Мачеха

      Она не знала, зачем полезла в воду. Захотелось, и точка. Если б Энн вздумалось залезть на дерево и прикинуться белкой, она бы и это исполнила – настроение было соответствующее. С другой стороны, не исключено, что какая-то часть Энн надеялась на остужающе-отрезвляющий эффект речки. Но за минувшие нетипично жаркие недели вода прогрелась и теперь даже ночью была точно парное молоко, Энн лишь сильнее расслабилась, почувствовав себя легче и пьянее прежнего.       Ей не пришлось спрашивать Лиама дважды, он определённо не из тех, кого надо уговаривать на мероприятия типа купания голышом. Он быстро разделся, даже снял стягивавшую волосы ленту и присоединился к Энн. Когда он приблизился, давно уже вынырнувшая Энн отплыла на спине, нарочно посильнее болтнув ногами, и взметнула фонтан брызг, немалая часть коих угодила в Лиама. Он рассмеялся, сделал ещё три шага вперёд – теперь вода доходила ему до ключиц – и хлестнул ребром ладони, описав полукруг, по поверхности, тоже устроив водную атаку.       Похихикав, Энн подплыла к нему. В этом месте она не могла встать на ноги – роста не хватало. Зато хватило смелости приникнуть к Лиаму, обвить руками его шею и очень провокационно приоткрыть губы, недвусмысленно намекая на поцелуй. Лиам понял намёк, да и без оного поцеловал бы её.       Они целовались, обнимались, дурачились и снова целовались, поддразнивая друг друга и прикосновениями, и словами.       - Ты похожа на русалку.       - А ты когда-нибудь видел русалок?       - Нет. Постой, они тоже существуют?       - Ещё как. И они не всегда милы. Если будут не в настроении, могут утопить или защекотать до смерти. – И она пощекотала его по бокам.       Лиам в долгу не остался и тоже стал щекотать её, она взвизгнула, извернулась, нырнула. Собиралась всплыть у него за спиной, но Лиам поймал Энн на середине манёвра.       - Попалась! – торжествующе объявил он, крепко обхватывая её за талию и прижимая к себе.       Посопротивлявшись для вида, Энн затихла, запустила пальцы в его волосы, помассировала кожу головы. Лиам сильнее приподнял Энн. Она обхватила его ногами, а он понадёжнее обхватил её руками и развернулся к берегу.       - Не боишься, что я тебя заезжу? – Удивительным образом голос у неё был и глухим от возбуждения, и звонким от озорства.       - Не-а, - ответил Лиам примерно тем же тоном.       Не отпуская Энн, он вышел из воды, вернулся туда, где они оставили фонари. Медленно опустился на колени, продолжая держать Энн, и лишь потом, осторожно, опустил её, уложив на спину. Энн без возражений растянулась на поросшей травой земле и притянула Лиама к себе.       - Тебе удобно? – хрипло спросил он, перенеся большую часть веса на предплечья, по обе стороны от Энн. Подумал о всяких камешках и палках. – Ничего никуда не впивается?       - Нет. - В кои-то веки мысли Энн оказались скабрезнее мыслей Лиама. – Пока что.       Он, разумеется, понял, о чём она, и тихо засмеялся. Она тоже засмеялась. Но почти сразу между ними исчезло всякое веселье, осталась только страсть, обжигающая, безудержная. Остальной мир исчез, они не слышали ни урчания воды, ни шёпота ветра, не видели ни подрагивающего танца теней, ни крупного нежно-розового цветка на папоротнике в шаге от них.       - Тьфу ты, и здесь развлекающаяся парочка! – раздражённо вздохнула лесная фея; чьё присутствие смертные, естественно, не могли уловить. – Хоть из леса беги!       - Да не говори, - поддержала её вторая фея, укоризненно качая головой. – Не лес, а бордель. И так каждый год!