Перестарался.

Майклу всегда казалось что Джереми как кусок солнца, такой яркий и обжигающий. Греет и воодушевляет своим поведением и извечно позитивным настроением. И . . . о черт. Он осознал только сейчас, то что этот жар буквально сжигает его. Словно в крематории сжигают тела. Да, черт. Он как труп, который сейчас охвачен огнем. И нет. Не потому что он чего то не чувствует, нет. Он буквально сгорает от ощущений и присутствия Фицджеральда. Ведь мягкие губы сейчас скользят по его шее, одаривая очередным влажным поцелуем, захватывая кожу зубами и оставляя пощипывающую метку. Сердце Майкла отбивает дикий ритм, словно вот вот не выдержит всей ситуации и остановится. Кто бы знал что его друг настолько нетерпелив и бывает настолько извращен, что бы затащить его в кладовку, столь скромное и маленькое помещение, прямо во время ебучей перемены вжимая в дверь лопатками, шаря под его серой толстовкой-безрукавкой пальцами и оцарапывая грудную клетку ногтями, зацепляя бусины сосков, вынуждая Афтона издавать не очень то и приличные звуки. Ох уж этот пубертат, начался у бедного Фица столь поздно. Даже позже чем у шатена. Шершавый язык голубоглазого скользит по истерзанной шее, специально авось надавливая на ранки от укусов, словно издеваясь, пока ладонь свободной руки вновь не скользит по груди зажатого, слегка сдавливая ее и вновь ловя на слуху приятный мозгу звук, посылая нелепый сигнал, вгоняя кровь ниже, к паху, вынуждая стоящий член колом приятно таки тереться о ткань черных джинс и трусов, что промокли от предэякулята. Чертова молодость. Майкл вжимается в дощатую поверхность спиной, прикусывая губу, пока Джереми уже начинает активно потираться о его пах своим, надавливая бедрами вперед и вжимая бедного мальчика всем своим весом. Синеглазый запрокидывает голову назад и судорожно дышит, вцепляясь пальцами в черную футболку, притягивая возлюбленного к себе и срываясь на гортанные порыкивания, слишком загнанное дыхание опаляет ушко Джера, одаривая вновь чудесными звуками. Руки спускаются вниз и сжимают довольно таки сочную Афтоновскую задницу, начиная мять ее. Майкл только что то возражая мычит, ибо его рот затыкают, вовлекая в жадный, слишком мокрый и пошлый поцелуй, прямо как их ебаный возраст. Язык Фицджеральда скользит в чужой рот, проходя по ровному ряду зубов, а после надавливает на язык шатена, сплетая его со своим, даже так стараясь перебрать инициативу, лидерство, дать понять этому проказнику - кто же тут в их паре глава. И это явно не Майкл Афтон, чей голосок собственно сейчас так и щебечет чужое имя, после разорванного поцелуя в милом сокращении, которое позволительно только ему. — Боже, Джер.. стой, дверь не закрывается, если кто то войдет.. ты идиот... что ты.. ох... - Дрожащая тональность Майкла слышится эхом по помещению, о как же черт сейчас возбужден Джереми, и о как же он хочет этого чертового лидера их тупой шайки. Чего только стоят взгляды Марка на него, вынуждая нутро блондина бурлить от ревности каждый раз когда они все вместе. И нет, не Марку суждено сейчас отъебать это лохматое чудо с ободранными коленями. Джереми в очередной раз прикусывает плечо юноши и резко разворачивает его лицом к двери, больно вдавливая его щекой в нее. Скользя пальцами меж лопаток, а после надавливая на поясницу с такой силой, что бедная спина синеглазого прогибается вперед, заставив оттопырить его опять таки сочный зад. Та же рука плавно и слишком дразняще охватывает ремень джинс стретчей, расстегивая ремень и спуская их рывком вниз, прижимаясь пахом к пятой точке. Фиц срывается на гортанный рык, запрокидывая голову назад и начиная потираться членом о мягкое местечко, двигаясь то вниз, то вверх, имитируя толчки. Вставший член более чем отзывается на такие ласки, а Майкл