"Два Дракона"

Я летела в сторону Облачной Башни. Конечно, это единственное место, куда я сейчас могу податься. Только бы Айси там не было. Это имя продолжало тяготить меня. Я знала, что она продолжает желать мне смерти, но ради чего? Если бы это была не хорошо знакомая ледяная ведьма, я бы посмела предположить, что она ревнует. Но Айси и любовь – это две совершенно разные вещи, они не могут быть одним целым (уже второй раз рассуждаю на подобную тему). Любопытно, но совсем недавно я заметила за собой, что тоже могу чувствовать Валтора, правда, не так хорошо, как он меня. Я ощущала его жизненную энергию, но пока мне было этого достаточно. Пошел дождь. На этот раз самый естественный и противный. Я смахнула несколько капелек со своей щеки. Не люблю мокнуть (интересно, есть ли вообще такие люди), благо до бывшей школы ведьм оставалось совсем чуть-чуть. Опустившись возле главного входа, я замерла. Усталая, мокрая, растрепанная. Красавица! А ведь переступив порог этого здания обратной дороги, не будет. По-настоящему ли я готова? Обычно говорят, перед смертью мелькают картинки всей твоей жизни. В моем случае это происходило сейчас. Перед моими глазами проносилась моя жизнь в Гардении с приемными родителями, не знание чего-то иного, волшебного, потом…встреча в парке, неожиданное предложение Стеллы, мое согласие…Учеба в Алфее, мои успехи и поражения, все эти многочисленные битвы с Трикс, новая правда, Домино, настоящие родители, лишение силы.…Второй курс, появление Лейлы, лорд Даркар, печальное проявление моей темной сущности, спасение благодаря Скаю…Долгожданная свобода, новый учебный год, бал принцессы на Солярии…та встреча, взгляд…непонимание, побег, зеркало правды…Андрос, появление Трикс, удар и падение…Валтор, его глаза, прикосновение…моя новая жизнь. Я не заметила, что все это время стою с закрытыми глазами, и открывала я их с большой неохотой. По моей ладони текло что-то теплое. Я догадалась опустить на нее взгляд. Кровь. Боль, причиненная этими воспоминаниями, заставила меня с такой силой сжимать кольцо. Я расслабила руку и вернула колечко на положенное место. Как же холодно…по мокрым растрепанным волосам стекают ледяные капли дождя. Мой костюм феи превратился в мокрую тряпку. Я передернулась и приняла свою обычную форму. Где моя решимость? Чего я жду? Глубоко в моей душе стало так пусто, так тоскливо, что я в каком-то моральном опустошении села на пороги перед дверью в Облачную Башню. Порез на моей руке продолжал щипать, но с этой физической болью как-то легче, казалось, с кровью утекают последние оставшиеся сомнения. Интересно, наказание за предательство, обусловленное желанием собственного счастья, положено? Как-то я высказывала известную теорию равновесия. И если во всем опереться на нее, получается, что за маленькую радость полагается испытать в таком же объеме печаль. А если испытываешь не с чем несравнимое счастье, живешь одними этими мгновениями, что предначертано этим законом в будущем, чтобы уравновесить твою судьбу? Меня передернуло. Снова я залезла в какие-то дебри. Одиночество все-таки умеет медленно убивать. Медленно, беспричинно меня пронзила страшная мысль. А быть может это плоды моего отчаявшегося воображения. Что бы это ни было на самом деле, но я поняла, что потеряла, по крайней мере, одно из своих сокровищ – дружбу. «Слишком часто звезды гаснут, Падают с небес, всему есть свой конец Слишком быстро сгорают так близко Кажется-мечта, но снова пустота Разные судьбы, разные люди Игры без правил, и что дальше будет Боль и обиды, и сердце залито Страданиями без конца Но ничего нет сильней любви Она как свет где-то там вдали Она