Пока не остановится сердце...

Самое отвратительное чувство на свете-проснуться утром и понять, что ты всё потерял. Один вечер смог изменить всё. Больше Чонгук не поцелует в шею. Больше Чонгук не назовет «маленьким». Был свет, но он снова угас. Когда они встретились с утра, чтобы поехать на совместную лекцию, ничего не поменялось в лучшую сторону. Чон был немногословен и отстранён. Он разрешал прижиматься к себе, когда они ехали на байке, но это ничего не значило. Тэ был печален и сломлен. Он так и не смог нормально поспать. Всё тело ломило, а в голову лезли мысли о том, как Чонгук поцеловал его в шею. Горячий и страстный поцелуй, продолжение которого никогда не будет. Обидно. Он отдал куртку Чону сразу же. Лучше бы Тэ этого не делал и оставил её у себя, помогала бы некоторое время забыться в запахе Чонгука, чтобы не утонуть в печали. Вечно позитивный Ким Тэхён был сегодня грустным как серое ноябрьское небо, а в душе вместо зеленых, пышущих красотой деревьев остались лишь голые корявые ветки. У входа в университет их встретили шокированные лица Юнги и Чимина. Они не ожидали увидеть в обычный понедельник двух побитых парней будто вернувшихся с войны. Что могло измениться за один день? С этого дня Юнги был на диете. В пятницу после спектакля он должен был уехать в аэропорт и отсутствовать всю следующую неделю, пропуская пары. Конечно, добрый папочка смог договориться с деканом о пропуске занятий, так как Шуга был «королем» это не составило труда, но Юнги всё же должен был украсить зал и найти себе помощников. Пока Чимин был игрушкой, то должен был помочь Мину с украшением зала, подходящим под созданный Шугой концепт. Но сейчас Мин не хотел его тревожить. Сам справится, найдет людей. Ему осталось похудеть на три килограмма за неделю. Это нереально, но стоило постараться. После разговора с отцом внутри было отвратительно пусто, но придется постараться хотя бы ради мечты. Ради другой жизни. Шуга слабо верил, но надеялся, ведь это единственное, что остается. Поэтому утром принял таблетки для похудения. Он редко ими пользовался, но это был крайний случай. Мин боялся, что живот скрутит, но плевать, Юнги выдержит всё, как обычно, сквозь стиснутые зубы. После он поехал в университет. В голове до сих пор вертелся отказ Чимина стать друзьями. Обидно скорее на самого себя за своё поведение. После первых двух пар, которые прошли без Чонгука, что странно, ведь он никогда не пропускал, Шуга вышел за ворота, чтобы покурить. Сизый дым сливался с его настроением, ничего не хотелось, кроме еды и Чимина рядом. Сейчас должна была начаться потоковая пара, похоже, первая у малыша, так как до этого Мин не видел его в универе. Паршиво было то, что ему стал написывать Ёниль. Мин бы не прочь с ним развлечься, но на душе кошки скребли, потому что всё больше хотелось представлять вместо Ёниля Чимина, а вместо красных кричащих волос блондинистую макушку. Если эта неделя будет совсем невыносимой, то тогда он сдержит свои слова, взяв Ёниля с собой в Пекин, чтобы убить горе в жестком пустом сексе. Стоило вспомнить про Чимина, как белая макушка вынырнула из-за поворота. Пак выглядел обычным-ни улыбался и не грустил. Обыденно шёл в университет, чуть пружинистой походкой, постоянно смахивая с глаз волосы. Он выглядел необыкновенно красиво в темно-синей куртке. Особенно взор Мина привлекли золотистые звёзды. Юнги давно не любовался на звезды, хотелось бы разделить это мгновение с Паком. Юнги окончательно понял, что влюбился, увидев улыбку Чимина, когда рядом прошла семейная пара с большой пушистой собакой, что полизала такие маленькие и тепло любимые ручки Чимина. Мин выкинул окурок и хотел подойти к Паку, но увидел, как к университету подъехал мотоцикл. С него слез Чонгук и помог спуститься Тэ, после он снял с него шлем, а тот с призрачной улыбкой поблагодарил его. Они шли медленно, Чонгук чуть придерживал Тэ за локоть, так как спина у того сильно болела, жуткие гематомы уже расцвели, скрытые под одеждой. Чимин тоже заметил их, и оба героя двинулись к мотоциклу, встречаясь с побитыми лицами. Сказать, что они были в шоке, ничего не сказать, скорее охуевали от происходящего. Чимин сразу кинулся в объятья Кима, очень бережно поглаживая его по спине, боясь сделать больно. Тот с радостью принял и снова заплакал, скорее от чувства вины, что опять заставил волноваться близких людей. Юнги осмотрел лица побитых и сжал челюсти, подавляя злость. Он не хотел пугать Тэ снова своими криками, скорее ему нужны были ответы. Он прикоснулся к разбитой губе Тэхёна и положил руку на плечо Чонгука, как бы поддерживая их обоих и сочувствуя им. -Что случилось? Чимин и Юнги сильно волновались за друзей. Их состояние очень заботило обоих. Пак выпустил Кима из объятий. Тэ попросил Чонгука его отпустить, а сам подошел к Юнги. -Прости меня… Юнги…-жалостливо произнес он, и слезы вновь прочертили дорожки на щеках. Чимин был готов расплакаться от этой сцены. Чонгук наблюдал, а сердце стучало как молот. -За что ты извиняешься, котенок? -спросил Юнги, искренне улыбнувшись и стерев дорожки слез. -Я всегда всех подвожу, заставляю людей волноваться за меня. Я такой идиот, -он уткнулся в грудь Мина и громко разрыдался. К нему сразу же прижался Чимин, заплакав следом. Чонгук отвёл взгляд, чтобы не видеть такие больные для его сердца слезы Тэхёна. Его маленького, которого он так легко отпустил. Мин стал утешать его, поглаживая и целуя все раны на лице Тэхёна словно мог исцелить каждую царапинку, на которую Киму было плевать, его мучили больше душевные терзания. Они отошли в укромное местечко подальше от назойливых взглядов и шепчущихся ртов. Присели в том самом скверике около универа. Тэхён не мог ничего рассказывать, он лежал на плече Чимина и тихо вздыхал. Ким был тем самым человеком, которого оберегали все здесь, хотели оградить от опасностей жизни. Но трудно оградить человека, который сам ищет опасности неосознанно. Чонгук всё рассказал. Опустил моменты, касающихся их чувств друг к другу, а так все. Про его жизнь, банду, ограбления, операцию, глупый героический поступок Тэхёна. Закончил рассказ Чон обещанием, что больше не причинит тому боль и оградит от такой жизни. Юнги поддерживал это решение. Чонгук хоть и занимался благородным делом, но небезопасно было находиться с ним в близком контакте. Если Юнги мыслил рационально, но Пак расстроился. За чувства Тэхёна. Логично, что ему плохо. Его отверг человек, который нравится. Чимин держал его руки, поглаживая, чтобы тот успокоился. Вначале Ким плакал, но вскоре затих и негромко всхлипывал. Он всё понимал, но было ужасное чувство, будто потерял самое ценное. В итоге, всей гурьбой они отправились на лекцию. Но никто не записывал ничего, так как каждый витал в своих мыслях. Они были рядом, но одновременно далеко друг от друга. Герои даже не замечали обращенные на них любопытные взоры. Они были слишком поглощены своими проблемами. Но после лекции друзья вышли из сумрака и отправились каждый на свои пары. Юнги и Чонгук должны были сегодня показать первую часть проекта про дом Чимина, вторую должен был сдать за них Чон. Парни хотели запечатлеть красочную жизнь бедного района Чонгука на фестивале в честь основания района вечером в пятницу. После Юнги должен улететь в Пекин, а Чон доделает работу. Пак ушёл отрабатывать свой танец. А Тэхён поплелся репетировать спектакль и получать нагоняи от препода. Хотелось спать и унять ноющую боль в теле. Хоть Чон и отговаривал его бросить спектакль и позаботиться о себе, Ким был категорически против, так как только он будет играть Ромео и покажет лучшую игру. Легче играть любовь, чем испытывать её. Репутация Чимина поменялась в худшую сторону. Сначала он ничего не замечал, так как сильно увлекся подготовкой и отработкой одного движения, которое совсем не получалось. Но в перерывах, Пак замечал странные взгляды и перешептывания. Будто все хотели тыкнуть в него пальцем. Идя в столовую, Чимин услышал кинутые ему вслед фразочки: «Что с ним не так, раз сам Мин Юнги его выбросил…», «использованная игрушка», «может Мину надело его трахать, и он избавился от него?». Презрительные взгляды цепляли его. Те однокурсники, что ещё разговаривали с ним, когда Чимин был игрушкой, сейчас уже окончательно отвернулись от него. Мин Юнги в очередной раз испортил ему жизнь. Лучше бы он навсегда остался его игрушкой. Сейчас был бы защищен от насмешек и подколов. В столовой ему подставили подножку, но он чудом не упал и поплёлся к столику «королей» скорее на автомате. Пак сел рядом с Тэ, который медленно поедал капусту и рассматривал узоры на салфетках. Вскоре пришёл Юнги с бутылкой воды и Чонгук с парой сэндвичей. Пак по привычке хотел спросить Мина о том, что ему принести, но прикусил язык. Видимо, Юнги сам не хотел ничего брать, так как пил только