Life goes on

— И так, — преподователь откладывает свой телефон в сторону, а Тэхён устремляет на него свой взгляд, — я думаю нет смысла ждать остальных. — Мужчина смахивает, спавшие на глаза волосы и поправляет галстук. — Я называю фамилии, а вы выходите и получаете свои учебники. Тэхён закусил губу, обводя класс беглым взглядом и понял, что никому нет до него никакого дела, на душе от этого стало намного спокойнее. Он медленно начал расслабляться, но, когда наступившую в классе тишину разбавила громкая мелодия звонка, Ким вздрогнул, судорожно потянувшись к карману брюк. Он снова привлёк к себе никому не нужное внимание. — Извините, — Тэхён достал телефон и хотел сбросить вызов, но, заметив имя Хосока на экране, быстрым шагом вышел из кабинета. Он всё равно в середине списка, так что может ненадолго отлучиться, да и стоять в классе сейчас, будет некомфортно после этого. — Да? — как-то слишком радостно, для пережитого недавно стресса отвечает Ким и медленным шагом идёт вдоль коридора. — Привет, — улыбнулся Хосок, слыша в трубке чужой приятный бархатный голос, — Ты в школе? — спросил он, а Тэхён с отчего-то счастливыми мерцающими глазами согласно промычал и поправил чёлку, которая постоянно маячила у него перед глазами. У него всегда такой горящий взгляд, когда он разговаривает с Чоном? — Сегодня можешь не приходить, занятия не будет, — и в ту же секунду улыбка с лица омеги пропала. — Что-то случилось? — Нет, не переживай. Тэхён знает, что случилось. Знает что Хосок соврал, что занятия не будет. Знает, потому что тот миллион раз говорил ему взять ненадолго перерыв от тренировок, взять отдых хотя-бы на несколько дней. Он видел, что омега находится на грани в конце каждого занятия, видел как он сильно исхудал. Поэтому так жестоко пытался отгородить его хотя бы на один день, хотя бы так. И поэтому Тэхён вмиг поменялся в лице. Ведь во время танца, ему так легко и просто на душе, голова абсолютно пуста. Танца, во время которого он может говорить молча, выразить все свои эмоции и чувства через движения своего тела. — Хорошо, — тихо сказал Тэхён и сбросил трубку, чувствуя как всё внутри сжимается, а в груди возникает противное склизкое чувство, что он просто навязывается, чувство будто Хосок так даёт понять, что ему там не рады. Омега возвращается в класс, ещё более поникшим, чем раньше, и даже не пытается это скрыть. Не от кого скрывать. Тэхён просто стал на своё место и тихо ждал, когда его вызовет преподаватель, снова и снова утопая в своих навязчивых мыслях, раздирая многострадальную нижнюю губу с только зажившими ранками до металлического вкуса во рту. Время тянулось как жевательная резинка, не давая Тэхёну и шанса отвлечься от мерзкого состояния, которое тянуло его всё глубже и глубже, в свою тёмную сырую клетку. Тянуло, даже если омега изо всех сил пытался ему сопротивляться. И вот, будто из толщи воды, Ким слышит своё имя, видит строгий взгляд преподователя и взгляды одноклассников и находит в них своё спасение. Омега в торопях складывает тяжёлые учебники в портфель, с трудом закидывая его на плечё, и выходит из класса так быстро, что сам не замечает как оказался у лестнице. Тэхён постоянно о чём-то думал, его мысли не отпускали его ни на секунду. Ким так от них устал. Он медленно спускался по ступенькам, поджимая искусанные губы, пока краем уха не услышал до боли знакомый голос. Голос, который, будто спасательный круг, вырвал его и подкорки своего сознания. Ким поднял взгляд, замечая Чонгука на пересечении лестниц. Альфа не отрывал взгляда от телефона и кажется, тоже, как и Тэхён минуту назад, не видел ничего вокруг, кроме самого себя. У парня сердце пропустило тяжёлый удар, выбивая из лёгких весь имеющийся кислород. Он наконец его увидел, наконец-то смог уловить слабые нотки его феромонов. Тэхён соскучился, как бы не было тяжело это признавать. Соскучился до колких ощущений в сердце, до трясущихся коленей и слабости во всём теле, накрывающей его с головой, будто цунами. Перед глазами пронеслась их последняя встреча перед каникулами