пройдет сквозь огонь и лед Она всегда за собой ведет Она одна может нас спасти Все объяснить и за все простить И мы приходим в эту жизнь, чтобы просто любить... Блеск и глянец, жизнь как танец Бесконечный бег, зачем все это мне Так в чем же смысл?, рассыпан бисер Блески ярких звезд, так много чьих-то слез Ложь или зависть, весь мир не исправить Игры без правил, пора ставки ставить Кто-то пробьется, желая стать солнцем, Сжигая в лучах себя Но ничего нет сильней любви- Она как свет где-то там вдали Она пройдет сквозь огонь и лед Она всегда за собой ведет Она одна может нас спасти Все объяснить и за все простить И мы приходим в эту жизнь, чтобы просто любить... чтобы просто любить... просто любить... Но ничего нет сильней любви- Она как свет где-то там вдали Она пройдет сквозь огонь и лед Она всегда за собой ведет Она одна может нас спасти Все объяснить и за все простить И мы приходим в эту жизнь, чтобы просто любить... И мы приходим в эту жизнь, чтобы просто любить...» Стася — Нет ничего сильнее любви Слова любимой песни, давно позабытой, еще из той далекой жизни в Гардении, сами полились из моих губ. Я словно пыталась доказать себе, что еще нужно сохранить ту новорожденную любовь, что жила сейчас в моем сердце. Она не посмеет исчезнуть так легко. Ведь если это произойдет, я погибну. Никогда в своей жизни я не пела. И сейчас мне казалось, что этими словами, бросаемыми в пустоту, я доказываю мотивы своего поступка. Загубить свою доброту так просто, когда находишь смысл этой жертвы. А думать о последствиях так трудно и неуместно, погружаясь на дно своих впечатлений. -Ты продолжаешь удивлять меня, Блум. Муза по сравнению с тобой – любительница. Валтор…мррр.…Обернувшись, я не сумела скрыть нежной, усталой полуулыбки. -Ты все-таки выбрала, – не вопрос, уверенное изложение факта. -Да. – Я поднялась с порогов и, немного пошатнувшись, подошла к нему. – Теперь, как ты говорил, у меня только один путь. Валтор смотрел на меня, долго, и в этом взгляде впервые не было прежней иронии и самодовольства. Я не выдержала, неловко отведя свои глаза в сторону. Мое лукавство не прошло незамеченным, ведь подсознательно я желала вновь оказаться в его объятиях. Он довел до конца мои мысли, приобняв одной рукой меня за талию, а другой убрал следы дождя на моих волосах и одежде. Я не сопротивлялась, издав звук, похожий на смесь облегчения и блаженства. -Мне больше не придется играть и лгать. Они все узнали. Это Фарагонда… — я запнулась, озаренная внезапной догадкой. – Она рассказала тебе…а ты…ты… -Я применил к ней заклинание на гибернацию. – Невозмутимо закончил Валтор. – Директриса Алфеи немного слилась…с природой. Пускай отдохнет, пронырливые феички все равно ее найдут. К тому же, чтобы привести старушку в прежний вид потребуется время. Вместо вразумительного ответа на его слова, я прижалась к Валтору еще сильнее. -Валтор…Валтор…Валтор… — я сама не понимала интонации собственного голоса, казалось, мне просто хочется больше насладиться звуком этого имени. -Блум, ты в порядке? – вкрадчиво поинтересовался он. – Ты практически никогда не называла меня по имени. А тем более сразу три раза.