30 дней до конца

«...ты слишком красива, чтобы быть просто другом...» Stray Kids – Sorry, I Love You

      – Госпожа Ким, у нас не самые хорошие прогнозы на Ваш счёт, – с порога начал врач, стоило ему войти в палату девушки. Впрочем, её это не особо удивляло. Больницу она посещала регулярно раз месяц, но с каждым разом состояние девичьего здоровья становилось всё хуже, и уже никто не мог сказать точно – поправится ли она вообще. Этот факт напрягал как родителей, так и медицинских работников.       Кого-угодно, но не её. Хотя скончаться ей бы не особо хотелось…       За окном стояла пасмурная погода, столь обыденная для осени. Тучи угрожающе сгущались на небе, будто бы ливень готов был вот-вот ударить по улочкам этого суматошного города. Молодая девушка лет восемнадцати сидела на больничной койке, подложив под поясницу подушки, и думала о чём-угодно, но только не о словах лечащего врача. Ей вовсе не хотелось сейчас размышлять о своей болезни, которая осточертела за последние годы жизни. Сейчас, например, всё девичье внимание было переключено на мысли о том, какой запах стоит на улице. Вероятно, незабываемый запах свежести, утренней росы, нечто настолько лёгкого и приятного, что от одних размышлений хочется улечься на газон больничной территории, раскинуть руки в стороны и полной грудью вдыхать влажное благоухание утра, чуть прищуриваясь из-за только-только вставшего солнца. Жаль, что на улице тучи заволокли всё небо, а на газоне ей вряд ли дадут так просто взять и разлечься. Что ж, не велика потеря. Ей прогулки на свежем воздухе в каких-нибудь заядлых парках прописывают каждый чёртов раз, стоит ей оказаться на приёме у врача – у неё будет ещё куча возможностей воплотить в жизнь коварный план. Лишь бы почки потом не простудить.       – ...мы не можем сказать наверняка, но... Госпожа Ким, Вы меня слушаете? – от заданного вопроса брюнетка тут же оторвалась от разглядывания пейзажа, устремляя острый взор на своего лечащего врача. Тот лишь обречённо вздохнул, усаживаясь на стул рядом с её койкой. – Ханбёль, я понимаю, что Вам сейчас не легко приходится, но хотя бы на долю секунды задумайтесь о своём здоровье. Это не шутки.       – Разве похоже на то, что мне смешно, доктор? – прошипела Ким, откидываясь спиной на подушки.       Взгляд непроизвольно упал на иглы в её руках, и от этого желание сбежать с каждой секундой становилось всё больше. Сколько ей ещё придётся терпеть это дерьмо? Сколько ещё игл будет в неё воткнуто, ингаляций сделано, и приступов с предобморочными последствиями пережито? Ханбёль так чертовски устала от подобной рутины, что порой казалось – лучше бы она сдохла ещё тогда, в момент её первого и самого страшного приступа двумя годами ранее. Все врачи в несколько голосов твердили о том, что у неё был самый высокий шанс вероятной смерти в её небольшие шестнадцать. Но что они имеют в итоге? Живую девушку в самом расцвете сил, пусть и со своими жуткими патологиями.       Тьфу. Не особо то и прельщало каждый раз наведываться в больницу и терпеть взгляды медицинских работников, которые восхищаются продолжением её существования. Если такая жизнь считается «чудом», то Ким, пожалуй, предпочтёт никогда не верить в чудеса и вовсе. Уж лучше иметь здравый смысл.       – Ханбёль, послушайте меня внимательно, пожалуйста, – отчаяние в голосе доктора слышалось очень отчётливо. – Астма прогрессирует. И делает это с феноменальной скоростью. Если год назад мы все могли быть спокойны, будучи уверенными в том, что Ваша интермиттирующая астма находится в статусе стабильной первой ступени, которая не менялась даже с физической нагрузкой или из-за каких-либо других факторов, то сейчас...       Доктор сложил руки в замок, упираясь локтями о собственные колени.       – Сейчас мы едва ли можем быть уверенными в том, что через неделю, завтра или даже сегодня астма не перейдёт на следующую ступень. Ваши лёгкие начинают выходить из строя, Ханбёль.       Ким хотела было съязвить, но губы тут же сжались, не выдавая и звука. Она не дура. Понимала всё. Нужно лишь умножить дважды два, чтобы догадаться о том, конкретно какие у врачей прогнозы на неё.       Девушка невольно сжала кулаки, исподлобья поглядывая на суровое лицо мужчины.       – Я умираю?       После собственного вопроса к горлу подкатила тошнота. А на спине выступил холодный пот, заставляющий всем телом съёжиться. Говорить о смерти, в целом, не было её излюбленным занятием, а если уж речь идёт про свою же кончину, то тут и до нового приступа недолго себя довести. Вот так просто взять и... умереть? К чёрту. Ей бы хотелось на море ещё хотя бы разок побывать, да с близкими подольше побыть. Она не может так скоро лишиться всего, чего добивалась годами. Не может лишиться родителей, младшего брата, мелкой собачонки, которая вечно её за пятку кусает и гоняет по всему дому.       Ханбёль хочет пожить хотя бы ещё годик. Один лишь годик. Всего триста шестьдесят пять дней. Отметить своё девятнадцатилетие на любимом пляже, не удивляясь беспокойным осадкам, ведь в каждый её день рождения идёт дождь. Ей хочется встретить очередное Рождество в кругу семьи и домашнего уюта. Хочется стать свидетельницей того, как младший десятилетний брат вновь попадает в кольцо с большого расстояния, будучи с головой погружённым в любимый баскетбол, который сама Ханбёль терпеть не может, но приходит практически на каждую игру брата. Будь то обычная тренировка, или же действительно важная для него игра. А ещё Ханбёль хочет испытать всё то, чего ей не удавалось раньше.       Успеть. Успеть сделать то, что в хаотичном порядке выписала в заметки телефона.       Успеть пожить.       Хотя бы ещё немного. Совсем чуть-чуть.       – Ханбёль...       Безумный поток мыслей прервал низкий голос доктора со стороны. Глаза его были столь печальны, а рука от чего-то платок протягивала.       И только сейчас она почувствовала влагу на собственных щеках. Чёрт. Девушка быстро извинилась, приняла из рук платок и поспешно вытерла слёзы. Не хватало ей тут истерику закатить. Уж лучше потом поплачет, когда лишних глаз не будет.       – Мы не можем быть уверены, – сказал доктор. Лицо брюнетки исказилось в непонимании.       – Что вы имеете в виду?       – Сложно сказать что-то конкретное, учитывая нестабильность Вашего состояния, – вздохнул он. – Фактически, болезнь лишь на самой первой ступени. Это означает, что и приступы у Вас случаются лишь раз в неделю, и сами обострения короткие. Однако Ваш вчерашний приступ удушья был настолько сильным, что не помог даже карманный ингалятор, в последствии чего Вы вновь оказались в больнице. Наши опасения заключаются в том, что Ваше состояние начинает стремительно ухудшаться и, вероятно, уже в скором времени мы подвергнем корректировке диагноз. Вы понимаете, что это означает?       Ханбёль до побеления костяшек сжала платок в кулаке.       – Мне придётся посещать больницу ещё чаще?       – Верно, – кивнул доктор. – Но помимо этого, я должен буду прописать ряд новых ограничений и рекомендаций. И не все придутся Вам по душе.       Ким оставалось лишь кивнуть. Она ведь не сможет уже ничего изменить. Астма – это не шутки. Это тяжёлое хроническое заболевание и, к сожалению, для Ханбёль оно представляет особую опасность.       Потому что болезнь может буквально убить её.       И одна мысль об этом бросает в холодный пот.       – Ладно, госпожа Ким, – доктор со вздохом поднялся с места, вновь улыбаясь, как и прежде. – Можете немного отдохнуть, а ближе к обеду я Вас уже выпишу, и Вы поедете домой. Но не забывайте про ежедневные ингаляции и уколы, хорошо? Через неделю Вам нужно будет вновь приехать сюда на осмотр, и мы окончательно решим, куда нам с Вами двигаться дальше, – брюнетка кивнула, уже и вовсе не глядя на доктора – она всё высматривала свой рюкзак, с которым сюда вчера попала. – Берегите своё здоровье, – сказав это, мужчина покинул палату.       Как только дверь за доктором закрылась, и девушка осталась одна, она тут же свесила ноги с кровати, с намерением дотянуться до своего рюкзака, что лежал возле тумбы. Это было далековато, поэтому пришлось ступить ногами на пол, невольно морщась от холода. Капельница не позволяла девушке особо активно двигаться, но до желаемого предмета ей всё-таки удалось добраться. Схватив рюкзак, Ким уселась на самый краешек постели, и принялась рыться в поиске телефона. Наверняка родители уже с ума там сходят.       – Пятьдесят пропущенных, сотня сообщений... Господи, я же не сдохла ещё. Чего все всполошились так? – бубнила себе под нос брюнетка, на скорую руку отвечая на все пришедшие сообщения от друзей и знакомых. Даже брат написал и без малейшего намёка на издевательства. Ханбёль закатила глаза. Она уверена, что это родители надоумили его настрочить ей, но ему это явно особо не прельщало. Мальчишка он ещё тот... скупой на лишние проявления любви, скажем так. Впрочем, у них это семейное.       – Да, мам, – звонок от матери не заставил себя долго ждать. – Да. Да, я хорошо себя чувствую. Я не умираю, не переживай. Да честно тебе говорю, на мизинце клянусь. Со мной всё хорошо. Через неделю на новый приём. Ага. Папа заедет за мной? Отлично. Всё, давай, я буду собираться. И я тебя. Увидимся дома, – Ханбёль отключила вызов, падая спиной на кровать. Телефон также покоился в её руке, крепко сжимаемый пальцами. Глубоко вздохнув, девушка провела свободной рукой по лицу, стирая былую усталость, что скопилась за последние дни.       Ничто не измотало её так, как это сделали собственные мысли.       Она уже от самой себя устала.       Эти извечные мысли о смерти. О том, о сём. Как же осточертело жить подобным образом, страшась каждое утро открывать глаза. Опасаясь, что если не сейчас, то на следующей неделе точно диагноз будет в разы страшнее, а доктор произнесёт слова, которые ей снятся в кошмарах.       С каждым днём, казалось, паранойя прогрессировала с такой настойчивостью, словно бы стремилась свести Ханбёль с ума. Будь то случайная вывеска на улице, или же вырвавшееся слово из уст прохожего – буквально всё заставляло мыслям в голове переворачиваться с ног на голову, и вот уже воображение в полной готовности нарисовать наихудшие картинки. Слово «смерть» мелькало перед глазами намного чаще, чем ей хотелось бы.       Ким так бы и продолжила угнетаться от своих же мыслей, если бы не звук уведомления на телефоне. Взглянув на экран, девушка закатила глаза.       «Ваша анкета понравилась пользователю»       – Я уже и забыла, что зарегистрировалась там, – произнесла Ким, вновь откидывая голову и прикрывая глаза. Несколько дней назад Ханбёль зарегистрировалась на сайте знакомств, не имея какой-то определённой цели. В последнее время люди часто говорят про нечто подобное, поэтому в её случае сыграло чистое любопытство. У неё не было намерений действительно с кем-то начинать общение. Это глупо. И не интересно. По крайней мере, у Ханбёль сейчас есть дела поважнее, нежели сомнительные парни, которые безостановочно лайкают её фотографии и написывают в личные сообщения. Плевать.       Очередное уведомление заставило раздражённо выдохнуть. Вновь посмотрев на экран, брюнетка ожидала увидеть что-то банальное из разряда: «привет, как дела, что делаешь, познакомимся». Однако увиденное ею заставило брови в немом удивлении приподняться. Вот это уже что-то новенькое. Ханбёль улеглась поудобнее и нажала на пришедшее уведомление, тут же переходя в чат. Белка 11:09 «Хэй, у тебя есть сексуальный бойфренд?» «Нет?» «Я могу им стать»       – Пфф, – девушка прыснула в кулак. – Что за идиот.       Ханбёль еще с пару минут думала над тем, что ему ответить, но в голову ничего не шло. Да и надо ли ей это? Какой-то парень с ником «Белка» написывает ей кринжовые подкаты, и реально надеется на то, что она ответит? Глупости. Ей вон, вещи пора собирать, переодеваться, накраситься, и быть во всеоружии для того, чтобы в очередной раз покинуть стены осточертевшей больницы. А потом приехать в родной дом, будучи уверенной в ста тысячах вопросов от родителей, но также в их заботе и вкусной еде. Уже даже слюнки бегут от одной только мысли о домашней еде.       С улыбкой на устах девушка аккуратно приподнялась, позволяя пришедшей медсестре снять с неё все эти противно пищащие приборы и освободить от капельницы. Тихо поблагодарив уже знакомую женщину и получив в ответ мягкую улыбку, Ким аккуратно встала с постели с намерением наконец-таки стащить с себя эту больничную тряпку и переодеться в свою одежду, заботливо привезённую мамой.       Телефон вновь пиликнул, от чего брюнетка в сотый раз закатила глаза, на секунду заглядывая в экран. Белка 11:30 «Эй, что за игнор??» «Это был лучший подкат в моём арсенале. Не вежливо вот так просто кинуть меня в игнор :(((»

