Пока не остановится сердце...

Прошло три дня с того самого момента, как Юнги подсматривал за Чимином в квартире. Всё было как обычно: Мин был груб и раздражителен, накидывая тысячу и одно поручение Паку, всегда таская за собой как собачонку. Но что-то изменилось. Эти изменения было трудно разглядеть, но они появились. Шуга стал меньше общаться со своими фанатами. Раньше он частенько фотографировался с ними, оставлял автографы, хотя не являлся легендарным айдолом, а лишь моделью. Сейчас же, особенно после того, что произошло вчера, Юнги всё чаще стал их избегать или отгонять от себя. Теперь каждый день, неважно, шёл Пак домой после универа или уходил с работы его всегда встречала машина Юнги с водителем и отвозила домой. Мин не отвечал, почему он это делает и не старался объяснять, поэтому Чимин перестал спрашивать и просто был благодарен, так как после репетиций ноги сильно ныли. Отдохнуть в прохладной машине после изнуренного рабочего дня было верхом блаженства. Поэтому Чимин вышел пораньше сегодня, чтобы поймать Юнги перед парами и подарить ему кое-что, тем самым сказав спасибо за всё. Слишком часто Мин Юнги его выручал, поэтому Пак хотел по-своему его отблагодарить. Он топал, вспоминая вчерашний инцидент и морщился, смотря на свою перевязанную руку. Пак спокойно шёл после обеда и направлялся в аудиторию. Юнги покинул блондина чуть раньше, улаживая некоторые вопросы по поводу организации зимнего бала с директором. Всю следующую неделю Мин будет пахать над организацией праздника. То, что Пак Чимин будет его помощником и до ночи будет куковать в универе, развешивая золотые звёзды под потолком, никто не сомневался. Пак даже не спрашивал. Просто знал, что ему от этого не отделаться. Уже подходя к аудитории, его поймали трое девчонок, видимо, старшекурсниц и потащили куда-то на улицу. Блондин пытался узнать, в чем дело, но девушки не собирались отвечать ему пока не прижали к стволу дерева на заднем дворе. Пара уже началась, поэтому двор опустел, убирая свидетелей. Чимин хотел что-то сказать, но одна из девушек резко сжала его запястье, длинными ногтями царапая до крови его больную руку. Пак вскрикнул и попытался второй рукой ослабить её хватку, но другая подружка перехватила его руку и с силой придавила к стволу. Дерево неприятно врезалось в спину, оставляя маленькие редкие ссадины. Чимин сглотнул и оглядел девушек. У всех был хищный злой взгляд и явное желание навредить Паку. Сам же Чимин никогда бы не навредил слабому полу, поэтому не сопротивлялся и покорно ждал их слов. -Слушай, недоразумение, думаешь мы не знаем, что всё это из-за тебя? -сверкнула взглядом главная в этой компании незнакомка и сильнее вдавила ногти в израненное запястье, вызывая тихий писк. -Я н-не понимаю, о чём вы… Чимин правда не знал, что случилось. Он ни с кем не враждовал, никому не переходил дорогу. Единственной его проблемой был Мин Юнги, неужели это всё из-за него? Его догадки подтвердились после следующих фраз. -Не понимает он, -хмыкнула одна из девушек, стоящая чуть позади и караулившая вход в корпус в виду возможного прихода преподавателей, -увел у нас Юнги-оппу и думает, что это сойдёт ему с рук… -Но я никого не уводил! Мы с Шугой не встречаемся, -старался сделать голос более уверенным Чимин, но внутри уже бушевал ураган непонимания и страха. -Ага, раньше он окружал нас вниманием, флиртовал и обнимал, а сейчас смотрит только на тебя, никого не подпуская к вашему столику. Ты тупой что-ли? -рыкнула главная в этой компании девушка, окончательно теряя терпение, и приблизилась к самому лицу Пака, глаза которого напоминали два блюдца, -если являешься игрушкой, то и оставайся ею, а к Мин Юнги не лезь! С больного запястья стала стекать кровь, обагряя белоснежную рубашку темными разводами. Девушки отпустили его, но не отнимали презрительных взглядов, поджимая губы и осматривая Пака с ног до головы, пытаясь понять, чем же заслужил этот ходячий сопляк внимание их модели. -Чем он вам нравится? -спросил Пак. -Оппа богат, красив и популярен. Лучшего мужчину не найти, -мечтательно произнесла одна из девушек, и все подруги подтвердили это. Чимин даже немного пожалел Юнги. Они были чем-то схожи. Как Мин Юнги не любил Пака за его душу и личность, так и эти девушки видели в «короле» универа лишь красивую оболочку, забывая заглянуть внутрь. -Слушайте, -Пак закусил губу, стараясь сдержать болезненный стон. Здоровой рукой он прикрыл запястье, чтобы хоть как-то остановить кровь. Ему надоел этот разговор. Он устал слушать, что не нужен Юнги. Чимин и так это знает и без них, -вы у него спросили, что он хочет? Хочет ли с вами общаться? Хочет, чтобы вы вешались на него? Хочет… -Не хочу, -послышался за спиной знакомый голос с хрипотцой, а в легкие ворвался мятный сигаретный аромат, чуть успокаивая. Если Мин Юнги рядом, значит, больше его никто не тронет. Спустя десять минут от пары из-за отсутствия главного по конспектам Мин отпросился и стал его искать. Долго ходить ему не пришлось. Из окна второго этажа он заметил оживление на заднем дворе и поспешил туда. К Шуге сразу же прильнули девушки, забывая о своей жертве и всё ближе прижимаясь к любимому телу. Мин не был удивлён. Его редко кто ценил за то, что он просто есть, за его характер и поступки. Всем была важна только его слава, деньги и тело. Поэтому Мин закрылся от всех, надел маску, ту, которую желали многие, но близко никого не подпускал. Единственный, кто ценил его за то, что он Мин Юнги, а не Шуга был Тэхён. Теперь же рядом с ним появился и Чонгук, который кажется даже не замечал всю мишуру Шуги. -Пойдём, -протянул ему руку Мин, сбрасывая с себя назойливые руки, -конспект сам себя не напишет, а мне нужно заняться концепцией праздника, -сам ввязался в организацию мероприятий. Уже не отделаешься. Юнги смотрел на Пака, который долго не мог решиться. Но всё же с Мин Юнги было спокойнее, чем с безумными фанатками, поэтому блондин протянул здоровую руку, открывая израненное запястье на обзор Шуге, сердце которого моментально отозвалось гулким ударом в груди. Сейчас Мин Юнги действительно хотел просто взять Чимина за руку и увести подальше, в безопасность. Модель знал по опыту, какими бывают фанатки. Он не хотел впутывать в это ещё и Пака, которому по жизни и так досталось. Чимин почти коснулся ладони Юнги, а Шуга почти почувствовал его маленькие пальчики, как одна из девушек резко ударила блондина по руке, не давая возможности прикоснуться к её излюбленному кумиру. Чимин одернул руку и сжался ещё сильнее, втянув голову и вжавшись в ствол дерева, будто ища спасительную спину, к которой можно прижаться. -Блять, ты что творишь?! -он схватил виновницу за запястье и резко дернул, пытаясь привести в чувства, но ей только понравилось. Она ещё сильнее прижалась к Шуге и повисла на нём, остальные обступили его с двух сторон, делая селфи с «королем» этого заведения. Девушки стали заваливать его фразочками, по типу «ты нам нравишься», «ты милый», «наш любимый оппа» и т.д. Мин не верил всей этой розовой хуйне и, освободившись от назойливых мух, подошёл к Паку, и сам взял его за здоровую руку, уводя подальше. Чимин не успевал за быстро идущим Шугой, который куда-то настырно вёл его. Сзади блондин чувствовал на себе взгляды девушек, отвергнутых, которые мысленно вонзали ему в спину заточенные как бритва ножи. Когда Чимин понял, что его ведут в медпункт, он резко затормозил и стал вырываться. Ему это удалось, и Пак отошёл от непонимающего ничего Юнги, прикрывая рану рукой. -Только ты не беси меня, а? Пойдём, обработаем рану, аптечка у меня из кармана волшебным образом не появится, -спас, а ещё и брыкается. Мин сделал попытку схватить блондина, но тот не дался. Увеличил расстояние ещё на пару шагов. Шуга потер переносицу и задышал глубоко, чтобы не сорваться на этого странного и измученного жизнью паренька. И зачем только приблизил Чимина к себе? Лучше бы просто забыл, починил машину и проигнорировал. У него уже был человек, выносящий ему мозг. Зачем второй ещё? Привязал к себе, а отвязать не находил сил. Не мыслил жизнь без белой вездесущей макушки и цветочного аромата любимой игрушки. Ненавидел себя за то, что с каждым днём ещё больше затягивал верёвку. Сердце уже прожигало ту железную клетку, в которую Юнги его посадил. -Н-нет, я не пойду, -замотал головой Чимин. Никто не должен был увидеть его страшный секрет. В приюте, когда узнали об этом, заставили ходить к психологу. Он особой пользы не принёс, так как ему было всё равно на сиротских детей, поэтому Чимин решил для себя, что сам со всем справиться и никто не будет доказывать ему обратное. -Что значит нет? -изогнул бровь Мин и сложил руки на груди, но не приближался. Знал, что всем своим грозным видом пугает малыша. -Прости, я не могу тебе объяснить, хён, но мне нельзя, -голос предательски дрожал и выдавал волнение, которое, казалось, витает в воздухе. -Ты что-то скрываешь, Пак? -Мин скользнул взглядом по его руке, тот завёл её за спину. Чимин не ответил. Он сделал пару шагов назад, но заметив, что Мин не двигается, развернулся и побежал вон из университета. Пак пропустит пары, но не раскроет секрет. Слишком грязный и постыдный секрет. Не хотелось вновь слышать жалость, сочувственные вздохи и терпеть особое отношение. Он никакой не бракованный, обычный парень. Не хотелось ощущать себя ещё хуже, чем есть сейчас. Поэтому Чимин позорно сбежал, а Юнги так и остался стоять. Он не хотел догонять Пака. Мин понимал, что у Чимина есть что скрывать, но не хотел в это лезть, осознавая, что если залезет, то увязнет по шею, а у него и своих проблем выше крыши. Тем более блондин сам не раскрывал ему свои проблемы, поэтому Мин не имел право в них залезать. У каждого своя боль. Хоть Чимин и был прекрасным танцором и добрым человеком он оставался для Юнги тем, кем тот его нарек. А о личном они никогда не общались, оставляя это в собственных душах. Но душа Юнги отчаянно требовала от своего обладателя ещё раз прикоснуться к маленьким пальчикам милого блондинчика. Пак зашёл в университет с подарком. Было