И ад следовал за ним

- Вижу, ты уже разобрался, кто твой враг, - оглядев Эндрю глубоким, проницательным взглядом, заметил Хесус. Когда их машина остановилась у хижины знахаря, уже поднялась Луна. Ее неверный, таинственный свет превратил знакомые предметы в реквизит театральной постановки. Казалось, еще минута, и грянет зловещая музыка, поднимется занавес, а по залу прокатится испуганный вздох. Внутри горели свечи. Мария вышивала в своем углу какое-то огромное полотнище. Когда Эндрю вошел, ведя за собой Нила, она подняла свои выразительные темные глаза и с улыбкой приветствовала их. Хесус указал на подобие дивана, заваленного тряпьем, где когда-то выхаживал Эндрю: - Сядьте. - Разобрался, - вздохнул Эндрю в ответ на замечание Хесуса. - Да. Он хочет твою душу. Ему не нужны деньги или положение. Твою душу, - старик перевел взгляд на Нила, - его. - И что же мне с ним делать? - спросил Эндрю. - Ты поверил, - мрачно кивнул Хесус, - было непросто, а? - Да уж. - Это потому, что ты не знал настоящих людей. Вокруг были только тени. Ты убивал их, а они не умирали, потому что никому не дано убить тень. Нил нашел руку Эндрю и вцепился в нее. Легкое успокаивающее пожатие теплых пальцев усмирило его страх. - Так мне надо мстить, или... - Эндрю пожал плечом. - Предоставь это ему, - Хесус вновь посмотрел на Нила. - Мне бы не хотелось впутывать его, - немного растерянно пробормотал Эндрю. - От твоего желания мало что зависит, - старик изучал молчащего Нила, но не пугал, на этот раз, а провоцировал на расспросы. - Ладно, - сдался Эндрю, - скажите, тогда, он останется со мной? Хесус перевел на него взгляд, кивнул своим мыслям и опустился на пол. Он стал чуть раскачиваться в свете свечей, но ни у Эндрю, ни у Нила не возникло желания даже улыбнуться, заподозрив игру. Они ощутили поток странных образов, идущих через их мысли, почувствовали единение, их общую силу и всю мощь своей любви. Силами, данными ему природой и предками, Хесус показал им, кто они, зачем живут, и слова здесь были бы лишними. Наконец черные глаза открылись: - Любовь и смерть. Вы вдвоем идете этой дорогой. Нет другого пути. Не важно, кто первым из вас покинет этот мир, второй уйдет тут же, следом. Вы только вдвоем. Я много лет помогаю людям, и многие просят меня вернуть или разжечь любовь. Все это чепуха. Любовь - очень редкое чувство, ее почти не осталось. Я помог тебе, Эндрю, потому что впервые за огромный срок, увидел человека, так сильно любящего и любимого. И я спас его тоже, - он опять указал на Нила, - как мог. Не будет тебя, не будет его, и, наоборот. Понятно? - Да. Я знаю, - кивнул Эндрю. - Возвращайтесь в свой мир. Хотя у вас здесь есть еще дело. Нил встрепенулся, с дрожью в руках, цепляясь за Эндрю. Тот успокаивающе погладил его пальцами и спросил: - Дело? - Гиена, или шакал, - в своем репертуаре выдал Хесус. - Непонятно, - без эмоций произнес Эндрю. - Разберетесь. Возвращайтесь в свой мир, - повторил Хесус. - А...наш сын? - вдруг встревоженно спросил Нил, - как быть...правильно ли мы делаем, что отпускаем его? Хесус расслабился. Взял руку Нила, подержал немного, и улыбка - сухая, мимолетная - тронула его лицо: - Он идет путем богатства и славы. Настоящий мужчина, верный долгу и чувствам, как и его отец. Ему не место на мягкой кровати. Он боец. Отпускайте смело. - Слава Богу, - шепнул Нил, а Эндрю улыбнулся и вздохнул. - Как я могу отблагодарить вас? - тихо спросил Миньярд. - Если бы он не приехал за тобой, ты бы не был так добр, да? - усмехнулся Хесус. - Да. Я по-прежнему искал бы смерти. Так как? - Мне не нужна благодарность, Эндрю. Разве что, вон ей пригодятся несколько сотен на конфеты и пряжу, - он мягко кивнул на Марию, все так же занимавшуюся своим рукоделием, - нет, деньги - это только средство. Я достаточно получил уже, заглянув в твою душу. Потери, издевательства, ужас и физическое насилие. Ты был монстром среди монстров, жил среди них, но умудрился сохранить себя. Ты изменился в один год... Когда появился он. Я принял свой дар еще в далекой юности, но окунувшись в твои страдания, чуть не отказался от него теперь. Лицо Эндрю побелело, даже под загаром. Нил встревоженно обнял его за плечи. Голос Хесуса звучал тихо, но внятно: - Ты молчал. Дрался. Жил в тумане какой-то химии. Душа твоя угасала. Но появился он. Тебя любили и женщины, крепко, одержимо. Они мертвы. Им не под силу было встроиться в сложную геометрию