Влюбись в меня снова, если сможешь...

Всё-таки усталость сказалась на юной особе и она приняла решение продолжить свой путь на повозке. К несчастью для извозчика, она тоже любила поболтать про всё, что видит вокруг. -Вы когда-нибудь задумывались об одеянии стражников в тех или иных владениях Скайрима, м? - продолжала затянувшуюся беседу девушка. Лошадь, будто устав от вечного словесного потока, громко фыркнула. Её хозяин же задумался всерьёз: - Хм... Вы об их броне? Я лишь задавался вопросом, почему она столь лёгкая, а потом догадался, что это для более ловких действий, если можно так выразиться. - Да, я прекрасно поняла, о чём вы толкуете. Преступники изворотливы и за ними частенько устраивают погоню, по себе знаю! - последнюю фразу она выделила особенно, чтобы посмотреть на реакцию мужчины. Но ничего интересного не произошло. - Я говорю об её окрасе! Подумайте сами: Вайтран - жёлто-оранжевая, прямо в цвет степей, что расположены рядом. Морфал, Маркарт и тому подобные болотные харчевни, простите меня, зелёного цвета, как и ближайшие к ним, повторюсь, болота и зелёные холмы, горы. Данстар и Винтерхолд - светло-голубые, как и снежные долины рядом. Про Виндхельм молчу... - голос девушки стих, она предвкушала возвращение в любимую стихию, в родной дом. Ей хотелось увидеть своих друзей. Мужчина ждал продолжения её мысли и учтиво не перебивал, понимая, что сейчас этого лучше не делать. - Только я не понимаю, в честь чего у Рифтена фиолетовое одеяние, а у Солитьюда - красное, или какое там. Нет, я понимаю, что это столица у нас выбрала цвет Имперского Легиона, но не провалиться бы им в Обливион! - девушка с размаху стукнула по скамье и резко встала, продолжая повышать свой голос. - Это меня не успокаивает! Как меня всё достало! И вообще, я ненавижу зелёный цвет, если что! Рубаха у вас стремная! - Сядьте, пожалуйста! Упадёте же, дорога неровная... - извозчик не привык спорить с буйными попутчиками, тем более с вооружёнными до зубов, поэтому пытался как можно более мягко успокоить воинственную девушку. - Не учи учёного, поешь говн... - последнее слово осталось без логичного окончания, ибо повозка наехала на камень из-за чего девушка сделала сальто назад, ударившись головой. Мужчина остановил повозку и спустился к упавшему телу. Казалось, что он облысел ещё сильнее, а оставшиеся редкие седые волосы стали ещё седее. Старое морщинистое лицо стало мертвецки бледным, он ринулся к девушке и похлопал её по щекам. - Дышит! - с облегчением выкрикнул мужчина. Не без труда, но он закинул её обратно в повозку. Деньги заплачены, дорога ясна, а оставлять девушку на перепутье возле снежной столицы Скайрима, это равно оставить её на съедение саблезубам или отправить прямиком в Совнгард после прохладного сна. Повозка тронулась в сторону поместья "Викинг" близ ферм Виндхельма. Извозчик знал, что там обосновались этнические норды с другого острова. Ходили слухи, что они намерены защитить то, что им дороже всего - истинную родину, которая дала им жизнь и пуск в новую жизнь на другом острове. Кто-то звал их кочевниками, кто-то искателями приключений, но железно за ними закрепилось имя жителей "закрытого острова". Он "открывался" только тем, кто в нём действительно нуждается, поэтому обычные моряки и другие путешественники не могли попасть к нему. Для обывателей Скайрима ещё было неведомо то, что хранители и жители Закрытого - прекрасные воины и строители, они были новооткрывателями во всех областях, давно известным людям, эльфам, каджитам, но им даже не снилось то, до чего дошёл прогресс в Закрытом, благодаря агрессивному трудолюбию его жителей, которые не привыкли раскрывать все карты и хвастаться. Безусловно, до двемерских сооружений им ещё далеко, но тем не менее... Шутить с тамошними жителями было равнозначно подписаться на суицид, поэтому мужчина немного боялся привозить девушку без сознания в их "логово". Тем не менее, колёса повозки забивались от снега, и казалось, что вся округа слышит хруст льда от тяжести повозки и скрип всего скромного экипажа. Одно неверное движение- покатитесь вниз кубарем. Природа беспощадна, поэтому она и создала гололёд. Непривычный