ещё очень рано, поэтому студентов было мало. Чтобы не рыскать по всему университету, Чимин решился написать Юнги. От кого Чимин кому Мин Юнги. -Доброе утро. Хён, ты в университете? Ответ пришёл спустя секунд пять. -Да. -Где ты? -В библиотеке. Чимин поспешил туда. Похоже, у Юнги было хорошее настроение, раз он не язвил и быстро ответил. Пак был рад. В библиотеке его встретила утренняя сонная тишина, запах старых книг и пробивающийся в окна бархатный свет. Здесь было уютно. Чимин редко бывал здесь из-за загруженности, но каждый раз приходя сюда, чувствовал покой и любопытство. Пак заглядывал в проёмы стеллажей, дабы найти темную кудрявую макушку. Руки чуть дрожали из-за предвкушения и возможной реакции. Шуга может сделать всё, что пожелает его таинственная душа. Выбросить, посмеяться или молча принять, даже не взглянув. Неизвестно, но хотелось отблагодарить как следует. Пройдя мимо очередного стеллажа, Чимин всё же смог найти Юнги. Он сидел в дальней части, в большом кожаном кресле и дремал. Его руки были скрещены, а голова наклонена. Локоны упали на глаза, чуть содрогаясь от небольших качаний головой. Чимин подошёл бесшумно словно мышка, чтобы не разбудить хёна. Хотелось превратиться в призрака, потому что нарушать покой слишком эмоционального и быстро раздражающегося человека было бы преступлением. Пусть хоть немного отдохнёт. У Чимина возникло непреодолимое желание убрать пряди с глаз. Он знал, что нельзя. Шуга не позволял, но тот вряд ли заметит. Поэтому Пак подошёл поближе и легонько прикоснулся к волосам, отодвигая в сторону. Волосы были очень мягкими и послушными. Затем он завел локоны с другой стороны, открывая обзор. Чимин не успел убрать руку от лица Шуги, как Юнги открыл глаза и накрыл его руку своей. Чимин вздрогнул и попытался убрать руку, но Юнги сжал покрепче и отодвинул рукав в сторону, открывая забинтованное запястье. -Как ты? Болит сильно? -спросил чуть хриплым голосом Юнги, окончательно просыпаясь. -Не всё ли равно, хён? -Чимин смог освободить руку и инстинктивно спрятал её за спину. -Нет, -ответ поразил Пака, -я тебя спас, ты мне должен. Поэтому расскажи, как твое состояние? -Юнги, как всегда, не оставлял право выбора. Но он прав. Мин спас его вчера, поэтому Чимину пришлось ответить. -Всё хорошо, хён. Рана неглубокая. Всё пройдёт, -уверил его блондин, мягко улыбаясь, но Мин, похоже, не поверил. Молчание затянулось. В образовавшейся тишине блондин, кажется, слышал стук собственного сердца. Интересно слышал ли Мин? Пак не отрываясь смотрел в изумрудные глаза, но взгляд был начитаем. Мин ловко скрывал эмоции. Чимин растерялся, а цепкий взгляд ни на секунду не отпускал, будто смотря прямо в душу. -Слушай, хён, я принёс тебе кое-что, -из-за спины показалась вторая рука, и подарок в виде небольшого контейнера для еды, обвязанного лентой. Мин смотрел с вопросом, -держи, -Пак выдохнул напряжение и с улыбкой протянул ему подарок. Тот послушно взял, но немного робел, не решаясь открывать. Чимин поспешил пояснить, -я знаю, что ты не ешь сладкое, чтобы не поправится, хотя куда ещё, -Пак поймал на себе недобрый блеск в глазах Мина, поэтому сразу же завернул тему, -это кусочек тортика. Сам испек. Там сахарозаменитель, не бойся, не потолстеешь. Мин уже открыл контейнер и заметил небольшой, но красивый кусочек тортика, украшенный ягодами. -Я хотел сказать спасибо за то, что спасал меня. Дважды. Мин долго рассматривал этот прекрасный кусочек. Сделанный с любовью и заботой. Шуга поднял взгляд и сразу же наткнулся на светлую улыбку, в которой не было ни грамма страха или ненависти. Будто Мин никогда его не пугал, играл с ним или таскал везде как щенка на поводке. Чимин был собой-невинным и чистым ребенком, малышом, который, несмотря на всю боль, дарил людям радость. А заслужил ли Юнги? Шуга знал ответ. Нет. За своё поведение он и маленькой улыбочки Пака не достоин. Но Юнги принял подарок, так как Чимин дарил от сердца. От огромного сердца. И Юнги улыбнулся ему. Впервые за долгие годы он улыбнулся искреннее. По-настоящему. Его улыбкой с деснами. Широкой и солнечной. Пак в ответ улыбнулся ещё шире. Он увидел на лице отблеск счастья и не верил, что сможет увидеть Юнги настоящего, хоть на мгновение. -Спасибо, -сказал Мин, не переставая улыбаться. -И тебе, хён. Юнги кивнул и убрал подарок в портфель, уверив, что съест вечером. После они немного поговорили и собирались пойти в аудиторию, как услышали шум у входа, а потом заметили толпу беснующихся фанаток, явно искавших Мина. Шуга ни секунды не дал на раздумья, схватил портфель, взял за руку блондина и завел за большой угловой шкаф, пряча от чужих глаз. Чимин хотел что-то возразить, но Юнги прикрыл ему рот рукой, призывая молчать. Он нагнулся к нему и прошептал: -Я хотел ещё побыть в тишине, а не отбиваться от фанаток, или ты хочешь провести с ними время? Пак замотал головой, отрицая. -То-то. Рядом с Юнги градус всегда поднимался. Его жаркое дыхание ощущалось на коже, опаляя её, а в морском аромате хотелось потеряться, утонуть и больше не выплыть. Чимин принюхался и вдохнул поглубже, что не могло уйти от Мина. Тот усмехнулся и вернул взгляд на рыскающих как шакалы фанаток. Чимин засмущался, чуть покраснев. Когда они были совсем близко, Мин ещё сильнее прижал Пака к себе, обхватив одной рукой за талию и завёл в тень, сильнее скрывая их. Чимин чуть вздрогнул от сильного прикосновения. Юнги не делал больно. Его захват был нежным, но уверенным. Рядом с ним Чимину было нечего бояться. Прошло минуты две и разговоры девушек поутихли, а потом и вовсе пропали. Оба выдохнули. Мин убрал руку от лица Чимина. В этом тайном месте они были одни на слишком опасном расстоянии. Изумрудные глаза пылали в полумраке и притягивали к себе. Шуга не спешил убрать руку, слегка оглаживая бока Пака. Мягкие хрупкие бедра плавились в горячих объятьях. Мин Юнги всегда был пожаром, который воспламенял в Чимине что-то необъяснимое, что-то приятное и желанное. Но Мин первый разорвал зрительный контакт и убрал руки. Пак неловко улыбнулся и вышел из укрытия. После Мин. Спустя минут десять они пошли в аудиторию. Оба молчали, не зная, что сказать. Пак до сих пор пытался потушить внутреннее пламя, а Юнги подавить чувство, напомнившее о себе в очередной раз, когда руки опустились на бедра маленького существа. *** Чонгук громко выдохнул и надел шлем. Он устал. Всю ночь не спал, так как помогал с ремонтом продуктовой лавки: ремонтировал вход, вставлял стекла, завозил продукты. Чон не мог оставить своих людей без помощи, а нанимать дополнительных людей было слишком затратно. Тело, руки и раненое плечо ныли. Каждый шаг отдавал тупой болью уставших мышц. Чон чуть размял плечи и поехал на пары. Решил высидеть хотя бы две с принципиальным преподом, а потом поехать домой спать. Эти три дня он специально завалил себя работой, чтобы лучше ныли руки, чем сердце. За это время волк так ни разу не позвонил Тэхёну, не узнал о его самочувствии, ничего. Тот тоже не спешил звонить. От Юнги Чонгук узнал, что Ким поправляется-обжирается вкусняшками и смотрит тупые комедии. Значит, всё хорошо. Большего Чонгуку и не нужно было. Погода оставляла желать лучшего, поэтому Чонгук переодел кожаную крутку на массивную объёмную куртку с мягким подкладом. Он ехал сквозь утренний туман, отгоняя сон. Пока ехал, Чон наблюдал за только-только просыпающимся городом, опавшими грязными листьями и голыми деревьями. Золотая осень скинула всё золото, а тонкие серые ветки нагоняли тоску и печаль. Он выехал пораньше, так как ехать с окраины города было долго. Выезжая на дорогу к университету, Чонгук увидел Тэхёна. Он уткнулся в исписанные листы бумаги и что-то бормотал под нос. Тэ часто спотыкался или в кого-то врезался, ничего не замечая. Чонгук подъехал к нему и окликнул, чтобы тот не убился. -Чонгук? -поднял взгляд с листов Тэхён и замер, не решаясь продолжить. Было немножко обидно, что Чон так и не позвонил или не пришёл узнать, как его самочувствие. Юнги говорил, что Чона не интересуют серьезные отношения, поэтому такое поведение было очевидно. Они даже не друзья. -Привет, -Чон снял шлем и чуть взъерошил примятые волосы, -ты как? -вопрос просто слетел с губ, Чонгук не смог это проконтролировать. Он хотел задать этот вопрос все эти дни, всегда держа в голове. Ответом послужил кашель Тэхёна и шмыг носом. Тот ответил, что всё нормально после приступа кашля, но Чонгук не поверил и покачал головой. Не долечился, а выперся в универ. -Ты уверен, что долечился? А если я спрошу Шугу? -выгнул бровь Чонгук, следя за реакцией. И бурная реакция не заставила себя долго ждать. -Нет, нет, нет, -замотал руками Тэхён, будто отгоняя мух, -этот идиот меня свяжет и унесет домой, если узнает. На следующей неделе у меня спектакль, а я только и делаю, что отлеживаюсь за теликом. У меня уже нет температуры и почти всё прошло. Мне нужно репетировать, Чонгук, ты же не сдашь меня? -похлопал ресницами Тэ, состроив невинный взгляд. Чонгук бы никогда на такое не повёлся, но только если бы это был не Тэ. Чон вздохнул, ещё раз обвёл взглядом легкомысленного паренька и протянул шлем. -Держи, поехали. -На этом? -с сомнением посмотрел на рисковый вид транспорта Ким и хотел возразить, но холодный властный взгляд не давал возможности отказаться. Тэхён кивнул и сел сзади, беря шлем и натягивая на голову. -Помочь с застёжкой? Она последнее время заедает, -спросил Чонгук не поворачиваясь. -Нет, я сам, -что ж Ким и с застежкой не справится? Он кое-как застегнул и опустил забрало. Тэхён не знал, куда деть руки. Было немного смущенно прижиматься к Чонгуку. Но он должен был ухватиться, иначе его выдует сзади. Ким положил руки сначала на плечи, но Чон издал болезненный стон. Тэхён испугался реакции, но руки Чонгука уже направили его руки и положили к себе на талию. -Держись крепко, -твёрдо сказал волк и запустил мотор. Он всегда ездил достаточно быстро, поэтому слегка волновался, что Ким держится слишком легко. Но все волнения рассеялись, когда они начали ехать, и Тэхён, испугавшись, обвил руками