твоей сущности. Только он, - при этих словах, Эндрю посмотрел на Нила, а холодный голос продолжал, - он нашел и отогрел. Потом разжег и сумел сохранить. Ты ведь только с ним такой. Мир видит тебя иначе, и все еще ждет, что ты сдашься и погибнешь. Мне не нужна благодарность, Эндрю, потому что, впервые за шестьдесят с лишним лет, я видел ад. Я не могу просить что-то у человека, прошедшего через его обугленные пустыни и смерть, кроме одной вещи. - Какой? - хрипло выдавил Эндрю. - Храни свою любовь. Они все замолчали, слушая негромкий шепот моря. Звуки ночи сопровождали его; свечи колыхались, отдавая теплый свет. Эндрю медленно опустил взгляд на свое запястье: - Поэтому вы?... - Да. Его имя. Это все, что тебе нужно. Уже прощаясь, Хесус повесил Эндрю на шею деревянные четки. - Просто для сдерживания ярости. Их необязательно носить, как украшение. Пусть будут среди вещей. - Что это за камень? - разглядывая четки и перебрав их, Эндрю нашел одну бусину другого цвета. - Обсидиан. - Спасибо, - Эндрю пожал руку старика двумя руками. Проницательный взгляд задержался на его лице. - Возьми с собой мою помощь. Хесус отпустил его и повернулся к Нилу. Тоже рукопожатие, но крепкая рука вдруг схватила его за шею и притянула ухом к самым губам: - Береги его! - яростно шепнул Хесус. - Он беззащитен без тебя. - Да...хорошо, - Нил кивнул и почувствовал, что хватка разжалась. Эндрю остановил машину, немного съехав на обочину, и откинулся в кресле. Его точеный профиль красиво выделялся на фоне ночи. - Я закурю? - негромко спросил он. - Кури, конечно, - Нил пожал плечами, - что с тобой сделаешь?... - Я только здесь. Дома не буду, - Эндрю достал сигарету, прищурился, затягиваясь, - Нил? - Да? - Ты ничего такого не услышал? Ну...не знаю, как осадок какой-то остался. Нил, повернув голову на подголовнике, вздохнул и задумался: - Не ты убьешь Шона? Ты об этом? Эндрю задумчиво кивнул, снова сделал затяжку и машинально передал сигарету Нилу. Тот взял ее двумя пальцами и тоже затянулся. - Предоставить месть тебе, - шепнул Эндрю, - это может значить только одно: что твой Шон еще покажет себя. - Че это он мой?! - возмутился Нил. - Ладно тебе, фигура речи... Я, если честно, приохуел, как его накрыло. - Я ему сначала не поверил, - вздохнул Нил, передавая сигарету Эндрю. - Ну, на коленях он очень убедительно ползал, - Эндрю без улыбки покачал головой и взглянул на Нила, - я даже испугался, что у него может появиться шанс. - Че-е-го?! - презрительно фыркнул Нил, - с какой же это стати? - Он так горячо признавался тебе в любви, обещал, чуть не Луну с неба... - И нахуя мне Луна? - Нил отвернулся и вздохнул. - Ты же понимаешь меня, - вдруг шепнул Эндрю, выпуская колечко дыма, - я никогда не клялся тебе в своих чувствах, наоборот, редко говорил о них. Я ничего тебе не обещал, толком, ничего не дарил, кроме, разве что, машины и Макса. - Замолчи, пожалуйста, - также переходя на шепот, попросил Нил. - Как ты можешь сравнивать? - Нил, - Эндрю склонился к нему, держа сигарету одной рукой, а другой, поворачивая его лицо за подбородок - Нил? - Что? - синие глаза блеснули в темноте оттенком индиго. - Ты меня любишь? Нил шокировано сглотнул, похлопал ресницами и медленно спросил: - Эндрю, что это значит? - Ответь мне. - Люблю, - путаясь в его красоте, шепнул Нил. - Что мне сделать для тебя? - Эндрю! - Нил испуганно вцепился в его пальцы, - зачем ты говоришь мне это? Чего добиваешься? - Ответь мне, - настойчиво повторил Миньярд. - Что сделать? - Нил растерялся, - зачем? - Чтобы ты стал любить меня сильнее. - Я...я и так уже скоро с ума сойду! Мы столько вместе, а я, как помешанный! Ты знаешь статистику разводов? Ты знаешь, что у Ники отдельная спальня... А я заснуть без тебя не могу, хочу тебя, как подросток.... - он вспыхнул от своих признаний и нескладно добавил, - ты такой глупый, Эндрю. Я очень сильно тебя люблю, - Нил притянул его к себе за шею и прижался щекой к щеке; дым, горечью слез, входил в легкие. - И ты согласился бы сейчас, - Эндрю потерся щекой о его прохладную щеку, - словом, ты сказал бы мне "да", если бы мы не были в браке? - Да, - Нил забрал дотлевшую сигарету из его пальцев, смял ее, выбросил в окно и нежно поцеловал в губы. - Да, Эндрю. Всегда да. Ночь замерла над ними. Прямо в лобовое стекло светила Луна, зависнув, как фонарь, между крупных звезд. Где-то тоскливо провыл койот, а потом шорох невысокой