воду. Смешки в сторону Чимина сразу же прекратились, так как пришёл Юнги, и никто не позволял выражаться о Паке как о выброшенной игрушке. Были свежи воспоминания инцидента в столовой. За этим столом царило гробовое молчание, лишь Тэ и Чим перекидывались незначительными фразочками, чтобы притвориться, что здесь царит жизнь. К столику пытались подойти фанаты «королей», но быстро осознав их настроение, они поспешили удалиться. Вскоре и столик опустел, каждый из парней покидал его, возвращаясь к обыденной жизни. Настроение скатилось в тёмную пропасть. Чимин и Тэхен решили прогуляться оставшееся время, чтобы сбежать из душной давящей атмосферы. Ким с трудом, но двигался. Обезбол помогал не думать о синяках, что расползались по телу как ядовитые лужи. Только они двинулись к выходу, как кто-то толкнул их сзади, и они упали на пол, вовремя выкинув руки вперед. Пак больше испугался не за себя, а за Тэ, который держался за бок и охал. -Смотрите, похоже не только игрушка никому не нужна, но и Тэхён? -спросил кто-то из подошедших парней и парочки девушек, -кто тебя так? Неужели Чимин заразил неудачливостью? -толпа рассмеялась. Они были как гиены, почуявшие слабость других. Герои не хотели ввязываться, поэтому проигнорировали. Чим помог Тэ подняться, и они поплелись на выход. Ким подарил им пару гневных взглядов, на что те лишь пуще рассмеялись и вдогонку бросили несколько грязных словечек. Уже на улице герои случайно столкнулись с заместителем декана. Друзья поздоровались и попытались обойти её, чтобы тихо отдохнуть на скамейке, но женщина задержала их. -Пак Чимин, верно? Он кивнул. -Чимин, я знаю, ты общаешься с Юнги, может, поможешь ему с подготовкой праздника? Хотя бы пару деньков? У нас большой фронт работ и категорически не хватает людей. Помоги хотя бы с уборкой зала и потолочными украшениями. Потом будешь свободен. За это могу освободить от завтрашних пар, ну что? Как думаешь? Пак понимал, что это не просьба. Но если он завтра быстро справится, но сможет побольше порепетировать. -Хорошо, когда приходить? -Сегодня помоги с уборкой, а завтра к 9 украшать. Чимин не ожидал такой подставы, так как следующие две пары он будет активно тренироваться и сил будет разве что на то, чтобы дойти до дома и упасть на кровать. Но ему пришлось согласиться. Заместитель хотела привлечь и Тэхёна, но увидев его состояние, отправила скорее отлеживаться. Ким подбодрил его, но Чимину это слабо помогло. Пары у Пака прошли тяжело. Он долго и упорно тренировался в зале, снова и снова повторял свой танец. Его бесило, что в конце Пак не мог выполнить одну поддержку, которую ему показал хореограф и сказал вставить в номер. Не получалось и всё. Чимин понимал, что времени оставалось мало, поэтому завтра, если он так и не сможет разобраться, то пойдёт к преподу за помощью. А сейчас Чимин, кое-как перебирая ногами, пошел в сторону актового зала, где трудился Юнги и его команда. После пар вечером никого не осталось. Но зал и сцена уже были вымыты, столики расставлены, а коробки с украшениями ждали своего часа. Чимин помотал головой, ища Шугу. Может, они все ушли? Конечно, Пак пришёл поздно, но раз согласился, следовало помочь. -Юнги! -крикнул Пак, разнося слова эхом по залу. -Я здесь! -послышался отдаленный гул где-то за сценой. Чимин отправился туда, проходя мимо рядов протёртых кресел. Зайдя за сцену, он увидел настежь открытую дверь, придерживаемую одной коробкой. Там было темно, но слышалось слабое копошение. Университет будто вымер, стало не по себе. Чимин всё же набрался смелости и заглянул в подсобку. За стеллажами виднелся отблеск снующего туда-сюда фонарика. -Шуга? -М? -Это Чимин. Меня попросили тебе помочь. А почему ты свет не включаешь? -Пак увидел поблёскивающую веревочку и дернул за неё. Лампа зажглась и резко лопнула, пугая Пака. Тот отпрыгнул к двери и снёс ногами коробку. Сердце ускорило свой темп раза в три. -Не стоило, эта лампочка уже давно потеряла свой функционал, они перестали её менять. Что-то с проводкой. Заходи и помоги мне в поисках. Чимин зашёл внутрь. А за ним тихонько прикрылась дверь, стало ещё темнее. Пак на ощупь пытался пройти, руками изредка смахивая предметы. Когда Мин обернулся и посветил в сторону, то увидел лежащего Пака, звездой распластавшегося на полу. -Ох, блять…-он положил телефон на полку и помог Чимину подняться. Тот потер ногу и неловко улыбнулся, -не ушибся? -Нет, всё нормально. Что ищешь? -Блондинчик, помоги мне найти ебаную тряпку. Нужно протереть пыль и повесить шторы, которые уже постирали. Пак немедля принялся помогать искать. Спустя десять минут в хламе, который никто давно не систематизировал, они нашли тряпку и достали небольшой утюг, чтобы прогладить шторы. Мин и Пак двинулись к двери, и Чимин, взявшись за ручку, дернул, но она не поддалась. Он подергал ещё несколько раз, но тщетно. -Не понимаю, я не закрывал. Шуга положил вещи на пол. -А коробка, которая стояла у входа, где? -Я…случайно пнул её ногой, наверное, она отлетела, -виновато проговорил Пак и повернулся к Шуге. -Мне говорили, что эта дверь захлопывается и изнутри будет невозможно её открыть. Пак…что ты наделал, -Мин ушёл куда-то вглубь комнаты, а Чимин приложил ещё усилия, чтобы попробовать открыть дверь. Ничего не получалось. -Прости меня, прости, пожалуйста, -Чимин пошёл по направлению к свету и подошел к Мину, -Юнги, я…-но Пак осёкся на полу слове, заметив странное поведение модели. Он стал ходить из стороны в сторону, явно нервничая, кусая губы и перебирая пальцы. -Что-то здесь душновато, -он расстегнул ещё одну пуговицу на рубашке и присел на пол. Его глаза бегали, а на губах стала выступать кровь. -Юнги? -Пак присел рядом с ним и заметил капельки слез, поблескивающие в уголках глаз, -что такое? -Чимин, -застонал Мин, резко вцепившись в футболку и напугав Пака, -открой дверь, пожалуйста, -его вдохи стали рваные, а руки все сильнее сжимали футболку. -Я не могу, не получается. Юнги, что с тобой? -Пак не на шутку заволновался за состояние Мина. Он впервые видел его таким беспомощным и пугливым. -Я не могу… Чимин…кажется я задыхаюсь, -Юнги отпустил Пака и стал вертеться, хватаясь за грудь и пытаясь дышать. Ему было страшно. Ничего не выходило. Разум покидал его, оставляя место сумасшедшей больной панике. Не хотелось ощущать это снова. Кода за закрытой дверью снова в темноте. И также было голодно, как сейчас. Но тогда больнее. Чимин понял, что Юнги словил паничку. Следовало что-то делать. Он взял Мина за руки и попытался расслабить его. -Давай вместе дышать, вдох, выдох, -Мин послушался, так как Пак Чимин был единственным маячком света, который мог вывести его из тьмы. Пак Чимин- чистая душа, что никогда не обидит и всегда позаботится. Тот ангел, чья поддержка была бесценна для Мина, так как Пак Чимин смог быстренько пролезть крохотными ручками в самое сердце и не хотел вылезать. Они дышали глубоко, но это не помогало, поэтому Шуга стал беситься ещё больше. Тогда Чимин, недолго думая, обнял его за шею и прижался к телу. Тот обвил руками его талию и крепко прижал к себе. Чимин знал, что Юнги нужно ощущать кого-то рядом, чтобы чувствовать, что он не один. -Всё будет хорошо, закрой глазки. Мин закрыл и сильнее прижался к Паку, уже поливая слезы на его спину. С этими слезами постепенно уходил страх. -Ни за что не отпускай меня и слушай мой голос. «Как же приятно чувствовать этот цветочный аромат, который успокоит и подарит сил. Я справлюсь, если буду слушать Чимина». Рядом с Юнги, как всегда, было тепло. Когда он так жался, не хотелось отпускать его никуда. Хотелось дарить поддержку и знать, что Юнги хорошо. -Чего ты боишься? -Боюсь закрытых дверей. Даже в свою комнату дверь не закрываю. Мне страшно, Чимин, -он редко признавался в своих страхах, глубоко похоронив их под несколькими масками. Но рядом с Чимином хотелось быть собой, уж точно не Шугой, что делал Паку больно. Мин знал, что Чимин никогда ни за что не осудит и сохранит все тайны и страхи. Юнги тихо заскулил, а Пак понял, что не стоит продолжать разговор. -Забудь всё плохое. Представь, что ты не в закрытой комнате, а просто в обычной комнате. Мы можем отсюда выйти, но нам это пока не надо, мы ведь обнимаемся, так? -Д-да, -Мин всхлипнул и руками вытер слезы. -Зачем нам куда-то уходить, мы же пришил сюда пообниматься специально, чтобы никто не видел, да? -Да, -выдохнул Юнги, щекоча Пака за ушком и делая ему приятное. Тот чуть смутился, но продолжил. -Юнги, рад, что ты дал мне право так тебя называть, правда. У тебя очень красивое имя. Ты будешь счастлив, я уверен. Твоя мечта точно сбудется, только не губи себя так сильно… «Поздно». -У тебя всё получится. Веришь мне? -Верю, блондинчик, -улыбнулся Мин, чувствуя, что сердце успокаивается. Он вообще не смотрел на дверь, чтобы не пугать себя, полностью