оцарапывает ногтями дверь от стыда, загоняя под них старую голубоватую краску, поддавшись назад, отзываясь на толчки ответными движениями. Блондин усмехается, отмахивая мешающие локоны волос маллета за плечо, склоняясь вниз и кусая парня за загривок, делая очередной толчок, заставляя нижнего под ним жалостливо проскулить от желания. — Кто бы знал что наш злобный и токсичный лидер сейчас готов течь от одного только касания члена за трусами к своей заднице, а, Майк? Ты серьезно? Ты такой конченный... о боже, как сучка... – Фицджеральд проводит языком по загривку, сплевывая случайно попавшие волосы на губы, а после грубо хватает Майкла за подбородок, вынуждая развернуться лицом к себе, проникая пальцами в приоткрытый юношеский рот от стонов, надавливая подушечками на чувствительный язык, смачивая фаланги слюнями. О, конечно же нет, он не собирается таким образом растянуть мальчишку, нет. Он не дурак, он все спланировал, даже смазку выудил и резинки у сестры потаскухи, о да, детка. Он слишком крут для этого мира. — Ты когда нибудь ебался? Я уверен ты скакал на Марке как шлюха, а может на Фредерике, а, Майки? – Голос становится слишком томным, пока пальцы шарят в чужом рту, не дав даже ответить на свой вопрос, на который он и так знает ответ. Он будет у него первым. Первым во всем. Иначе кто, если не он? Пальцы вынимаются из чужого рта с слишком пошлым причмокиванием Афтона, пустив по спине голубоглазого сноп мурашек. Он слишком сексуален. Рука шарит по заднему карману, нащупывая маленький тюбик, которого вполне должно хватить на то, чтобы обмазать всю задницу Афтона. Скрученная крышка падает куда то на пол, нет нужды закрывать его, он все равно кончится. Приличное количество выдавливается на пальцы, кремовой текстурой растекаясь по ладони, а свободная рука стягивает с юноши белье по бедрам, чуть выше коленок, собственной ногой подопнув Майкла по щиколотке, заставляя расставить ноги пошире, что последний собственно выполняет без вопросов, вильнув пятой точкой, вызывающе, показывая то что он только его личная шлюха. На сие действие Джереми улыбается, как то по доброму смеясь, скользя ладонью меж ягодицами и смазывая все на кожу вокруг подрагивающего кольца мышц. Вторая рука придерживает мальчика за талию, задирая толстовку к лопатками, нащупывая позвонки и надавливая на них, аккуратно поглаживая вход, как бы подготавливая к последующим действиям, смягчая его тем самым, дав проникнуть жидкости внутрь, да улавливая от Майкла шипение. Фиц поднимает обеспокоенный взгляд на лицо друга, коий в свою очередь зажмурился, прикусывая губу. — Смазка холодная? Прости, мне стоило погреть ее, я не хотел тебе доставлять дискомфорт, Любовь моя. – Фицджеральд вздыхает от подобного зрелища, надавливая посильнее. Вот оно, фаланга послушно проникает внутрь, без проблем, ведь смазка качественная и слизкая, посему юноша начинает плавно проникать глубже, слишком плавно и мучительно, оглаживая стенки слизистой круговыми движениями, смазывая их и отгивая руку то вбок, то вниз, тем самым натягивая мышцы на свой лад, вторым пальцем потирая их снаружи. Афтон сжимается, сводит бедра и колени ближе друг к другу, слишком неприятное ощущение инородного внутри, но Джереми вновь по щиколотке подпинывает, заставляя вернуться в прежнюю позу и намекая что иначе он не сможет действовать, на что тот послушно выдыхает и наклоняет голову вниз, смотря на собственный вставший член через трусы и на то как чужая рука скользит к нему, оглаживая мягко, надавливая. О да, для него это слишком постыдное зрелище, но черт. Он только сильнее сжимается вокруг пальца Фица от этого, когда тот вторым начинает проникать, на что получает неодобрительное шипение и тихое `` Расслабься ``. Ничего не поделать, ему действительно пришлось