травы скрыл топот легких лап. Нил улыбнулся своим мыслям. Чужая ночь, другие звуки, но ему плевать, ведь кожа щеки еще хранит нежность губ Эндрю - родного, любимого человека, вдыхающего эту ночь вместе с ним. - Поедем домой? - тихо спросил Эндрю. - Да. Пока хватит приключений. - Завтра к Джошу... Отдадим тачку, попрощаемся... - Все? Домой, в Штаты? - Нил вздохнул, - наш незапланированный отпуск подходит к концу? - Нет. Еще в Германию, - Эндрю повернул голову и многозначительно кивнул, - за нами должок. - А, да. Долги надо отдавать. - Вот именно. Эндрю завел двигатель. Сильные руки уверенно вывернули руль, выводя машину на трассу. Оказавшись в бунгало, Нил пошел искать спальню. - Ну, ни фига себе, площади! - удивленно восхитился он. - А я и не был еще там, - Эндрю устало огляделся, - вон там мы завтракали - это кухня, а вон там, наверное, спальня. Нил открыл дверь, нашел выключатель; просторная комната с огромной кроватью осветилась приглушенным сиянием. Сдержанный оттенок сиреневого преобладал во всем интерьере. - Тебе понравится, - он обернулся. Миньярд молча вошел, погладил кончиками пальцев стену, зажег маленькую прикроватную лампу, а большой свет погасил. По-хозяйски прошелся по спальне, распахнул окно, а потом вернулся к Нилу, все еще застывшему в дверях. - Мне нравится, - тихо сообщил он и взял Нила за руку, - давай в душ. Я тебя жду. - Может, вместе? - улыбнулся Нил, а Эндрю провел по его плечу, чуть сжав, и покачал головой: - Я хочу тебя здесь. Когда Нил вернулся, Эндрю уже расстелил постель, перевернул все шкафы, притащил тарелку с печеньем и шоколадом, и бутылку какого-то вина, найденного в баре. - Ни фига себе, бурная деятельность, - усмехнулся Нил. Эндрю молча толкнул его на постель, устроил ему подушку под спину, чтоб удобнее было сидеть и разлил вино в бокалы: - За нас, - почти шепотом произнес он и посмотрел Нилу в глаза, - чтоб, это, мать его, не был сон. - Да. За это надо выпить, - Нил сделал несколько глотков. Эндрю забрался на него сверху, усевшись на его бедра и, отломив дольку шоколада, сунул ее Нилу в рот. Нил прикрыл глаза, и тут же почувствовал прикосновение горячих губ. Шоколад таял у них на языках. Эндрю ловил ставшую крошечной дольку зубами и водил ей по губам Нила, который пытался отобрать ее из его рта. Этот поцелуй со вкусом шоколада, вызвал какую-то дикую смесь эмоций. Нил обнял Эндрю за шею, впиваясь со стоном в его губы. - Давай еще, - золотые глаза сверкали, как вино в бокалах. - Давай. Они выпили снова. Теперь Эндрю засунул Нилу в рот печенье. Взгляд его наполнялся желанием, а потом он прижался к губам Нила, и крошки печенья, царапая кожу губ, снова превратили поцелуй в нечто бесподобное. - Клубники бы еще, - покусывая губы Нила, что-то прикидывая, заявил Эндрю. - И мороженого, - Нил сполз с подушки и обнял его за шею, погружая пальцы в шелковые пряди волос. - О, да. Ну, ничего, шоколад тоже подойдет. - Для чего? - шепнул Нил, - Эндрю! Блин, ты че творишь?! Подтаявший шоколад оказался в ладони Эндрю. Спустившись ниже, Миньярд обхватил ею член Нила и нанес, как глазурь по всей длине. - Вкусный, или нет? Эксперимент... - Эндрю нежно облизал головку, чуть посасывая, водя языком по уздечке. - Ну и как?! - ошалело стонал Нил, - только не вздумай остановиться. Не вздумай! - Надо запить, - Эндрю сверкнул глазами, - а то очень сладко. Он оторвался от Нила и сделал глоток вина. - Заебись, - сделал он непристойный вывод, - продолжим. - Псих, блядь! - стонал Нил, буквально извиваясь от наслаждения, - сам додумался? - Ты меня не дооцениваешь, - Эндрю взял его целиком, одной рукой поигрывая яичками и чуть царапая кожу с внутренней стороны бедер. В четком, нежном, упругом ритме он двигался еще несколько минут, но на другие шалости у него не осталось времени, потому что Нил кончил с громким стоном, матерясь и попеременно признаваясь Эндрю в любви. - Ты бы там определился, - усмехнулся Эндрю, облизываясь. - Сука! Какой кайф! - А иначе нахуя затевать? - резонно заметил Миньярд, допил вино из своего бокала, повертел бокал Нила и разлил снова. - На, бухни. Это еще не все. - Бля-а! - взмолился Нил, - на тебя, что, близость моря так действует? - Ты на меня действуешь, - улыбка Эндрю стала нежной; от алкоголя глаза посветлели; зрачки чернели контрастом к золоту. Нил дотронулся до его груди, провел пальцами по загорелой коже, подушечками пальцев чуть потер