его талию и прижался к спине, балдея от природного запаха сидящего впереди байкера. Куртка была мягкая и пухлая, что, если бы не быстрая езда и накатывающий адреналин, Тэхён мог бы уснуть на ней. Быстро сменяющиеся пейзажи и шум мотора пробуждали новые впечатления. Вначале было немного страшновато, но вскоре Тэ понял, что рядом с Чонгуком ему нечего бояться, что «король» университета водить умеет лучшего любого гонщика. Тэхён закричал, распугивая клюющих крошки голубей и засмеялся. Веселье срывало голову. Он и не знал, что кататься на мотоцикле может быть так классно и крышесносно. Наверное, они смотрелись очень круто со стороны. Тэхён в этом не сомневался. Он ещё громче закричал и сделал попытку оторвать одну руку от талии навстречу бушующему ветру, но Чонгук быстро вернул её на место, не разрешая такую необдуманную вольность. Его настроение тоже приподнялось, а от криков Тэхёна можно было легко взбодриться. Он не разделял с ним всплеск адреналина, так как давно привык, но был рад, что Тэ смог немножко повеселиться. Чонгук довёз его без происшествий и припарковал байк на своё излюбленное место. Герои слезли с него. Чонгук поднял забрало своего напарника и осведомился о самочувствии. Тот стал эмоционально громко рассказывать ему о своих впечатлениях от катания, иногда задыхаясь от нехватки воздуха, и постоянно дёргал застёжку шлема, пытаясь его снять. Чонгук видел тщетность этих попыток. Сам же предлагал застегнуть ему шлем. -Не получается, Чонгук, -начал ныть Тэхён, -пожалуйста, помоги… -А всё, -усмехнулся Чон, стараясь спрятать улыбку, -теперь навечно будешь в нём. Скоро привыкнешь, -Чонгук провёл руками по волосам, дразня Кима, и направился в сторону корпусов в медленном темпе. Естественно, Ким догнал его сразу же. -Не хочу, помоги, -Тэ начал паниковать и ещё сильнее дергать застежку, делая только хуже и затягивая сильнее, -я сейчас задохнусь, Чонгук, -глаза стали влажными от безысходности. Чонгук нахмурился, увидев состояние Тэхёна и подошёл поближе. Руки Кима до сих пор держали застежку. Чонгук выглядел серьёзным. Он взял руки Тэ в свои и положил их к себе на талию, приказав крепко держать. -Только там они могут быть, понял? -без каких-либо эмоций сказал Чон, Тэ кивнул. Чтобы лишний раз руки этого глупенького мальчика не мешались и лучше держались за какую-то опору для поддержки. -Давай дышать вместе. Оба начали глубоко дышать и протяжно выдыхать. Тэ стал успокаиваться, сминая в руках полы сразу полюбившейся куртки Чонгука. Чон выглядел сосредоточенным, наклонившись к Тэхёну, и начал распутывать узел, который навязал слишком самоуверенный парень. Рядом с Чонгуком ноги всегда подкашивались, но Тэ дал себе указание держаться и твёрдо стоять на ногах. -Мы, кстати, будем ставить «Ромео и Джульетту» только в более современной интерпретации. -Угу, кого играешь? -Чонгук решил продолжить беседу, чтобы отлечь Кима от насущной проблемы. -Ромео. -Светлый ангел, во мраке над моею головой ты реешь, как крылатый вестник неба вверху, на недоступной высоте, над изумленною толпой народа, которая следит за ним с земли. -Ты знаешь Шекспира? -с удивлением спросил Тэхён, наблюдая за точными действиями Чонгука. -Думаешь я в пещере родился? Меня всегда увлекали пьесы. Тэхён очень мало знал про Чонгука, поэтому не стоило удивляться. Он был настоящей загадкой. Снаружи был лидером банды «Ночные волки», разъезжающим на мотоцикле и фотографирующим улицы Сеула, а в душе могли цвести цветы и напеваться романтичные баллады. -Ромео, как мне жаль, что ты Ромео! Отринь отца да имя измени, а если нет, меня женою сделай, чтоб Капулетти больше мне не быть. Тэхён знал весь этот диалог, так как они репетировали его миллион раз. Чонгук молчал. Он не хотел продолжать, так как для него это было нестерпимо больно. Хуже боли в плече, хуже любого ножевого ранения. Тэ тянулся к нему. Он видел это. Волк бы сам не против тянуться в ответ, но обещал себе, что больше никогда не даст никому пострадать из-за него. А это случится рано или поздно. -Ты б был собой, не будучи Монтекки? -продолжал Ким. Чонгук развязал шлем и снял его, отложив сторону. Но Тэхён так и не расслабил хватку, не собираясь так быстро его отпускать. -Зовись иначе как-нибудь, Ромео, и всю меня бери тогда взамен… Чонгук запустил руки в слегка потные темные волосы, перебирая кудрявые пряди. После он спустился к щекам, не отрываясь смотря на спокойно стоявшего парня напротив с чистым взглядом карих глаз, полных надеждой. Надеждой, что ему ответят взаимностью. В глазах Тэхёна блестели слезы. Они скатились, когда Чонгук прошептал ему на ухо «прости», и ушёл не оглядываясь. Чон понимал, что сейчас разбил сердца обоим, но так надо было. А Тэхён горько вздохнул, взял свои вещи и потопал в сторону актёрской студии, наблюдая за черной макушкой, маячившей впереди и медленно удаляющейся от него. Чон Чонгук не тот, кто ему нужен. Скрытный, холодный и властный. А хотел встретить доброго обычного парня. Но почему всё внутри умерло после этого тихого и печального «прости»? Всё стало только хуже. Хотя куда ещё. Все мечты о прекрасной новой жизни быстро растоптали. И почему? В чем Чимин провинился? Что натворил, чтобы вызвать гнев богов? Почему, если Мин приблизил его к себе, должен страдать именно он? Почему его просто не могут отставить в покое, Чимин уже готов снова стать серой мышкой, чем самым обсуждаемым человеком в университете. То, что Юнги сделал его своей игрушкой и отстранил всех друзей, ещё можно было смириться. И смирился. У него был Тэ, и этого хватало для человека, мечтавшего о дружбе. Но всё стало хуже, когда Мин отрекся от своих фанатов на заднем дворе, выбирая Пак Чимина. Теперь все шишки вместо кумира многих получал Чимин. Когда он был рядом с Юнги, никто даже пальцем не шевелил. Они спокойно сидели на парах. Шуга работал над концепцией праздника, даже иногда спрашивал советы у Пака, тот с интересом отвечал, давая дельные советы. Мин благодарил его и снова погружался в задумку. Ему это нравилось. Заниматься творчеством. Он хотел ещё создать стену фотографий. И первой фотографией стал Чимин. Когда Пак погрузился в написание конспекта, Шуга незаметно достал свою камеру и сделал фото. Как всегда, Пак вовлекся в написание, не замечая, как белые пряди упали на глаза. Он был таким настоящим и задумчивым, что вызывало трепет в душе Юнги. Блондин, заметив вспышку, поднял взгляд, но ничего не сказал, только смутился, а Мин сразу же убрал камеру из-за замечания препода. Чонгук, сидевший рядом, заметил некоторые изменения в настроении Мин Юнги. Сегодня он был добр к Паку и весел, постоянно о чем-то болтая с блондином. Чон улыбнулся краешками губ. Это хорошо. Пак Чимин заслуживал хорошего отношения. Чонгук перевёл взгляд на пустующий стул сбоку. Тэ не было, хоть это и была потоковая лекция. Наверное, не хотел показываться на глаза Мину, но всё же так не хватало его вездесущей макушки и слипающихся глаз из-за скучной лекции. Всегда было забавно за ним наблюдать. Но он сам его оттолкнул. Что ж поделать. Когда же Юнги не было рядом, выходили прячущиеся в тени крысы. Они обзывались, пихались, тыкали в Пака пальцем, говоря, что он никто. Они злились. Злились, что Мин Юнги им не принадлежит. Но Юнги не кукла. Он человек со своими проблемами и болью. Но никто не видел или не хотел видеть. Желали улыбчивого красивого «короля» университета. Короля с обложки. Чимин не хотел говорить Юнги об этом. Сам разберется. Пока были только подначки и толчки. Вытерпит. Через неделю Шуга его отпустит, и все забудут о Паке. Делать себя ещё более жалким в глазах хена совсем не было желания. И так его задницу постоянно спасали, а самого охраняли будто беззащитного котёнка. В этот раз он сам справится. Так думал Пак Чимин. На обеде Пак хрустел овощами и смотрел в окно на начинающийся накрапывать дождь. Юнги положил ноги на пустой стул и листал ленту соц. сети от скуки. Он ждал пока блондин доест, и они отправятся на пару. Чонгук ковырял вилкой в рисе, аппетита не было. Тишину прервал Юнги. -Ты чего такой грустный, Чон? -спросил Шуга, переводя внимание Чимина на него. -Всё нормально, -пытался улыбнуться Чонгук, но не получилось. Черт, ну и пофиг. -Тэхён любит пить махито и читать китайскую мангу. Он сам говорил, что собирает коллекцию всех выпусков «Черного меча». У него нет 5 и 11 номера. -И что? -спросил Юнги, зная обо всей этой информации. -Да так, -уклончиво ответил Пак, засовывая в рот брокколи и смотря на Чонгука. -Спасибо, Чимин, но уже не нужно, -ещё печальнее ответил Чон и уставился на нетронутую плошку с рисом. Юнги ничего не понял. Возможно, потому что был голодным или чего-то не знал. Он перевёл тему, заметив, что Чимин почти доел и допивал стакан воды. -Принеси мне сок. Лучше апельсиновый, пожалуйста. Вот, -Юнги протянул ему карточку. Пак Чимин взял её, радуясь, что Юнги после его подарка такой добрый и не просит тратить свои деньги. Блондин ушёл за соком, а Мин снова уставился в телефон. Сегодня он никого не подпускал к их столу. Даже Чонгуку не разрешал никого приводить. А Чон и не был против. Все эти смазливые мальчики и охающие девушки ему надоели. В голове был лишь один. Чимин шел аккуратно, боясь пролить. Он взял яблочный, так как апельсинового не было. Не успел он дойти до их столика, как кто-то неожиданно его толкнул. Весь сок пролился на рубашку, единственную белую рубашку. Пак упал, неприятно ударяясь копчиком. Чимин хотел что-то сказать, но на голову уже полетел рис, сразу же запутываясь в волосах. Столовая разделилась на два лагеря: те, кто улюлюкал и смеялся, смотря на унижения милого паренька и те, кто громко охал и говорил, что ничем хорошим для них это не кончится. Вторая часть была права. Пак провёл руками по лицу, смахивая рис и открывая глаза. В руках он крепко сжимал карточку Юнги. -Может заставим его съесть всё, что упало? -предложил кто-то из толпы, а остальные подхватили. Они окружили его. Чимин попытался подняться, но его снова усадили на место, прямо на грязный пол. Слезы потекли из глаз. Он чувствовал