сосредоточив внимание на Паке, на его крохотных, но согревающих ручках, на его трепетных поглаживаниях и легком дыхании на щеке. Пока Шуга утопал в объятьях блондина, Чимин написал смс Чонгуку о том, чтобы тот открыл их. Пак не знал, как долго он может так отвлекать Юнги и что делать, если приступ повторится. Чон написал, что приедет через 10 минут, это обнадеживало. Мин расслабился и даже стал немного наглеть. Он начал целовать щеку Пака, потом спустился к скуле, оставляя влажный чмок, а спустя минуту зарылся носом в шею, упиваясь ароматом кожи и оставляя ощутимые поцелуи. Пак совсем растерялся и не знал, как реагировать на это. Значит то, что говорил Тэ, правда? Мин Юнги влюбился в него? Сначала использовал, а потом полюбил? Или это всё наваждение, ведь вряд ли ему нужен жалкий паренек на побегушках Пак Чимин. Блондин пока не разобрался в этом и своих чувствах, но вся ситуация заставляла щеки гореть. Юнги приблизился к Чимину, едва не касаясь его губ. -Спасибо, что ты сейчас со мной и успокоил меня, ты же никому не скажешь? -Конечно, нет. Я понимаю, -нашёл слова Пак, так как больше трезво думать не мог. Оставшуюся часть времени, пока их не открыл Чонгук, Мин сидел рядом с Чимином, сжимая его и окончательно приходя в норму. После того как они вышли, Юнги сказал, что всё доделает завтра и быстро ушёл из универа, доставая по пути сигареты. Чонгук подвёз Чимина до дома и уехал в бар. А Чимин так и не смог уснуть сегодня, постоянно ворочаясь и думая об одном человеке. С утра следующего дня Чимину не давали покоя мысли о Шуге. О том, что случилось в подсобке вчера. Он так жался к нему, а потом вдруг начал целовать. Было волнительно и приятно. Но почему же Юнги так себя ведет, если они с Чимином решили больше не общаться? Пак начал сомневаться в своём решении. Что-то внутри отдавалось на прикосновения Мина. Сам Пак ещё никак не мог разобраться. И окончательно запутаться ему помог То Гису, неожиданно встретивший его около дома Чимина с двумя стаканчиками кофе. Он клятвенно заверил, что там нет шоколада, и ещё раз извинился за свой промах. Чимин его, конечно же, не винил, так как это была случайность. Они решили пройтись до университета пешком, потому что погода стояла солнечная. Паку было тепло в новой куртке, поэтому он с радостью согласился прогуляться с Гису. Тот рассказывал, что они готовят свой номер для выступления в пятницу. Будут ставить несколько небольших сценок. Чимин был рад, что старшекурсники учатся в другом корпусе и редко заходят в их, поэтому Гису даже не подозревал об ужасной репутации Пака, которую он получил из-за того, что Шуга его отпустил. Он относился к нему как обычно. Но вскоре стало всё необычно, когда допив кофе, они завернули за угол, где Гису приблизился к Чимину, чуть придавив его к стене, и вовлек в более настойчивый по сравнению с первым разом развязный поцелуй. Он изучил все десна Чимина, а в конце пососал нижнюю губу Пака, что была слаще любого фрукта. Блондин не сказал, что опешил, но было неожиданно и довольно приятно. Пак понимал, что тот хочет двигаться дальше, но сам Чимин не знал, хочет ли этого. Первые мысли после поцелуя были: «Гису целует более грубо, чем Юнги». -Я постоянно думаю о тебе, сладкий, -То завёл выбившиеся пряди Чимина за ухо, -мы не так давно знакомы, но ты бы хотел попробовать? -Я…не…-Чимин растерялся, так как понял, о чем говорит парень. -Пожалуйста. Дай мне шанс, -он приподнял его подбородок, чтобы Чимин посмотрел ему в глаза, -я бы хотел с тобой встречаться, соглашайся, прошу, -он провёл язычком по щеке Пака, вызывая у блондина мурашки. То Гису мягко обнял его за талию и чуть прижал к себе, оставляя всё меньше расстояния между их телами. После этого Чимин окончательно перестал думать. Гису был добрым и отзывчивым парнем, который действительно влюбился в настоящего Чимина. Возможно, с ним он обретет своё счастье. С Юнги было сложно. Хоть он и вызывал ноющие внизу живота чувства и сильный жар, но всё закончилось, и вряд ли должно было продолжиться. Поэтому Пак больше не медлив и обхватив руками его шею, сказал с улыбкой: -Я согласен. Обещай сделать меня счастливым. -Обещаю, сладкий, -их губы снова встретились, Гису окончательно вскружил голову и заставил утопиться Пак Чимина. После этого сияющий Чимин двинулся к корпусу. Попрощавшись со своим новым парнем, он двинулся в сторону актового зала, чтобы закончить с украшениями и порепетировать танец. Нужно было срочно отработать то самое движение, которое не получалось, чтобы всё было идеально. В актовом зале в 9 утра уже вовсю работали. Расставляли мебель, украшали доски с фотографиями студентов, готовили декорации для спектаклей. Чимин двинулся сразу к коробкам, где лежали украшения и стояли Чонгук и Юнги, что-то обсуждая. -Доброе утро, -поприветствовал их Чимин, широко улыбаясь. -Доброе, -кивнул Чонгук. -Ага, -бросил Мин даже не отрываясь от листочка. -Юнги, как ты себя чувствуешь, всё хорошо? -спросил Пак, так как до сих пор волновался за состояние Мина. -Нормально, -сухо отозвался тот, отмечая ручкой пункты плана, которые они уже успели совершить, -лучше называй меня Шугой, -не поднимая глаз сказал Юнги, -и иди работай, а то только глаза мозолишь, Пак, -Мин развернулся и направился к кучке бездельников, которых стал мигом сгонять на работу. -Но…-Чимин даже не успел договорить, как Шуга его покинул. Блондин не понимал, что произошло за одно утро. Было обидно. -Не расстраивайся, -попытался подбодрить его Чонгук, видя поникшего парня, -давай я буду протирать золотистые звёзды, а ты вешать. После можешь идти, ладно? -Чимин никак не среагировал, тогда Чон повторил ещё раз и похлопал по плечу, привлекая внимание. Пак согласился, и они пошли развешивать украшения. Чонгук принёс стремянку и поставил её на середине сцены. Именно под потолком должны были висеть звёзды, сверкая в лучах софитов. Чон попросил одного из помощников придерживать лестницу, так как та была немного неустойчива, а сам принялся протирать звёзды. Пока Чонгук был занят, Пак посматривал на Юнги. Тот был зол, постоянно срываясь на своих помощников, матерясь и пугая своим излишне агрессивным поведением и гневным взглядом. Чимин не понимал, что стряслось, ведь ещё вчера тот нежно целовал его шею, а сегодня уже люто ненавидел. Закончив с протиранием нескольких звёзд, он отправился к другой коробке, где лежали остальные. По пути ему пришло смс от Тэхёна со словами, что ему уже лучше, синяки постепенно заживают и спать не так больно. Чон был рад, что парень выздоравливает. Поскорее бы он забыл о боли и Чонгуке. Чимин попросил держать крепко, так как немного побаивался высоты. Он даже сделал попытку отдать это дело кому-то другому, но никто не хотел лезть на высоту и развешивать. Рискованно. Паку ничего не оставалось, как взять смелость и несколько звёзд в кулак, и залезть на вершину прямо под облака актового зала. Всё проходило хорошо, и Чимин даже приловчился. Вскоре небо всё больше и больше украшали звёзды, россыпью раскинувшиеся под потолком. За два часа он развесил почти все. Взяв последние пять звёзд, Пак уже с легкостью забрался на вершину и стал привязывать их к железным конструкциям сверху. Чимин был рад поскорее уйти танцевать, чтобы больше не находиться в напряженной атмосфере гонящего всех цербера Юнги. Но стало жутко страшно, когда лестница затряслась под ногами. -Держите, п-пожалуйста, -сказал Чимин, но его никто не услышал. Тогда Пак взглянул вниз, чтобы понять, в чем дело. Внизу никого не было. Стоявший всё это время помощник, державший его лестницу, испарился. Пак помотал головой в надежде на спасение, но никого не нашёл, кроме парочки человек за сценой. Чимин мельком глянул на часы в зале. Было время обеда. Похоже, все разошлись и забыли о нём. Тогда Пак, пытаясь успокоить дрожь в ногах, стал медленно спускаться. Но с каждым шагом лестница все сильнее тряслась, а вскоре начала разъезжаться. Чимин стал быстро двигать ногами, топая вниз, но на середине пути лестница окончательно разъехалась, падая и забирая Пака вместе с собой. Он закричал, а потом спину пронзила боль. Чимин упал прямо на железные ступеньки, не сильно, но неприятно ударяясь. Громкий шум, а потом крик заметили стоявшие в углу Чонгук и Юнги, обсуждавшие одежду на выход. Увидев упавшего Чимина, они мигом подбежали к нему, помогая подняться. -Ты как? -спросил Чонгук, когда поднявшись, Пак начал показывать на спину, -ушибся сильно? Чимин замотал головой, говоря, что несильно ударился, но всё равно больновато. Будет большой ушиб. На глаза выступили слезы, сердце билось как ненормальное. Он попытался сделать шаг, но чуть не свалился, так как ноги до сих пор тряслись от страха. Юнги поймал его и утянул в объятья. -Малыш, испугался, наверное? Господи, почему ты такой неуклюжий ребенок, -Пак крепко прижался