соски, но, пока не преследуя цели возбудить или подразнить, спустился к животу. Он наслаждался уже от одного вида красивого тела Эндрю, с недоверием оглядываясь назад, на времена полных, жестких запретов на касания. - Ты охрененный, - шепнул Нил, - просто идеальный. Каждая мышца видна, я просто не могу, Эндрю... Столько сил приложено, хотя, ты всегда был красивый, злой, правда, - он нежно обвел его взглядом и смущенно отвернулся. - Эй, - Миньярд склонился к нему и осторожно заставил повернуть лицо, - ты чего это, а? - Вспомнил, на кого я был похож, когда мы встретились, - тихо ответил Нил, - слава Богу, что тебе было похрен. - Мне не было похрен, - вдруг признался Эндрю, - после того, как мы все с тобой выяснили, я просто охуел, когда увидел, что с тобой сотворили. Я не умел выражать свои эмоции, да. Я не говорил о чувствах - да. Я был болен, наверное, и не появись ты, умер бы, и все. Спился бы, как думает Ваймак, или скололся, возможно... Красота... Господи, Нил, да я пашу в зале, и все. Я не заказывал родиться блондином, иногда, честно тебе скажу, мне даже хотелось стать понезаметнее, ты понимаешь... - Да, - шепнул Нил. Он боялся таких разговоров с Эндрю, когда Миньярд резал правду, не боясь причинить себе боль, но зато, во время таких откровений, Эндрю и раскрывал всю свою сущность: взрослого человека, поднявшегося над болью прошлых ран и обид. Считав его замешательство, Эндрю прижал его руки к своей груди и без улыбки тихо произнес: - Хотя, конечно, я кайфую, когда ты говоришь мне...Знаешь, Ваймак как-то мне сказал, что я становлюсь хорош собой, - Эндрю смущенно пожал плечом, - наверное, просто ушло безумие, а он мне такой: "Эндрю, нельзя молчать о своих чувствах, Эндрю, скажи Нилу"... Я был в ахуе. Что сказать Нилу? Я хуй знаю... хочу этого Нила, короче... Нил рассмеялся и погладил его снова: - Я, все равно, тебе первый признался. - Ты же был сильнее. Моя защита всегда превращалась в твою. Ты меня защищал. Ты меня в клинику упек, так ведь? - Господи, Эндрю, я же понимал, что иначе нельзя. Как бы эта блядская химия на тебе сказалась?! - Не уводи меня в сторону. Ты поперся в "Эвермор". Сейчас, оглядываясь назад, я сказал бы, что это было просто скопище шизиков. Нельзя нормальному человеку попадать к психам. Мы живем в нормальном мире, а дурдом обычно заперт. Нет, Джостен заявился туда, на съедение этим долбоебам. Нахера? Вопрос. Я, выходит, тоже дебил, раз не понял, что дорог тебе. - Эндрю, - Нил сцепил их пальцы, - что с тобой? Тебе вискаря налить, вместо этого девчачьего компота? - Вискарь - дело хорошее, - улыбнулся Эндрю и посмотрел на Нила сверху из-под опущенных ресниц, - только можно я тебя спрошу еще кое о чем? - Чего это? - насторожился Нил. - Если бы мой братишка не вломился в ту комнату первым, кто бы убил Дрейка? Нил вздрогнул всем телом, как бывало всегда, при упоминании безумного маньяка, отнявшего несколько лет жизни у Эндрю. Он покачал головой и медленно поднял взгляд. - Я тебя люблю, Нил, - вдруг твердо произнес Эндрю. - Ты дороже мне всех на свете. - Ты пьян? - шепнул Нил. - Да. Глаза их встретились. Эндрю сжал его пальцы, перебрал их, лаская, склонился к его лицу. - Умрешь ты, умру я. - Всегда так было, - Нил обнял его, - я буду любить тебя всегда, раненым, психованным, злым, каким угодно. Все встало на место. Твои травмы были внутри, мои снаружи, баланс. Любым, Эндрю... Приму любым, даже свихнувшимся... - И пьяным - тоже? - улыбнулся Эндрю, устраиваясь на нем сверху поудобнее, и целуя в шею и подбородок. - Это меня вообще не парит. Я сам не трезвее, - Нил притянул его к себе, - давай же, - шепнул он ему на ухо, - отымей меня. - И на кого из нас влияет море? - Эндрю мягко взял его, погружаясь медленно и глубоко. Губы приоткрыли пухлые губы Нила, лаская, наслаждаясь каждым движением и вздохом. - Эндрю, - шептал Нил, подчиняясь его телу. - Нил, - шелк волос коснулся плеча, пока горячие поцелуи покрывали шею, - мой... В его жарких объятиях, Нил крепко проспал до самого утра. Открыл глаза, убедился, что лежит на сильном плече; золотой нож сверкает на груди Эндрю, а длинные пальцы сцеплены с его. Ровное дыхание Миньярда говорило, что он еще где-то в глубинах сна, в кои-то веки, отстав от Нила, проснувшегося первым. - Как же ты нужен мне, - подумал Нил, уже не удивляясь своей непроходящей потребности в этом человеке, идущим с ним рядом с самой юности... - Господи чуть