себя зайчиком, которого загнали волки, намереваясь съесть как добычу. Было отвратительно чувствовать себя в роли мальчика для битья. Вечно ему доставались роли, в которых он не хотел играть, желая оставаться лишь самим собой. Но жизнь всегда устраивала ему подлянки. Шуга отвлекся от телефона сразу же, услышав шум и смех. Они с Чонгуком поднялись одновременно. Заметив плачущего малыша, измазанного в соке и рисе, Юнги вскипел и сжал кулаки, резко ударив по столу. Все обернулись на него, сразу же создав тишину. Чонгук подошёл к нему и сжал плечо, как бы говоря, чтобы тот не натворил бед. Но крышу у Мин Юнги уже сорвало. Он почти молниеносно оказался рядом с толпой и, заметив скалящегося на него парня, явно лидера этой крысиной шайки, ударил тому в челюсть, разбивая губу до крови. Столовая не шевелилась. Люди боялись что-то сказать, дабы не перевести гнев «короля» на себя. Его дружки зарычали и попытались дать отпор за своего лидера, но вдруг рядом вырос Чонгук и ударил первого коленом в живот, отпихивая от себя. Чимин боялся пошевелиться вместе с остальными. Он даже забыл, что до сих пор сидит в луже. После такого напора дружки перестали бить, явно испугавшись, и стали отходить от озлобленных Мина и Чонгука. Лидер компании кинул на них презрительный взгляд и ушёл, уводя за собой свою компанию. -Чего смотрим? Едим! -крикнул Чонгук, заставляя всех отвести глаза от развернувшейся сцены и продолжать обедать. В столовую стали заходить преподаватели, услышав шум. Компания побитых направилась прямо к ним. «Королям» было всё равно. Они подошли к Чимину. Он как слепой котенок потянулся ручками к Мин Юнги, ведь только он, как ни странно, мог защитить его от всего плохого. Как Мин уже не раз давал понять — только он может делать Паку больно. Только ему блондин принадлежит. Юнги взял его за маленькие ладошки и поднял. Душа Мина, просившая это, затрепетала. Пак обнял Юнги и стал успокаиваться. Шуга гладил его по спине, а Чонгук стряхивал с его головы остатки риса. Аромат ментола успокаивал. -Теперь я никуда тебя от себя не отпущу, господи, Чимин, ты такой невезучий. Пак посмеялся сквозь слезы, подтверждая эту горькую правду. Они посадили Пака на место, дав возможность прийти в себя. Чонгук скользнул взглядом по забинтованной руке, а потом перевел его на шитую-перешитую рубашку. -А где твоя куртка? -спросил Чонгук. -Она порвалась, -прошептал Чимин, надеясь, что Юнги не услышит. Но он услышал. -А в чём ты пришёл? -сквозь зубы процедил Мин, начиная снова вскипать. Ещё одного больного ему не хватало. Чимин не отвечал, все уже прекрасно поняли, что он пришёл в одной рубашке. Хотя в его портфеле лежал ещё и свитер, но уже неважно. -Ебать, ты даешь! -Не надо меня жалеть, -сказал Пак. Он хотел поскорее закончить разговор, чтобы снять липкую и грязную рубашку, -я отработаю несколько смен и куплю. У меня есть свитер. Отблеск молнии и стук дождя заставили всех оглянуться. Мин покачал головой на такую тупость своей игрушки. Как мог не заботиться о себе? Чимин взглянул в глаза Юнги. Тот был всё ещё зол на него. Это читалось в его глазах. Чимин и сам понимал, что дурак тот ещё, так как мог попросить куртку или занять деньги у Тэ, но он этого не сделал, потому что устал слушать, какой он бедненький. -Не против? -спросил Чонгук, снимая куртку и накидывая на плечи Пака. Юнги молча кивнул, давая разрешение, -забирай. Хоть она тебе и велика, зато греет, -похлопал его по спине Чон и пошёл на выход из столовой, так как скоро должна была начаться пара. Чимин бегло поблагодарил. Действительно теплая. Пахла Чонгуком. Столовая постепенно пустела, оставляя только любителей покушать или слишком медленных студентов. Мин взял его за подбородок и притянул к себе поближе, наслаждаясь цветочным ароматом продрогшего и заплаканного паренька. Было больно видеть его таким. Сердце Юнги уже окончательно прожгло ту стальную клетку и вырывалось наружу. -А как тебя не жалеть, когда такую хуйню творишь?! Я был с тобой сегодня добреньким, могу опять включить грубость и холод, надо? -он резко отпустил подбородок, хмурясь и смотря в виноватые сияющие глаза. -Прости…-потупил глаза Пак, вертя в руках карточку Мина. Его извинения бесили до глубины души. Постоянно извинялся и плакал, никогда не заступаясь за себя и не выражая своё мнение. Крохотный глупый котенок. -Заткнись, -выплюнул Мин, отворачиваясь от него. -Держи, -Чимин легонько взял его за локоть и протянул карточку. Мин опустил взгляд на предмет в руках Пака и отодвинул руку Чимина от себя. -Нет. Купишь куртку. Потом вернешь. -Но… -Чего ты должен сказать? -ещё вздумал с ним пререкаться, -если не увижу тебя в новой куртке, пеняй на себя. Чонгук по доброте душевной дал тебе куртку, но я жду в новой. -Да… -Что? Хватит мямлить! -ударил по столу Юнги, вызывая испуг у Пака. Снова его напугал. Шуга сменял на пьедестале Юнги, где была только власть модели. -Да, -уже громче ответил Пак, по щекам которого скатились ещё две слезинки. Мин оставил его одного, где он ещё пять минут сидел в одиночестве, греясь в куртке Чонгука и тихо плача, а потом пошёл в туалет смывать с себя еду и грязь. Ничтожный и жалкий. Мин вылетел на улицу под проливной дождь, но ему было плевать. Хотелось крушить и убивать. Хотя бы дождь смоет с него гнев и остудит голову. Юнги разжал кулаки и попытался успокоиться, глубоко дыша. Эмоции постепенно утихали, но куда их излить окончательно Шуга быстро нашёл, заметив семенившего по направлению к уличному кафе Ким Тэхёна. Ещё утром он писал ему, что отпивается чаем и смотрит мультики. А на самом деле с плащом над головой бежит обедать рамёном. Юнги догнал Тэхёна у пешеходного перехода и дернул на себя, так что плащ выпал из рук Кима. Тот шокировано смотрел на него. -Куда собралась, киса? Так ты лечишься, блять! День так хорошо начинался, но заканчивался паршиво. Ким попытался сбежать, но Юнги не стал церемониться и, подняв плащ с земли, закинул Тэхёна к себе на плечо, направляясь в сторону парковки. Тот бился и ругался, не желая мириться с грубой силой и несправедливостью. -Ты что мне обещал? Что ещё три дня будешь лечиться! А ты куда выперся, тем более в такую погоду? — он подкинул Тэ как мешок, так как тот начал сползать. -Отпусти, мне нужно репетировать! -заныл Тэ, -мне выступать скоро! -Один порепетируешь! -он закинул Тэхёна на переднее сиденье. Сел на водительское и закрыл машину на случай побега. Тот надул губки от обиды. -Ты не мой отец, чтобы мне указывать! -начал возмущаться Тэхён, но Юнги окинул его ничего не значащим взглядом. -Я хуже, поверь мне, -он завел машину и стал отъезжать от университета, -как же вы все заебали! Сначала Чимин, теперь ты! Не хотят слушаться, а отхватываю я! Сам же будешь умолять остаться посидеть с тобой! -Мин был зол как черт. Когда он проявлял минимальную заботу, старясь помочь близким ему людям, эти самые люди плевали на его заботу и делали только хуже, заставляя Юнги волноваться. Может, вообще забить на всех? Позволит ли сердце это сделать и не сожрут его мысли перед сном? -Тиран! -огрызнулся Ким, провожая взглядом шедших в сторону кафе однокурсников, где Тэхён должен был занять столик. -Завали лучше. После они ехали в тишине. Пак Чимин ушёл в туалет и отмылся от грязи. Рубашка вся в пятнах, на плечах куртка Чонгука, а гордость растоптана уже давно. Он умыл лицо ледяной водой и долго стоял, смотря в пустоту и приходя в себя. Не первый и не последний раз его унижают, Пак уже привык. Выдохнул, попытался улыбнуться, смотря в зеркало, не вышло. В голове стояла лишь светлая улыбка Юнги, которая рассыпалась о суровую реальность. С каждым днем его все больше и больше поглощали мысли, что он виноват во всех бедах, и, если бы блондин не появился в жизнях знакомых ему людей, им было бы лучше. Никто бы не волновался за него, не злился и не получал наказание. Да, на них настучали и после пар они должны были отдраить все туалеты. Всё из-за глупого недоразумения с именем Пак Чимин. Нормальной жизни ему как до Австралии. Может, Чимин просто ошибка, дефект, который не должен был появиться? Было печально осознавать, что он подвёл своих родителей, которые мечтали о достойной счастливой жизни для своего горячо любимого сына. А Пак подвёл их и не в первый раз. Было мерзко от себя. Пока он отмывался в туалет зашёл Гису. Заметив Чимина, он поздоровался, но увидев, в каком он состоянии, напрягся. Чимина чуть успокоила его поддерживающая улыбка и утешительные слова. Гису был очень добрым, и Пак не хотел терять своего нового друга. Они поговорили немного. Пообнимались. От него пахло по-особенному, немного резковато, но Чимин не обращал внимания. Главное, что его объятья согревали и дарили немного радости. Гису предложил Паку помочь в уборке. Тот не хотел его напрягать, но То был непреклонен. Чимин поблагодарил его, и Гису ушёл на пары, а Пак оставшееся до наказания время решил провести на свежем воздухе в небольшой беседке под шум дождя. В итоге, день закончился для четырех человек одинаково. Юнги мыл пол, Чонгук раковины, Чимин туалеты, а Гису протирал кабинки. Все молчали, не отвлекаясь, лишь Гису иногда переговаривался с Чимином. Чонгук старался не обращать на него внимание. С самого начала То Гису не вызывал у него положительное впечатление. Ходили слухи, что его выгнали из другого университета за массовую драку. Он быстро располагал к себе людей улыбкой, а потом использовал в своих целях. Чон наделся, что это враньё. Снаружи он выглядел добрым и отзывчивым, которому, похоже, действительно понравился Чимин, раз пошёл мыть с ним туалеты. Вряд ли хитрый манипулятор занимался бы подобным делом. Юнги закончил с мытьем пола и оперелся о стенку, вертя в руках сигареты, желая поскорее выйти и покурить. За два часа они перемыли две туалетные комнаты и очень устали. Чонгук удалился пораньше, так как ему нужно было ещё закончить с ремонтом и утвердить план на воскресную вылазку. Чимин убрал все тряпки и моющие средства и взял в руки наполненное грязной водой ведро, направляясь к одному из унитазов, чтобы его вылить, но