к Мину, ища поддержки в полюбившемся аромате и теплых обхватывающих его хрупкое тело руках. Юнги зарылся носом в белые волосы и стал медленно поглаживать больное место, приговаривая, что всё пройдёт. -Юнги, -плакал Пак, поливая слезами его рубашку. Когда что-то случалось, первая мысль всегда была прибежать к Мину за помощью и успокоением. Но всё изменилось вмиг. Шуга вдруг резко оттолкнул от себя Чимина, сразу же меняясь в лице. От него веяло холодом, а взгляд стал суровым. Если бы Чонгук не придержал Пака, тот бы точно свалился. -Лучше иди поплачься своему новому парню. То Гису, да? -Откуда ты… -Заметил вас утром целующимися. Ты был не против сосаться с ним, даже обнял его. -Это правда? -спросил Чонгук удивленным голосом. Было неожиданно, ведь он думал, что Юнги и Чимин сойдутся. Хотя Гису был настойчив и добился своего. -Да, он мой новый парень, -Чимин вырвался из рук Чонгука и подошел поближе к Мину, прожигающего его взглядом зеленых глаз. Ему порядком надоело терпеть на себе двоякое отношение Юнги. То ненавидит, то любит, — а что? Я сказал тебе ещё тогда, что мы не будем друзьями. Что не так-то? -Всё так. Ничего не было и не будет. Ты больше не моя игрушка и волен спать с кем хочешь, -говорил Мин, но глаза выражали совсем другое. Он быстро спрятал пробежавшую в них тоску. -Я устал, Шуга, -выдохнул Чимин, -устал от твоего отношения ко мне. Я хочу быть счастливым и уверен, что Гису даст мне это. Ты сам запутался в себе, определись же ты, что хочешь на самом деле, -первый раз Чимин не боясь смотрел ему в глаза, не боясь грубости в свой адрес и криков. Просто хотелось расставить все точки над «и», чтобы больше не мучиться. И так жизнь сложная штука, да к и Юнги всё усложняет ещё больше. -Ты мне никто и не нужен мне, ясно? Я просто пользовался тобой как игрушкой, было весело, но сейчас всё закончилось. А то, что было вчера, просто нехватка кислорода. Трахайся с кем хочешь. Дальше попользованной игрушки Мин Юнги у тебя всё равно не выйдет уйти, -Мин заметил, что новые слезы скатились по щекам блондина. Он понимал, что сделал тому больно, сделал больно крохотному существу, не заслуживающего этого. Снова. Неудивительно. Надо забыться, чтобы перестать что-либо чувствовать. Забыться в работе. Мин Юнги больше не взглянул на Пака и ушёл из зала. Чимин проводил его взглядом и вздрогнул, когда дверь резко хлопнула. Всё ясно. Всё было ложью. Пак надумал себе, что у Юнги есть чувства к нему, но всё было мраком. Для него он так и остался никчемной игрушкой. Пора всё забыть и вычеркнуть Мин Юнги из своей жизни. Давно пора было. Не успел Чимин уйти, как угодил в теплые объятья Чонгука, который стал поглаживать его по голове и тихо утешать. -Всё пройдёт, солнышко. И физическая, и душевная боль. Забудь уже Юнги. Он слишком запутался в себе. Я и Тэхён попробуем ему помочь, но тебе не нужно его ждать. Ты слишком настрадался из-за него. Если Гису вызывает доверие, -Чонгук на это надеялся, наделся, что слухи врут, -то будь с ним. Поверь, ты достоин счастья. Всё будет хорошо, -Чон держал Пака до того момента, пока тот не затих и не расслабился. Позже, удостоверившись, что он более-менее в порядке, отпустил его по своим делам, сказав, что всё доделает сам. Чимин был ему благодарен и ушёл на репетиции, чтобы больше не думать о Мин Юнги и словах. Растоптал душу. *** Когда ситуация успокоилась и Чонгук всё доделал, он думал уже пойти на пару, но ноги сами повели его в небольшой зал, где проходили репетиции, пока сцену украшали. Там было много людей, репетирующих свои номера, поэтому Чон легко скрылся за большим шкафом и присел на стул. Отсюда был виден весь зал, а особенно репетирующего с несколькими студентами Тэхёна. Чон и сам не знал, зачем пришел. Просто удостовериться, что с Тэ всё в порядке, что ему не так сильно больно. Несмотря на эту слабость, которую Чон сегодня себе позволил, он не отступится от своих слов. А понаблюдать можно. Тэхён репетировал сцену с мечом. Он делал резкие, но изящные выпады словно родился для фехтования. Было красиво. Его движения были отточенными и плавными. Ким будто кружился в известном ему одному танце. Чонгуку ещё интереснее было взглянуть на него в костюме, но это он увидит в пятницу на спектакле. Спустя час многие уже ушли на перерыв, и зал опустел. Тэхён плюхнулся на пол, достал что-то из сумки и принял вместе с водой, жадно глотая из бутылки. Чон не заметил, что он принял, но похоже обезбол. Ким потянулся, чуть жмурившись, видимо от боли, и принялся повторять текст. Через несколько минут к нему подошли пара девушек. Похоже, первокурсницы. Чонгука они не заметили и целенаправленно направились к Тэхёну, что разминал шею и параллельно читал. Чон узнал их. Они были в числе фанатов Юнги и часто ошивались рядом. -Ким Тэхён? -спросила одна из девушек, привлекая внимание парня к себе. -Да. -Не знаешь, где Мин Юнги? Весь день его не видели, нам он очень нужен. Хотим, чтобы оппа сел с нами в пятницу на празднике. -Он украшал зал, но, наверное, -Тэ посмотрел на время и прикинул, — уже закончил. Не знаю, -устало выдохнул Ким и вернулся к чтению. -Ты же его лучший друг, неужели не знаешь? -девушки были не довольны его ответом, видимо, Ким навигатор, показывающий на Юнги. -Уйдите, я не знаю, мне нужно репетировать, лучше оставьте его в покое, он всё равно не будет с каждой из вас. Если когда-нибудь у него будут серьезные отношения, то с парнем. Вам не светит. На эти слова они разозлились ещё сильнее и одна из девушек пнула листы с текстом, попадая Киму по руке. Тот застонал и потер руку, вскинув на этих бесячих фанаток гневный взор. -Юнги ценит нас. А ты после дружбы с Чимином тоже будешь никому не нужен. Тобой, похоже, тоже кто-то попользовался и разукрасил твою мордашку. Неудивительно, с кем поведёшься, -рассмеялась одна, показав пальцем на изувеченное синяками лицо Кима, -до встречи чья-то игрушка, -они проводили его насмешливым взглядом и ушли на поиски своего кумира. -Ага, как же ценит, -вздохнул Тэхён, подбирая разлетевшиеся листки. Обидно, что к ним с Чимином стали обращаться как к отбросам. Они же ничего не сделали, зачем так поступать? Чонгук с сочувствием глянул на Тэ и тихонько вышел из зала. Он решил всё так не оставлять и написал смс Юнги, чтобы встретиться. Репутация Тэхёна и Чимина могла выйти им боком. Но уже началась пара, поэтому Чонгук решил поговорить после. Странно было то, что на паре не было самого Юнги, хотя сегодня одни должны были сдать теоретическую часть проекта. Пришлось одному отдуваться. Чонгук вернулся к телефону, пока выступали другие. Мин написал ему, что ждет в библиотеке. Чон не знал причины прогула, но выяснит это после. Пара закончилась почти в пять вечера. Университет быстро покинули студенты, так как никто не хотел задерживаться здесь дольше обычного. Чон сразу же направился в библиотеку. Он пошёл в дальнюю часть зала, где чаще всего проводил время Мин, прячась от фанаток. Чонгук увидел сидящего на кресле Юнги. Он был болезненно бледен, выступили синяки под глазами. Ещё утром Мин выглядел более-менее бодро, только иногда жаловался на боли в животе. Сейчас стало только хуже. Чон подошёл к нему и негромко окликнул, заставив того разлепить глаза и бросить усталый взор на него. -Чонгук, можешь мне помочь…я плохо себя чувствую, проводи меня, пожалуйста…-Мин старался никогда никого не просить о помощи, чтобы не выглядеть слабым, но голова жутко кружилась, а ноги совсем ослабли. Было страшно просто не дойти. Чонгук без лишних слов перекинул руку Мина через своё плечо и медленно повёл Шугу к выходу. -Когда ты последний раз ел? -предположил Чонгук, так как Тэхён упоминал, что сейчас Юнги опять на диете. Трудно было не заметить, когда Чон наваливал себе мясо и курочки, а Мин таскался с пластиковой бутылкой воды. -Утром, -не стал скрывать Мин, нет смысла уже. И так хреново. -Почему тогда тебе так плохо? -удивился Чон. -Со вчерашнего утра. -Ебать ты даёшь…-но его сразу перебил Юнги. -Не говори Тэхену, он меня живьем съест. -Мы как бы с ним не общаемся, так что не расскажу, а теперь аккуратнее, -Чон протолкнул Мина вперед через проход, а после прошел сам, далее они осторожно спустились по лестнице и направились на выход. По пути Чон прислонил Шугу к стене и набросил на него куртку. Тот покорно просунул руки в рукава и застегнул её. Далее они продолжили свой маршрут к выходу. Сумерки уже спустились на город. Герои медленно топали по промерзшему асфальту прямо к машине Юнги. -Я и не знал, что смогу с кем подружиться помимо Тэхёна, ты крутой, хоть и пугающий слегка, -Мин говорил искренне, что порадовало Чонгука. Он на это лишь усмехнулся и повёл голодающего дальше. Своих людей никогда не бросит. Теперь Юнги, хоть и не состоит в банде, но свой. -Зачем ты так поступаешь с Чимином? -решился спросить Чонгук. В