Оттенки

Лицо Жади для него - как картина. Саид разглядывает его пытливо, жадно, не отрываясь, как умирающий от жажды пьет воду. Тонкие черты лица, мелкие, едва заметные морщинки у губ и в уголках глаз - Саид запоминает их, выучивает наизусть, как карту дороги к сокровищу. Кожа, светлая, тонкая, золотящаяся, как будто почти полупрозрачная. Саид знает, что на ощупь она нежнее, чем шелк, может вспомнить это ощущение в кончиках пальцев, стоит только закрыть глаза. Жади идет золото, она носит его с небрежной грацией, словно оно ничего для нее не значит, и это, наверное, в самом деле так. Тяжелые золотые серьги и ожерелье с камнями жемчуга - как оправа для нее, как рамка для этой картины. Они не меняют ничего внутри, но только подчеркивают ее красоту. Саиду нравится дарить Жади золото, нравится, что все, что касается ее тела - дал ей он. Что она вся - его. Он знает, что это грех - любить женщину больше жизни, больше Аллаха, желать ее до дрожи и зуда в пальцах. Но каждый раз, разглядывая Жади, не может удержаться. Он путник, заблудившийся в пустыне, она - родниковая вода, которой он вечно будет жаждать. Жади поднимает взгляд от книги, оглядывается, и они встречаются глазами. Ее глаза - темные, глубокие, как колодец, и густая краска на веках делает их еще глубже. Саид ловит себя на мысли, что хочет смыть эту краску. Снять тяжелые серьги и ожерелье, раздеть ее и касаться везде, стать ближе и убедиться, что она в самом деле принадлежит ему. Жади заправляет прядь волос за ухо, едва заметно морщится - а после улыбается широко, как ни в чем не бывало. В глубине души Саид знает - она никогда не будет его. Жади для него - как картина, величайшее произведение искусства, он преклоняется перед ней, жаждет коснуться. Жади - как пустыня, бесконечное золото солнца и жар песков, блекло-голубое небо. Саиду тяжело дышать этим горячим воздухом, но выхода он не находит и вряд ли когда-нибудь сможет найти. Он весь - ее, но она никогда не будет ему принадлежать.