все не рухнуло. Как же теперь забыть об этом?! Он поднял глаза. Светлые пряди, переливающиеся на солнце, длинные ресницы, прямой нос... Ему уже не хватало блеска карих глаз, улыбки - пусть редкой, прохладной, но такой необходимой. - Эндрю, - шепнул он и снова устроился на его плече, запретив себе будить его раньше времени. Он не заметил, как снова задремал, а проснулся уже под внимательным золотистым взглядом. - Привет, - шепнул Эндрю. - Привет. Выспался? - Впервые за тысячу лет. - Я тоже. - Иди ко мне. Нил прижался к нему всем телом, положил голову на грудь и потерся волосами о подбородок. Эндрю сжал его обеими руками посильнее и медленно вздохнул. - Чуть все не сломали, уроды! - злобно произнес он и поцеловал Нила в макушку. - Мысли читаешь. Мы, наверное, еще долго будем отходить от этого. - Мне тридцать шесть лет, Нил. Я заебался, если честно, попадать в пацанские истории. Сколько можно-то? - Шону тоже тридцать шесть, - тихо сказал Нил, - а ему, я смотрю, нормально. - Вовремя все делать надо, - огрызнулся Эндрю. - Ладно, не встретил пару в двадцать, бывает. Козел. Но мог бы попробовать поискать среди свободных парней, нет? - Слушай, а ты давно знаешь его? - Довольно-таки. Лет шесть-семь. Он раньше работал на спецслужбы, потом перешел в службу безопасности. У него очень серьезные обязанности, вообще-то. Ежедневные планерки, много непредсказуемых дел, охрана объектов разработки, охрана предприятий, представил? - Управление огромным штатом, - Нил кивнул, - интересно, сколько у него в подчинении? - Несколько тысяч сотрудников, плюс директора на каждом предприятии, - Эндрю покачал головой, - я поэтому чуть в осадок не выпал: такой персонаж, и мой Нил. - А что с твоим Нилом не так? У него супруг - генеральный директор корпорации, между прочим, - в улыбке прозвучала невольная гордость. - Приятно, что ты это ценишь, - Эндрю потерся о его волосы, - ты из другого мира. Шон бы не справился с твоей жаждой жизни, свободой. Ты другой. Не для него. - Эндрю зарылся пальцами в рыжие кудряшки на затылке. Ты ему не подходишь, короче. Ты мой. - А он говорит, что влюбился, и ты в это веришь, - заметил Нил, - он же мог влюбиться? - Я уже сказал, да. Уж если даже я сумел признать свое чувство к тебе... Только, вот в чем дело, Нил: такие люди, как Шон, получив желаемое, не станут с ним церемониться. Он запрет тебя под замок. Я - собственник, а он в квадрате. Ты свободен, Нил. На твоих руках нет наручников, и не должно быть никогда. Я хочу, чтобы ты вот так просыпался со мной и улыбался. Никаких воспоминаний, и никаких наручников. Только мое кольцо на твоем пальце. - Оно всегда со мной, - Нил закрыл глаза, - это - единственная вещь, которая нужна мне в подарок от тебя. Он помолчал, прижимаясь к Эндрю, впитывая его тепло и нежность. - А еще тачка, и повязки на руки, помнишь, и Макс, и... Они рассмеялись. - Я, кажется, что-то все-таки дарил, - согласился Эндрю, - тачка-то, точно, была нужна! - И мой кот! Я по нему скучаю. - А я по Саймону. Как он там? Ты говорил, лекарства помогли? - Да. Марго умница, и доктор вовремя его с искусственных кормов снял. Эндрю вздохнул, думая о доме. - Наш сынок нам, наверное, не простит этого загула, - Эндрю немного напрягся, - пиздец, мне так стыдно перед ним. Не знаю, как... - Все будет нормально, - Нил мягко погладил его по щеке, - позвони ему и скажи, что скоро вернемся. - Я позвоню. После завтрака Нил вышел на пляж, оставив Эндрю одного. Он знал, что, прежде чем звонить сыну, Миньярд будет сосредотачиваться и думать. Нил чувствовал, что Эндрю не нравятся простые слова извинений и оправданий. Честный, всегда выбирающий прямые выражения, он будет говорить с Аланом немного жестко, но зато точно донесет свои сожаления и выправит ситуацию. У них еще будут теплые разговоры, а если мальчику понадобится нежность и сочувствие, он всегда может обратиться к Нилу. Нил прилег на песок у кромки воды. Солнце вцепилось в его тело, угрожая сжечь. "Пофиг", - подумал Нил, закрывая глаза. Море тихонько плескалось рядом; у горизонта ровной грядой шли парусники; где-то на общественном пляже "Пуэрто-Альба" играла музыка, и визжали дети. Через некоторое время стеклянная дверь бунгало откатилась, и Эндрю пошел к нему, негромко ругаясь: - Бля! Бля! Как ты лежишь? Жжет ведь! - на цыпочках он подбежал к воде и, прямо с берега, нырнул в синюю прохладу. - Фу! Нил? Ты не сдох? - Не знаю, - разморено отозвался Нил и приподнял тяжелую голову. В глазах темнело. - Иди сюда! - тон Эндрю не терпел возражений. Нил поднялся и пошел к нему, стряхивая с купальных плавок песок. В воде, как всегда, стало легче, а берег и все постройки на нем воспринимались, как другой мир чужой реальности. Эндрю валялся на спине, опираясь только на локти. Волосы сияли, слепя, не хуже солнца. - Поговорил? - Нил улегся рядом, любуясь парусниками - белыми, синими, оранжевыми. - Да, - Эндрю мельком оглядел его лицо. - Он не злится, но торопит, чтобы мы оценили его на поле. Больше ничего не беспокоит...