этот момент ноги Мина окончательно его подвели, и он упал на асфальт, но Чонгук вовремя его подхватил, чтобы он не сильно ударился. -Блять…самой глупой мыслью было сделать его игрушкой. После я пытался всё исправить, но Чимин не дал мне шанса, мне понравился этот малыш, а теперь он ласкает губы То Гису, а не мои, -руки Мина стали всё больше слабеть и тянуть Чона вниз, — знаешь…я…-глаза Юнги медленно закрылись, а сам он отключился. Голодный обморок. Чонгук выругался и, взяв Мина на руки, потащил в машину. Так как Шуга не успел назвать ему свой адрес, а добудиться сейчас не было возможности, Чонгук повёз его к себе. *** Взмахи руками будто крыльями. Легкие скользящие кружения, плавные, скрытые за невесомой тканью, изгибы тела. Ощущение полета и необыкновенной силы. Силы воли, что толкала доводить каждое движение до идеала и изящества. В этом маленьком зеркальном зале делал попытки взлететь танцор, что довёл свои ноги до мозолей, а руки до шрамов. В этом зале он пытался вырваться из обыденности, тяжелых мыслей и боли, вырваться навстречу своему внутреннему «я», немного покалеченному, но стремящемуся к свободе и признанию. Чимин здесь сочинял свою историю. Волшебство начиналось от кончиков его пальцев до белых пушистых волос. Именно через него люди могли прочитать свою историю о трудном жизненном пути и поисках счастья. Но достигнет ли Пак Чимин счастья-это было неизвестно блондинистому танцору, стирающему ноги в захватывающих телодвижениях. Близился конец танца. Чимин сделал последний рывок, чтобы ощутить, наконец, вкус счастья. Но в очередной раз случилось ужасное-он опустился и больно упал. Это движение мешало ему нормально дышать. Именно в конце Пак хотел возвыситься к небесам и аккуратно приземлиться на колени, но каждый раз что-то проходило не так, и он больно падал. Ему даже хореограф показывал, как нужно сделать, но всё тщетно. Чимин не хотел сдаваться и тренировался как проклятый, но каждый раз последний рывок кончался проигрышем. Оступившись и упав, Пак спрятал голову в коленях и заплакал. Он не хотел сдаваться, но придется. Придется поменять движение, хотя это не очень одобрял учитель, так как эффектнее последнего движения преподаватель не знал. Чимин должен был выступать последним и завершить, таким образом, весь праздник. Наплакавшись, Пак мельком глянул на время. 19:00. Следовало уходить, чтобы отдохнуть и расслабиться. Ноги уже отказывали. Чимин кое-как поднялся и засеменил на выход. Ступать было адски больно, Пак поскуливал, но всё же шёл к двери. Он молодец. Потрудился сегодня. Неважно, сможет ли завтра нормально ходить. Ведь Пак всё равно будет тренироваться. Нельзя ничего добиться, если не жертвуешь чем-то. В данном случае ногами и временем. Натянув куртку, взяв вещи и попрощавшись с несколькими такими же упертыми студентами, которые, кстати, проигнорировали его прощание, Чимин выкатился на улицу. Свежий воздух приятно охладил его. Пак вытер слезы и двинулся к автобусной остановке. Сегодня Гису ушёл пораньше, чтобы поужинать с семьей, но напоследок поцеловал в губы завораживающим поцелуем. Не было ничего прекраснее этого. То, что у Пака снова появился парень, грело ему душу. В этих отношения он будет стараться. Завтра же подарит ему что-нибудь, чтобы просто порадовать. Гису точно оценит. Внутри плескалось мерзкое чувство. Сегодня было слишком больно. Смотря на проезжающие мимо машины через автобусное секло, невольно вспоминались слова Юнги: «Дальше попользованной игрушки Мин Юнги у тебя всё равно не выйдет уйти». Пак не хотел в это верить. Судьба давала ему шанс с Гису, и он не должен его проебать. Чимин сможет вырваться, отойти от этого статуса, снова быть самим собой. То Гису уже влюбился в настоящего Пака и точно от него не уйдет. Но все негативные эмоции хотелось отпустить. Зайдя в квартиру, Пак первым делом снял обувь и прошел в ванную, доставая лезвие из шкафчика. Он не будет умирать, не будет делать ничего необратимого, лишь маленький надрез, пускай на бедре. Так станет легче. Блондин наполнил ванную, разделся и лег. В мягкой пене Чимин смог расслабиться и снять ноющие ощущения в ногах. На ночь он точно натрет их мазью, чтобы завтра можно было двигаться. После блондин взял со столика серебряное уже привычное лезвие и быстрым движением руки полоснул по бедру. Пак зашипел и откинул лезвие на кафельный пол. Бордовая струйка медленно поползла по белоснежной коже, контрастируя на её фоне. Блондин откинул голову и стал глубоко дышать. Рана неприятно саднила. Это был неглубокий, но ощутимый надрез. Потом нужно его обработать и замотать. Чимин смог отвлечься и скинуть всё накопившееся за день напряжение и обиду, что пожирала изнутри. В этот момент в дверь кто-то позвонил. Пак не знал, кто это мог быть, но было любопытно. Он быстренько окатился душем, чтобы смыть мену, залез в серый махровый халат и вышел из ванны. Открыв дверь, Пак не слабо удивился, увидев Тэхена. Чимин точно не говорил ему свой адрес. -Привет, думал ты на работе сегодня, -сказал Пак, пропуская Тэхёна внутрь. -Привет, прости, что без приглашения. Чонгук подсказал твой адрес. На работу не пошёл, так как физически и морально чувствую себя отвратительно, как говно на обочине, -Тэ вздохнул и сделал несколько шагов вперед к Чимину, скидывая по дороге ботинки и начиная раздеваться, -я ненадолго, если ты не против. Было неожиданно, но Тэхёну он всегда рад, хоть тот и пришел в очень неудачный момент. -Я бы хотел поговорить с тобой и…-но Тэ не смог договорить, так как заметил скатывающуюся кровь, змейкой ползущую по ноге, -Чимин, у тебя кровь, -с испугом сказал Тэхён, показывая на ногу. Чимин с ужасом посмотрел на кровь, а потом перевёл взгляд в ванную. Ким посмотрел туда же и заметил на полу поблёскивающее лезвие. Он ещё больше испугался, внутри всё похолодело от мысли, что Пак причинял себе боль таким образом. На ватных от шока ногах Тэ подошёл к Чимину, который смотрел на него как потерянный котенок, схватил за плечи и заплетающимся языком проговорил: -Чимин, что же ты с собой делаешь? -Я…-только и смог сказать Пак, и новые дорожки на щеках прочертили слезы. Стыдно. До безумия. А ещё страшно, что Тэ развернется и уйдет. Но он не сделал так. И не сделает никогда. Ведь если Ким Тэхён к кому-то прилепился, то уже не опустит. Тэ посадил Чимина на диван и обнял. Так как никто не обнимал. Пак плакал от всего, что с ним случилось. Просто хотелось выплеснуть все эмоции, отпустить ту кровоточащую боль в душе. А Тэхён был рядом. Очень хотелось утешить друга. -Я помогу, я буду рядом, пожалуйста, не делай этого больше, -слезинка пробежала по щеке Кима, но он быстро её смахнул. -Не знаю, справлюсь ли я, мне тяжело, -всхлипнул Чимин, зарываясь носиком в шею друга. -Всё пройдёт, я знаю, всё будет хорошо, тшшш, успокойся, мой сладкий Чиминчик. Успокойся…-он гладил его по спине. Пак крепко вцепился в Тэхёна, за короткое время ставшего для него родным человеком. Он боялся, что и Тэ бросит его, вдруг он сейчас гладит по спине, а завтра не посмотрит в его сторону, называя идиотом, который не умеет распоряжаться своей жизнью. -Тэ, -он оторвался от него и поднял заплаканные глаза, -т-ты не бросишь меня после этого? -если он скажет «да», то Чимин вряд ли после этого выживет, его сердце расколется и перестанет функционировать. -Чимин… Казалось, пауза длится вечность, и все нервы Пака уже порвались. -Конечно же не брошу, глупенькая ты башка, -потрепал он блондина за волосы, ярко улыбаясь, даря эту любимую великую улыбку, неизвестную для него самого поддержку, -ты мне понравился с самого первого дня, когда тепло улыбнулся незнакомому баристе. Никогда от тебя не откажусь. Я ведь даже из-за тебя с Юнги дрался. А ты? Он заметил вопросительный взгляд Пака. -Ты не откажешься от такого балбеса как я? Тэ снова улыбнулся, но на этот раз улыбка вышла грустной, будто он действительно думал, что Чимин может когда-нибудь его бросить. И даже за что? Тэ делал все для него. Он стал тем единственным лучшим другом, о котором хочется заботиться всю жизнь. -Конечно нет. У меня впервые появился лучший друг, и я буду оберегать тебя вечно. Спасибо, что ты есть у меня, -улыбнулся сквозь слезы Пак и негромко посмеялся. -И тебе, солнце, и тебе, -они ещё раз обнялись, и после истерика прошла. Все выдохнули. Тэ помог Чимину обработать раны и намазать ноги. Квартира Пака была старенькая, но уютная. Такая же теплая, как и её хозяин. После они вдвоем улеглись на кровать Чимина и выключили свет. Этот день хотелось поскорее оставить в прошлом. В темноте вечера их пробило на дальнейшие откровения. -Чимин, у тебя ещё есть? -прошептал почему-то Ким, хотя время было лишь девять, и Чимин живёт один. -Что? -Ну, шрамы. Ты раньше? -не мог сформулировать Тэхён, так как вряд ли Чимин хочет об этом рассказывать. Но