это сделать, судорожно выдыхая. — Хороший мальчик... – Вновь тихо шепчет голубоглазый, начав двигать внутри средним и безымянным пальцем, выставив ладонь прямо, изредка загибая фаланги и ловя на слуху очередное шипение, но уже более расслабленное, что его очень даже обрадовало, позволив ускорить движения, буквально щимя внутри, раздвигая пальчики на подобие ножниц, и в какой то подобный из моменов задеть что то кончиком подушечки, почувствовать под собой дрожь чужих бедер и вопросительно вскинуть бровь, вновь надавливая, а после начиная разминать это место. О да, Джереми не дурак, он знает что это такое. Поясница Майкла прогибается, а руки его скользнут по двери вверх, губы дрогнут, сорвавшись на скулеж и истеричное постукивание ножкой по полу, моля о том, что бы тот не трогал там, ведь не понимает дурак что так нужно. А Фиц лишь войдет в кураж, начиная сильнее двигать рукой, словно встряхивает того, попадая раз за разом по узлу нервов. Голос несдержанный начнет еще сильнее молить его остановиться, но все мимо чужого слуха. Афтон чертовски сильно дрожит, уже стараясь отпихнуть от себя парня, но все безрезультатно. Слезы выступают в уголках глаз, пощипывая. — Блять, Блять, Джереми! Остановись нах.. уй... ох блять... бляяяя..ть.... Ах... – шатен сипит, весь изворачиваясь от каждого толчка руки, ноги подкашиваются и он уже готов осесть на пол, хотя даже упасть, но сильная рука под живот подхватывает, не позволяя сделать этого, еще сильнее ускоряясь. Афтону внизу живота сводит мышцы, он понимает что сейчас что то, но случится, уже просто шепча чужое имя и просьбы прекратить, но нет. Он закатывает свои милые глазки цвета океана, густо краснея, закусывая язык, а после облизывая им жадно собственные губы. Джереми перестарался. Он слишком заигрался. Майкл с громким стоном в очередной раз содрогается, насаживаясь на пальцы, тем самым себе же усугубляя ситуацию. Пальцы Фица грубее проходятся по простате. В глазах плывет, а синеглазый с лютым скулежом и мандражом истекает. С его уретры вырывается первичная моча. Это не назвать тем что он обоссался, нет, это обычный вид сквирта. — О боги, Майкл... вау... – Джереми удивлённо хлопает ресницами, все еще не вынимая пальцы из разгоряченного нутра, продолжая оглаживать внутри и ощущая как стенки пульсируют, стягивая кольцом мышц вокруг его пальчиков, наблюдая за тем как тело Майкла буквально содрагается, страдая от судорог, только рука блондина его сейчас удерживает, он буквально повис на ней животиком, тихо похрипывая, собирая ебаные слюни похоти со своего подбородка языком. Он действительно готов, так думает Фицджеральд, вынув пальцы из задницы юноши, аккуратно расстегивая собственный ремень и спуская джинсы вместе с бельем ниже бедер, потирая собственный член этой же рукой в смазке, выдавливая еще такой же на свою плоть и сделав из пальцев импровизированное кольцо, растирает жидкость по ней, после подставляя красноватую головку к входу, перемещая руку на кисть руки Майкла и заводя руку его за спину ему же, со словами `` Очухайся, я сейчас тебя насажу ``, дергает за нее, медленно входя во все еще дрожащее тело, вызывая у того очередной сиплый скулеж, после которого Афтон несдержанно кончает на дверь, а вот как раз таки в этот момент Фицджеральд и резко вошел, вынуждая Майкла прижаться к его грудной клетке, запрокинуть голову, ложась затылком на его плечо и сделав поступающее движение назад бедрами - вновь резко войти, выгибая тело парнишки вперед, хватая свободной рукой за шею и сжимая ее. У Афтона глаза на выкат, а язык точно скоро будет на вывалку. — Джер.. О Джер, медленнее.. о господи.. пожалуйста.. это слишком, милый, я не мо... – Вновь этот хриплый голосок сводит Фица буквально с ума. Пальцы сжимают шею сильнее, не