Музыка нас связала

—что? На несколько мгновений можно было услышать тишину. Она Давила на уши, от неё лопались сосуды в мозге, появлялось чувство безысходности. Тишину прервал звонок у Ники с довольно резкой мелодией. Якудза взяла трубку, не обращая внимания на человека рядом. Оппонент что-то сказал ей, а после повесил трубку. На её лице тут же появился страх, а после гнев. —я не знаю что ты там рассказал этим пидорасам, но сейчас в опасности находится весь город!—девушка встала с пола и быстро помчалась к выходу, толкая Кэпа с прохода. Дверь за ней закрылась. Виден был лишь силуэт Ники, рывком поднимающийся в воздух. Парень абсолютно ничего не понимал, хотя чувство вины было явно не из-за этого. Он удержал равновесие от толчка, а после побежал вслед за блондинкой, надеясь, что она приведет его в эпицентр событий. *** На главной площади города происходил настоящий фронт. Вокруг летали перья, клочья шерсти, волосы, куски одежды. Небо озарилось красным, как и души существ. На поле боя собрались почти все организации. Все воевали друг с другом, уже не было понятно кто враг, а кто - товарищ. Все просто пытались выжить. Слышались звуки арбалета, далее крики. Кого-то подстрелили. Где-то звучал истошный рык животного. Летали по земле куски стрел и орудий. Где-то слышались громкие взрывы. Кэп подбежал к этому действию, наблюдая из-за угла здания: Ники, только пришедшая на событие, принялась оттаскивать чье-то тело, которое полностью было в крови; Джаст и Альцест стояли с арбалетами, стараясь попасть в Виверну, летавшую с луком; где-то в кровавой битве вцепились Секби с Кавеори. План всех организаций пошел на дно. Крик заполнил звук. Земля дребезжала под истошными стонами раненых. На войне были и старшие чины, и просто обычные люди. Вокруг были ошметки крови, где-то валялись оторванные части тел. На поле боя резко выбежала одна из новых организаций - надзиратели. Через секунду они тоже смешались в этом кровавом блендере. Кажется, Ксеноморф никогда не забудет этой ночи, но это уже и не важно. В голове пургой металась лишь одна мысль: «где Джей?!»—блондин начал быстро искать глазами своего друга. Ведь когда волнуешься за кого-то, то этот человек непременно становится самой важной персоной твоей жизни, верно? Сейчас Кэп готов был умереть, лишь бы эту участь не познал татар. Вдруг к Кэпу подбежал парень в капюшоне. Он даже не сразу его узнал. Лишь когда он начал говорить, то голос был вспомогательным, для того, чтобы вспомнить. —а ты что стоишь?! Тут война идет полным ходом!—это был Обсидиан. Повязка на лице была частично разорвана, из-под этой царапины шла кровь. Сам он выглядел очень оборвано и страшно. —а что мне...—он не успел договорить. Его быстро взяли за руку и повели к какому-то угловому зданию. Зайдя в него, парень увидел множество раненых людей: у кого-то, как и у Обси, была пробита голова; кто-то стонал от боли, хватаясь за гигантскую рану в животе; кто-то был облеплен множеством ожогов от взрывов; кто-то, кажется, не дышал более. Здание это было когда-то аптекой, судя по белым витринам и почти не видной фразы «ч..тот.—..лог здор.в.я!». Ксеноморф быстро подбежал к группе людей, которые еще оставались в сознании. Все они не не были знакомы с ним. Рядом с двумя людьми, которые были сильно изуродованны множеством глубоких царапин и дыр от стрел, сидел Фарадей - в глазах метался ужас, он пытался им помочь, но, кажется, их судьба медленно уходила из его лап. —видишь этих людей? Выводи их в больницу нашего района!—кратко проинструктировал татар, выбегая из зала. Кажется, он старался защитить это здание снаружи, не уходя далеко. Паника нарастала прямо пропорционально раненым людям. Кэп неосознанно плакал, хотя явно никак не мог чувствовать к этим людям сострадания. —уведи этих двоих, пожалуйста, а потом сразу же за новыми—с большими паузами говорил фенек. Он не был ранен, лишь морально истощен. Блондин быстро закивал, взял на руки одного из тяжелораненых и понес прочь из этого района. Никто ему не мешал. Было трудно понять, за кого или против кого он. Кажется, только сейчас он был против всех. Он косо посмотрел на бурю из людей, пока уходил из района. Поймал он на себе лишь один взгляд, полный ненависти и надежды одновременно: на него смотрел Джаст. Сам он был очень побит, хотя сильных ран на нем не было. Один глаз закрыт от стекающей на него крови, кисточка на хвосте окрасилась в красный. Сейчас Кэпу явно было не до чужих переглядок. Он прижал к себе раненого еще сильнее, быстро убегая с места происшествия. Бежал он быстро, усталость не успевала его догнать. Человек в руках не казался живым, но малейший пульс вполне можно было уловить. Пульс этот отдавался голубоглазому в ушах, в горле, в руках, везде. Интересно, а понимает ли он, что сейчас от него зависит судьба человека? Наверное, об этом никто бы не хотел задумываться на войне. Вдали показались знакомые пятиэтажки. На одной из таких ярко-синим был нарисован медицинский крест. Видимо, сделали местным пристанищем для раненых в такое время. Вдруг Кэпа пронзила мысль: а когда этот бой успел произойти? Пока он шел от Джея не было никакого креста, никаких повстанцев, никаких сражений. Возможно, он слишком мало следит за городом. Ксеноморф убрал лишние мысли из головы, забегая с умирающим в это здание. Там его встретила девушка в медицинском окровавленном халате. —экстренный случай? Ай, ладно! Кладите на пол куда-нибудь!