Слабое утешение

— Не переживай, у него всегда были какие-то проблемы с девочками. — Что? — Ничего. Стесняется он, говорю.       Луз намывала грязные после лимонада стаканы, пока Уиллоу удручённо сидела на стуле и рассматривала деревянный узор на столе. Ей показалось, что она вела себя достаточно дружелюбно — она поздоровалась, улыбнулась, даже ладошку протянула для рукопожатия! Она соблюла все самостоятельно установленные правила по заведению новых знакомств! И ей так хотелось, чтобы первая встреча со старшим братом лучшей подруги прошла хорошо, это ведь было так важно, учитывая то, насколько Луз им дорожит и как сильно его любит. А он что? Весь красный, как рак, неловкой макарониной положил свою руку в её под ехидное сестринское «и это ты называешь рукопожатием, Хантер?» А потом сбежал. Просто взял, блин, и сбежал! Причём в ванную комнату, откуда она только что и вышла! Что за нелепость? Не хотел же он так сильно в туалет? — Дело точно не во мне? Может я сказала что-то не то?.. — О, нет, даже не начинай. — Луз грозно грохнула дверцей навесного шкафа, в который до этого поставила вымытые стаканы. — Ты всё сделала нормально, а он не хрустальный. Говорю же, просто стесняется. Это нормально! Он сейчас умоется, придёт в себя, выйдет и нормально поздоровается. Просто подождём ещё минутку-две. Если ты всё ещё хочешь с ним знакомиться, конечно.       Уиллоу задумалась. Безусловно, ей хотелось, чтобы всё прошло по изначально заготовленному ею сценарию, где Хантер мило улыбается ей в ответ, говорит своё имя, Уиллоу выдаёт забавную шутку о том, что они уже косвенно знакомы, а потом все расходятся по своим делам, завершая знакомство на хорошей ноте. Но она, кажется, переоценила свои коммуникативные навыки и Хантер оказался задачкой под звёздочкой, которую ей предстояло решить. …Но немного позже. — Хочу, конечно. Но давай тогда дадим ему больше времени — человек только что проснулся, в конце концов. Понятно, почему он так растерялся, — девушка подхватила рюкзак, слезла со стула, — ещё в себя не пришёл, а ты уже ему какое-то новое лицо показываешь. А я говорила, что это плохая идея! — Зато у него была смешная рожа. — Луз улыбнулась, вспоминая красное лицо брата, и тоже подхватила лежащую на полу сумку. — Ты иногда такая грубая! — Ничьи нежные чувства не были задеты! У нас подписано и утверждено мамой соглашение о взаимном сестро-братском буллинге в разумных пределах. При пересечении условной моральной черты нарушитель будет приговорён к расстрелу виноградинами. Или арахисом. В зависимости от тяжести причинённого ущерба. — У вас серьёзно есть такая бумага? — Конечно! Она в моей комнате, я сейчас покажу.

