Мачеха

      Переночевав у матери и сестры, Лиам вернулся в родной городок. Первым делом, даже не заходя домой, отправился на кладбище. Нашёл могилу отца под высоким раскидистым орешником, встал перед надгробием и… И высказался.       - Шикарный план, папа, воистину гениальный! Снимаю шляпу! Хотя на мне её сейчас нет. Не придумал ничего лучше, чем найти подставную жену-Истребительницу?! А ничего, что её могут в любой момент убить? Кому тогда перейдут твои драгоценные денежки? Ладно-ладно, Энн наверняка сразу сделала завещание; полагаю, не обидела Джойс, но основную часть наследства оставила Уиллоу и Дэниэлу для мамы и Кэти. Уиллоу и Дэниэл – надёжные ребята. Но, чёрт подери, отец!.. Чёрт подери! Ты и мама считали меня совсем безмозглым? Совсем безответственным? Совсем бессердечным? Я не самый умный человек в мире и не самый серьёзный, не спорю, но как вы могли думать обо мне НАСТОЛЬКО плохо? Я бы не поставил под угрозу мать и сестру, никогда! Уж на это у меня мозгов и совести хватило бы! Я люблю маму, люблю Кэти. И тебя тоже люблю, чтоб ты там сейчас три раз перевернулся и четыре отжался! Слышал? Я тебя люблю, чёртов ты ворчун! И я бы всё отдал, чтобы ты поворчал на меня ещё хоть раз! Чтобы ты увидел, что я не такой безнадёжный, что я могу помогать людям, могу делать что-то хорошее, что меня можно уважать… - Лиам стиснул челюсти, выдохнул через нос. – Только ты ведь не вернёшься. И мне жаль. И я скучаю по тебе. Но если ты считал меня вконец безнадёжным, ты ошибался. Я знаю, что во многом виноват перед тобой и мамой и перед другими. Прости, что доставлял столько огорчений. И нет, я не буду клясться, что возьму и изменюсь до неузнаваемости, стану идеальным праведником. Но я обещаю тебе, я обещаю себе, что не проживу свою жизнь впустую, что буду стараться делать этот мир и жизнь других людей хоть немного лучше, немного безопаснее, немного справедливее. И тебе ещё будет неловко за твоё былое мнение обо мне! Ясно?! – Он замолк, будто вправду ожидал услышать ответ.       Ответа, разумеется, не последовало.       Лиам устало покачал головой. И тут с дерева упало соплодие из четырёх орехов, несильно, почти ласково стукнуло Лиама по макушке и, задорно отскочив, плюхнулось на землю. Ухмыльнувшись, Лиам упёр руки в бока и посмотрел наверх, не на ветви орешника, а гораздо выше.       - Вот ты просто не можешь позволить, чтобы последнее слово осталось не за тобой, да?