на выпуском вечере, а живот пронзила фантомная боль. От чего Ким неосознанно каснулся места, куда пришёлся несдержанный удар альфы. Он всё помнит, но сказать, что держит на него обиду не может. Особенно сейчас, когда он наконец видит его перед собой, видит как Чон поднимается к нему на встречу, а Тэхён стоит как статуя, пытаясь разобрать, что он сейчас чувствует, пытаясь понять, что ему делать и как пройти мимо незамеченным. Тэхён рвано выдохнул, понимая, что рано или поздно им придётся пересечься, поэтому парень сделает всё, чтобы Чонгук его не увидел. Омега задерживает дыхание и начинает тихо спускаться, прижимаясь к холодной стене всё сильнее. Раньше он вряд ли смог бы протиснуться так, как делает это сейчас, да вообще никак бы не смог. Его сердце так часто билось о рёбра, что казалось, ещё немного и оно пробьёт в них дыру. Он шёл не отрывая от Чонгука взгляд, пытался им наглядется. Подмечал каждое изменение во внешности парня за лето. Его отросшие волосы, которые сейчас хоть в хвостик завязывай, его возмужалый силуэт и огрубевшие черты лица. Тэхён терялся в нём. Терялся также быстро, как билось его сердце и тряслись руки. Боролся с невыносимым желанием обнять альфу, да хотя-бы каснуться разок, но не мог этого сделать. Не мог, потому что не достоин, у него нет на это права. Не мог, потому что он явно не тот, кто нужен Чону, не тот кто может так просто без разрешения обнять и поцеловать его. Это всего лишь Тэхён, чёрное пятно в жизни Чона, которого лучше бы и вовсе не существовало. Тэхён сам не замечает, как его глаза начинают заполнять горькие слёзы от мыслей, которые сейчас будто змеи ползают на подборке мозга, склизкие, шипучие, ядовитые, они пускают яд в кровь, которая стремительно несёт его к сердцу, отравляет. Ему невероятно больно. Больно осознавать, что будучи истинным омегой Чонгука, он не может с ним даже нормально поговорить, неговоря уже о том, что парень делает сейчас. Ким так жалок. — Стой, — Тэхён только начал отдалятся, тихо шмыгнув носом, как услышал глубокий голос Чонгука. И Ким застыл на месте, закрывая большие глаза, в которых сейчас отражалось столько боли, что можно было укрыть ей весь мир. Это с самого начала был пройгрышный вариант, Чонгук в любом случае заметил бы парня по тянущемуся за ним шлейфом с запахом сладкой черешни и нотками персиковой косточки. — Тэ… — повернулся к нему Чон, наконец оторвавшись от телефона, и вмиг замер. Чонгук смотрел на омегу, прожигая его тонкую спину нечитаемым томным взглядом и молчал, о чём-то думал или просто потерял все слова. — Посмотри на меня, — прохрипел парень, не веря, что перед ним тот самый омега, не веря, что это Тэхён. А Ким, как послушная собачка, поворачивается к нему, но не поднимает взгляд, пряча красные от сдерживаемых слёз глаза за чёлкой. Чонгук всматривался в лицо парня сквозь густые волосы, пытался увидеть в этом омеге того самого. Но не мог разглядеть и малую крупицу, которая бы осталась от него. Эти черты лица были другими, но до боли ему знакомыми. Этот силуэт был не таким тощим и хрупким, как сейчас. Кажется, что омегу вот-вот перевесит собственный портфель, висящий на его плече. Тэхён закусил губу, чувствуя себя так некомфортно и отвратно под пристальным взглядом альфы, что был готов прямо сейчас сорваться с места и убежать куда-нибудь подальше, чтобы потом забиться в угол своей комнаты брошенным щенком и выплакать себе все глаза, на время залечить слезами непопровимые шрамы на душе и сердце. За своими тяжёлыми липучими, как смола, мыслями омега не сразу заметил, как чужая рука появилась в его поле зрения. Чон аккуратно приподнял кудрявые волосы омеги, невесомо касаясь чужого лба, чтобы взглянуть в его глаза и прикусил внутреннюю сторону щеки, когда Тэхён поднял голову сам и наконец взглянул на него. По телу Чонгука пробежался строй колючих склизких мурашек. Он до последнего молился, чтобы взгляд омеги остался прежним, но сейчас, видя в его глазах реки боли и бескрайнюю пустоту, он чувствует как медленно рассыпается его сердце. Это не Тэхён. Это точно