***

      Уиллоу Парк правда оказалась милой. Из того разряда милых девочек, про которых говорят в фильмах: мягкая (на вид) кожа, сверкающая улыбка, светлый взгляд, уверенность в каждом своём действии и всё такое. Ну прямо героиня социальной рекламы про женщин. «Little Miss Perfect», или как там пелось в Лузовских мюзиклах? Хантер их не слушал, честно, просто стены в их доме — дерьмо, и он слышит всё, что происходит в соседней комнате. Кстати, Уиллоу и правда маленькая. Иронично.       Ещё более иронично то, что сейчас Хантер абсолютно по-тупому прячется в ванной комнате с мокрыми от воды волосами, сидя на холодной плитке своей костлявой задницей, отчего та уже начинает побаливать. И от кого прячется? От девочки, которая постаралась произвести на него хорошее впечатление? Поздоровалась, представилась, руку протянула? От лучшей подруги своей сестры? Ну нет, скорее прячется от собственной неловкости. Да, это больше похоже на правду.       Хантер вздохнул, проведя рукой по волосам, убирая их со лба. Нужно встать, прийти в себя, поесть, удалить неловкость в доме, одеться и бежать в университет. План очень простой, и его следует придерживаться, и у него есть все ресурсы для этого. Есть же?       Хантер осторожно похрустел запястьями, прислушался к тишине вокруг (не звенит ли у него в ушах?), размял пальцы на ногах, подвигал коленями — физически всё в порядке. Значит, его не должно начать трясти от внезапного утреннего стресса. Он потёр ладони, прижимая некоторые их части друг к другу чуть сильнее, чем другие, прошёлся пальцами между пальцев, потёр их между друг другом нужное количество времени, почесал голову в определённых местах, посчитал до 10. Оглянулся — комната не взорвалась, унитаз не потёк, душ внезапно не ударил ему струёй в лицо. Победа! Можно вставать.       Тако из холодильника всё-таки оказался в микроволновке. Девочки, по всей видимости, были наверху, в комнате Луз — он хорошо слышал галдёж сестры, среди которого сквозил уже едва слышимый, более тихий, незнакомый ему смех. Ожидая тако, Хантер тупо пялился наверх, куда уходила лестница, прислушиваясь к звукам со второго этажа.       Наверное, это круто, иметь друзей. Не то чтобы они были сильно ему нужны, но Луз выглядит с ними такой... счастливой. Принятой. У неё было столько трудностей в школе — задиры, не дававшие спокойно пройти по коридору, бесконечные вызовы мамы к директору, опалённые брови учительницы химии. И ни одного друга. Ни одного человека, кроме Хантера и любимой книжки, кто мог бы составить ей компанию и поддержать невероятные, действительно удивительные полёты её фантазии на такие расстояния, о которых Хантер никогда и не догадывался. Она выглядела такой грустной, такой... странно отличавшейся от других детей. Для Носед, конечно, странной она была в хорошем смысле. Камилла и Хантер поддерживали её необычные интересы, Хантер даже умудрился однажды купить ей набор для вязания, о котором сестра грезила несколько месяцев, и от которого отказывалась Камилла, не уверенная, что дочь действительно будет заниматься этим самым вязанием. Да, пришлось пожертвовать карманными деньгами и не лакомиться газировкой после уроков, но это того стоило. Даже если с помощью этого набора Луз связала помесь утконоса и дракона. Даже если попыталась потом это запатентовать.       В любом случае, плачевная ситуация с окружением хорошо разрешилась в университете — Луз настолько быстро нашла друзей, что, казалось, просто попала на другую планету, полностью состоявшую из таких странненьких детей, как и она, и только поэтому так быстро там освоилась. Конечно, не обошлось и без стычек на почве конфликта интересов, но вся доступная Хантеру информация ограничивалась тем, что по другую сторону баррикад была «крашеная в тупой фиолетовый дура». Не то чтобы он хотел знать об этом глупом происшествии больше ("Представляешь, она назвала "Добрую ведьму Азуру" хреновой книженцией! Да я её на куски порву!"). Главное, что Луз стала счастливой. Принятой. Наверное, хорошо чувствовать себя принятым... вне семьи.       