ведро было неимоверно тяжелым и затряслось в руке. Гису и Юнги увидели это, и Мин хотел подойти, но То ловко подхватил ведро из рук и вылил в туалет. -Спасибо, -одарил его улыбкой Пак, начав мять пальчики от смущения. -Не за что, -он поставил ведро на пол и подошёл поближе, -Чимин, не хочешь прийти ко мне на тусовку завтра вечером? Адрес пришлю. Можешь приводить друзей, -улыбнулся в ответ Гису и завёл пару прядей Паку за ухо, а потом повернулся к Шуге, -и ты приходи. Я всем буду рад. -Завтра я стираю носки весь день, -съязвил Мин, так как ему совсем не нравилось, что этот парень вертится рядом с ЕГО блондинчиком. -Тогда ты приходи, Пак Чимин, -будто и не заметил колкости Гису, вернув своё внимание на Пака, -придёшь? Хотелось отдохнуть после напряженной недели. У Пака был план свернуться в клубочек и плакать, но план Гису был определённо лучше. Может им с То удастся стать хорошими друзьями, а может и больше? И Чимин, наконец, забудет тот жар, которым веет от Юнги и холод его глаз. -Хорошо, хён, то есть, Гису, я приду. -Удачи вам, -бросил Мин и вышел из туалета, направляясь домой. Ему нужно было отдохнуть от этого дня. И от людей. Глубокой ночью Юнги вылез из кровати и направился к холодильнику. Заснуть не удавалось. Он спрятал подарок Чимина глубоко в недрах холодильника, поэтому его никто не заметил. У Мина был опыт, когда он прятал мясо или колбасу. Юнги вынул нетронутый тортик и юркнул обратно в комнату. Он никогда не запирался. Ночью всё равно никто к нему не зайдёт. Родители и слуги спали. Это было его любимым временем, когда можно остаться наедине. Мин присел на ковёр и оперелся об стену. Достал из контейнера бесподобно красивый кусочек и поднёс к губам. Шуга так давно не ел сладкое, предвкушение будоражило. Он откусил кусочек и на языке сразу же почувствовал мягкую сладость, где маленькие ягодки лопались и растекались кислинкой. Сочетание вкусов сносило голову. Юнги специально весь день не ел, чтобы ночью умереть от несильно сладкого и божественного тортика. Мин ел кусочек за кусочком и даже не заметил, как из глаз полились слезы. Слезы, про которые он уже успел забыть. Как же Юнги смог довести себя до такого состояния, когда ограничивал в таких простых, радующих душу вещах? Как же он смог так легко отказаться от счастья? Вкус невольно наталкивал на мысли о Чимине. О добром мечтательном парне, на которого Мин Юнги в очередной раз сорвался, унижая и доводя до испуга. Раздражало поведение Пака и невозможность защитить себя, а в итоге не давал ему и слова вставить, не давал ему высказываться. Только губил. Только разбивал что-то хрупкое и легкое. Ведь если Шуга продолжит так издеваться, то сломает Пака. Единственного человека, который, несмотря на своё положение и статус в университете, был к нему добр. Мин тоже пытался заботиться о нём, но это лишь приносило боль в итоге. Не умеет заботиться по нормальному, без грубой силы и колкостей. Забыл, какого это. Если Тэхён привык к его характеру и причудам, сильно привязавшись к нему, то Чимин, ранимый Чимин, не заслужил такого обращения. Пора было забыть о своей гордости, обещаниях, принципах и отвязать верёвку. Плевать, что это в очередной раз ранит сердце Юнги, плевать. Сам виноват. Весь негатив, раздражение всегда выливалось на окружение. А так нельзя. Он достал телефон и вытер слезы с щек. От Кого Юнги Кому Блондинчик -Договор аннулирован. Ты свободен. Больше нет смысла мучить себя и Чимина, пока Юнги окончательно не привязался и не влюбился. Он себя обманывал даже в этом. Потому что это уже произошло. Но самообман лечит вроде как? Чтобы забыться, Мин знал одно лекарство. Он достал телефон и набрал номер. -Алло, -голос был сонным. -Через полтора часа в том же отеле. Подготовь себя. Сегодня я буду запредельно жестоким. -Хорошо, солнышко. Буду стонать как лучшая сучка. -Не сомневаюсь. *** Чимин взглянул в окно, где уже стемнело. Было немного волнительно, но интересно. Он ещё никогда не ходил на вечеринки. Блондин уже перечеркнул свои мечты о весёлой студенческой жизни, но неожиданное предложение заставило его снова почувствовать себя живым и свободным. Свободным, потому что Юнги его отпустил. Увидев это сообщение вчера, Пак сначала не поверил, но текст говорил сам за себя. Он, конечно, ещё спросит Мина об этом, но, похоже, Пак ему надоел, ведь Юнги постоянно из-за него страдал, выпутывал из передряг, злился из-за его глупости и бездарности. Это к лучшему, теперь жизнь должна пойти по-новому, но отчего-то было немного обидно, в душе кололо ещё со вчерашнего дня. Он опять стал кому-то не нужен, и судьба снова оттолкнула от него ещё одного, даже грубого, но в душе чувственного человека. Пак решил больше не мучить себя мыслями и вернулся к шкафу, рассматривая, в чём же пойти. Выбор был скуден. Он надел на себя черную шелковую рубашку, которую позволил купить себе на день рождения, темные джинсы и куртку Чонгука. Завтра сходит за новой, потому что тянуть было нельзя, так как карточка Мин Юнги до сих пор находилась у него. Чимин надеялся, что Чонгук не мерзнет, хотя у него таких курток, наверное, много. У Пака не было косметики, поэтому он только уложил волосы и сел в такси, вызванное Тэхёном, попутно набирая номер друга. Тэхён обтянул ноги черными кожаными штанами, надел белоснежную огромную рубашку, завил и уложил волосы, подвёл глаза карандашом, осыпал лицо блестками и подвёл губки вишневым блеском. Он смотрелся как настоящая звезда. Если Юнги узнает, что он собирается пойти на вечеринку в таком виде и сбежать из-под охраны, которую Мин любезно оставил на пороге дома, ему придёт пизда. Услышав рингтон, Ким поспешил выключить свет, делая вид, что лег спать, надел наушник, принял вызов и открыл окно. -Привет, я подъезжаю к твоему дому, ты готов? -Да, скоро буду, -в лицо ударил холодный воздух. Он сглотнул, отгоняя страх и вышел в окно, цепляясь руками за отделку дома. Ему нужно было немного пролезть по карнизу, чтобы добраться до пожарной лестницы. Хоть он жил невысоко, на третьем этаже, но было страшно соскользнуть и поломать себе ноги. -Ты когда-нибудь ходил на вечеринки? -спросил Пак, не замечая беспокойный голос друга. -Да, было дело, угу, -Тэхён двигался маленькими шажками. Он старался не смотреть вниз, чтобы ещё больше себя не напугать. Сердце вырывалось из груди, успокаивало лишь то, что он с каждой секундой приближался к заветной цели. -Классно. Кстати, вчера кое-что произошло, -Чимин хотел поделиться переживаниями по поводу Мин Юнги, так как эта ситуация оставалась немного странной. -Говори, -Тэхён подождал пока пролетит птица и направился дальше. Руки уже устали и покраснели, но он держался до последнего. -Мин Юнги меня отпустил. -Чего? -от неожиданности одна нога Тэхёна соскользнула, и он чуть не свалился вниз, но смог удержаться, повиснув на руках. -Написал смс, что договор выполнен, и я свободен. Не знаю, что на него нашло, но это же к лучшему, да? -с сомнением спросил Чимин, ожидая ответа. Ему было важно, что скажет Ким, который лучше знал Юнги и его причуды. Но Ким замолчал. Чимин ждал, покусывая губы, боясь услышать что-то страшное. Пауза затягивалась. Сам Пак не решался спросить, но звонок шёл. Спустя три минуты послышались шорохи и размеренный стук. -Тэ? -всё же отважился спросить блондин. -Да, я тут, прости, -Тэхён приложил все свои силы, чтобы подтянуться и добрался до заветной лестницы. Теперь же дрожащими руками и ногами перебирал ступеньки, спускаясь вниз. Когда он добрался до земли, то рухнул, так как ноги всё-таки подкосились от пережитого страха, -похоже, случилось то, что следовало ожидать. -Что? -Пак весь обратился в слух, чтобы расслышать всё до последнего словечка. Уловить каждую эмоцию. -Что он влюбился, -сказал Тэхён лично, сев в машину рядом с Чимином. Такси тронулось. Пак убрал телефон в карман. -Почему ты так решил? -внутри после таких слов растекалось приятное тепло. -Не хотел тебя больше мучить своим не лучшим характером и отпустил. Ты очень добрый, Пак Чимин. Самая что ни на есть противоположность Юнги. Своей невинностью и добротой ты смог поставить трещину в маске Шуги, открывая Мин Юнги, -Тэхён начал дуть на руки, чтобы они перестали жечь. Чимин долго обдумывал эти слова, пока они ехали. Впервые за эти дни Пак увидел Мин Юнги настоящим. Теплым и улыбчивым в той библиотеке. Неужели Юнги действительно влюбился? А Гису? У Пака было много нерешенных вопросов в голове. -Тебе он нравится? -спросил Тэхён, когда они уже подъезжали к дому, где проходила вечеринка, -Юнги. -Не знаю…когда хён ругается и кричит, мне хочется плакать и сбежать подальше. А когда он улыбается, то прижаться к нему поближе. Что это значит? -спросил Пак, ища с надеждой в глазах ответ у Тэ. Тот ничего не ответил, лишь поиграл бровями и с нечитаемой улыбкой вышел из такси. Чимин вздохнул и направился следом, по пути размышляя, почему на джинсы Тэхёна налипла трава. Громкая музыка и смех людей ударили в уши. Чимин напрягся, а Ким улыбался. Пак не мог так быстро расслабиться, как это делал Тэ. Ему, похоже, очень нравилась такая атмосфера. Зайдя в дом, Пак опешил. Он был битком набит людьми. Здесь было мало младших, в основном студенты старших курсов, высокие и чуть пугающие. Чимину было совсем некомфортно, когда Ким вёл его под ручку в гущу толпы. Вечеринка только начиналась, и все только входили в раж, общаясь небольшими группами и мирно попивая алкоголь из пластиковых стаканчиков. Ким Тэхён кого-то приветствовал, сверкая карими глазками и волшебным макияжем. Он был необычайно красив. Сам Чимин ни мог не отвесить ему комплимент. Многие парни и девушки с восхищением оборачивались, но Тэхён не обращал на это внимания, уверенно ведя Пака к стойке с напитками. Взяв по стаканчику с пивом, герои огляделись и заметили приближающегося к ним хозяина дома. Гису сразу же одарил присутствующих белоснежной улыбкой и отвесил комплименты по поводу внешности, особенно засматриваясь на Чимина, который, наконец, решился одеться чуть откровеннее. Познакомившись с Тэхёном, Гису повёл ребят к столику, где