Ханбёль 11:30 «Лучший?.. Тебе нужно больше стараться, Мистер Белка»

Белка 11:31 «Почему-то от тебя моё прозвище звучит, как издевательство...» «Anyway, не зря я сказал "арсенал", потому что мне реально есть, чем похвастаться»

Ханбёль 11:31 «Удиви, герой»

Белка 11:32 «Кхм-кхм» «Привет, ты помнишь меня? Прости, точно, ты не могла запомнить, ведь мы пересекались только в моих мечтах»       Ханбёль не удержалась от того, чтобы рассмеяться. Этот парень... девушка прикусила губу. Придурковатый он. Но стоит признать – забавный. Забыв про свои сборы и вовсе, брюнетка вновь присела на край кровати, быстрым движением пальцев печатая ответ.

Ханбёль 11:33 «Не зацепило»

Белка 11:33 «Чёрт, все девушки такие не впечатлительные или только ты?»

Ханбёль 11:33 «А ты думаешь, твои подкаты сработали бы на ком-то другом?» «Вау»

Белка 11:33 «Эй, и что это должно значить??» «Настолько открыто меня ещё никто не оскорблял :(» «А как насчёт этого?» «Ты не могла бы одолжить карту? Мне нужно найти самый короткий путь к твоему сердцу»       Губы непроизвольно растянулись в широкой улыбке. Было в этом что-то... «такое». Необычное. Не так, как всегда. И дело не только в последнем подкате этого чудаковатого парнишки. Он сам казался забавным. Может быть, если бы она могла на несколько мгновений забыть о своём плачевном состоянии... если бы могла... ну, чуть увлечься... может ей бы стало даже лучше? А вдруг новое знакомство приведёт к улучшению её общего состояния? По крайней мере, не сделает же оно хуже.       Хуже уже и некуда.       Чуть задумавшись, Ким быстро напечатала сообщение, а потом заблокировала телефон. Все вещи уже были собраны, на лице красовался лёгкий макияж в тёмных оттенках, а телефон благополучно заброшен в рюкзак.       Сейчас всё, чего она хотела – это поскорее добраться до дома. И никакие «Белки» больше не посмеют её отвлекать.       Но настроение он, безусловно, поднял. Нужно отдать должное.