Микроволновка громким «дзынь!» оповестила о готовности продукта к употреблению в нужной заказчику температуре, и Хантер вернулся в реальность. Открыв дверцу и с ходу засунув тако в рот, он успел подумать о том, что ему, в принципе, не так уж и интересна тема принятия, прежде чем двинуться на второй этаж к своей следующей цели — удалению неловкости и сборам в университет. Конечно, хирургом он был бы явно плохим, но с удалением временной помехи в заведомо хорошей коммуникации явно должен справиться даже без ассистента. В конце концов, ассистент сейчас занят, а вечером ему влетит за произошедший ранее инцидент.       В более-менее свежей рубашке, джинсах и с рюкзаком за плечом, Хантер аккуратно постучал в дверь комнаты сестры. Он искренне надеялся, что перестал выглядеть таким помятым, каким был полтора часа назад (не из-за того, что хотел произвести правильное впечатление на Уиллоу, конечно же — она уже успела увидеть его позорную ипостась и этого самого первого впечатления уже никогда не исправить). Наконец, услышав сестринское «влетай», он приоткрыл дверь: девочки сидели за столом Луз с весьма интересным набором. Уиллоу держала в руках почти доделанный, судя по количеству налепленного на бумагу, коллаж, состоящий преимущественно из жёлтых и зелёных оттенков (что конкретно там было он разглядеть не смог), а Луз обклеивала блёстками кашпо с землёй внутри. — Это у вас… — Хантер немного замялся, прокашлялся под внимательным взглядом двух пар девичьих глаз, — ...Проект какой-то? — Нет, просто развлекаемся. Уиллоу хотела себе красивое кашпо, а я показываю ей, как красиво лепить коллажи, она хочет поучаствовать в творческом конкурсе. В котором участвую и я! Но я не дам ей выиграть, конечно. — Мы ещё посмотрим, кто выиграет. — Уиллоу выпрямилась, наконец оторвав взгляд от Хантера и переведя его на Луз. — Если я могу уделать тебя на поле, то и на конкурсе по обклеиванию бумажек другими бумажками тоже смогу. — И это Я тут грубая?! Да ты оскорбляешь одну из форм искусства! — Луз театрально схватилась за сердце. — Не стыдно тебе?! — Нисколько. — Э, девочки, я, вообще-то, зашёл сказать, что ухожу. — Хантер снова на секунду застыл, когда внимание девушек вернулось к нему. — То-есть, сначала я хотел, конечно, извинится перед тобой, Уиллоу… Мне не следовало вот так... убегать. Прости! Я просто разнервничался, хаха. Луз не каждый день приводит домой друзей. И я только что проснулся, ну, то-есть, тогда только-только проснулся… Вот. Я Хантер, хотя ты это, наверное, и так уже знаешь… Короче, Луз, вот вам двадцатка, можете что-нибудь купить, а то в холодильнике ничего особо вкусного нет, а мама приедет только вечером. Я, э... Я пошёл. Буду тоже только вечером. Наверное. В общем, я пошёл. Пока! — Пока, бро! Спасибо за деньги! — До свидания, Хантер!       Хантер закрыл дверь, после с топотом спустившись на первый этаж. Уиллоу несколько секунд ещё смотрела то на закрытую дверь, то на оставленные на тумбе рядом с дверью смятые зелёные бумажки. Потом посмотрела на подругу. — Он странный. — Дап. Как и я! Настоящие сиблинги. — Ага. — Уиллоу немного помолчала. — Он милый. В смысле, неловко-милый. Он больше странный, чем милый. — Фу. Не оправдывайся. Никакого восхваления моего брата в моём присутствии, только вежливое унижение его заторможенности. — Агх... Ну ты и заноза. — Да, и ты любишь меня за это. Кстати, мы отвлеклись! Ты всё-таки нашла что-нибудь коричневое в журнале? Тебе надо заполнить пространство между фигурами…

***

      Хантер остановился на половине пути к автобусной остановке, глядя на потрескавшийся экран смартфона. В горле пересохло, и он пожалел, что не запил съеденное в один присест тако хотя бы водой. Слегка трясущаяся от возбуждения рука разблокировала экран, чтобы полностью прочитать полученное сообщение: Деамонн. 11:06, 04.05.2022 > Хантер, доброе утро, тебя беспокоит капитан Деамонн. Мы наконец-то нашли те материалы, которые тебя интересовали. Надеюсь твоя мама в курсе того, чем ты занимаешься. Жду тебя сегодня в офисе?       Ох.       Видимо, университету придётся подождать ещё немного. 11:06, 04.05.2022. > Доброе утро, капитан Деамонн. Да, я приду.