…Это рекорд. Я виновато отстранилась от него. -Прости. Просто мне кажется, что…что… Я замолчала. Не знала, как закончить. Было слишком трудно выразить свои страхи. -Продолжай. – Настойчивые глаза Валтора прожигали меня насквозь. Он умеет убеждать, даже не прибегая к словам. -Я боюсь. Боюсь будущего. Такое ощущение, что…это ненадолго. -Блум, выражайся яснее. -« Всему есть свой конец»…За такое счастье нужно платить. Только в каких размерах окажется эта плата? Валтор задумчиво сощурился. -Ты пугаешь меня своим излишним пессимизмом. Конечно, я могу предположить, что эти слова навеяны тебе потерей прежних привязанностей и целей, но так, же я вижу, что ты не сможешь повернуть назад. -Ты как всегда прав, — я вздохнула. – Вот только, как сделать, чтобы моя…мм…бредовая теория не оказалась реальностью? -Что за теория? -Теория равновесия. Круговорот добра и зла, — я невесело усмехнулась, — за мимолетной радостью приходит грусть, за безграничным счастьем – горе. Как закат и рассвет. Цикличность. -А у тебя сейчас рассвет или закат? – вопрос Валтора был какой-то неестественный, напряженный. -Яркий, теплый, солнечный летний день. И я…— мой голос сорвался, по щеке скатилась одна единственная незаметная слезинка. – Я очень боюсь, наступления зимней ночи…боюсь…остаться одна, потерять тебя… -Блум, мы сильнее причины возможности такого исхода. С тобой я веду себя по-другому, в остальном я остался прежним. -Я понимаю, но это не мешает мне ощущать те эмоции, что заставляют мое сердце биться быстрее, — мой голос стал больше походить на лирическое оправдание. – Прости меня. Наверное, я буду являться твоей помехой. Такой резкий переход дался мне довольно трудно. А возможно я просто темню, ведь, если он сейчас согласиться со мной, как бы банально это не звучало, но мое существование потеряет смысл. -У меня возникает смутное чувство де жавю. Ты задавала мне подобный вопрос в библиотеке. – Пауза. Слишком длинная пауза, заставляющая сжаться под этим холодным льдом. – Ты желаешь вновь удостовериться в моих словах? Я поняла, что он имел в виду, только почувствовав на своих губах его теплый поцелуй. Сколько раз я тонула в своих чувствах, забывая обо всех вопросах? А ведь это так просто, открыть свои млеющие глаза и убежать. Зачем? Не знаю. Возможно, вновь проснулась моя неугомонная совесть. Уйти. Забыть. Вернуться к прежней жизни. И только резкая боль, причиненная этой мыслью, заставила меня забыться. Мое остаточное сознание могло лишь вживлять эти мгновения в память. Мое сердце трепетно сжалось, я ощущала себя слабой маленькой девочкой, ребенком, играющим с обжигающими языками костра. И эта запретная игра была такой приятной, сладкой и горькой. Как в знаменитом законе Кулона о противоположностях я не была в силах оторваться от него. Мое разумное рациональное мышление таяло на глазах, оставляя место безумной страсти. Песок бесчисленных секунд рассыпался где-то далеко, не затрагивая нас своим течением. Даже влага природной стихии не могла затушить нашу волшебную реальность. В очередной раз, утопая в танце наших губ, я уже не раскаивалась. Боже, как же мне остановиться, ведь скоро я наплюю на то обстоятельство, что мы находимся на улице, и потребую большего. Я чувствовала его руки на своей спине и талии, как они опускаются ниже, и эти места обжигало желанием,…Тело вздрогнуло, оно прекрасно понимало мои намерения и хотело продолжения. И только недогоревшие угольки разума удерживали. Нет, не хочу их слушаться! Казалось, Валтор разделял мои мысли. Его лукавая усмешка не оставляла никакой надежды логике взять верх. «Думаю, тебе тоже надоело торчать в этой сырости» — его свистящий шепот раздался где-то совсем рядом с моим ухом. У меня вырвалось лишь тихое мурлыканье, новый любимый способ выражения удовольствия. Вскоре я почувствовала легкую вибрацию воздуха вокруг себя. Спустя мгновение, я распахнула свои глаза уже в помещении. И только здесь я поняла, что Валтор держит меня на своих руках словно пушинку. Возмутиться или запротестовать я просто не успела, оказавшись на мягкой кровати (по-моему, это была та комната, где я первый раз очнулась). Здесь было так тепло и уютно… Я