Прошлое - в прошлом.

Мы с Гордеевым, все еще стоя на веранде, растерянно улыбались друг другу. От этого поцелуя мои ноги стали ватными — настолько он был неожиданным и волнующим, что я не могла совладать со своими эмоциями. — Ну и как мы это объясним? — улыбался он. — Кому? — Боюсь, что сами себе… Я хотела ему что-то сказать, но он прервал меня. Предложил перейти на «ты». Это логично. После такого, так тем более. Поговорить мы ни о чем не смогли. В голове все путалось, мы были смущены и совершенно не ожидали этого друг от друга. И этот поцелуй, и Аня, ставшая его свидетелем… Все это выбило нас из колеи. Я отправилась спать, а Гордеев остался на веранде, задумчиво всматриваясь в темноту. Уснуть мне удалось еще не скоро. Дениска уже сопел, а я ворочалась и думала о случившемся. Где-то в животе все трепетало, волновалось, полыхало. Мне становилось то жарко, то холодно, свет луны пробивался сквозь щель в шторах и не давал мне сомкнуть глаз. Только под утро я, наконец, погрузилась в сон. Я проснулась от звука автомобиля, доносящегося с улицы, и выглянула в окно, увидев, что Куратовы уже уезжают. Вадим Георгиевич еще вчера говорил о том, что ему нужно рано быть в больнице. Получается, что на даче остались только дети, я и Алексан… то есть, Саша. Дениса я будить не стала и тихонько выскользнула из спальни. — Доброе утро, — вышла я на кухню, увидев, как Аня готовит омлет возле плиты. — Привет, — отозвалась она и опустила взгляд. Мне показалось, что Аня была не в настроении, и я решила ее подбодрить. — Не выспалась? Хочешь, я приготовлю, а ты пока досыпай, — предложила я ей, улыбнувшись. — Я уже все, — ответила она сухо и поделила омлет на две тарелки. Одну она поставила себе, а другую отставила в сторону. — Это папе, — зыркнула она на меня недобрым взглядом и села за стол. — Эм… ну хорошо, — пожала я плечами, — приятного аппетита. Аня ничего не ответила и принялась за завтрак. Я, переваривая наш диалог, решила сварганить бутерброды на всех. На кухне царила напряженная атмосфера. — Доброе утро! — к нам зашел бодрый Гордеев. — Доброе, — вяло отозвались мы с Аней невпопад. Он окинул взглядом стол: — Как спалось? — спросил он дочь. — Нормально, — буркнула она, невесело прожевывая свой завтрак. — Кто-то сегодня не в духе? — миролюбиво протянул он, столкнувшись с недовольным взглядом дочери. — Ясно, понял — отстал. Он подошел ко мне. — Лер, а ты чего не завтракаешь? — он взял свою порцию омлета и поставил ее на стол. — Налетай. Я пока бутерброды доделаю. Я хотела провалиться на месте. И от этого омлета и от того, что Гордеев обратился ко мне на «ты» при дочери. Это все получилось так неловко и неправильно. — Я… — придумывала я находу предлог удалиться, — … я пойду Дениса разбужу. *** Я растерянно посмотрел Лере вслед и перевел взгляд на Аню. Та только ухмыльнулась. — Что у вас тут случилось? — спросил я, присаживаясь рядом с дочерью. — Это у вас случилось, — огрызнулась она, — вчера. До меня, кажется, начала доходить причина такого поведения дочери. — Ань, мне казалось, что ты уже взрослая девочка… — Угу. — … с мальчиком, вон, целуешься, — решил я ее подколоть. Она залилась краской, потупила взгляд и вдруг выпалила: — Я хотя бы не целуюсь с сестрой этого мальчика! — Прекрати, — отрезал я строго, — ведешь себя, как ребенок. — Я и есть ребенок, если ты не забыл. И вообще, пап, ну бросила тебя эта твоя Нина, зачем же с горя на студенток накидываться? — Хватит, я сказал, — я начинал злится. — Она сестра Дениса! — возмущалась дочь. — Как ты мог? Ты вообще старше ее на миллион лет! — Ну спасибо хоть не на миллиард, — я терпеливо реагировал на ее выпады. — Значит так, давай договоримся: я не лезу в твою личную жизнь, а ты не лезешь в мою. Ясно? И вообще, я был против того, чтобы везти сюда вас с Денисом. Так что скажи спасибо дяде Вадику, что уговорил меня, и доедай свой омлет. — Мог бы и не везти. Мы бы с Денисом отлично провели время и в больнице. А вы бы тут замечательно провели время с Лерочкой. Эти слова дочери меня вывели из себя. Ее переходный возраст у меня уже в печенках. — Вот как? — заводился я. — Хорошо. В больницу вы оба немедленно и отправитесь. Собирайся. Я встал из-за стола и столкнулся в коридоре с сонным Денисом. — Доброе утро, Александр Николаевич! — воскликнул он и отправился на