счастливое время. - У нас получается? - тихо произнес Нил, почти без знака вопроса. - На удивление, - кивнул Эндрю. - Я в его возрасте уже размышлял, как лучше умереть. - Знакомые размышления, - вздохнул Нил, - только с некоторыми поправками: как выжить, - он вдруг улыбнулся, - представляешь, Эндрю, мы не знали нормального детства, а у нас получается... Эндрю вздохнул. - Мы - люди, Нил. Даже мы подсознательно чувствовали, что живем не так, как надо. - Еще бы сразу такими умными стать, - вздохнул Нил. - Всему свое время, - Эндрю прохладно улыбнулся и взглянул на него, - не было бы всей этой хрени, может, и не встретились бы с тобой. - Все. Тихо, - Нил приложил палец к губам, - ради тебя я даже готов помнить. Эндрю помолчал, обдумывая его слова, а потом отрицательно мотнул головой: - Прикуриватель помнить не хочу. Не хо-чу, - по слогам жестко повторил он. - Сейчас бы не пережил бы, наверное, твою боль. - Тебе на свою было чихать, - заметил Нил. - Я привык. А ты стал для меня каким-то символом, что ли. Я не знал, что со мной, Нил. Я тысячу раз пытался тебе объяснить: был ты, и весь остальной мир. Откуда я мог знать, что это такая вот любовь. Хер ее разберет. Меня никто за всю жизнь ласковым словом не назвал. Нил, не отрываясь, смотрел на него, а потом медленно протянул руку и, убрав шелковистую, уже влажную от воды, прядь, за ухо Эндрю, тихо произнес: - Любимый мой. Эндрю вздрогнул и вопросительно свел брови: - Что? - Самый красивый, невозможный и любимый. - Нил, - Эндрю поймал его руку и сжал,- че ты несешь? - Я называю тебя, - просто ответил Нил. - Лучше поздно... - Остановись пока на этом, - попросил Эндрю, - я не готов. - Зайчиком называть не буду, обещаю, - усмехнулся Нил, - надо придумать... - Так, придется ножи доставать, - предупредил Эндрю. - Я тебя не боюсь, - улыбка Нила стрела с лица Эндрю все притворство. - Я знаю, - Эндрю притянул его к себе и поцеловал. - Знаю. Ты сделал так, чтобы я начал жить. И без всяких там "любимый" или...блядь, даже повторить это не могу, "зайчик". - А меня называл, - хмыкнул Нил. - А ты нормально все воспринимаешь. Кроме того, называл я тебя в другом контексте. - Ладно, считай, выкрутился. - Иди ко мне, - Эндрю обнял его и стал целовать, легонько лаская губами теплые губы Нила. - Надо к Джошу ехать. - Мы торопимся? - Нил обнял его, мокрого и нежного, жарче отвечая на поцелуи. - Нет. Еще чего... Объятия держали их в плену чуть не до вечера. Только когда рука Эндрю, поворошив рыжие лохматые вихры надо лбом, потянула его вверх, Нил соизволил подчиниться. - Вот же блин, - ворчал он, бредя вслед за Эндрю к дому, - мы, кажется, заслужили этот отдых. - Одевайся, - Эндрю окинул его взглядом, изучил лицо, будто видел впервые, - расчешись. Это же ужас, что такое. Когда ты последний раз подстригался? - Не помню, - отмахнулся Нил. - Давай, я, - Эндрю взял свою массажную щетку и спокойно, в несколько уверенных движений, прочесал все лохмы, уложив в красивые волны надо лбом. - В чем была трудность? Нил разнежено поднял голову и закрыл глаза. Эндрю коснулся его щеки ладонью: - Рубашку мою синюю надень. Тебе пойдет. Ты меня слышишь? - Эндрю потряс его, - Ну, лентяй, бля! Нил! - Хорошо. Надену. Площадка у бара, служившая парковкой, была сплошь заставлена машинами. - Аншлаг, - заметил Эндрю, втискиваясь между двумя "Скайлайнами", принадлежащими, как было ему известно, самому Джошу. - Не будем разбивать трио, да? - Все его? - спросил Нил. - Все. Любит эту марку. Сам делает, прокачивает. Джош появился на крыльце с бутылкой пива и покивал головой: - А я слышу, родной движок... - Он улыбнулся и обнял Эндрю за плечи. - Привет. Уже не ждал. Он пожал руку Нилу, оглядев его быстрым взглядом. - У вас все нормально? - Да, - улыбнулся Нил. - Ну, приперлись вместе, значит, зря беспокоюсь. Эндрю, - он