Мираж воспоминаний.

На следующий день после завершения лекций Нил уже не пошел к дому Ваймака, вместо этого он медленным шагом добрался до общежития, поднялся на последний этаж и, схватившись за ручку двери, ведущей на крышу, замер на месте. Он еще не возвращался на это место после случившегося. От одной мысли появиться на крыше, где по приходу не будет сидеть курящий голкипер, его разрывало на части. Раз, два, три. Досчитав до десяти на английском, он перешел на немецкий. Французский он перестал использовать уже давно по одной простой причине — Эндрю его не знал и Джостен прекрасно понимал, как злит Миньярда, когда они с Кевином переходили на непонятную для него речь. Рука дрогнула и дверь со скрипом поддалась. Сделав нерешительный шаг вперед, Нил оказался на крыше. Яркий солнечный свет на мгновение лишил нападающего зрения, но через секунду картинка перед глазами вновь приобрела четкость. Пустота. Только несколько валяющихся бычков напоминали о прошлом. Джостен невольно поймал себя на мысли, что место больше похоже на кладбище. Кладбище того «ничего», что было между ним и Эндрю. Отодвинул принесенную ветром коробку, он медленным шагом направился к выступу на краю крыше. Перешагнув через преграду, Нил встал так близко к краю, что носки его кроссовок свисали над пропастью трех этажей. — И что мне делать, — прошептал Джостен, крепко сжимая в руке край своей футболки. Он не верил в бога, но отчего-то устремил свой взгляд в небо в безмолвной мольбе о помощи. Так и не двигаясь с места, нападающий достал из спортивных брюк пачку сигарет. Одна уже в следующую секунду лежала меж двух губ Джостена и он затянулся. Терпкий ментоловый запах тут же распространился в воздухе и Нил, наконец, выдохнул. Два дня назад Мэтт одолжил Нилу свой старый плеер и проводные наушники, сказав, что это поможет отвлечься, если тот так и не сможет заснуть после очередного тяжелого дня. Джостен еще ни разу не притрагивался к нему, но все это время носил в кармане своей толстовки. Вставив оба наушника в уши, он включил скаченный плейлист. На экране крупными буквами загорелось название песни «Say something». Джостен, не выпуская из рук зажженную сигарету, опустился на холодный бетон и нажал на единственную кнопку. Скажи что-нибудь, я перестаю верить в «нас». Я стану тем самым, если ты хочешь этого, Я бы последовал за тобой куда угодно, Скажи что-нибудь, я перестаю верить в «нас». Я чувствую себя таким ничтожным, Случившееся выше моего понимания, Я совсем ничего не понимаю… Я буду спотыкаться и падать, Ведь я еще учусь любить — Только учусь вставать на ноги. Скажи что-нибудь, я перестаю верить в «нас», Прости, что так и не смог достучаться до тебя. Я бы последовал за тобой куда угодно. Скажи что-нибудь, я перестаю верить в «нас». Я переступлю через свою гордость, Ты — единственная любовь всей моей жизни, И я говорю: «Прощай». Нил замер, а слезы неудержимо спускались по щекам, неприятно скатываясь по шее. Он опустил лицо, пряча его в свои ладони. Чувство потери с новой силой прошлось по всему телу и он закричал. Закричал так громко, что почти тут же сорвал себе голос и поперхнулся. — Твоего «ненавижу» всегда было достаточно, — Нил закурил вторую сигарету и окинул взглядом улицу, пытаясь найти среди толпы силуэт Миньярда. Черная до боли знакомая машина, стоящая в самом центре парковки, была единственным напоминанием о существовании Эндрю в этот момент. Джостен, решив, что этого вполне достаточно, докурил и быстрым шагом направился к выходу.