***

      – Придержите дверь, пожалуйста! – крикнула Ханбёль вошедшему в лифт юноше, а сама изо всех сил пыталась ускорить шаг, но при этом не переходя границы дозволенного – всё же её заболевание не предполагает бег. Благо, парень услышал брюнетку, и с улыбкой на лице придержал ногой закрывающиеся двери лифта. Ким быстрым шагом вошла в кабину, где уже терпеливо ожидал незнакомец. – Спасибо большое!       Ким поклонилась в знак вежливости и неловко встала под боком, оставляя между ними приличное расстояние.       – Приветик! Вам на какой этаж? – спросил странный парень в рванных джинсах, привлекая к себе девичий взгляд.       На секунду она замерла, будучи не уверенной в том, как ей реагировать на неожиданное внимание с его стороны. Ну, если обыденный вопрос можно назвать «вниманием», конечно.       Иногда чертовски тяжело быть интровертом, не способным адекватно среагировать на вопрос от незнакомого человека. У неё аж коленки чуть затряслись, а глаза забегали туда-сюда, не в силах дольше секунды задержаться на чёрных омутах перед собой. Слишком уж волнительно ей сталось.       Ханбёль сглотнула, в нервном жесте заправив выпавшую прядь волос за ухо.       – Я снизу, – пробубнила девушка, а потом округлила глаза от осознания того, что именно вылетело из её рта. – Ой, то есть внизу! В смысле вниз мне, вниз! На первый этаж, да, – бессмысленный лепет, что к концу становился куда громче обычного, слетел с девичьих губ, а сама она тут же отвернулась, пряча лицо в собственных ладонях.       «Чёрт. Чёрт. Чёрт. Надо же было так облажаться...»       Беспокойный рой мыслей прервал заливистый смех со стороны. Желание провалиться под землю ещё никогда не было столь сильным. Оставалось лишь надеяться, чтобы парень за дуру её не принял.       – Ну, а я сверху, – сказал он. – Но снизу, в принципе, мне тоже нравится.       Ханбёль вскинула голову, а лицо тут же порозовело, стоило последней фразе дойти до её сознания. И сказать то в ответ было нечего. Рот даже в немом удивлении приоткрылся, не в силах и звука издать, а глаза то и дело изучали улыбку напротив.       Это он придурковатый, или просто решил посмеяться над ней?..       Осознав, что хоть каких-то слов в ответ от неё всё ещё ждут, причём с самым что ни на есть чистым любопытством в этих больших, но столь обворожительных глазах, брюнетка встрепенулась, нервно складывая руки на груди.       – У каждого свои, кхм, интересы, – прошептала в неловких чувствах она, а сама знать не знала, что ей, блять, сказать такое, чтобы он отвязался. Слишком уж конфузно ей ощущалось.       – Хм? – парень будто бы призадумался, внимательно оглядывая силуэт девичий, а после выпрямился, точно также поворачиваясь к ней боком и разглядывая дверь лифта перед собой. С его стороны послышался лёгкий смешок. – А какие они у тебя? Ну, интересы то.       – У меня? В постели что ли?..       – Что?       – Что?       От повисшей в воздухе неловкости хотелось ни то рассмеяться, ни то заплакать.       Ханбёль ещё никогда в жизни не желала выбраться из стен лифта так сильно, как сейчас.       Послышался знакомый звук, оповещающий обоих о том, что лифт остановился, и двери раскрылись, показывая больничной суете вид двух покрасневших молодых людей. Не то чтобы кому-то было до них дело, однако неловкость стала на уровень выше. Будто бы кто-то мог стать случайным свидетелем их своеобразного диалога. Недолго думая, брюнетка тут же выскочила из душной кабины, лишь большими усилиями не выдавая то, насколько ей сейчас было не по себе.       Таких неловких знакомств у неё уж точно ещё не было.       Но, судя по всему, парнишку это не особо волновало. Учитывая то, как девушка ощущает на своём затылке его прожигающий взгляд.       «С хрена ли он за мной то вышел? Заняться больше нечем что ли?..» – брюнетка сняла с плеча свой небольшой кожаный рюкзак, окунаясь в него практически с головой, и каждым своим телодвижением стараясь показать то, насколько она якобы занята поиском чего-то только ей известного.       Но стоило юношеским конверсам остановиться прямо перед её ногами, все надежды на то, что юноша посчитает девушку неинтересной персоной и отправится по своим делам – мигом рухнули. Усилием воли ей удалось нацепить непринуждённый вид, поднимая на него свой взор и натыкаясь на милую улыбку. И чёрт бы побрал эти очаровательные глазки, одурманившие её разум...       – А мы раньше не встречались? – спросил вдруг он, внимательный взор с её глаз не отводя.       – Сомневаюсь.       – Нет, погоди, я точно уверен, что где-то тебя уже видел.       То, с каким внезапным вниманием он начал её разглядывать, заставляло новую волну мурашек пробежаться по всему телу. И не понятно – то ли просто от неловкости, то ли взгляд у него действительно горячий.       В принципе, как и он сам. Безусловно, его рыжие волосы и огромные наушники на шее ещё не скоро выйдут из её головы. И, чёрт! Эти его глаза, боже мой. Глаза точно пара бусинок – вбирали в себя всё очарование мира, не иначе.       – Ну, я часто бываю в этой больнице, так что...       – Я вспомнил! – от его неожиданно повышенного тона брюнетка даже чуть вздрогнула. Парень вновь вернул на лицо широкую улыбку, от чего щёки стали визуально чуть больше.       «Миленько», – произнесла бы она, если бы не последующие слова, слетевшие с его уст.       – Ты же та милашка с сайта для знакомств! Мы буквально сегодня переписывались. Я тебя по фотке узнал, – то с каким неподдельным озорством произнёс парень такие шокирующие слова, заставляло девичью голову вжиматься в плечи и пятиться назад.       К сожалению, такого энтузиазма она не разделяла.       – Мистер Белка?.. – прошептала в удивлении Ханбёль, дабы удостовериться в своих ужасных догадках. Рыжий парнишка в ту же секунду активно закивал головой, в открытую разглядывая свою новую знакомую уже под другим углом. Видно было, что вся сложившаяся ныне ситуация его очень позабавила, ведь каков вообще шанс того, что ты совершенно случайно встретишься в лифте с тем, кому подкаты в уши лил на сайте, чтоб он в аду горел синим пламенем, знакомств.       Шансы практически нулевые. Особенно учитывая то, что переписывались они буквально несколько минут назад и, судя по всему, находясь в нескольких метрах друг от друга. И как же, блять, так вышло, что подобным образом «повезло» именно Ханбёль, которая и знакомиться то с ним изначально не особо горела желанием, а тут ещё и лично его встретила. Что-что, но у рыжего прямо-таки на лбу написано, что так просто он теперь её точно не отпустит. Вместе с осознанием пришёл и ужас.       Ким, как у заядлой интровертки, друзей которой по пальцам можно пересчитать, в голове набатом всё кричало о помощи, а перед глазами сверкал «код красный». Юноша может и не вызывал чувства страха или какой-то опасности, но столь внезапно начать с ним общение... это казалось чем-то сверхстранным.       – Кхм, слушай, мне бежать уже надо... – пролепетала Ким, мелкими шажками стараясь обойти парня. Лишь бы лишних телодвижений сейчас не совершить, а то ощущения были такие, словно она – красная тряпка перед лицом быка.       – Дашь свой номер?       – Чего? – брюнетка тут же остановилась. – Зачем?       – Я ещё не весь свой арсенал подкатов успел тебе показать, – с лёгкой улыбкой произнёс он, а у неё аж огни перед глазами заплясали.       – Ты всегда такой настойчивый?       – Если дело касается обворожительной дамы, которая сейчас стоит передо мной и пытается придумать, как от меня улизнуть, то да, – ухмыльнулся, засовывая свободную руку в карман рванных джинс, – Да, настойчивый. Меня, кстати, Хан Джисон зовут.       – Ким Ханбёль.       Не улыбнуться в ответ было бы преступлением. Этот рыжий чёрт несомненно очаровательно забавен, и то, что Ханбёль просто не смогла перед ним устоять – лишь подтверждает это. Если бы Ким сказала, что пожалела о теперь имеющимся в его контактах своём номере, то определённо солгала бы.       Умеет он... привлечь внимание.       Девушка прошла к стойке регистрации, подписала все необходимые документы и со спокойной душой вышла из душного помещения больницы, прокручивая в голове сложившийся диалог с тем парнишкой. Хмыкнув себе под нос, она прошла несколько шагов от выхода, но в то же мгновение чуть приостановилась, доставая телефон.       Новое сообщение от него, которое заставило улыбку на девичьих губах заиграть новыми красками. Мистер Белка 12:15 «Можно ли это назвать любовью с первого взгляда?» «Потому что при нашей встрече для меня ты засияла ярче любой звезды на небе»