для данных мест ярко-красный закат больше походил на пожар из-за обильного снегопада, он играл в непонятную для глаз иллюзию: воображение дорисовывало различные фигуры и их тени из-за плохой видимости. К счастью для мужчины, непонятные фигуры в мутной дали оказались стражниками Виндхельма. Они заметили бездвижное тело небезызвестной в округе девушки и с горькой усмешкой спросили у извозчика: - Ну и что на этот раз? Снова напилась и прыгала в воду? - Ну что ты такое говоришь, - продолжал другой стражник, - пьёт она не так часто, как дерётся с Иоанном до беспамятства. - Так Иоанн недавно пробегал тут. Опять пыталась познать магию земли и хотела камень принять, как себе равного? Смех извозчика смешивался с нарастающей вьюгой, из-за чего его почти не было слышно: - Да уж, магию земли она познала сполна, ребята. Встала во время езды - и пизданулась прям башкой на землю! Я уж думал, что померла, отрубилась сразу ведь... Я её вон, накрыл да дальше повёз, страшно с ней дело иметь. - Он махнул рукой в сторону мирно спящей девушки, укрытой старыми льяными тряпками. Посмотришь на неё - добро так и хлещет из всевозможных мест, даже не смотря на строгие черты лица. Но узнаешь поближе и понимаешь, что взбалмошность и эмоциональность эту доброту вырезают. - Давай поможем, старик! - стражники по-доброму махнули мужчине, взяли девушку на руки, и понесли в поместье, как новое бревно на огонь. Погода совсем разгневалась, кроме мутных оранжевых огоньков ничего не было видно. Крупные хлопья снега яростно застилали всё вокруг, и казалось, что с каждой секундой они ускоряются. "Снегопад надвигается, значит, теплее будет" - непонятная для жителей Вайтрана и Рифтена фраза была актуальна в снежных долинах. Стражники во главе с извозчиком донесли тело до поместья. Мужчина объяснился перед друзьями девушки и откланялся. Теперь она лежала на полу возле камина, в окружении родных ей людей. Микаса Глумитель - самая юная и низкая из всех присутствующих в поместье. Не смотря на своё хрупкое телосложение, она довольно неплохо обходится со всеми видами оружия, но как и у всех, есть то, что поддаётся тренировкам лучше всего, и у Микасы это Арбалет. Её зоркие зелёные глаза, аккуратная, но строгая короткая прическа и очаровательная улыбка сводят с ума каждого раненного солдата, приходящих к ней. Она с детства изучала алхимию, травничество, но не хотела сидеть целыми днями возле алтарей, поэтому принимает на дому, либо выезжает с ребятами на нужное место по зову гонцов. Эллаиза Милосердная - самая старшая из всех присутствующих, но в тавернах ей до сих пор не продают вино и эль, считая её подростком. Она как две капли воды с лежащей на полу неудачницей, за 20 с небольшим лет они переняли друг у друга множество привычек, и схожая внешность создаёт впечатление их близкого родства. Бойкая, остроумная, справедливая и голодная до убийств врагов девушка. Пыталась отречься от своего молота и примкнуть к магии, что почти получалось, но любовь к двуручному уже сидит глубоко в сердце нордки. Эффект неожиданности: миловидная девушка с нежными чертами лица, пышными волосами бежит на вас из всех сил и достаёт свой большой, твёрдый, сияющий молот и проламывает вам череп. Мечта настоящего мужчины северных краёв! А как она поёт... Коллегия Бардов нервно допивает своё пряное вино в сторонке. Иоанн Свит - ходячая книга по истории всего мира, если не больше. Заносчивый, немного ранимый, но справедливый норд стал главным мужским лицом в данном женском сборище. Высокий, широкоплечий, одетый в лучшую броню "с иголочки". Хороший дипломат и стратег, его можно было бы поставить вместо Галмара. Эллаиза и Иоанн стояли над телом подруги, пока Микаса бегала за нужными снадобьями. - Плохо, что именно в Виндхельме это случилось, - Эллаиза нарушила молчание и заговорила загробным голосом, - тут землю копать тяжело, холодно... Иоанн внимал словам девушки до тех пор, пока не понял, что она пошутила: - Тьфу на тебя! - сквозь смех проговорил норд. - Ты же магию изучала, разогреешь землю... - Да вы оба ахуели что ли?! - охрипший голос очнувшейся девушки заставил застыть Микасу на пороге со снадобьем в руках.