглядом по поприветствовавшему его Чонгуку, пожелал быть осторожнее и закрыл за собой дверь. Сегодня он будет мыться в холодном душе, чтобы успокоить душу и смыть ожоги от изумрудных глаз. Чонгук вопросительно посмотрел на Мин Юнги, но тот уже закончил курить, потушил сигарету о подошву и потопал вниз, уводя за собой и Чона. Юнги не смог сегодня заснуть, перед глазами танцевал Пак Чимин, что заполнял мысли с каждым гребаным днём. Чимин не пытался даже понравиться Юнги, не вилял перед ним задом, не одевался в откровенные наряды, но почему же, сука, Мин тянулся к нему каждой клеточкой худощавого тела? Разум говорил, что нельзя повторять ошибок, а сердце…сердце может помолчать и пойти нахуй. Этой ночью Чимин тоже плохо спал. Он постоянно ворочался, вспоминая, как Юнги зачаровано смотрел, словно слюни не пускал, а после будто снова стал обычным грубым «королем» универа. Где же настоящий Юнги? Этой ночью Чонгук пил. Горький коньяк. Только так он мог выкинуть из головы человека, которого боялся навещать, но так хотел. Боялся, что переступит порог дома и больше не уйдёт. Боялся, что чувства одержат верх, а этого никак нельзя было допускать. Он помнил всю боль, и не хотел, чтобы она победила вновь. Этой ночью Тэхён спал под действием таблеток. Ему снилось, что он падает в глубокие ямы, но страха не было, ведь где-то там внизу были руки, обтянутые темной кожаной курткой, которые каждый раз ловили его. Каждый раз…