еще не знала, но уже надеялась, что эти минуты станут самыми любимыми в моей жизни… Сверкающий лед глаз напротив, ласкал мои разыгравшиеся чувства и убивал в моем существе последние остатки страха, вызывая легкую дрожь нетерпения. Валтор медленно, плавно, словно прощупывая реакцию на дальнейшие действия, коснулся губами моей полуобнаженной шеи. Я вновь подчинилась, постепенно отдавая себя в его власть. Его поцелуи стали продвигаться все ниже, тогда я позволила снять мой любимый мешающий свитер, который полетел куда-то в сторону как ненужная тряпка. Я запрокинула голову назад, начиная слабо постанывать от щемящего где-то внизу удовольствия. Мои руки самопроизвольно начали стаскивать его плащ. Казалось, кровь по моим жилам заструилась еще быстрее. Мягкое прикосновение к моей груди, вызвавшее волну наслаждения, окончательно атрофировало мой мозг. Это была мука, дарующая невиданное доселе наслаждение. Она сжигала живущие во мне прежние стереотипы, превращая их в новые сладостные мечты. Прикосновения его рук пробуждали во мне самые сокровенные тайные желания, а сплетение наших тел походило на грешный адский танец страсти. И когда Валтор медленно, осторожно, боясь причинить боль, вошел в меня, я не смела, сопротивляться. Это стало бы преступлением. Моя смеющаяся улыбка олицетворяла солнечное счастье. Я даже не обратила внимания на мгновенные болевые ощущения, инстинктивно шептав ему на ухо требования продолжения. …Мррр.…Более человеческих мыслей в моей пьяной голове найтись не могло. Мой разум спал глубоким непробудным сном, уступая свое место эмоциям. Но они были слишком хаотичными, словно стихийная буря. Я не могла их больше сдерживать. Разлитая нежность в моих глазах говорила об этом больше чем все эти бессмысленные слова. Игра Валтора с моими растрепанными волосами окончательно вывела из себя мое адекватное состояние. Я блаженно зажмурилась, вбирая в себя эти минуты. Мне нравилась эта тишина, слова словно бы не к месту, их заменяют наши глаза, выполняя ту же функцию. Впереди еще будет много времени для разговоров. Я пожертвовала дружбой, но его я никогда не предам. Зарекаюсь? Возможно. Но я верю в свои слова. И это главное. …Прошедший день стал для меня настоящей незаконченной сказкой. И я буду отдавать все свои силы, чтобы она продолжалась. Меня не пугают мои бывшие подруги (странно, даже отдаленные голоски совести не возмутились, когда я назвала их бывшими), Фарагонда со своей престарелой Командой Света, Совет Магикса я вообще засунула в самый дальний уголок своих опасений. Винкс лишились своего главного козыря, то есть меня. Теперь им придется придумывать альтернативные варианты. Интересно насколько хватит их фантазии? Рассуждая на такие пустяковые темя, я совершенно забыла, что мне сказал Валтор на мой, по сути, невинный вопрос. Мне просто стало любопытно, почему нам не досаждают Трикс, их словно и не было в Башне. Но его фраза продолжает настораживать меня; «Не стоит заострять на этом особого внимания, просто наши милые ведьмочки перешагнули черту моего терпения, и теперь будут долго обходить меня стороной. Злость. Лучше никогда не пробуждать ее во мне». Я долго пыталась понять, что он имел в виду, но потом бросила это занятие, все равно мы пока свободны от ведьм. Как это часто бывает, проводя часы с Темным Драконом, я не обращала внимание на время. Оно было каким-то призрачным. И только когда Валтор покидал Облачную Башню по своим таинственным делам, ко мне возвращалось ощущение реального пространства. Я начинала беспричинно волноваться за него, приходил страх, что вновь меня посетит Айси или кто-нибудь из Трикс. В такие минуты я обычно