не он. Ким держится из последних сил, смотрит на Чона и не видит на его лице ничего кроме отвращения и ужаса, видит как Чонгуку неприятно его видеть и от этого медленно, но верно сгорает внутри, чувствует, как огонь выжигает в нём всё живое. Это просто невыносимо. Тэхён отвёл взгляд на серую бетонную стену лестничного пролёта, прикусывая внутреннюю сторону щеки. Ему стыдно. Стыдно за себя, за свою внешность, стыдно, что он есть в жизни альфы. Невыносимо. Портфель медленно сползал с плеча омеги, цепляя за собой рукав свитера. Ким даже не заметил, как он и вовсе тяжёлым грузом упал на кафельный пол, заставляя Тэхёна вздрогнуть и хоть как-то разбавил затянувшееся мочание. Омега снова посмотрел на Чона и который раз утонул в черных омутах его глаз, в которых можно разглядеть бескрайний океан, отражающий в себе всё звёздное небо. Тэхён давно в них тонет. Ему столько всего хочется сказать, столько же сделать. Хочется вылить Чону всё, что сейчас лежит тяжёлым грузом на душе, всё, что заставляет его глаза слезиться, всё, что Чонгуку никогда в жизни не понять самому. — Ты отправила фотку? — где-то сверху послышались знакомые голоса одноклассниц. Тэхён и не услышал их вовсе, настолько сильно затерялся в пучинах чужих вод. А Чонгук всё прекрасно расслышал, но так же как и Тэхён, был поглащён чужим взглядом, пустым потухшим взглядом. Омега будто сирена приковал к себе всё внимание и медленно тянул на дно. У Чона столько мыслей в голове, они сплетаются в узлы, будто клубок ниток, путаются и расходятся, накручиваются как маятник, забивают всю голову. — Да, — послышался другой женский голос. — Чонгук видел? — спросила девушка и, взглянув вперёд резко остановилась, заставив подругу врезаться в неё со спины. — Ну что? — нетерпеливо спросила вторая, посмотрев на подругу, которая слишком странно начала себя вести. Девушка будто снова ожила, прикладывая указательный палец ко рту, и указала взглядом в сторону одноклассников. — Упс, — улыбнулась она, когда подняла взгляд и увидела парней на лестнице. Девушки, вжав голову в плечи, спустилась с лестницы, обходя двоих и побежали дальше. А Тэхёна будто током пронзило, он захлопал ресницами, отводя взгляд, теперь стараясь смотреть куда угодно, но не на Чонгука, только не на него. — Мне… — голос Тэхёна предательски дрожал, в горле стоял ком, который мешал дышать, не говоря уже о том, чтобы говорить. У него не получалось сложить даже самое простое предложение в своей голове. — Я пойду, — с хрипотцой в голосе произнёс он, взглядом цепляя свой портфель, подхватывает и быстрым шагом, медленно переходящим на бег — сбегает, как последний трус. Тэхён вышел из школы ни живой ни мёртвый, его эмоции будто вмиг отключилась, лицо побледнело, пока парень спускался. Он стал на крыльце, жмуря уставшие глаза и закрыл рот холоднами как ледышки руками, сдерживая рвотные позывы, к которым уже давно привык. Его желудок буквально выворачивает наружу. Ему тошно. Тошно от самого себя.

*****

— Тэхён, — окликнул друга Чимин, мельком взглянув на него и снова перевёл взгляд на забитую машинами трассу. Омега всю дорогу сидит молча сдирая с губ высохшую кожицу, о чём-то думает и смотрит в окно, но будто-бы глядит в пустоту. — Что-то случилось? — Пак скорее утверждает, а не спрашивает, он чувствует это, знает, что так оно и есть. Тэхён лишь отрицательно кивает, взглянув на Чимина, пытаясь натянуть на лицо улыбку, но вышло на столько ужасно, что он просто снова отвернулся от друга. Чимин и рад бы поверить в эту лживую улыбку в эти выученные на зубок слова оправдания, что всё нормально, что просто день плохой, если бы Тэхён не был ему так дорог. Пак устал смотреть как Тэхён буквально рассыпается у него на глазах, устал смотреть на потупленный отстранённый взгляд, осознавать, что он ничего не может с этим сделать. Ничем не может помочь. Остаётся только быть рядом. — Может купим чего-нибудь вкусного? — снова разрезал давящую тишину Пак. А Тэхён в ответ лишь кивнул, будто-бы и не слышал вопроса, будто-бы ему всё равно. — А может чего покрепче?