после бушующего потока слез не было смысла скрывать. Итак, Ким всё знает. -Да, на руках в основном. Но не бойся, я не пытался умереть, просто делал себе больно. Будто это что-то меняло. -Почему? Почему ты это делал? -Это началось ещё в приюте. Один мальчик подсказал мне способ позорного ухода от моральной боли. Переживать боль для меня было пыткой, поэтому я стал делать это. Редко. Когда мне было плохо настолько, что нормально продолжать жить было невозможно. На долгое время это прекратилось, когда я зарылся головой в учебе в школе. Но началось, когда я встречался с Соёнгом. Последнее время он стал всё меньше уделять мне внимания, приходил под утро, забывал про наши встречи, кричал и оскорблял. Вспоминал про меня только тогда, когда хотел заняться сексом. Поэтому я уходил в ванную, резал себя, а потом возвращался к своему парню с улыбкой, давая очередной шанс. Потому что я хотел, чтобы меня хоть кто-то любил. Я очень жалкий, да? -в уголках глаз снова заблестели слезы, но благо Тэ это не видел. -Нет, солнце, это нормальное чувство, чтобы тебя любили. Только не поступай так больше. Не унижайся и не режь себя. Я очень люблю тебя, сладкий. Поэтому прошу дай мне слово. -Но… Чимин боялся, что если что-то произойдёт, он не сможет справиться с болью. Поэтому даже приподнялся, чтобы заглянуть другу в глаза, но в них не было ничего, кроме решимости и серьёзности. -Ты справишься. Я буду рядом. Всегда. Обещай мне, -уже твёрже сказал Тэ, приобнимая друга и накрывая их одеялом. -Ладно. Я обещаю, -Тэхён все равно будет рядом. Он поможет, если что. Так они вдвоём уснули, отдавая друг другу тепло. *** Юнги открыл глаза. Всё было чужим и размытым. Голова знатно кружилась, в животе было пусто, а во рту странный кислый привкус. Похоже, Мин упал в обморок от голода. В который раз. Это его не особо пугало, так как он давно привык. Жизнь модели не сахар, даже если ты известная модель Шуга. Ещё больше ответственности. Единственной мыслью было, чтобы Тэхён не узнал об этом. Перед ним всегда было стыдно. Стыдно, что в очередной раз подвел его, нарушил все обещания. Ещё тогда, когда его откачали в больнице, он пообещал заплаканному и трясущемуся другу, что больше никогда не доведет себя до такого состояния. Но вот Юнги сейчас, где его забрал добрый человек, бледного, осунувшегося, почти что скелета, который добивает себя сигаретами и вездесущими мыслями. Юнги приподнялся на локтях, пытаясь понять, где он находится. Мин лежал на большой кровати в полупустой комнате, где кроме шкафа в углу, письменного стола с темным ноутбуком и нескольких вещей ничего не было. Видимо, хозяин предпочитает минимализм. Дверь была приоткрыта, что несказанно радовало Юнги. Через щель была видна кухня, откуда доносились приятные запахи еды. Живот заболел, давая о себе знать. Мин кое-как попытался приподняться, но удалось только присесть. Сил не было, а мир превратился в закрученную вихрем карусель. Пока Мин очухивался, дверь приоткрылась, и в комнату вошёл Чонгук с миской супа. Мин учуял аромата куриного бульона. Невольно вспомнилось произведение искусства Чимина, только так можно это назвать, поэтому Шуга облизнулся. -Не пугайся, — сразу же сказал Чон, ставя миску на тумбочку около кровати, -ты отключился на парковке. Я не знал, куда тебя везти, поэтому привез к себе. -Спасибо, -прохрипел Юнги и откашлялся. Очень хотелось есть и не чувствовать себя как во время урагана. Приятно, что друг не бросил в беде. -Не за что, -кивнул Чон, пододвигая суп поближе к Мину, делая намек, чтобы начинал кушать. -Только не говори Тэхёну, — снова попросил Мин, делая руки в умоляющем жесте. -Не скажу, если сейчас же начнёшь есть. Условие было оправданным. Юнги взял миску и по обыкновению принюхался. Пахло курочкой. Ничего необычного. На вкус слегка солоновато, но есть можно. Конечно, нет ничего лучше еды блондина. Душа Юнги радовалась, а желудок ещё больше. Хотелось жрать большими порциями, но Мин знал, что сделает себе только хуже, и ел медленно и осторожно. -Зачем, -присел рядом Чон и не отрываясь смотрел на Шугу, -зачем блять, ты себя губишь? -Не начинай, -выдохнул Юнги и закатил глаза, -не будь вторым Тэхёном. Мне нужно похудеть на три кило до пятницы. Если нет, родители лишат меня всего. Я ещё доучиться хочу, -руки слегка дрожали, поэтому Мин поставил тарелку на тумбу и стал есть так, -спасибо за заботу и помощь, правда. Я справлюсь. После недели в Пекине обещаю чаще кушать. -Вареные овощи и рис? -горько усмехнулся Чонгук, двигаясь по направлению к выходу за стаканом воды для Юнги. Мин скривился от этих слов. Промолчал, понимая, что это правда. Так хотелось чего-то сладкого, но родители стали строже за этим следить и чаще наказывать. 21 год, а жизнью своей не владеет в полной мере. Страшно всё потерять, но также страшно так жить. Чонгук принёс стакан воды и забрал миску с половиной супа. Мин знал, что много есть не стоит сразу, чтобы ещё больше не разболелся живот. После воды он прилег на постель, гладя живот, чтобы он быстрее прошел. Чон вернулся очень скоро и накрыл Юнги одеялом. Теперь понятно, почему Тэхён так бесится из-за этого балбеса. Этот крест сам взял на себя Чонгук, когда решил, что Мин Юнги ему хороший друг. -Спасибо, ты классный, -подкладывая руки под щеку сказал Шуга и прикрыл глазки. -Не за что. Поправляйся, друг. И не волнуйся. Теорию проекта я сдал. В пятницу сходим в мой район и доделаем всё. -Угу. -Юнги. -М? -сонно пробормотал Мин. После супа его хорошо разморило. Организм, наконец, успокоился хоть на немного и восстанавливался. -Куда тебе худеть? Ты как живой труп. Заботься о себе. Не позволяй никому так с собой поступать…-Чонгук говорил серьёзно, потому что это нихрена не шутки. Нельзя так играть со своей жизнью и здоровьем. -Если бы у меня был выбор…-уже проваливаясь в сон пробормотал Мин Юнги, рассыпаясь темными волосами на подушке. Чонгук покачал головой, подоткнул одеяло, выключил свет и хотел закрыть дверь, но услышал жалобное: «не закрывай, пожалуйста» и, оставив большую щель, вышел на кухню. Сну Юнги около 11 помешал телефонный звонок, где ему пришлось объяснять отцу, что он ночует у друга. Мин пообещал не есть ничего запретного, ведь только это их волнует и лег спать дальше. На душе было мерзко после такого разговора, словно Юнги лишь кукла для выкачивания денег. Не сын, а Шуга. Грустно. После он долго ворочался, никак не имея возможности выбросить одного малыша из головы. Чувство вины съедало всё изнутри, пробираясь к самому сердцу и выжигая всё там. Чтобы не мучиться и немного очистить душу Юнги написал сообщение Паку с одним лишь словом: «прости». Это нихуя не меняло, но всё же должно было успокоить метущееся сердце модели. *** Чимин сильно волновался. Он мял руки и не знал, куда себя деть. Было страшно. Сегодня он первый раз выйдет на сцену и покажет себя. Утром Тэ подсказал как подправить финальное движение. Пак надеялся, что справится. Внутри бушевала тревога. Накрывал мандраж, от которого было невозможно никуда деться. Ну почему нельзя просто успокоиться? В гримерке, где на стуле сидел блондин и в сотый раз поправлял волосы, сновали туда-сюда люди, готовясь к своим выступлениям. Когда Пак выходил в туалет, то заметил нервного Тэхёна, который пробежал мимо. Чимин уже сходил к нему, пытаясь приободрить. Оба натянули нервные улыбки и говорили, что всё будет хорошо, но жутко волновались. Чимин уже сто раз прорепетировал свой танец и каждый раз будто бы забывал все движения. Мозг отказывался соображать нормально, уступая место страху. Сегодня утром он увидел смс от Юнги, где тот извинялся. Пак устал уже понимать Юнги и его действия, поэтому решил оставить это на потом. Сейчас было важнее грядущее выступление. Гису уже пожелал ему удачи с утра. Он, как всегда, был мил и тактичен, но Чимина расстроило маленькое событие, в которое он вложил большой смысл. Ещё с раннего утра Пак решил сделать приятное своему новому парню и испек шоколадное печенье, красиво упаковав в небольшую коробочку. Встретив Гису, они поцеловались, и Пак с благоговейным трепетом отдал ему подарок. Тот улыбнулся и поблагодарил. Чимин очень хотел, чтобы он оценил вкус, но То сказал, что почти не ест сладкое и отдал печенье своим друзьям, стоявшим неподалёку. Они накинулись на него, сметая почти сразу же. Было немножко обидно, что этот подарок, сделанный и упакованный специально для парня, был отдан кому-то ещё. Пак сделал вид, что не заметил. Возможно, он виноват, что не спросил о предпочтениях Гису. Следовало лучше узнать его прежде, чем дарить какие-либо подарки. В очередной раз выйдя за водой и жадно испив из стаканчика, Чимин заметил Юнги. Тот разговаривал с Тэхёном, очевидно подбадривая его и наставляя перед выступлением. Он был в красивом темном костюме с белой рубашкой. Волосы аккуратно