начиналась игра в сок- понг. *** -Так, -Чонгук взглянул на карту местности, что отображалась на ноутбуке, -ты говоришь их не будет до понедельника? -Да, семья Со уезжает на выходные в Японию. Дом пустует. Это идеальная возможность их ограбить. Они занимаются поставками строительных материалов в Таиланд. Бизнес- партнёр Минхо с 2016 г., -накидывал факты Намджун, наблюдая за тем, как Чонгук изучает карту местности. Сейчас они находились в баре, в кабинете Чона, где обсуждали очередную вылазку, планируемую на завтра. Конечно, грабить дома было неправильно и наказуемо, но это были алчные партнеры Минхо, которые не раз пытались протянуть руки к их бедному, но перспективному ресурсами району. Лучше пусть эти деньги пойдут на благоустройство простых мирных жителей. Они совершали эти вылазки нечасто, но после ремонта денег осталось мало, а платить зарплату чем-то надо. -Ага, знаю я эти строительные поставки, -усмехнулся Чонгук, -Со Квхан продает мальчиков как секс рабов в Таиланд. Слухи, конечно, но похоже на правду, так как в том доме частенько ошивались копы. Я всегда его вижу, когда еду в университет. Огромная махина с кучей охраны. С такими связями, как у семьи Со, от любого полицейского откупишься. -Вот скоты, -подхватил кто-то из банды и остальные загоготали, вызывая бурные обсуждения. Чонгук стукнул по столу, призывая к молчанию. Всё сразу же смолкло. -Что будем делать, если это действительно окажется правдой? -Блять, Намджун, у меня 300 подчиненных требуют заработной платы, которой нет, -Чонгук потер виски, пытаясь хоть немного успокоиться, -если мы ввяжемся в этот нелегальный бизнес, то мои люди могут жестоко поплатиться…-Чон выдохнул и стал обдумывать, -ладно…если это окажется правдой, то я пошлю, -Чон указал на некоторых людей из своей банды, -вы проследите за ними, а потом я позвоню моему знакомому полицейскому. Ты, наверное, помнишь его Джун, это Хосок-хён. -Да, помню, но он же старается не вмешиваться во все наши полулегальные разборки? -Он мне должен за тот раз. Именно я защитил от пули его дочь. Провалялся в коме два дня, -каждый раз вспоминая этот эпизод, произошедший полгода назад, под ребрами ныло, будто пуля до сих пор была там. -Ну ладно, на том и порешили, -Намджун и остальные хотели уже пойти пропустить по стаканчику, но Чонгук всегда был серьёзнее остальных, поэтому приказал ещё раз обсудить план от начала до конца. Никто не мог ослушаться главаря стаи, поэтому, несмотря на общую усталость, все вернулись в разговор. После обсуждения, на часах было уже 11 вечера. Многие разошлись по домам, но Чон никак не мог уйти. Он сидел на черном кожаном диване с пустым стаканом виски и размышлял. Завтрашний день был продуман до мелочей и сомневаться в успехе миссии не было никакого повода. Но кроме этого его заботило другое. Волк, что мог попасть в глаз кролику с 10 метров, знающий несколько боевых искусств с превосходно накаченным телом, тем, кого боялись и уважали не только враги, но и друзья, не мог выкинуть из сердца одного слишком симпатичного и легкомысленного паренька, прекраснее которого не было никого на всём белом свете. Человека, что старался быть независимым от богатых родителей, от которого приятно пахло ароматным кофе и у которого были милые детские кудряшки. Чонгук хотел разорвать внутри всё, чтобы не чувствовать. Так было бы легче. Но жизнь та ещё сука. От безысходности он решил написать Юнги, чтобы просто узнать, как Тэ и Чимин проводят время. Просто так. От скуки. Хотя давно пора было пойти спать, чтобы идти на миссию со свежей головой. Вряд ли уснуть получится, а если и получится, то и там его настигнет Ким Тэхён. От кого Чонгук кому Юнги. -Привет, ты знаешь о том, как проводят своё время Тэхён и Чимин на тусе у Гису?. Юнги в это время лежал в джакузи и отдыхал от напряженной недели. После написания сообщения Паку даже секс с Ёнилем не помог заглушить скребущее чувство потерянности в душе. Огромная дыра, которую закрывала улыбка Пак Чимина, теперь сияла черной пустотой. Чтобы заглушить боль, Юнги опустошил практически весь холодильник, но от родителей жестко влетело за это. Если Мин не сможет похудеть ещё на три кило за следующую неделю, то распрощается с университетом и своей мечтой. Юнги пока отдыхал, но мысленно уже настраивал себя к неделе голодовки. О кого Юнги Кому Волк -Чего, блять??? В смысле? Ты уверен, что Тэхён с ним? Я запретил ему выходить из дома, даже охрану поставил. -Да, Тэ бесстыдно постит фото в соц. сетях. «Пей, пей, пей!»-кричала толпа, заливая в рот Тэхёна всё больше и больше пива из огромной бочки. Чимин, уже слегка спаиваемый Кимом, тоже стал веселиться, крича с остальными. Крыша Тэ сказала пока уже давно. Тэхён с наслаждением принимал пойло и его глаза с каждой секундой загорались всё ярче. «Ему пизда. Месяц у меня из квартиры не выйдет». Мин Юнги посмотрел фотографии в сети, где на первой Ким Тэхён и Чимин спокойно стоят напротив бассейна, улыбаясь. На второй Тэ лижет ему щеку, а третий кадр смазан. Дурдом. Чимин и Тэхён танцевали в толпе, прыгали и смеялись. Их не заботило ничего на этом свете больше, кроме чистого веселья и отрыва, подпевая любимым исполнителям, они надрывали голос, а неоновые фонари и биты всё больше распыляли желание и разгоняли кровь. Не хотелось останавливаться. «Думаешь, с ними там всё нормально? Пак Чимин такой скромняшка, а Тэ слишком дохуя уверенный» -Я говорю Пак, вы кричите Чимин! -в этот момент блондин мало что соображал, кайфуя от запредельных эмоций и пьяного угара. -Пак! -Чимин!!! -подхватила крик толпа. -Пак! -Чимин! -толпа уже перешла в оглушительный рев. -Пак! -Чимин! -и они поймали блондина, который прыгнул им на руки, а следом и его друга. Волна вознесла их прямо к нему, а они улыбались и держались за руки, наконец, почувствовав себя свободными птицами. Юнги снова вернулся к переписке. -А тебе есть дело? -Нет, а тебе? -Нет. -Едем? -Да. Пока Мин Юнги и Чон Чонгук без какого-либо интереса к вышеперечисленным лицам поехали в дом хозяина пати, Пак Чимин и Ким Тэхён сели играть в бутылочку. Для Чимина эта игра принесла лишь жаркий и неловкий (откуда так умеет целоваться Тэхён?) поцелуй с другом, смазанный и быстрый поцелуи с Гису и миленький чмок с пьяной как и Пак девчушкой. Для Тэхёна эта игра принесла немного азарта и забавную реакцию Чимина и два прекрасных нежных поцелуя с сестричками. Для Гису это был шаг вперед по отношению к Чимину. И если тот наутро всё забудет, то Гису сразу же ему напомнит. Теперь он собирался действовать более открыто. Подошедшие «короли», которых сразу же облепила толпа сочных пьяных мальчиков, заметили на диване своих жертв террора. Тэхён и Чимин плыли по волнам пьяного кайфа и буквально текли от поглаживаний их новоиспеченных поклонниц, которые бережно перебирали их пряди. За один вечер Тэ смог стать ещё популярнее, а Чимин подняться в глазах старшекурсников от ненужной игрушки до отбитого блондина. И только под воздействием алкоголя Пак отпускал все стеснения и мог открыться миру и эмоциям. Но такие вечера не задерживались надолго в памяти. -Рой себе могилу парень, потому что я пришёл убивать, -с этими словами Мин Юнги подлетел к отрешенному от мира парню, то есть Тэхёну, и грубо дернул за руку, заставляя подняться и испугаться. Каждый взгляд был прикован к ним. -Я не виноват! -Ага, сбежал из-под охраны. А ты дохуя уверенный, как сказал мне мой новый лучший друг, -Мин обжигал взглядом, казалось, Тэ мог заживо сгореть от снопа искр, что метал безумный взгляд друга. Тэхён даже в таком состоянии понимал, что ему пизда пришла. И дружба скоро превратиться в пыль. -Не нравится по-хорошему — будет по-плохому. Посидишь под замком только у меня дома под моим контролем. Слава богу, там охрана понадёжней и есть я, -Мин Юнги потащил сопротивляющегося Тэхёна к выходу, но тут перед ними вырос Чимин и дернул Кима на себя, что тот чуть в ноги ему не упал. -Не трогайте моего милого мальчика, -впервые жизни зарычал Пак, ещё сильнее прижимая друга к себе. Теперь и Ким стал к нему жаться, найдя поддержку и опору. Хотя они вдвоём бы никогда не справились с «королями», но тогда это казалось им лучшим решением. До этого стоявший чуть поодаль Чонгук выразил интерес и подошёл поближе. Он думал, что Юнги засунет обоих в тачку и отвезёт по домам, а Чон лишь удостоверится, что они, а главное Ким в порядке. Этого возможно бы хватило, чтобы сегодня ночью спать без сновидений. Но вряд ли. -Я не нужен Юнги, Тэхён-Чонгуку. Зачем вы тогда пришли? -смотрел то на одного, то на другого Чимин, слегка покачиваясь с другом на пару. Это был резонный и правильный вопрос. Они высказывали такие слова обоим парням, но всё равно приехали, не до конца веря, что это что-то изменит. -Тэхён, -сделал шаг к ним Чонгук, но Ким с силой его толкнул и выбежал на улицу. Чимин последовал за другом. Юнги с Чонгуком переглянулись и, пройдя сквозь толпу, выбежали на улицу за ними. Юнги окончательно осознал, что Паку не стоит наливать, так как он повторял один и тот же сценарий-пытался залезть на тачку Юнги. И зачем ему это надо? Мин спросит, когда тот протрезвеет. Тэхён же своей обтянутой блядскими штанами, которые Мин Юнги намеревался сжечь, жопой сидел на черном байке Чона, уже вставляя ключи и давая газку. И откуда у них такая мания к транспортным средствам? Юнги и Чону перестало это нравится, так как этот кудрявый засранец стащил ключи из куртки волка. Ким подозвал тщетно пытающегося оседлать феррари Чимина, и тот умостился позади Тэ, обнимая за талию. «Короли» уже бежали, чтобы их остановить, так как это до жути пугало. Оба очевидно не умели водить. Тем более пьяные. Было действительно страшно за их жизни. Но они не успели, и мотоцикл растворился в ночной дымке. Матерясь и ругаясь, парни побежали к машине Юнги, чтобы нагнать двоих самоубийц, которые сразу же словили кайф от езды. Тэ и Чимин кричали и смеялись, распевая о своём веселье на всю одинокую тихую улицу. Ким ехал очень неумело, чуть не вписываясь в повороты. Каким чудом они избежали смерти в первую минуту