кивнул на дверь, - идите со мной, там столик поближе к тишине, выпьем... Джош, не спрашивая о предпочтениях, заказал текилу и разнообразную закуску, разложенную на меленьких тарелочках. Нил с интересом поразглядывал меню, но Эндрю отобрал его и поставил перед ним рюмку. - Был в Мексике и ни разу не пил текилу. Тебя прирежут. Давай, за нас. - За вас, - откликнулся Джош. - Вы - полные психи. Я таких еще не видел. Думал, один, хоть, нормальный, - он, усмехнувшись, ткнул пальцем в Нила, - ага, как бы не так! Парочка, бля. Они выпили. Откинувшись на стуле, Нил заметил в глубине зала какую-то тревожную компанию. Громко переговариваясь, парни в татуировках явно нервничали. Нилу даже показалось, что прозвучало имя Эндрю. - Кто это? - глядя в другую сторону, спросил он у Джоша. Эндрю усмехнулся, а Джош, чуть протормозив, ответил: - А, это Хорхе и компания. Местные...как выразиться? Короче, до моего скромного появления, они держали весь поселок: рэкет, трава, беспредел. Убийств за ними, вроде не числится, по крайней мере, после отсидок, - Джош пожал плечами, - мы соблюдаем некий пакт о ненападении, хотя, сам понимаешь, горбатого могила исправит. Эндрю снова разлил текилу, коротко глянул Нилу в глаза. Тот с пониманием кивнул: - Наш красавчик с ними пообщался, как я чувствую? - Правильно чувствуешь, - чуть удивленно ухмыльнулся Джош, - он говорил тебе, как к нему попала тачка? Нил медленно перевел взгляд на Эндрю и приподнял подбородок: - Что натворил? - и в голосе его, еще не знающего, в чем дело, уже прозвучала гордость и нежность. Джош оглядел их и вздохнул. - Сыграли в покер, - Эндрю опустил ресницы. - Так, - Нил склонился к нему, - посмотри на меня! - Я не жульничал, - сообщил Эндрю. - Точно? - Отвечаю. - Ну, смотри мне, - Нил с сомнением обвел его лицо взглядом, - играет, конечно, впечатляюще, - пояснил он Джошу, - но я бы ему не доверял. Эндрю сверкнул улыбкой: - Это он мне не простил, что я его на раздевание обыграл. - Ты жульничал! - Нил наставил на него палец. - Стопудово! Джош рассмеялся: - Короче, Нил, он эту тачку выиграл и нажил себе врагов. Я их растаскивал уже сто раз. - Охотно верю, - кивнул Нил и выпил обжигающую жидкость. Эндрю смотрел ему в глаза, и Нил читал его мысли: "Мне было тяжело без тебя", - кричали золотистые омуты под длиннющими ресницами. "Что мне оставалось?" Не задумываясь, не обращая ни на кого внимания, Нил коснулся руки Эндрю и легонько сжал. Обручальные кольца сверкнули в неярком свете. - А можно спросить?... - тихо проговорил Джош. - Само собой, - ответил Эндрю, глядя Нилу в глаза. - Вы давно вместе? - Пятнадцать лет, - шепнул Нил. - О, Боже! Так долго?! - Джош вытаращился на них, потеряв самоконтроль, - и как...Ладно, не отвечайте, я сам вижу, - покачал он головой. Алкоголь быстро развязал языки и поднял настроение, переключив внимание на другие темы. Разговор зашел о машинах. Эндрю с Джошем принялись горячо решать, что делать с разбитым "Ниссаном" Эндрю. Миньярд предлагал, оценив ущерб, отремонтировать его, чтобы впоследствии переправить ему, но Джош сомневался, что кто-нибудь сможет угодить Эндрю. - Специалистов здесь навалом, - говорил он, зная рынок, как свои пять пальцев, - но все работают кустарно. Даже неловко предлагать тебе такой сервис, с позволения сказать: не твой уровень. Сделай ее в Америке, будет дороже, но круче. Нил отправился в туалет, немного утомившись от алкоголя и шума. В привычной обстановке он бы предпочел свежий воздух, но на улице стояла невыносимая жара, и он пошел в полутемные помещения, в надежде на кран с ледяной водой и относительную тишину. Он умылся, мельком глянул на себя в зеркало. Взгляд немного прояснился, и тут же удивленно замер: прямо за спиной возник Хорхе, а в руке у него блеснуло лезвие. - Вякнешь, и ты труп, - сообщил он тихим хрипловатым голосом. Сбоку нарисовались еще две разукрашенные фигуры и молча уставились на Нила. - Что надо? - заставив себя расслабиться, спросил Нил. Внутреннее напряжение никуда не делось, но на лице не дрогнул ни один мускул. - От тебя - ничего. Умрешь быстро, - пожал плечами Хорхе. - Твой дружок, а, судя по кольцам у вас на пальцах, не просто дружок, а кое-кто помилее, должен все-таки когда-нибудь почувствовать свою неправоту. Зря он притащился сюда. - Не любишь проигрывать? - холодно усмехнулся Нил. - Ты приложил руку к его тачке? - синие глаза полыхнули яростью. - Я