*****

— Да не шевелись ты блять, — пьяно бормотал Чимин, одаривая Тэхёна грозным, на сколько это вообще возможно в таком состоянии, взглядом. И пытался навести на него камеру, но это оказалось не так легко, когда руки совсем не слушаются своего владельца. — Да это ты не дёргайся, — возразил Ким замученный тем, что друг уже который час подряд продолжает доставать его с грёбанными фотками на память. А когда наконец смог уломать его, не может даже телефон нормально в руки взять, чтобы сфотографировать и тот постоянно выпадает, уже который раз встречаясь «лицом к лицу» с мягким ворсистым ковром. Тэхён благодарит Чимина, что тот выбрал именно сидячую позу для ракурса фотки, иначе его телефон уже давно разлетелся бы по разным частям комнаты, он в этом уверен. Сейчас сознание Тэхёна находится где-то далеко. В голове блуждает непрогдядный серый туман, а всё тело будто находится под действием сильного снотворного. Омега и половину движений не может контролировать, неговоря уже о нормальной складной и чёткой речи. Его язык будто путается, вступает в схватку с зубами и кажется проигрывает, потому что иначе не объяснить еле понятный базар, который иногда вылетает у него из уст. — Не выёбывайся, я мастер своего дела, — выпаливает Пак и, о да, он наконец смог взять телефон нормально и даже нашёл подходящий ракурс для Тэхёна. Чимин начинает быстро, так ему казалось, тыкать на кнопку снимка, чтобы успеть сделать как можно больше фотографий, пока он снова не выронит этот аппарат самого дьявола из рук. Тэхён то неуклюже позировал в камеру, то отвлекался на невидимую мошку и пытался прихлопнуть её, пока не попал себе по носу, то ковырял мягкий ворс на пледе, который подмял под себя и укрыл ноги, сложенные бабочкой, то так глупо смотрел на друга. А ещё, улыбался как дурак, абсолютно без причины, просто так. — Налей ещё, — выкрикнул Тэхён, вскидывая руку вверх так резко, что хрустнул сустав, а Чимин от испугу потерял телефон Кима где-то под диваном. — ну ты и утырок, Пак, — с невозмутимым лицом сказал омега, и попытался нагнуться посмотреть, где же его драгоценный телефон, держась за столик у дивана и только подумал, что он в состоянии это сделать, как клюнул носом в ковёр следом за своим мобильником, только ноги торчать остались. Чимин уже забыл про телефон, заливаясь звонким смехом и наблюдая как Тэхён перебивает все матерные слова, которые только были на уме. Спойлер, их было много. А, заметив как Чимин так откровенно смеётся над ним, тоже не смог сдержать хохот. Они оба смеялись как настоящие дураки. И это единственный раз, когда это получалось так легко и просто у обоих. Тэхёну нравится это состояние, нравится, когда он ни о чём не думает, даже когда со своим телом совладать не может. Нравится эта лёгкая слабось, нравится жгучее чувство внутри. Он рад, что Пак предложил, цитирую: «упиться в усмерть». Нравится, что между ними будто никогда и не было пропасти длинной в семь лет. Нравится, что нет никаких барьеров. — Кажется тебе уже хватит, — в перерывах от смеха проговорил Чимин и всё-таки достал телефон друга, пока Тэхён лез обратно на мягкий и удобный диван, хватая в руку свой прозрачный хрустальный стакан с бурой жидкостью на дне, переливающейся яркими искрами под светом горящего камина. — Кто-бы говорил, — Тэхён залпом допил, намешанного в хрустале виски с колой и скривлся, до сих пор не привыкнув к этому странному, горьковатому вкусу. — А теперь. — загадочно улыбнулся Чимин и сел на край дивана, отворачиваясь от друга. Тэхён возмущённо посмотрел на него и начал неуклюже подползать, а Пак ворочался, не давал Киму и шанса увидеть, что он делает в его же телефоне. Тэхён так заёрзался, что запутался в пледе и