было непонятно. Мотоцикл петлял, будто в него самого влили несколько бутылок пива и полернули вином. Мин просто не мог предугадать их действий, они ловко меняли маршрут. Каждый раз, когда мотоцикл косило сильно вправо или влево, у обоих в машине останавливалось на миг сердце. В какой-то момент они потеряли двух пьяных. Начало казаться, что они растворились в воздухе вместе с транспортом. Слава богу, самоубийцы нашлись спустя минут десять лихорадочной езды. Но хуже, чем петляние пьяными без прав, оказался арест этих же пьяных полицейскими, дежурившими по району. Чонгук и Юнги выбежали к полиции, останавливая машину на середине дороги. -Вы куда их? -спросил подбежавший к ним Юнги, чуть задыхаясь. -В первый участок через пару кварталов. Пьяная молодёжь, -он как-то с презрением глянул на «королей» и, посадив что-то лепетавших парней в машину, увез прочь. -Лучше бы мы вообще не приезжали, -с горечью осознал всю нелепость и кошмар ситуации Чонгук. -Ох, это точно. Какие же мы идиоты, -вздохнул Юнги, проводя по волосам и выдыхая пар в морозный ночной воздух Сеула. И они это точно не о вечеринке. В полицейском участке не было хорошо. Никогда Мин Юнги и Чон Чонгук не хотели там оказаться. Это было стыдно. А ещё более стыдно слышать завывания Тэхёна из камеры про трудную жизнь на зоне. Пак Чимин, слава богу, отключился на койке, а то орал бы излюбленное: «я король мира!». В какой момент жизнь Юнги повернулась не в ту сторону? Он уже мечтал забыть о дружбе с Ким Тэхёном, но тот усердно напоминал о ней своими очень умными выходками взрослого человека. Чонгук стоял поодаль и ждал, пока Юнги заполнит документы о внесении залога. А так бы им светила статья вождения без прав и вождения в нетрезвом виде. -Я завра звоню твоим родителям, Тэ, и неважно, что они занимаются бизнесом в Японии, пусть узнают о том, какой ты дурачок, -на эти слова Ким высунул язык и надул губки. Как и говорил Шуга-взрослые умные поступки. -А кем вы им являетесь? -спросили полицейские чуть растерявшиеся от данной ситуации. -Это человек, -он показал на Чонгука, -тайно сохнет по тому придурку, -он показал на Кима, -хотя я не одобряю этот союз, -Чонгук напрягся от такого заявления, ведь раньше Шуга об этом не говорил. Понятно, его пугал образ жизни Чона. Это можно было понять, но чуть обидно, -а я тот человек, который подтирает за всеми безумствами упомянутого арестанта и вставляет ему по первое число, ну вы поняли, -Юнги расплылся в натянутой улыбке и вернулся к документам. Полицейские, повидавшие много всякого на своей практике, переглянулись и решили лучше не лезть в запутанные отношения. Им и своих проблем хватало. -Ага, как же сохнет он! Послал, а теперь ходит унылый. Будто я разбил ему сердце! -Тэ эмоционально ударил по решетке и ушёл в угол камеры, зло сверкая взглядом, направленным на Чона. Юнги лишь хмыкнул, а Чонгук отвел глаза. Что правда, то правда. Наконец, все бумаги были заполнены и камеры открыты. Но у Тэхёна, который решил оставить последнее впечатление об этой ночи, были свои намерения. Он вышел вперед и гордо заявил, смотря на Чонгука, который смог поднять взгляд и взглянуть в ореховые, наполненные печалью. -Теперь ты будешь видеть моё лицо каждый день, тебе ясно?! -не успели находящиеся люди в комнате опомниться, как Ким стремительно как лань, подбежал к полицейскому, выхватил с пояса стальные наручники и сцепил свою правую руку с левой рукой Чона. Все стояли в немом шоке. Только Тэ уверенно улыбался, сделав своё хитрое дело. -Ты ебанутый?! -нарушил молчание Чонгук, тряся запястьем, -у меня завтра, -он взглянул на полицейских, -дело одно есть, а ты всё испортишь, — смотрел на Тэхёна Чон, а руки чесались придушить это нечто. -Не бойтесь, -остановил его поток ярости обворованный полицейский, -у меня есть ключ. Только возьмите и сами разбирайтесь, я в дела парочек не лезу, -он протянул ключ Чонгуку, но его ловко перехватил Тэ и, ломанувшись к окну, выкинул его в темноту ночи. Чон чуть коленок не лишился, оттого что Ким резко дёрнулся. Запястье заныло. А наручники, будто ухмыляясь, скрипнули. Никто в такую темень искать не стал, поэтому наказали вернуться завтра. Чонгук раздумывал применить горелку или молот, но боялся навредить Тэ. -А я что говорил, -сказал Мин, наблюдая за улыбающимся как кот Тэхёном и злющим волком Чонгуком, -дурачок, -больше Юнги было нечего сказать. Он устал. Устал от выходок Тэ. Все маты не смогут перекрыть его поступки. Это его крест, и Мин никогда от него не откажется. Ебанутый друг-бывает. -Блять, -зарычал Чонгук, дернул Тэ на себя, схватил его за руку, которая на удивление была безумно мягкой, и пошёл в сторону выхода. Интересно, что скажет Тэхён на утро, когда увидит рядом лежащего с ним Чонгука. Тогда Чон посмеётся над удивлённым взглядом, когда тот поймёт, какую глупость совершил. Не радовало только одно-завтра у него намечено дело, и он не планировал умирать, так как брать на вылазку Тэхёна было ходячим самоубийством. А ещё жутко думать о том, что Тэ может пострадать, Чонгук никогда больше не допустит повторения ситуации. Ни-ко-гда. Юнги сочувствующе посмотрел в сторону свернувшегося калачиком котенка, тихонько посапывающего на железной твёрдой койке. Мин взял его на ручки и пошёл на выход. Тот что-то засипел и ещё больше уткнулся в шею Мина, прижимаясь к тёплому и бесконечно приятному аромату ментола и моря. По телу Юнги пробежали мурашки. Даже алкоголь не смог скрыть запах полевых цветов, что кружил голову. Такого беззащитного и тёплого Чимина хотелось защищать от бед. Но самой большой бедой для блондина был, как ни прискорбно, Юнги. И Мин всё же хотел попытаться измениться, чтобы больше никогда не видеть слез малыша. Но вставал лишь один большой вопрос-захочет ли Чимин хотя бы с ним общаться после того, как Мин поигрался, а потом выбросил за ненадобностью. Слишком мерзко от самого себя. Образ плюющей на всех модели Шуги, который умирал ночами от болей в животе, губил себя и изливал всю боль и желчь на остальных, заменил Мин Юнги, заставляя того потеряться где-то под маской грубости и фальши. Лишь Пак Чимин подтолкнул его улыбнуться, а Мин Юнги больше не позволит ему плакать. Блондинчика, несмотря на всё, нельзя было забыть. Стереть. Никак. Даже оборвав верёвку, судьба всё равно намекала на то, что от Чимина так просто не уйти. И Юнги это понял. Не сразу, но понял. *** Тэхён проснулся поздним утром и устало открыл глаза, в которые будто песок насыпали. В горле неприятно сохло, а голова готова была взорваться от болезненных осколков. Но хуже всего было душе. Будто он сделал что-то ужасное и постыдное. Тело затекло. Ким не мог пошевелиться, будто что-то давило на него. Он понял, когда заметил перекинутую через его хрупкое тело тяжёлую руку. Ким находился у себя дома и совсем не помнил, как вернулся. Только обрывки гуляли в голове, после поездки с Чимином на мотике Чона всё темно. И судя по всему рука в темной кожаной куртке и есть рука Чонгука. Осознание пугало. Неужели они…хотя Тэ и сопящий рядом волк были в одежде. Чонгук же сказал Тэхёну, чтобы тот шёл куда подальше со своими начавшимися зарождаться чувствами, срубил на корню молодой побег. Тэ приподнялся на локтях, пытаясь игнорировать ломающую в черепе боль и повернулся к Чонгуку. Тот был слишком большим и еле-еле умещался на односпальной кровати худенького Кима. Одна нога Чона уже свисала с постели, наровясь выкинуть своего хозяина с нагретого места. И это было недалеко от правды. -Я всегда…буду любить тебя…прости меня…-бормотал сквозь сон Чонгук, начиная ворочаться. Тэхён наклонился чуть поближе, пытаясь разобрать следующие слова, но вдруг Чон резко распахнул глаза, пугая Тэ. Ким автоматически выкинул руки вперед, толкая его с кровати и улетая следом, падая прямо на широкую мускулистую грудь. Только сейчас Тэ заметил, что они скованны. Чонгук прикусил язык и зажмурился от боли, стрельнувшей в раненое плечо. Чон перевел руку на плечо, прикрывая его, но Тэ заметил выглядывавшие из-под футболки бинты. Чон не говорил, что с ним что-то случилось. -Прости, очень больно? -лежать на груди было приятно, будто Чонгук дарил спокойствие и надежность. Рядом с ним никакие преступники и маньяки не страшны. Он сам кого угодно мог напугать. Чон замотал головой, пытаясь отогнать сон и понять, что сейчас произошло. Взгляд Кима сразу же приковала черная татуировка волка на шее. Она так и манила дотронуться до неё. Тэ начал двигать пальцы к шее, попутно смотря на Чонгука и его реакцию. Но тот молчал, давая безмолвное согласие. Тэ провёл кончиками пальцев очень аккуратно, будто боясь, что грозный волк соскочит с картинки и укусит его. От пальцев Тэ по телу Чона проходили покалывания. А Ким неотрывно смотрел будто загипнотизированный. -Ты и правда волк? -спросил Ким, поглаживая шею Чона и осмелившись поднять взгляд, пытаясь отыскать в нём хоть какие-то эмоции. Но темные глаза показывали равнодушие. -Я тот, кем меня считают. -А кто ты на самом деле? -спросил Тэ, убрав руку, понимая, что и так позволил себе слишком много. -Я тот, кто предал самое важное в жизни и всеми силами пытается искупить. На секунду в глазах Чонгука проскользнула боль, но Чон вмиг спрятал её глубоко внутрь души. Оба поднялись. Тэ с неловкостью, а Чон с холодным взглядом. Чонгук оглядел слегка помятого Тэхёна и потопал с ним на кухню за спасительной таблеткой и водой. За это Тэ готов был душу отдать. По дороге Чон рассказал ему всё, что произошло вчера ночью. Про выживание на байке, полицию и наручники. Тэ хотел провалиться сквозь землю из-за своих поступков, совершенных на глупую нетрезвую голову. Было стыдно, что втянул Чона в свою жизнь, которая совсем была неинтересна волку банды. -Прости меня, я поступил некрасиво и необдуманно. Тебе очень ужасно со мной находиться? -в глазах мелькала надежда на отрицательный ответ. Будто Тэхён готов вот-вот расплакаться, если скажет ещё слово. Чонгук попытался улыбнуться и смягчить взгляд. Лишние слезы ему были не нужны. -Нет, -вызвал искреннюю улыбку на лице Тэ. Чон был бы не против