—вокруг неё было множество таких же раненых: кто-то был в сознании, кто-то в бреду, а кто-то... Кэпу хотелось бы верить, что во сне. В кошмарном сне, где им удастся добежать до портала. Он аккуратно положил полуживое тело на пол, быстро убегая. —я сейчас еще приду!—он громко кричал. Не мог регулировать громкость. Вроде он старше многих из своей компании, но он всё ещё плакал, словно ребенок. Парень прибежал обратно, только вот людей теперь было больше. На полу не было свободного места. Фарадей боялся на кого-то наступить, передвигался с особой осторожностью. —тот парень умер, бери кого-то с сознанием—крикнул татар, хватая бинт и завязывая его на руке неизвестной девушки. —а где Джей?—тем же криком спрашивал Кэп, хватая на руки другого мужчину. —воюет, не знаю где, не видел его сегодня—сказав это, подросток пропал в коридоре, из которого впоследствии выбежало две девушки, помогая третьей, которую ранее спасал Фарадей. Ксеноморф зажмурился и быстро побежал через бойню. Снова его не задели. Тут он заметил, что мужчина, которого он спасает, находится вполне в здравом уме. —а когда всё это началось-то? Я сам недавно подошел, а тут прямо резко обрушилось—спросил Кэп, немного замедляясь. Человек ранен не слишком сильно, да и достигли они уже относительно безопасного места. —где-то часа два назад может. Двое наших предводителя - Обсидиан и Фарадей объявили о том, что на тот момент уже происходил бой между якудзами и дровосеками, и что мы должны тоже там быть, чтобы выиграть. Ну я и побежал за толпой, а толпа за ними. Где был Джей Покерман - одному только Богу известно. За момент монолога они уже успели дойти до импровизированной госпитали. —спасибо тогда за информацию, сейчас уже черёд наш прощаться—грустно усмехнулся блондин. Он слишком легко привязывается за столь короткие моменты. —это тебе спасибо, сынок. Встретимся еще небось, если тебя там местные черти не загрызут—улыбнулся солдат, выкарабкиваясь из рук младшего и ища медсестру. —если что, то я на ногах стоять могу просто разрез на грудной клетке. Помощь нужна какая-нибудь?—начал кричать мужчина в пустоту, надеясь услышать ответ. Кэп посчитал, что здесь его помощь уже не нужна. Вроде он унес всего двоих, а уже был так измотан. Ноги стали ватными, взгляд потуплен, какой-то странный гул в голове, напоминающий отдаленное падение предмета. Парень ударил себя на лицу, мысленно поругав себя за такое состояние. Он вышел из здания, нашел более-менее чистый сугроб, набрал оттуда снега и окунулся в него лицом, надеясь взбодриться. Это помогло. Ксеноморф побежал за третьим человеком. Ходить было трудно всё равно, из раза в раз приходилось снова обмазывать лицо снегом. Ближе к центру он вообще перестал смотреть на его чистоту, просто забирая даже кровавый снег. Из-за таких ритуалов лицо его выглядело так, словно перед ним взорвался человек, а все его внутренности оказались именно на лице несчастного Кэпа. В какой-то степени так и было. —кого следующего в тыл, Фарадей?—заходя, спросил Ксеноморф. За это время снаружи происходило невесть что. Кажется, пару раз в это здание пытались пробраться якудзы, но Обсидиан каким-то образом умудрился отразить их атаку. Пока Кэп об этом думал, он понял, что ответа до сих пор не последовало. Татара в принципе не было в здании. —а где...—недоуменно спросил подросток, нахмурившись. —командир съебался куда-то, вроде бы помогать Обсидиану. Ты лучше сначала унеси Джея Покермана, а уже потом за обычными приходи—крикнула какая-то девушка, стараясь сдерживать крик и болезненный стон. —Джей?!—испуганно переспросил Кэп.—я бы с радостью, но я же его не унесу... —да он ходить может, только вот кажется, что один он до нашего района не д...—она не успела договорить фразу, упала в обморок. Ксеноморф начал аккуратно пробираться сквозь полумертвых, живых и не очень живых людей. Дойдя до комнаты в конце коротенького коридора, он зашел в неё. Перед ним был склад, он был почти нетронутый, только вот разных лекарств здесь явно не хватало в огромном количестве по известной причине. На полу лежал Джей, вся его нога была в крови, а в руке была прорезь от стрелы. Рядом сидел молодой мужчина лет 20, суетясь рядом с ним. —слава клюкве, вы здесь! Вы же забрать Джея Покармана пришли, верно?