снова клюнул носом прямо в пол, в этот раз утягивая за собой и друга. Чимин болезненно захныкал, потирая бедро, а Тэхён ехидно улыбнулся, он то уже не первый раз упал, ему почти не больно. Но на всякий случай, решил больше не испытывать свою удачу и не подниматься на мягкий и удобный диван, а остаться на не менее мягком белоснежном ковре, чтобы снова не свалиться и не разбить себе голову о стеклянный стол, стоящий от него всего в нескольких сантиметрах. Чимин тоже быстро отошёл от падения, подскакивая на ноги, чтобы Тэхён его не достал и он смог спокойно доделать то, что хотел. Его шатало из стороны в сторону, но он упорно стоял, отойдя немного подальше от друга. А Киму уже было не до него, омега решил сам замешать себе новую порцию алкоголя, не дождавшись этого от друга. Расплескал половину бутылки и выпучил глаза, когда заметил, что жидкость стекает по стеклянному столу прямо на белый ковёр, начал слизывать горькую дорожку и снова улыбался, заторможенно моргая. — Я всё, — радостно выкрикнул Чимин, и повернулся к другу, — Что ты делаешь, Тэхён? — вскинул брови он, издавая тихий смешок. — Ну ты же не хотел наливать, — бубнел Ким, вытирая остатки бурой жидкости своим пледом. В глазах всё плыло, он будто был на карусели, которая неустанно вертела его по кругу. На столе стоит полу полный сет роллов, к которым Тэхён так и не притронулся, а Чимин с радостью умял штук десять и совсем забыл за них. Ким хотел попробовать, но от одной только мысли к горлу подступал тошнотворный ком, поэтому он только и делал, что пил, опережая Чимина стакана так на два. Он снова тянется к импровизированному коктейлю, делая желанный глоток и прикрывает глаза, чувствуя как жгучая жидкость медленно течёт к его желудку, опаляя за собой всё, чего касалась. — На, можешь не благодарить, — с улыбкой в тридцать два зуба прознёс Пак, и протянул другу телефон. Тэхён кивнул, поджав губы, и, разблокировав, увидел открытый профиль в инстаграм, где уже красовалась одна из его фотографий, сделанных Чимином буквально пятнадцать минут назад. — Ты чё сделал, дебила кусок? — возмутился Тэхён, открывая пост со своей фотографией, но, скользя по ней расплывчатым, постоянно куда-то убегающим взглядом, не мог понять на сколько ужасно он там выглядит. Если сказать честно, он расстроился. Потому что Чимин, знал. Знал, что омега был против, но, несмотря на это, сделал ему профиль, ещё и выложил его фотографию, копаясь в галерее. Это не приятно. — Да чего ты так переживаешь, — проныл Чимин, присаживаясь рядом с Тэхёном и закинул руку ему на плечё, притягивая парня к себе, крепко обнимая и прижимая его макушку прямо к своему сердцу. — Ты такой милашка, грех не показать тебя людям. За окном уже давно стемнело. В комнату, освещаемую только электрическим камином, попадал тусклый свет от уличных фонарей и разноцветных вывесок. Мимо всё ещё проезжают редкие машины, где-то недалеко слышится гул мотора и громкие голоса мотоциклистов, которые часто собираются недалеко от тэхёнова дома. — Правда? — шепнул Тэхён, сжимая кулаки так, чтобы ногти больно впивались в нежную кожу рук до ярких отметин. Он знал, что Чимин говорит это, только чтобы омега сильно не переживал и не растраивался. Но хочется верить, что так оно и есть. Что он хоть немного привлекателен, хоть для кого-нибудь. — Ну конечно, — улыбнулся Чимин и потрепал парня за кудрявые волосы. Всё-таки не нужно было торопить события и делать то, о чём не просили. Но он так хотел делится с другом фотографиями и рилсами, был уверен, что там Тэхён найдёт себе новых друзей и знакомых. Это первый шаг. Чимин понимает, что для Кима он отнюдь не прост, но возможно так у Тэхёна получится быть хоть чуточку увереннее в себе.