2
16 апреля 2026 г., 00:58
Две смазанные вспышки — золотая и багровая — прорезали лесную чащу.
Наруто в Режиме Чакры Кьюби мчался вперед, снося на своем пути мелкие ветви. Следом за ним, тяжело ступая по стволам, двигался непривычно собранный Киллер Би в покрове Гьюки.
Внезапно Наруто резко затормозил, взрыв когтями кору. Интуиция, до предела обостренная сенсорикой Курамы, взвыла от тревоги.
Воздух на пути их следования закрутился спиралью.
Би приземлился рядом, мгновенно обнажив Самехаду.
— Это Учиха в маске... Клон успел предупредить. Дальше ты ни шагу не сделаешь, даттебайо! — Наруто сжал кулаки, готовясь к атаке.
— Однако телепортация избавляет от стольких лишних передвижений, — раздался холодный, глубокий голос, когда пространственная воронка схлопнулась.
Сердце Наруто пропустило удар. Перед ними стоял не самозванец, которого они ожидали. Это был оригинал.
Но что-то в нем кардинально изменилось. Сенсорика Узумаки захлебывалась от чудовищного, пульсирующего давления. Трещины на бумажной коже исчезли. Перед ними стоял живой человек из плоти и крови, источающий первобытную угрозу. В его левой глазнице мерцал фиолетовый Риннеган, а в правой — кроваво-красный Шаринган с идеальной белой склерой.
— Это не Эдо Тенсей! — Наруто в ужасе расширил глаза. — Ты... Ты использовал Ринне Тенсей!
— Ты на удивление догадлив, — уголки губ Мадары дрогнули в недоброй ухмылке. — Только вот понимание ситуации тебя не спасет.
Наруто рванул вперед, чтобы нанести удар, но пространство перед ним словно уплотнилось. Невидимая, непреодолимая сила врезалась ему в грудь с такой мощью, что золотой покров пошел рябью. Узумаки отбросило назад, впечатав в ствол дерева. Он попытался пошевелиться, но невидимая нога придавила его к земле, ломая ребра.
— Что происходит?! — прохрипел Наруто, харкая кровью.
Мадара стоял в десятке метров от него, просто скрестив руки. Он вообще не двигался.
Сбоку раздался влажный хруст и истошный крик. Наруто с ужасом скосил глаза: Киллер Би был поднят в воздух невидимой хваткой. За доли секунды в его конечности, плечи и живот один за другим вонзились черные куройбо, материализующиеся прямо из воздуха. Багровая чакра Гьюки зашипела и мгновенно втянулась обратно в печать. Би рухнул на землю, полностью парализованный.
— Твоя очередь, — ледяным тоном произнес Мадара.
Очередной невидимый удар пробил защиту Наруто. Черный стержень насквозь прошил центр его кейракурей в животе. Золотое свечение мигнуло и потухло. Наруто выбросило из режима Кьюби, оставив абсолютно беззащитным.
— В другой раз я бы растянул удовольствие, но дела не ждут, — попаданец смерил поверженных героев скучающим взглядом и, прокусив палец, с размаху ударил ладонью по земле.
«Кучиёсе: Гедо Мазо!»
Лес содрогнулся. Из облака дыма с оглушительным ревом поднялась исполинская демоническая статуя. Девять закрытых глаз на ее уродливом лице сочились зловещей энергией. Пасть статуи распахнулась. Из ее недр вырвались призрачные цепи, со звоном обвившие тела Наруто и Би. Власть живого и подлинного владельца Риннегана над оболочкой Десятихвостого была абсолютной — процесс, занимавший у Акацуки дни, теперь требовал лишь минут.
Острая, невыносимая боль вырвала из Наруто крик, когда чакра Девятихвостого начала стремительно покидать его тело. Перед затухающим взором пронеслись лица Извращенного Отшельника, Сакуры, Саске. Словно сломался сам фундамент этого мира. Дитя пророчества был растоптан, даже не успев вступить в бой.
— Вот и всё, — констатировал попаданец, наблюдая, как Кьюби и Хачиби затягивает в пасть их прародителя.
Он плавно запрыгнул на голову статуи, усевшись в позе лотоса. Приложив ладони к холодной поверхности Гедо Мазо, он закрыл глаза, концентрируясь на связи с остатками армии Зецу по всему континенту.
«Слушать мой приказ», — мысленно скомандовал попаданец, делая глубокий вдох. Передав инструкции, он отменил призыв, без лишних движений затянул тела мертвых джинчуурики в измерение Камуи и исчез в вихре искаженного пространства следом за ними.