лежали, очерчивая скулы. На него нельзя было не засмотреться. Красив как никогда. Модель Сеула номер один. В какой-то момент изумрудные глаза метнулись в сторону Пака и остановились на нем. Чимин сразу же поспешил ретироваться, но Юнги, быстро попрощавшись с Тэ, пошёл за ним. Не успел Чимин юркнуть в гримерку, как его перехватил Шуга и потащил куда-то. Зайдя в небольшую комнатку с коробками и декорациями и не до конца закрыв дверь, Мин прижал Пака к стене. -Чимин, я не знаю, получил ли ты смс вчера, но я бы очень хотел извиниться. За то, что сказал. Я не считаю тебя игрушкой уже, и вряд ли когда-то считал. Просто я идиот и придурок. Сказанул со злости. Пожалуйста, прости, -Шуга говорил искренне, он очень хотел, чтобы малыш его простил. -Я прощаю, Юнги, но что это изменит, скажи? У меня есть парень. Мы с тобой договорились больше не общаться. Что дальше? -Пак мечтал уже докопаться до сути и найти подтверждение словам Тэ. И он нашёл. Нашёл, когда Юнги припечатал его запястья над головой, удерживая одной рукой, а второй обхватил за талию и прижал к себе. -Твой парень подвинется. Малыш, я влюбился в тебя, -он зарылся носом в его шею и стал легонько целовать. Чимина будто облили холодной водой. Вот они слова подтверждения. Но почему из уст Юнги это звучало неожиданно? Видя, как Мин игрался с мальчиками, целовал того красноволосого парня в кафе, трудно было поверить, что он способен на глубокие чувства и серьезные отношения. Но если способен? Когда он приблизил Пака к себе, то сильно отдалился от своих фанатов, перестал пускать кого-либо за столик и играться с кем-то. Возможно, Юнги действительно влюбился? Влюбился, Мин Юнги или нет, это не меняло того, что у Пака появился парень и следовало оттолкнуть Мина, хоть внутри снова начинало разгораться пламя, что лишь одними прикосновениями раздувал Юнги. Поцелуи стали настойчивее. Пак ахнул, когда зубы прокусили кожу, оставляя багровый засос. -П-пожалуйста, хватит, -Чимину было трудно пошевелиться, руки все сильнее сжимали. Стало неприятно. Он не любил грубости. С ним всегда так обращались, не думая о его чувствах и мнении. В этот раз хотелось нежности, которую как раз и давал ему Гису в полной мере. -Прости, ты такой сладкий, -Юнги переместился на скулу, а после стал кусать мочку уха. Он все сильнее прижимал Пака к себе. Прикосновения стали грубыми и властными. Коленкой Мин потерся о пах Чимина, посылая заряд тока по телу блондина. -Юнги, остановись, мне неприятно, -Чимин попытался оттолкнуть Юнги, но всё было тщетно. Он был полностью в его руках. Из-за сопротивления хватка усилилась, и поцелуи стали глубже. Юнги не остановился. Покрывал поцелуями всё, что видел, искусывая губы Чимина в кровь. Было до безумия приятно. Губы были мягкими и сладкими. Хотелось попробовать Чимина всего. Пак мычал в поцелуй и брыкался. Но Мин ничего не замечал, отдаваясь своим желаниям. Снова поцеловав Чимина в щеку, он осознал, что она мокрая. В этот момент пелена страсти спала, словно разрушилась каменная стена. Мин отшатнулся от Пака и отошел на пару шагов. Чимин весь дрожал. Прислонив руку к губам, он болезненно поморщился. Пак обхватил себя руками, будто защищаясь, и отошел в угол. -З-зачем ты это сделал? -спросил Пак с какой-то глубокой печалью в голосе, -что я теперь скажу Гису? -прошептал он, но Юнги всё равно услышал, -почему ты опять всё портишь? -Потому что…-немного растерялся Мин, но попытался найти слова, -ты покорил меня, Чимин. Я хочу загладить свою вину. Хочу, чтобы ты принял меня, и мы были… Но Мин не договорил, так как его перебил блондин. Его голос ещё слегка дрожал, но слезы уже не текли. -Вместе? Ты хочешь сказать, чтобы мы были вместе? Но ты же ничего для этого не сделал, хён. Ты только губил и причинял боль. На мгновение, мне показалось, что у нас может что-то выйти, хотя бы дружба, когда ты был добр со мной, помогал мне и спасал, но ты опять всё разрушил. Ты не учитывал моего мнения, грубил, даже не ухаживал за мной. Почему мы должны быть вместе, объясни мне? Чимин вздохнул, понимая, что тот ничего не скажет. Бесполезно. Пак уже хотел уйти, но Мин придержал его за руку. Чимин взглянул на него. Изумрудные глаза, всегда притягивавшие Пака, были грустными. В них стояли непролитые слезы. А их хозяин молчал, вторив Чимину, изучал его глаза, в которых было много боли. -Я тебе нравлюсь, Пак Чимин? -немного хриплым голосом спросил Мин, отпуская руку блондина. -Нравился, правда. Но сейчас всё прошло. Юнги был так близко и одновременно далеко. Он упустил своё счастье. Чимин вышел из комнатки и направился в гримерку замазывать засос и подкрашивать губы. Мин ещё долго стоял в комнате, а ненависть к себе всё больше росла в нём. *** Сцена окрасилась яркими огнями, открылся занавес и начались выступления. Чонгук и Юнги расположились на первом ряду, где им выделили самые лучшие места в центре. Рядом с ними было два пустых кресла. Они попросили ректора освободить соседние места, чтобы их никто не доставал во время выступлений. Ректор пошёл им навстречу. Всё-таки они много делали для университета и сделали для этого праздника. Оба смотрели безучастно, ожидая главного спектакля и танца. Спустя несколько танцевальных номеров, сценок и песен, наконец, начался спектакль Тэхена. Он был великолепен. Сначала было видно, что он волновался, но быстро разыгравшись, Ким показал настоящий класс. Ему очень подходила роль Ромео. Юнги смотрел на него с гордостью, понимая, что тот добьётся всего, чего хочет. Чонгук не мог оторвать взгляд. Его приковывала его красота, грация, ловкие движения с мечом. Тэ был полностью вовлечен в процесс, в свою роль, что не могло ни восхищать каждого зрителя. Сердце щемило от тех слов, сказанных на парковке тогда. Когда Тэхён буквально признался ему в чувствах и попросил остаться с ним, но Чонгук его отверг. Уже ничего не изменить. Будет лучше, чтобы маленький был вдали от грозного ночного волка. Оба хлопали гениальной игре Тэхена. После они стали ждать последнее выступление. Пак стоял за кулисами. Следующим должен был пойти он, завершая вечер. Вот уже грянули аплодисменты, и девушка закончила петь. После вышел ведущий и стал объявлять последнее выступление. Танец. Чимин вдыхал и выдыхал. Сердце ухало в груди. Но Пак верил в себя, верил, что справится. Он никого не подведет, особенно себя. Хотелось доказать себе, что Чимин что-то может в этой жизни. Что добьётся своего. Полилась музыка, заструился туман и сцену осветил единственный прожектор, вылавливая из темноты белую фигуру ангельского мальчика. Танец был настолько трепетным, что весь зал погрузился в тишину. Зрители ловили каждое движение, взмах руки и прыжок. Не было ничего прекраснее летающего на сцене легкого и нежного танцора, который покорял сердца. Покорил сердца сидевших на первом ряду «королей». Чонгук просто потерял дар речи, а Юнги забыл, как дышать. Настолько это было чувственно и грациозно. Когда танец закончился, и сцена погрузилась в темноту, зрители не сразу пришли в себя. Только спустя секунд пять раздались оглушительные аплодисменты, подарившие Пак Чимину широкую улыбку, чувство гордости и непомерной радости. Хотелось прыгать и кричать, что всё вышло. Даже последнее финальное движение получилось благодаря подсказкам друга. Всё прошло хорошо. Гису сразу же подарил Чимину букет ярких цветов и утянул в поцелуй. Губы саднили после поцелуя с Юнги, но Пак стерпел. На вопрос Гису ответил, что сильно нервничал и кусал губы. Он поверил. Чимин попросил его подождать на парковке, а сам отправился поздравить излишне эмоционального Тэхёна, к которому на сцену подошёл Юнги. Сам Мин тихо страдал, но улыбался, смотря на изливающего ему эмоции друга. В конце вечера у него сильно разболелся живот, ведь прошёл уже целый день, а во рту не побывало ни крошки. Шуга делал вид, что всё хорошо. Утром он был дома у родителей. И взвесился. Они были довольны и разрешили ему поесть, но замотавшись с делами и концертом, Юнги не успел это сделать. А ещё нужно было ехать к Чонгуку на праздник. -Тебе понравилось? -уже более твёрдо спросил Тэ, заметив обеспокоенное лицо Мина. -Да, понравилось, Тэ-Тэ, я же знаю, какой ты у меня крутой актер, -Шуга обнял друга, веря, что дружеские объятья смогут облегчить хотя бы душевную боль. -Спасибо, пакемон, люблю тебя, -ещё шире улыбнулся Тэ, ударив стоящего рядом по носу. -И я тебя, солнце моё, -сказал Мин и потрепал своё чудо по волосам. После они стали делать селфи. Когда к ним подошёл Чимин, Тоша и его утянул в объятья и сделал несколько фотографий. Трудно было не прижиматься к такому улыбчивому и душистому пареньку с излишне пафосным букетом. -Ты был великолепен, -похвалил друга Пак, -когда кто-то из твоих коллег забыл слова, ты своей импровизацией хорошо так его выручил. Не понимаю, почему ты ещё не снимаешься в