походить в наручниках, конечно, это неудобство и отсутствие личного пространства, но он бы пережил. Но грабить дом не цифры считать. Он боялся за Тэ, что не сможет защитить его. Лишь от одной такой мысли в горле пересохло. -Тогда поехали в участок, нас освободят, и ты будешь жить как ни в чём не бывало, -теперь улыбка Кима из искренней перекатилась в фальшивую. Чонгук ни мог не заметить. -Поехали, -только и мог сказать Чон, так как пауза затянулась. Человек, нуждающийся в том, кому не нужен. Слишком много недосказанности, разбитого сердца и глупых поступков, которые, возможно, выльются в нечто совершенно прекрасное. Они умылись, позавтракали вчерашними булочками и поехали на такси в полицейский участок. Чонгук решил, что больше Кима к своему байку не подпустит. Когда выходили, Тэ приметил, что охраны около дома не было. Мин Юнги не звонил, что настораживало. Тэ же надеялся, что Мин замотается с делами модельной индустрии и забудет про угрозу, которая в точности врезалась даже в пьяный мозг. Зная Мина, это точно случится и если не в этот раз, то в следующую нелепую выходку человека, который сам не знал, как до сих пор не откинулся. Полицейские по закону жанра не смогли помочь. Ключ, что искали в траве несколько пар глаз, преспокойно лежал на небольшом уступе на фасаде дома, но никто даже не догадался там посмотреть и задрать голову. Полицейские наручники, натиравшие кожу обоим, так легко не снимались. Человек, у которого были отмычки на такой случай, потерял их где-то в офисе. Полицейские клятвенно пообещали перерыть весь участок, видя недовольную и злую мину Чонгука и виноватый взгляд Тэ. Вышли герои в холодный ветреный день и потопали к приехавшему такси. На Чонгука было даже страшно смотреть, тот грубо вел своего напарника неудачника к машине. У обоих уже красовались красные полосы на запястьях. Тэхён боялся поднять голову, поэтому изучал грязь под ногами. Взгляд Чона напоминал бездну, из которой вылезло все зло человечества. Ледяной и жуткий. Хуже дня у Чонгука ещё не было после того раза. Он посадил Тэ рядом, назвал водителю адрес, и они покатили. -А куда мы…-не успел договорить Ким, как Чон резко дёрнул скованной рукой, призывая к молчанию. -Заткнись! Сегодня ты делаешь то, что скажу. Ещё хоть писк слышу, ты познаешь мой гнев во всей красе… Взгляд Чона был мучением для Тэ. Он гулко сглотнул. -С-спасибо, что внёс за меня залог, -прошептал Тэ и зажмурился, боясь, что уже вызвал рев зверя. -Пожалуйста, -Чон потер переносицу и громко выдохнул, стараясь отогнать злость. Самый худший сценарий воплощался жизнь. И Тэ был в главной роли, -а теперь завали, пока не выпорол тебя на глазах моих волков! Больше Тэ не произнес ни слова, понимая, что Чонгук может выполнить эту угрозу с лёгкостью. Тот был слишком непредсказуем-то равнодушная насмешка, то руки на талии с вопросом: «где болит?» И как себя вести с ним? Ким знал, что виноват, знал, что Чонгук идет на то, на что не хочет, похоже, что-то опасное, раз не хотел втягивать в это его. В груди кольнуло нехорошим предчувствием и лишь теплота руки Чонгука давала хоть немного покоя в метущемся сердце. Чонгук защитит, даже если не любит. Такой он человек. Тэ ещё раз убедился в этом, когда они заехали в бедный район Сеула, и Чонгук рассказал свою историю, хоть и неполную. Утро для Пака было тоже не из приятных. Он помнил, как его отвезли в участок вместе с Тэ, а потом он на секунду прилег на койку и, похоже, отрубился. Как он оказался дома, Чимин не знал. Но аромат мяты, витавший в комнате, наталкивал на мысли. Пак сквозь боль в голове сделал усилие и повернулся. Рядом лежал Юнги и тихо спал. Пак сильно отшатнулся и прижался к стене. Хотя они были в одежде, почему-то возникли мысли о том, что Чимин и Юнги могли сделать по пьяни. Когда блондин пьяный, то переступает через все рамки. Юнги задвигался и стал просыпаться, Пак натянул одеяло повыше, скрываясь в нём почти полностью, оставляя открытым только лицо. Спустя пару минут Шуга потянулся и открыл глаза. В этот момент зазвенел телефон, противным эхом отдаваясь в голове каждого из присутствующих. Мин поморщился и взял с тумбочки телефон, поднося к уху. -Ты где ходишь?! -кричал отец, что даже Пак Чимин из своего укрытия услышал. Мин на секунду убрал телефон от уха, выдохнул и вернул на место. Пак глянул на часы. 12:15. -У тебя интервью через полчаса. Тебя хотят поспрашивать про поездку в Пекин самой молодой топ модели Сеула, не забыл, мальчик мой?! -когда он говорил «мальчик мой» значит злился. -Пап…-Шуга опустил взгляд и заметил, как блондин потянулся к его руке, некрепко сжимая. Эти маленькие ручки Мин готов был гладить вечно. Шуга ответил взаимностью, перебирая пальцы и с теплотой глянул на Пака. Чимин даже в такой момент оставался Чимином. -Ничего не хочу слышать! Через час, чтобы был по адресу. Я пришлю тебе. Ты где шляешься? Опять со шлюхами время проводил? Мин заметил, как Пак заметно погрустнел, услышав такие слова. Мин погладил его ладонь большим пальцем, а потом отключился, понимая, что разговор бессмыслен. Через секунду на телефон пришёл адрес. Юнги выругался очень тихо, так как его опять срывали в выходной. Воскресенье должно быть спокойным. Мин подсел поближе к Паку, тот сразу же убрал руку под одеяло и сжался ещё больше. -Ты чего? -Мы же не…? -голос дрогнул. -Что? -ничего не мог понять Мин, так как только что проснулся и ещё не отошёл от сна. -Ну…хён, ты в моей кровати, и я вчера не помню, что случилось после полицейского участка. И… Взгляд Шуги поменялся. Из непонимающего превратился в серьезный, даже чуть хмурый. -Ты думаешь, что я мог трахать тебя без твоего согласия? -Юнги всё ближе и ближе приближался к Чимину, а тому не давала сбежать стена, что холодом отдавала в спину, -ты такого обо мне мнения, игрушка? -Шуга поставил обе руки рядом с головой Чимина, чтобы тот точно не ушёл. А Пак понял, что даже одеяло его не спасёт. Бежать некуда. -Я…-начал очень тихо Чимин, пытаясь составить хоть какое-то предложение на мутную голову. -Что? -Я не игрушка больше…-выдохнул Пак в приоткрытые губы Мина, которые были в опасной близости к его. Мин Юнги будто только сейчас понял, что он за идиот. Зачем опять напомнил Чимину о страданиях, что причинял ему? И снова включил Шугу, который не терпит неподчинения. Грустно, что подвёл самого себя в очередной раз. А таких очередных раз как звёзд на небе. -Прости, -сразу же отстранился Мин, начав теребить кусочек одеяла Пака, -я знаю, ты не игрушка и никогда ей не был. Ты человек. Добрый, искренний и не заслуживающий боли котенок. Я вел себя ужасно и никогда не слушал тебя. Прости меня, Чимин, -теперь он смог, наконец, поднять глаза, в которых плескались высохшие слезы и глубокая страдальческая печаль. Чимин не мог поверить, что когда-нибудь услышит извинения от Мина. Пак действительно изменил его. Маска стала трескаться. И Чимин ещё не понимал, чего бояться, что Шуга может вернуться или настоящего Мин Юнги, которого он только стал узнавать. Чимин сглотнул, а Юнги продолжал. -Вчера я внёс за тебя залог и забрал домой. Ничего я с тобой не делал. Только лег рядом и сразу же заснул. Я боялся оставлять тебя в таком состоянии. Подожди, -будто вспомнил что-то Юнги и удалился. Принёс Паку воды и таблетки, которые купил вчера по дороге. Он дал Чимину всё выпить, чтобы облегчить боль. Тот поблагодарил. -Спасибо, Юнги, хён, что вчера помог мне. Ты всегда помогаешь мне, даже если я тебе надоел, -Чимин уже раскрыл одеяло и вылез из укрытия. -С чего ты это взял? -усмехнулся Мин странному выводу парня. Он такого ему не говорил. -Но ты же меня отпустил…-растерялся Чимин. Он думал, что Юнги только поэтому его отпустил. Чтобы Пак больше не маячил перед глазами и не надоедал ему. Мин недолго думая утянул Чимина в объятья, прижав к груди. Пак не ожидал такого порыва, что даже чуть смутился, но потом всё же положил руки на спину Юнги и уткнулся носом в шею, балдея от ароматов Мина. Как и Шуга, что тонул в поле цветов малыша. Рядом с ним Юнги было уютно и тепло словно он дома и на своём месте. -Я отпустил тебя, -начал говорить Мин, не выпуская Пака из объятий, -потому что… «Потому что я начал чувствовать к тебе нечто большее… Ты не игрушка. Ты мне нравишься, Чимин»-так хотел сказать Юнги, но не мог выговорить ни слова, боясь услышать отказ. Чимин опустил руки ниже, касаясь очень тонкой талии и выпирающих бедер. Он посочувствовал Юнги. Образ жизни его убивал. Теперь Пак понимал, что Тэ не зря беспокоится за него. -Ты боишься меня? -решил пойти в другом направлении Мин. -Да, — выдохнул Чимин. Мин Юнги был страшен, когда кричал и грубил. Очевидный для Мина ответ. -Если я попробую измениться, мы можем хотя бы стать друзьями? -Шуга лишь надеялся, что Чимин будет рядом даже если он никогда не почувствует вкус его мягких пухлых губ. Пак задумался. Он понимал, что с ним Мин Юнги стал другим. Он всё больше раскрывался, но что если Юнги не изменится? Новая жизнь опять превратится в новый ком боли и унижений. А если даже Мин Юнги изменится, то Чимин так и останется для него жалким пареньком, который даже куртку купить себе не может. Были свежи воспоминания, когда Шуга отчитывал его за то, какой он дурак и не заботится о себе. Они из разных миров. Его семья в любом случае никогда не примет такого как он. И Мин Юнги всегда будет жалеть о своём выборе, а после срывать весь негатив на нём, как он и делал. -Я тебя прощаю, Мин Юнги, но мой ответ «нет»… -прошептал ему на ушко Чимин и отстранил Юнги от себя. Сердце Юнги пропустило удар. Страх сбылся. -Я понимаю. Я заслужил, -Юнги поднялся и, не смотря на Пака, вышел из квартиры, тихонько прикрыв за собой дверь. Спускаясь по лестнице, он старался не заплакать, кусая губы и сдерживая порыв. Когда же сел в машину, слезы всё-таки предательски скатились по щекам. Горькие и обидные. Мин улыбнулся сквозь слезы, кивнул чему-то и нажал на газ. Не получилось. Сам виноват. Пусть Пак Чимин будет счастлив. Мин Юнги больше не причинит ему боли, и блондин обретет ту жизнь, о которой мечтал. Без него…