понял, как ты делаешь свои дела: элементарно и небрежно. Раскурочил тормоза и, как ни в чем не бывало, стал ждать последствий. - И откуда тебе знать? - прошелестел голос справа, но Нил даже не взглянул на его обладателя. Зато Хорхе дернул локтем, нанося несильный удар говорившему: - Заткнись, Вито. - Че тут думать-то, - усмешка Нила похолодела на десяток градусов, - ты тут единственный враг Эндрю, как бы меня не пытались убедить в обратном, типа, он со всеми в контрах. Нет, он адекватен и вполне миролюбив, пока его не трогают такие козлы, как вы. Гараж принадлежит тебе. Тоже мне ребус. Ты чуть не убил его, а мне не нравится, когда ему хотят навредить. - Ладно. Кончай базарить, - скомандовал Хорхе и ухватил Нила за волосы. Остальные двое метнулись в стороны: один - к дверям на "шухер", второй - потирающий плечо Вито - с пистолетом, к стене. Лезвие коснулось кожи. Лед ожег шею. Нил почувствовал, как горячая кровь потекла на грудь. Ярость ударила, как гейзер, пробивший оболочку земли. Нил вцепился в запястье Хорхе, на миллиметр отодвинул от шеи и швырнул своего неожиданного противника на дверцу кабинки. Хорхе, зашипев, напрыгнул на него снова, но первоначального эффекта ему уже было не добиться. Нил пнул его в пах, выкрутил руку и отобрал нож. Хорхе потянулся к поясу, пытаясь достать второй, но Нил уже понял, зачем он устроил эту возню, и снова ударил его ногой в бедро, тут же отпрыгивая назад. Парень у двери метался, не решаясь лезть на рожон, а вот Вито, сдвинув брови и трясясь, поднял пистолет и направил его на дерущихся. Ствол болтался, ловя цель. Нил знал, что теперь идет борьба между нервами и здравым смыслом, которого у Вито было негусто... Грянул выстрел. Нил оскалился от боли, ожегшей плечо; в глазах потемнело. Падая, он все же успел вздохнуть с облегчением, потому что двери распахнулись, и в проеме сверкнули платиной волосы Эндрю. Миньярд занес руку для броска, и Нил отключился, уже не увидев, как нож пробил грудную клетку Вито... - Он там утонул, что ли? - хмыкнул Эндрю. - Да он же сказал, жарко здесь. Сейчас умоется и придет. Чего ты волнуешься? - Джош потянулся за бутылкой, - Эндрю? Они переглянулись, разом трезвея. Какой-то недвусмысленный шум донесся из коридора, ведущего к туалетным комнатам, как раз, когда музыка взяла перерыв, а через пару секунд звук выстрела подбросил Эндрю. Он тут же схватил нож со стола и увидел, как Джош вытаскивает из-за пояса пистолет. - Двигай! - крикнул Миньярд и помчался, лавируя между столиками с перепуганными посетителями. - Нил! - Эндрю упал на колени прямо в лужицу крови, растекающуюся из-под плеча Нила. - Нет, - голос его сел, - нет. - Стоять, - холодно произнес над ухом голос Джоша. - Оружие сдать. Хорхе, ты оглох? Я тебя убью сейчас. - Я сам кое-кого сейчас убью! - завопил Хорхе, но до Эндрю не добежал. Миньярд поднял глаза...выстрел Джоша отбросил Хорхе на пол. Нож, занесенный для удара, выпал. - Козел. Всегда с двумя ножами ходил, - уже в прошедшем времени, сообщил Джош и повернулся к Эндрю, - эй, как он? - Не знаю, - шепнул Миньярд, пытаясь найти на мокрой от крови шее пульс. - Нил! - глухо позвал он и лег ухом на грудь Нилу. - Ни хуя не слышу! - в отчаянии прошептал он. - Я позову парней прибрать тут, а ты неси его в машину. Надо везти к Хесусу! - Джош потряс Эндрю. - Понимаешь меня?! К Хесусу! Живее, Эндрю! Туда, через запасной выход! Давай! Эндрю поднялся. С помощью Джоша, поднял Нила на руки и поспешил к указанной неприметной двери... Душный воздух надвигающейся ночи затруднил дыхание; а страх сковывал по рукам и ногам, пока он устраивал Нила на заднем пассажирском сиденье. Ресницы Нила были плотно сжаты, кровь сочилась, смачивая рубашку, и ручейком, по руке, стекала на коврик. Он помнил, как Нил рассказывал ему о гонке по ночному Нью-Йорку. Как он мчался к доктору, уходя от погони... Хренов экшн. Эндрю тогда выжил лишь чудом, благодаря Нилу... - Держись, - шептал Эндрю, крепко держа руль. Пыльная дорога неслась навстречу, пугая незнакомыми очертаниями, то камней, то кактусов, выныривающих из ниоткуда. - Только живи, Нил, прошу тебя. На секунду вернулось ощущение распахнутой двери ада, полыхающего огнем, манящей его в свои таинственные глубины. "Давай, Эндрю! Та передышка не в счет. Одиннадцатый круг пройден. Мучение нежностью и сексом на пляже завершилось. Еще один круг, и твоей души больше не будет. И придет покой."