Голливуде? -Чимин говорил искреннее, так как видел талант Тэ, а не упомянуть про него, было настоящим преступлением. -Спасибо, мой лучик солнца, а ты был как настоящая звезда-яркая и незабываемая, -Тэ сделал восхищенный взгляд и вознес руки к небу, -неужели у меня есть хоть один нормальный друг, -за эти слова он, конечно же, получил локтем в бок. Ким посмеялся, а затем перевел коварный взгляд на Мина. -Юнги, а как тебе номер Чиминчика нашего? -Оч-чень красиво и грациозно, -Шуга старался не смотреть на Пака, так как ему было стыдно за недавнее происшествие. Чимин сам был не в своей тарелке рядом с Шугой. Он закусил израненные губы и бросил короткий взгляд на Мина. -Ну ладно, я п…- Шуга не успел договорить, как согнулся пополам из-за резкой боли в животе. Глаза защипало. Мин схватился за живот и чуть не осел на пол, но его вовремя поддержали с двух сторон Чимин и Тэ. -Что с тобой, Юнги? -заволновался Тэхён, давая знак Чимину, чтобы они все начали двигаться к выходу. -Живот бо…-трудно было вообще что-то говорить, резали будто ножом по плоти и выворачивали всё изнутри. Было не так сильно больно, как в тот раз, но ощутимо. Ощутимо практически до слез. Было тяжело дышать, так как каждый вдох отдавался резью. Спустившись со сцены, к ним подлетел Чонгук. Он разговаривал с ректором, принимая похвалы по поводу праздника, но заметив, что Чимин и Тэхён уводят куда-то еле переставляющего ноги Юнги, волк поспешил следом. Перехватив вместо Чимина руку Мина, он перекинул её через плечо. -Юнги, что с тобой? Ты хоть что-то ел после вчерашнего супа? Мин помотал головой. -Блять, надеюсь, в обморок снова не свалишься…-не подумав сказал Чонгук на что сразу услышал шипение друга. Реакция не заставила себя долго ждать. Тоша вдруг резко отпустил Мина, что тот стал заваливаться на бок, но вовремя заметив свою ошибку, снова перехватил Шугу. -Нетрудно было догадаться, что ты снова будешь издеваться над собой. Ещё и скрыл от меня. Ну ничего, приедешь из Пекина, такую расправу устрою. Будешь жрать под моим присмотром. -Тэ, я тебя люблю. -Пошёл в жопу! Так они дошли до улицы и направились в сторону парковки. Чонгук заказал для Мина такси. На парковке стояла его машина, но Чонгук не мог его отвезти, так как нужно было допилить проект. Придется все делать самому. Чон уверил Шугу, что всё хорошо и ему нетрудно поснимать одному. Юнги извинился за очередную подставу, но тот уверил, что не нужно волноваться и главное здоровье. Мин был благодарен, что у него есть такой друг. Понимающий и терпеливый. Что не сказать о Тэ, который одним лишь взглядом хотел растерзать Юнги на мелкие кусочки и отдать птицам. Сразу видно лучший друг. Посадив Мина в такси, Тэхён не собирался закрывать дверь. Он взглянул на Чимина, а затем перевел взгляд на тихо поскуливающего Шугу, что полулежал закрытыми глазами и гладил себя по животу, стараясь хоть чуточку унять боль. -Поезжай с ним. Покорми его. Только на тебя надеюсь. Сваргань ему кашу или что-нибудь. Прошу. Дома его опять покормят сраной зеленью. Ему нужна твоя стряпня. -Но…меня ждут, -он перевел взгляд на Гису, общавшегося в компании друзей и явно ожидавшего его. -Пожалуйста, Чимин-а, -Ким сделал жалостливый взгляд, -умоляю, не бросай этого балбеса одного. -Да, Чимин, -к ним подошёл Чонгук, -покорми его, мне страшно за него, -он положил руку на плечо Кима и некрепко сжал, -этого я довезу до дома, чтобы по дороге не убился. А сам поеду на фестиваль и пофоткаю всё для проекта. Чимин нехотя согласился. Было трудно отказать друзьям, которые давили на совесть. Пак сел рядом с Юнги, и машина тронулась. Он написал смс То, чтобы не ждал его. Лично подойти не хватило смелости. Теперь придется заботиться о том, кто сделал ему больно. После ссоры обоим было неловко. Но аромат Чимина хоть немножко успокаивал Шугу. Чонгук и Ким, проводив друзей, направились к мотоциклу. Тэ ещё проводит Юнги, так как обещал приехать в аэропорт, но сначала он сделает одно дело. После выступления Чимин прошептал ему слова, которые сильно повлияли на Кима. И тот решил действовать решительно. Чонгук в гневе был страшен. Хотелось опустить глаза и не высовываться. Но в этот раз он не намерен отступать так легко, хоть взгляд волка и заставлял плавиться как мороженое в пустыне. Чонгук сел вперед, а Тэ юркнул следом, обхватив его талию и прижавшись к широкой мускулистой спине. -Забудь про мой дом. Я поеду с тобой на фестиваль. -С какого хуя? -ожидаемо, -нет. Мы с тобой уже договорились. Никаких… -Ебал я, знаешь ли, -Тэхен встретил удивлённый, скорее шокированный дерзостью взгляд волка, но продолжал, -ты меня иногда пугаешь, но я не отступлюсь от тебя. Я же Ким Тэхен, если прилип к кому-то, то ни за что не отцеплюсь. Понял меня? -Чего ты сказал? -Чонгук сильно разозлился. Он не любил неповиновение. Особенно после того, как они все решили. Тэхен не должен расплачиваться за ошибки Чона. -Волчонок…-успокоить этого бугая можно было только лаской. Ким зарылся носиком в его шею и замурчал. Он сам удивлялся своей храбрости, но ему жуть как хотелось это сделать. Прижаться к любимому телу и ощутить его аромат. -Н-не называй меня так, -голос предательски дрогнул, но взгляд смягчился, прогибаясь под нежностью Тэхена, -маленький, я не хочу, чтобы ты страдал из-за меня, -Чон чуть отстранился и легонько коснулся подбородка Тэ, изучая сочувствующим взглядом все его раны и желтоватые синяки, -посмотри на себя, Ким, об этой жизни ты мечтаешь? Тэхен чуть приблизился и аккуратно задел его разбитую губу, пытаясь маленькой частичкой тепла вылечить все его раны, которые он не должен был получать. Все из-за Тэхена и его глупости. -Я и так страдаю из-за тебя. Когда ты меня отталкиваешь. Уже поздно, Чонгук, поздно меня ограждать, потому я влюбился и ни за что не отпущу тебя. Я уже опустил руки, но Чимин сказал мне бороться, иначе потом я буду жалеть всю оставшуюся жизнь. Чонгук прикоснулся лбом ко лбу парня и негромко вздохнул. Он и сам влюбился, не мог отрицать, но Ким Тэхен, вечная заноза в одном месте, что если однажды, волк не сможет его спасти? -Пожалуйста, -голос был несвойственно приглушенным и убитым, что сильно поразило Кима, -маленький, пожалуйста, отпусти меня, не проникай ещё глубже в мое сердце такими речами и действиями. Тебе будет больно из-за меня. Я живу в опасном мире. -Не будет, -голос Кима стал ещё увереннее, -ведь рядом со мной такой сильный волк. Ким больше не стал медлить, иначе потом никогда не решится. Он приподнял голову Чонгука за подбородок и впился в горячие губы. Сердце наматывало как гепард. Стало жарко и страшно, что Чон оттолкнёт его, но ничего такого не было. Наоборот, на удивление Тэ, Чонгук стал несмело отвечать, пока ещё не понимая границы дозволенного. Но Тэ расширил границы, проникая своим язычком в рот Чона и очерчивая им все зубы и десна. Волк чуть зарычал от удовольствия и прижал Кима к себе, углубляя поцелуй и сплетаясь языками сначала в осторожном, а затем пламенном танце. Вскоре инициативу взял на себя Чонгук. Уже он ласкал губы Тэхёна, посасывая и чуть кусая, вырывая короткие, но такие приятные уху звонкие стоны. Когда губы устали, Чон и Тэ оторвались друг от друга и смотрели сияющими от счастья глазами. Чонгук стал надевать на Кима шлем, а тот не переставал смотреть на него, чуть облизывая губы. -Чудо, если с тобой что-то случится…-Чон начал сомневаться, но всё же продолжал застегивать на Киме шлем. -Ничего не случится, когда я с тобой, волчонок. -Хватит так меня называть. Я самый настоящий волк, — вскинул подбородок Чон, а Тэ заливисто рассмеялся. -Ты мой волчонок и только, -Ким чмокнул его в губки и потерся носиком о щеку, вызывая у того улыбку умиления и искренней радости. -Тогда я, -Чон сделал вид, что задумался и обвил руками талию парня, -продолжу называть тебя маленьким. -Я не малыш вообще-то, -хотя конечно же Тэ нравилось, когда Чонгук так мило его называет. -Ты моя кроха, пропадешь же без меня, -Чонгук поцеловал его в щеку, а затем повернулся, начав заводить мотоцикл. Тэхён сразу же прижался к нему. -Это точно, -сказал Тэ, и они поехали. Ким неимоверно радовался, что смог сделать этот шаг. Эмоции зашкаливали. Адреналин бурлил кровь. Он поднял забрало и пытался успокоиться, чтобы не завизжать на всю округу о том, что счастлив. Свежий воздух остужал мысли. Чонгук тоже был рад, но в душе до сих пор сидели сомнения. Страх потери убивал всё хорошее. Теперь он ответственен за Тэ. И как волк позволил этому случиться? Любовь действительно затуманивает разум. Он не должен был, но это чудо теперь прижимается к нему и уже нет возможности повернуть назад, чтобы не нарваться на необдуманные поступки и слезы. Раз привязал, уже не отвязать. Ким Тэхен забрался в его сердце, растормошил мысли, поколебал все решения и окончательно подавил любое сопротивление любви.