Мачеха

      Участие ведьмы в языческом празднике вполне логично, даже те, кто ведьм недолюбливал, закрывали глаза на присутствие Уиллоу; сами-то тоже примкнули не к слишком одобряемому церковью действу. Лиам и на предыдущих празднествах в честь Литы замечал Уиллоу. А вот Энн заметил впервые.       Прежде он видел её либо в полагающемся приличной девушке/женщине наряде – с высоким воротником, строгими рукавами, многослойным массивным подолом, либо в мужском костюме. Нынче на ней было простое платье, похожее на те, что носила Уиллоу. Голубое, открывающее шею и частично плечи, с лёгким подолом, с длинными, но свободными рукавами, даже с намёком на декольте. А ещё она распустила волосы, и они ниспадали почти до поясницы.       - Прекрасно, сегодня ночью в городе у вампиров будет раздолье, - буркнул себе под нос Лиам настолько тихо, что обычный человеческий слух не уловил бы.       - Сегодня ночью вампиры вряд ли высунутся, - прозвучал за спиной размеренный мужской голос, едва не заставив Лиама подпрыгнуть от неожиданности. – Эта ночь считается у них проклятой, - пояснил Дэниэл. - Да и нежити у нас уже гораздо меньше, кажется, наконец, распространились слухи о том, что в городе живёт Истребительница, всякая нечисть старается к нам не заезжать. И неужели Энн не имеет права хоть иногда развлечься?       Сама Энн, когда они с Лиамом столкнулись, чуть смущённо сказала:       - Ты спросил, помню ли я, что такое праздники. Я много думала об этом и поняла, что, похоже, впрямь уже не помню. А тут Лита. Уиллоу позвала, и я согласилась.       Упомянутая Уиллоу подбежала к ним, схватила Энн под локоть и потянула туда, где танцевали. Рассмеявшись, Энн последовала за подругой, и вскоре они оказались на пятачке вместе с другими танцующими. Вокруг собрались зрители и несколько человек, играющих на музыкальных инструментах, в том числе Дэниэл с гиттерном*. Лиам тоже подошёл, но к танцам не присоединился. Почему-то ему хотелось просто смотреть. [*Гиттерн – струнный щипковый инструмент позднесредневековой Европы (ну и позже он, наверное, где-нибудь да всплывал), не гитара, но сходство есть; прим. авт.]       Энн всегда двигалась легко и уверенно, но сейчас, когда лёгкость и уверенность вплетались не в бой, а в танец, они выглядели особенно завораживающими. Смех был ей к лицу, Лиам понял вдруг, что прежде и не видел её по-настоящему весёлой.       Из Энн и Уиллоу вышел хороший дуэт. Обе были тоненькие, изящные, полные жизни и задора. Они то танцевали по отдельности, то брались за руки и кружились. Необычайно красиво получалось, когда кружились бок о бок, лицом к лицу, но не впрямую, а как бы наискосок – соприкасаясь правыми плечами, а правые ладони положив на левые плечи друг дружки. Две копны распущенных волос, сияющих в свете костров, напоминали два пламени, близко сходящихся, но не сливающихся. Рыжее и желтоватое. Медь и золото. Одинаково яркие, одинаково прекрасные. Однако чем дольше Лиам смотрел, тем яснее понимал: золото. Определённо он выбрал бы золото.       Ближе к полуночи несколько десятков парней и девушек вооружились фонарями со свечами и отправились на поиски цветущего папоротника. Ну, по крайней мере, такова была официальная версия.