***

— Да он ни за что не согласится! — Громкий голос Ники разносился на весь этаж и Нил замер у двери, топчась на месте. Он подошел ближе к двери, чтобы лучше понимать происходящее. — Ники, мы должны его как-то отвлечь, — не унималась Дэн. Можно было различить тихий поддерживающий голос Мэтта. — Ты не была там, когда мы его забрали. Если бы ты видела лицо Нила… — Хэммик прервался, но почти тут же продолжил. — Нет, я не буду в этом участвовать. Сами его уговаривайте! Раздражение Джостена почти достигло предела и он открыл дверь. В комнате сидела вся команда, не считая его самого и Эндрю. Ники стоял в центре комнаты, судорожно разводя руками из стороны в сторону. Мэтт и Дэн сидели на диване, Аарон занял место брата и, раскинувшись в кресле-мешке, делал вид, что его совсем не интересует происходящее, Эллисон вместе с Рене и Кевином стояли у окна. — Что здесь происходит? — Устремив свой взгляд на Мэтта, начал Джостен. — О, Нил, ты вернулся. Мы тут обдумывали, что было бы неплохо уехать из города, пока Эндрю не вернется к тренировкам. Его отсутствие слишком сильно на всех сказывается и Ваймак дал добро, сказав, что не против, — Мэтт в надежде осмотрел лицо Джостена, и, подбадривая скорее самого себя, пожал плечами. — Без меня, — отрезав, ответил нападающий и направился в спальню. — Нил, да послушай же ты нас, — Джостен не успел заметить, когда девушка успела встать с дивана, но тяжелая рука Дэн тут же упала на его плечо. — Доверься нам. Нил повернулся лицом к капитану и всеми силами постарался проигнорировать ее сочувствующее лицо. Он знал, что если вся команда решит уехать, он не сможет остаться. Уже завтра на пороге появится Ваймак и силой затолкает его в машину, намереваясь отвезти того к лисам. И Джостен не мог не согласиться, что это могло в какой-то степени помочь скоротать тот период времени, пока ему не дозволено видеть Эндрю. — Если вы перестанете на меня так смотреть, то… — Нил не успел закончить, как Дэн тут же заключила его в крепкие объятья. У него не было сил сопротивляться, поэтому он поддался, уложив свою голову на плечо Дэн. Джостен чувствовал в прикосновениях девушки неподдельную попытку поддержать его и уже не мог злиться. — Что?! — Взвизг Ники оглушил всех присутствующих. — Так просто? Нил опрокинул Хэммика легкой улыбкой и, высвободившись из объятий, скрылся в спальне. Он не мог больше отталкивать лисов. Тогда, в подвале своего дома, он поклялся, что перестанет быть той самой преградой, мешающей доверию товарищей. Джостен больше не хотел быть просто игроком команды, он намеревался стать другом. Незнакомое до этого слово постепенно переставало застывать комом в горле, и Нил был уверен, что совсем скоро он сможет произнести его вслух, адресовывая его всем, кто сейчас сидел в общей комнате. Небольшая спортивная сумка упала на пол и Нил начал собираться, укладывая несколько чистых футболок, брюки и две теплые толстовки. Его гардероб значительно увеличился благодаря настойчивому характеру Ники, но Джостен все также продолжал придерживаться своих старых привычек. Заметив в самом краю комода скомканную черную футболку, Нил замер. Аккуратным движением достав ее, он опустил лицо в прохладный материал ткани. — Эндрю, мы не успеваем заехать в магазин, дай Нилу что-нибудь из своего! — Ники бегал по всей комнате, предвкушая поездку в Колумбию. — Мои вещи слишком большие для его тощей задницы! Нил всеми силами отнекивался, утверждая, что его старая потрепанная толстовка вполне сгодится для очередного вечера в «Райских сумерках». Но когда в его лицо прилетела черная футболка, насквозь пропитанная парфюмом Эндрю, он замер. Миньярд пах смесью пряного бергамота и табака. Джостен был не в силах сопротивляться и уже в следующую минуту удалился в ванную, чтобы переодеться. В тот вечер, стоило ему заметить, что никто на него смотрит, он тут же опускал голову и втягивал в себя остатки аромата. Еле заметные нотки парфюма заставили Нила оставить сборы на потом. И все следующие двадцать минут он просто сидел у открытого комода, не выпуская футболку Эндрю из рук. Он боялся, что уже в следующую секунду от запаха ничего не останется, так же, как ничего не осталось от них с Эндрю. Аккуратно уложив футболку в сумку, Нил поднялся на ноги и вышел из комнаты.