—начал тараторить паренек, перебинтовывая руку татара.—вы не волнуйтесь, он жив, просто на данный момент находится в полусонном состоянии. Его легко разбудить касанием. В глазах этого мальчика был страх и ужас за своего предводителя, но, когда он увидел Кэпа, то где-то засверкала толика надежды. —я вас оставлю, у меня еще множество других больных тут. Зовите, если нужно будет—он поспешно удалился из комнаты, закрыв за собой белую пластиковую дверь. Ксеноморф подошел к другу, быстро осматривая его состояние. После он прикоснулся к его щеке, надавливая на неё до небольшой боли. Это помогло разбудить Джея. Парень проснулся, оглядываясь по сторонам. Кэпа он заметил не сразу, сначала он увидел свои перебинтованные конечности, а после уже и товарища. —Кэп, это ты? О господи, как же я тебе рад, ты жив!—воскликнул Покарман, обнимая того здоровой рукой.—впрочем, даже если я умру, то я просто хочу, чтобы ты запомнил! Голубоглазый не понял этой фразы, не успел понять. Джей подполз к нему ближе, окровавленную руку кладя ему на волосы, а здоровую - на подбородок. Момент негодования со стороны старшего, а после резкий поцелуй в губы. Он действительно запомнит это. Джей закрыл глаза, просто забывая, где он находится. Через секунду это же сделал блондин. Смотрелись они смешно и страшно: у одного полностью было окровавлено лицо, а у второго были искалечены рука и нога. Это не мешало им насладиться моментом вдоволь. Мгновения шли долго, приятно долго, но поцелуй всё равно пришлось прервать. Кэпа открыл глаза, жалостливо улыбнулся, по щеке покатилась скупая слеза. Он быстро обнял своего товарища. —я не посмею, чтобы ты умер—протараторил он. Джей обнял его в ответ, гладя его по волосам и окрашивая их в цвета военного снега. —я не посмею, чтобы кто-то снова использовал тебя—улыбнулся парень, закрывая глаза. Кажется, всё это произошло за одну минуту, но для них это казалось долгим годом, который они ждали так долго. Сколько они там знакомы, неделю? —пойдем, я отведу тебя в пункт для раненых в твоем районе—блондин встал, протягивая руку бармену. Тот принял помощь, вставая. Кэп аккуратно помогал идти Джею, поддерживая его рукой. Решено было также надеть на татара черный плащ, дабы его не узнали другие. Удивительно, но удача была повернута лицом к двоим, это помогало. Шли они в тишине, не считая те крики с поля боя. Почти не разговаривали, щеки до сих пор были красноватыми от прошлого действия Джея. Произошел между ними лишь маленький диалог между их прощанием: —Кэп. —да? —спасибо тебе. —ты так говоришь, будто мы с тобой в последний раз видимся—усмехнулся Ксеноморф. —и правда, мы же еще кучу раз встретимся после войны—Покерман подхватил эту веселую атмосферу. Парни попрощались взглядом, оба разошлись в свои стороны. Оказывается, Джей ошибся.

***

Где-то через месяц после главного сражения война всё-таки прошла. Победила, как говорится: «дружба». Территории никто не отцапал, все подписали мирный договор. Джей вскоре излечился, как и остальные члены всех организаций. Продолжил дружбу с другими татарами, помогал своим людям восстанавливаться после войны. Ну а что Кэп? А Кэп сбежал из города. Под покровом ночи он покинул его границу без каких-либо усилий, оставив свой дом, квартиру и сердце друга пустующими. Его прозвали массовым диверсантом и, кто знает, может быть его найдут в другом городе, приведут сюда, и татары как-нибудь помогут ему избежать тюрьмы. Никто не вспоминал о нем с улыбкой на лице, кроме брюнета. Он бы с радостью пошел его искать, да только место как главного на районе не позволяло покинуть город. —будто мы с тобой в последний раз видимся—с грустной улыбкой повторял Джей, смотря на ноты их совместного вальса, тайна которого так и не была разгадана. Теперь ему снился один и тот же сон: как он оказался в пустоте, ему страшно и холодно. Он видит портал рядом с ним, а поодаль видит и Ксеноморфа. Подбегает к нему, обнимает, на этом сон и заканчивается. Татар нашел один из стихов Кэпа, который он почему-то до этого не заметил, хотя прошерстил все его произведения несколько дней назад пару раз.

Когда-нибудь мы встретимся, Когда покинем бой. Я чую, не предвидится мне твой предсмертный строй. Улыбкою своею Ты мне откроешь путь, И я, как в озарении, Уйду бессмертно в муть. Я не забуду, милый, Твоих простых речей. Я полюблю кровавый путь, Истоптанный ручей. Когда-нибудь мы встретимся, Я обниму тебя. Когда-нибудь я выживу, Когда сгорит свеча. Когда-нибудь...