позволяя договорить и начиная грубые толчки, не дав и времени на передышку, входя в теплое место, что так сейчас его чертовски сильно сжимает, заставляя бедра и самого Джереми предательски дрожать, но не сбивать его личный ритм. Круговыми движениями приостанавливаясь, входя плавно, назад отстраняясь, а после резко входя, выбивая из перевозбужденного тела возгласы собственного имени. Перемена, их никто не услышит, слишком шумно. Но, за дверью шум услышать можно слишком точно, яро надавив ногой на дверь, Майкл кипишует, насаживаясь на член глубже и судорожно дыша, а Фицджеральд только затихает, ослабляя хватку на шее, целуя Афтона за ухом. — Будь тише, ты же не хочешь чтобы тебя спалили? Иначе твой авторитет будет подорван, как у портовой шлюшки, хах.... Майкл.. о Майкл, в тебе так хорошо.. – Фиц уже не сдержвиает себя, будто специально резко входя в шатена и затыкая ему рот ладонью со словами `` Держи дверь, сладкий, вдруг кто зайдет... ``. А Майкл действительно вжимается насколько сил хватает в ебучую дверь стопой, слыша шуршание по ней, видимо кто то стоит рядом. А что Джереми? Джереми начинает новые движения, совершенно в другом ритме, чуть склоняя юношу вперед, явно стараясь попасть по простате головкой, что у него собственно и получается, судя по вздрогнувшему в судорогах Майклу. Он ускоряет движения тазом, делая их грубее и не меняя заданный угол проникновения, прижимая разгоряченное тело к себе, ударясь яйцами о чужие. Ох, как же лицо Афтона сейчас покраснело, даже больше чем его собственная маска Фокси, намного алее, мокрее, как и ладонь блондина, кою первый испачкал слюнями, облизывая языком и прося еще быстрее, когда тот замедлялся и ослаблял свою хватку на рту. О черт, и вновь Майкл не кончает, а с громким вскриком даже громче чем прежний опять обоссывается на пол прозрачной жикостью, пытаясь отстраниться от Фица, но тот не позволяет этого сделать, еще сильнее вдалбливаясь. — Нет, Фиц, Фиц, Фиц.. я сейчас потеряю рассудок, Джереми, хватит, о нет... нет, нет, нет.. о госпооодииии... – Трепетное ощущение вновь окатывает синеглазого словно кипятком, и вот его бедра просто неистово дрожат, а ноги сводит судорогами, он уже не в силах держать ебаную дверь, а Джереми делает заключительный толчок, грубый, размашистый, попадая вновь по слишком уж натертому и чувствительному узлу нервов, изливаясь внутрь кишечника парня теплым семенем. А следом уже кончает и Майкл, крышесносно попискивая как девчонка, выкручиваясь в чужих руках как вошь, стараясь насесть на член возлюбленного сильнее, действительно как самая последняя шлюха, желая получить глубже, больше спермы внутрь себя. Тот кто был за дверью давно ушел, прозвенел ебаный звонок, но звон в ушах обоих юнош сильнее, как и накатившая усталость, сжирающая всего Джереми изнутри. А что до Майкла... у Майкла оргазменный приход, его ничего не волнует, он только тяжело дышит, словно вокруг их огромной школы пробежал без остановки и сейчас свалится. Оба оседают на пол, чуть поодаль влаги, кою устроил миленький член Афтона. Фицджеральд не собирается из него выходить, ведь если он сделает это, то все вытечет наружу, не для этого он так старался. Он осознает что его ладонь все еще на чужом рту, посему медленно убирает ее, наблюдая за тем как нить вязкой слюны тянется от его кожи к языку шатена, что вызывает у него усмешку. Его мальчик и вправду как течная сука. — Ну ты даешь, Майкл, малыш, это было чертовски приятно, ведь так? Ох, кажется я перестарался, прости, Майк.~ В ответ только все еще загнанное дыхание и постанывания от любого движения. Фицджеральд лукаво щурится, смачно оцеловывая чужое лицо, искривленное гримасой наслаждения, успокаивающе скользя ладонями под толстовкой Афтона. Кажется на уроки они сегодня не пойдут.