кухню. — Доброе, — ответил я, пытаясь прийти в себя и спокойно продолжил, — там омлет тебя ждет, давай скорее к столу. Я вышел на веранду и закурил. Аппетита у меня никакого не было, хоть я и остался без завтрака. Я злился и пытался хоть как-то понять такое поведение Ани. Ей непросто дался наш с Женей развод, но мы очень постарались остаться для нее родителями, которые хотя бы мирно сосуществуют. После того, как мы разошлись, дочь долгое время не знала про то, что у меня уже есть отношения с другими женщинами. Я никогда об этом ей не рассказывал. Да и не отношения это были вовсе, а скорее романы, поэтому знакомить своих женщин с дочкой я считал слишком ответственным шагом. Однако, с Ниной все случилось куда серьезнее, а Аня уже была достаточно взрослой, чтобы понять ситуацию. Так вышло, что Аня пришла ко мне домой раньше времени и застала там Нину, готовящую завтрак. Аню пришлось поставить в известность о том, что у папы появилась какая-то тетя Нина, и он иногда ночует у нее, а иногда — она у него. Дочь восприняла ее прохладно, но со временем стала относиться к нашим отношениям равнодушно, и даже с долей понимания. К тому же, у Жени тоже появился мужчина, которого Аня за глаза называла «Тупик», потому что он казался ей недалеким. В общем, мне казалось, что этот момент мы с ней более-менее утрясли, а все эти ее язвительные комментарии насчет наших с Женей новых отношений — всего лишь детский бунт. Но поцелуй с Валерией перевернул все с ног на голову. Я вообще не знаю, что это был за порыв, и что мы будем с этим делать дальше. Может, дочь и права — я действительно старше, а Лера — моя студентка… Это все какое-то наваждение. Я запутался и загнался так, что долго еще стоял и, уже докурив, всматривался вдаль. — Александр Николаевич, — вышла Лера на веранду. Я обернулся. — Саша, Лер, — поправил я ее. — Саша. — Да… — закивала она. — Саша, я думаю, что нам с Денисом стоит уехать. Вещи я уже собрала. Я вызову такси и… — Стоп. Какое такси? О чем ты? Мы уедем вместе, это даже не обсуждается. Я вас отвезу. — Саш… — Это из-за Ани? Она что-то тебе наговорила? Лера покачала головой. — Нет. Но я же все вижу. И все понимаю. — Брось, — притянул я ее к себе за плечи, — переходный возраст. — Лер, — выскочил на веранду Денис и застал нас в обнимку. — Ой. Он смутился, отвел взгляд и собрался уходить. — Ты что хотел, Дениска? — спросила Лера, аккуратно вывернувшись из-под моей руки. — Я тебе завтрак приготовил. Ты же ничего не поела. Там бутеры, колбаска, вот. — Спасибо, братик, но я не голодна. — А я голодный, как волк, — подхватил я, усмехнувшись. — Поделишься? Денис радостно закивал головой, и мы прошли в дом. Аппетит у меня, если честно, так и не появился, но мне нужно было убедиться в том, что хотя бы Денис воспринимает все адекватно. Аня закрылась в комнате, а мы втроем спокойно позавтракали. Лера отделалась лишь кофе. Дорога прошла в абсолютной тишине. Поначалу Денис пытался разрядить обстановку, но Аня хмуро уставилась в окно и просидела так всю дорогу. Лера, сидя рядом со мной, тоже молчаливо следила за дорогой. Я включил музыку, чтобы избавиться от этой давящей атмосферы. В больнице все разошлись по своим местам: дети — по палатам, Лера — в учебку, я — на обход. Выходя из женской палаты, я столкнулся с Ниной — ее вызвали для консультации по поводу гипертонии больной Лисициной. Мне ничего не хотелось ей говорить, и я лишь поздоровался. — Саш, — она аккуратно взяла меня за локоть, останавливая в коридоре, — мне нужно с тобой поговорить. Я уставился на нее в недоумении. — О чем тут разговаривать? Я и так все понял. — Я правда не знала, что Олег — твой однокурсник. Я хмыкнул. — А это тут причем? — Не причем, — отмахнулась она, — извини. Я просто не знаю, с чего начать… Все это произошло так неожиданно… Ты был так холоден со мной в тот день, когда я приехала в Москву… Эта Лера крутилась с тобой рядом, а потом я совершенно случайно встретила Брагина спустя столько лет, и я подумала, что это какой-то знак… все закрутилось… — Нин, мне не нужны твои объяснения, — прервал я ее, нетерпеливо глядя на часы. — У меня обход. — Тебе все равно? — заглянула она мне в глаза. — Мне не все равно. Мне некогда. Я спешно удалился и направился в следующую на очереди палату, но четко чувствовал ее пронзающий взгляд на своем затылке.