***
В сырой полутьме убежища Якуши эхо недавней битвы окончательно стихло. Здесь воцарилась мёртвая тишина. Кабуто, пойманный в бесконечную петлю Изанами, смиренно замер, опустив руки. Итачи шагнул к застывшему врагу, намереваясь раз и навсегда лишить Акацуки их главного козыря. Саске стоял позади, тяжело дыша и молча наблюдая за действиями старшего брата. Внезапно воздух позади них закрутился с характерным свистом. В безмолвном понимании оба Учихи мгновенно развернулись, принимая боевые стойки. Они ждали появления этого человека. — Не так быстро, — раздался властный, ровный голос, от которого по спине Саске пробежал холодок. Итачи прищурил единственный зрячий глаз. Звук голоса был знакомым, но интонация, колоссальное давление чакры... всё было совершенно иным. Из пространственной воронки в мрачную полутьму пещеры шагнул человек в тяжелых красных доспехах. Активировав Мангекё, младший Учиха уставился на незваного гостя, пытаясь осознать диссонанс. «Что это за пурпурный глаз с кругами? И эта чакра...» — Разве у тебя не было шрама на лице? И когда ты успел... — Это не Тоби, Саске, — тихо, но жестко оборвал его Итачи. Его мозг работал на пределе, сопоставляя факты. Живое тело, отсутствие трещин Эдо Тенсей, божественное додзюцу в одной глазнице и Шаринган в другой. — Масочник лгал нам всем. Перед нами истинный Призрак Учиха. Мадара остановился. Он даже не смотрел на Саске, его взгляд Риннегана был прикован к Итачи. — Ты проницателен, — холодно отозвался попаданец. В следующее мгновение Саске издал захлебывающийся крик. Его голова запрокинулась назад, а из левой глазницы брызнула кровь. Итачи молниеносно метнулся к брату, подхватывая его оседающее тело. Он внимательно смотрел на Мадару, но тот не сдвинулся ни на миллиметр. «Что произошло?!» — Итачи лихорадочно анализировал ситуацию. Он не видел ни движения, ни всплеска чакры. Внезапно в воздухе рядом с Мадарой материализовался окровавленный левый глаз Саске. Попаданец спокойно протянул руку, и невидимая сила вложила вырванный Вечный Мангекё прямо ему в ладонь. «Аматерасу. Слишком ценный ресурс, чтобы оставлять его этому истерику», — прагматично рассудил попаданец. Его разум снова дрогнул перед актом неприкрытого садизма, но тело... Телу было плевать. Выработанная десятилетиями непрерывной резни мышечная память Мадары работала безупречно, отсекая любые человеческие рефлексии. Глаз был извлечен с механическим равнодушием и помещен в специальную колбу из подсумка. «Невидимый клон? Его уникальная техника?» — Итачи заслонил собой стонущего брата и анализировал увиденное, приготовившись к худшему. «Если бы его целью было наше устранение, он бы уже сделал это», — констатировал про себя Учиха. — Какова ваша истинная цель? — ровным, но напряженным голосом спросил он. Попаданец не удостоил его ответом. Он безмолвно сделал шаг вперед. Итачи попытался отпрыгнуть, но чья-то массивная, невидимая рука стальной хваткой сдавила его горло, а жесткое колено безжалостно впечаталось в позвоночник, намертво прибивая к месту. — Не дергайся, — приблизившись к неподвижному Итачи, Мадара выставил вперед руку с Риннеганом. «Нингендо. Путь Человека». Его ладонь беспрепятственно вошла в грудь Итачи, словно погрузилась в воду. Воскрешенный Учиха стиснул зубы от фантомной боли. Попаданец нащупал источник эфирной энергии, привязанной к Сусаноо, и резко потянул на себя, вырывая саму концепцию духовного оружия из кейракурей Итачи. Саске пришел в себя. Лишившись левого глаза, он тяжело дышал от боли и ненависти. В его правой глазнице бешено вращался одинокий Мангекё, а в руке уже искрило Чидори. — Не будь идиотом, — тяжелый голос Мадары придавил его к земле не хуже физического удара. — Если бросишься на меня — умрешь. А твой брат исчезнет навсегда. Младший Учиха замер, тяжело сглотнув. — Я предлагаю сделку, — попаданец смотрел на него с абсолютным превосходством. — Я отменяю освобождение души Итачи. Он остается в этом мире, в теле Эдо Тенсей. Взамен — ты распечатаешь Орочимару. Выбор за тобой: бессмысленная смерть или твой брат. Чидори в руке Саске жалобно зашипело и погасло. Гнев в уцелевшем глазу сменился мрачным, фанатичным расчетом. Он сразу согласился. Следом из проклятой печати Анко был извлечен Орочимару. Легендарный Саннин, едва сформировавшись из змеиной массы и оценив обстановку — парализованный Итачи, искалеченный Саске и возвышающийся над ними живой бог с Риннеганом, — мгновенно понял, на чьей стороне сила. — Твои услуги — цена твоего возрождения, — сообщил Мадара, бросив Саннину свиток с маской Шинигами. — Бери контроль над техникой. Орочимару плотоядно облизнулся. Вскоре пещеру озарило зловещее свечение