гуляла по школе или засиживалась в библиотеке. Последнее было более приятным занятием. Книги с темными заклинаниями были довольно интересными. Свет уже стал казаться мне каким-то скучным. Жаль, что здесь не было художественной литературы. Люблю стихи. Но на стеллажах библиотеки школы ведьм вряд ли такое отыщешь. Но и просто копаться в старых архивных книгах было полезно, можно найти полезные вещи. В одном запыленном фолианте я узнала, как можно направить все свои негативные эмоции в смертельное заклинание. Очень любопытно. На ком бы испробовать.…Ох, знаю, очень плохо думать о таких вещах, но оно меня заинтриговало. Интересно, на животных оно действует? К примеру, на крысах, уж очень не люблю этих тварей. Я оглядела помещение, словно по моему желанию тут должен появиться этот зверек. Нету. Плохо. Если рассматривать это заклинание в теории, все довольно просто. Вот только, как оно подействует на практике? Пожалуй, я заберу ту полезную книжечку с собой. Залежалась она тут без дела, явно. Вернувшись в специально отведенную мне комнату; к слову сказать, она была довольно просторная, но уютная, в моих любимых фиолетово-синих тонах, и я бы никогда не подумала, что в школе ведьм можно отыскать широкую односпальную кровать с высоким прозрачным пологом на красивых резных деревянных столбиках; я положила тяжелый фолиант на тумбочку, пообещав себе в ближайшем будущем изучить его в мельчайших подробностях. ...На счет Трикс меня начали терзать смутные сомнения уже на второй день. Слишком длинное отсутствие не в их профессиональной компетенции. Несколько раз я порывалась спросить об этом Валтора, но все время отвлекалась на что-то совершенно иное. В конечном итоге я сумела забыть о ведьмах. Валтор умел отвлекать от навязчивых мыслей. В его присутствии я чувствовала себя живой, может фраза довольно избитая, но зато правдивая. А я вообще когда-нибудь себе врала? О, Боже, я снова себе льщу! Не думала, что копаться в собственной сущности так интересно. Если задавать себе сокровенные вопросы, можно узнать много нового. Какое место раньше отводилось в моей душе под собственную выгоду? Знаю, никакого. Альтруистка из меня вышла несомненная. Мир, добро, справедливость – главные мои принципы, по которым я жила. Милая, добрая девочка, поверившая в мечту. Сплошной наив, если по простому. Сомневалась ли я в своей жестокости? Задумывалась о смерти? Согласна, мрачноватые вопросы для начинающей феи. Тогда я видела перед собой только настоящее, оно меня манило; тайны, новые загадки… Как же легко любовь меняет прежние идеалы. Интересно вообразить сейчас реакцию Винкс на мой поступок. По самой тихой Флоре можно просчитать амплитуду возрастания шокового возмущения в мой адрес. Даже мурашки по телу забегали от такой картины. Не надо считать, что я стала совершенной тварью, во мне еще теплилась ностальгия по нашей дружбе. Только есть пресловутая частица «но», умеющая ломать судьбы. Нда…как я еще не устала копаться в этих истинах? Может, я просто себя жалею? А зачем мне испытывать жалость к себе? Ох, сколько вопросов.…А ответы канули в вечность. И как их оттуда доставать… Все. Нужно заканчивать с этим. Отрафировать свой мозг, чтобы не мешал. Мне надоело завязываться в узел своих размышлений. Каждый раз выходит, что я захожу в тупик собственных риторических вопросов. А для чего мне этот вечный спор сердца и разума? Ну вот, опять в моих мыслях вопросительная интонация… Ох, если бы я тогда знала, что ночь следующего дня станет еще хуже, чем мои постоянные заскоки. Почему-то всегда те сны, которые я отчетливо запоминала, посещала Дафна. Это сновидение не оказалось исключением из правил.