призыва Бога Смерти. Живот Шинигами был вспорот, возвращая Саннину его руки. Орочимару тяжело закашлялся, скидывая маску. Для ритуала Бога Смерти требовалась жертва. Повинуясь безмолвному приказу Мадары, из тела Саске выскользнули несколько белых паразитов — споры Широ Зецу, тайно внедренные туда ранее. Один из них тут же стал новым сосудом для ослабевшего Саннина. Орочимару с наслаждением размял вернувшие чувствительность руки в новом теле. Печать Эдо Тенсей Кабуто была перехвачена. — Можешь не экономить материал, — бросил попаданец, кивнув на оставшихся клонов, скорчившихся на полу. — Когда придет время, я обеспечу тебя легионом таких же пустых оболочек. А пока используй одного из них. Мне нужен Четвертый Хокаге. На пару минут. Использование Эдо Тенсей для призыва Намиказе Минато прошло буднично и быстро. Заполучить Инь-половину Девятихвостого оказалось так же просто, как до этого вырвать глаз Саске. Орочимару полностью контролировал волю Четвертого, не дав тому и шанса на сопротивление. — Готово, Мадара-сама, — прошипел Орочимару, почтительно склонив голову. — Чего вы- — Отмени её, — ледяным тоном перебил попаданец. Орочимару замер. Саске вскинул голову, не веря своим ушам. — Что? — выдохнул младший Учиха. — Ты же обещал! — Полная отмена, — повторил Мадара, проигнорировав Саске. — Выпускать в мир армию неубиваемых мертвецов прямо сейчас — нерационально. Они будут лишь путаться под ногами. Подготовь свои материалы и жди моего приказа. Они пригодятся в будущем и будут массово воскрешены позже. Все до единого и даже больше. Когда я посчитаю нужным. — Ты... Ублюдок! — Саске рванул вперед, но невидимый клон Лимбо мгновенно впечатал его лицом в каменный пол, ломая нос. Тело Итачи неестественно ярко засветилось. Бумажная шелуха Эдо Тенсей начала осыпаться, открывая тело мертвой жертвы призыва. — Саске... — голос Итачи слабел. Он не смотрел на Мадару, его единственный зрячий глаз с сожалением был устремлен на прижатого к земле брата. — Прости... Вспышка света ослепила пещеру, и душа гения клана Учиха навсегда покинула этот мир. Попаданцу было плевать. У него были Тоцука, Ято и личный некромант в подчинении. Он получил всё, что хотел.***
События развивались с пугающей скоростью. На поле боя воцарилась сюрреалистичная картина. Объединенная армия альянса, измотанная и понесшая потери, в шоке наблюдала, как воскрешенные враги, включая Каге прошлого, внезапно начали рассыпаться в пыль. Эдо Тенсей было отменено по всему континенту. Шиноби не успели даже вздохнуть с облегчением, когда над полем возвысилась исполинская фигура. На голове Гедо Мазо стоял Мадара. Поглотив последнюю часть Десятихвостого, попаданец посмотрел вниз. В рядах альянса висело тяжелое, напряженное молчание. Руководство Пяти Деревень и простые шиноби в недоумении переглядывались. Какого черта происходит? Человек в маске, называвший себя Мадарой, развязал Четвертую Мировую ради плана «Глаз Луны». А этот — истинный Призрак Учиха — просто забрал хвостатых, отменил армию мертвецов и теперь ведет себя так, будто ему вообще плевать на этот мир и их жалкие жизни. Попаданец усилил свой голос чакрой, заставив его греметь над объединенными дивизиями: — Радуйтесь, шиноби. Ваш нелепый конфликт окончен. Вы можете возвращаться в свои деревни и зализывать раны. Он выдержал паузу, обводя ледяным взглядом тысячи людей. — Но зарубите себе на носу. Не вздумайте испытывать мое терпение новыми междоусобицами. Если вы снова развяжете войну между собой и станете путаться под ногами — я вернусь и сотру в порошок каждого. Сидите тихо. В этот момент глубоко внутри, в непроницаемой тьме тела, настоящий Мадара удовлетворенно сомкнул призрачные веки, наблюдая за происходящим. Самонадеянный юнец из другого измерения действовал грязно, но безупречно. Лишенный сантиментов и желания «потанцевать» с противником, он забрал всё самое ценное, даже не моргнув глазом. Его действия были быстрыми и поразительно эффективными. «Неплохо... Я запомню эти трюки». Мадара практически восхитился тем, как паразит без колебаний лишил жизни джинчуурики, вырвал глаз у последнего представителя клана, цинично обманул его, заставив воскресить полезного пешку-змея, а затем просто стер воскрешенных из мира за ненадобностью. «Он основательно готовится к столкновению. Собирает глаза, биджуу, артефакты, консервирует армию бессмертных», — анализировал оригинал, изучая липкий страх перед Ооцуцуки, который пульсировал на задворках разума попаданца. «Вынужден тебя разочаровать, мой почитатель, но ты переоцениваешь этих рогатых. В твоих воспоминаниях я не увидел ничего стоящего в них». Мысль истинного Призрака Учихи была острее куная.
