Leave Out All The Rest

Прошло ещё две недели тяжёлой работы. Наконец балки были привезены, ожидая своего часа для монтажа. Каркас уже стоял. Приваренный, спаянный в нужных местах. Вроде надёжный, но если близко не подходить. Впрочем, как только они вмонтируют те две балки, завершат настройку систем и покрытие, все будет куда лучше, чем сейчас. Кэл сидел на холме, вдали от дома. Задумчиво глядел куда-то в небо, слушая тихо играющую из приёмника музыку. Марк лестно отзывался об этой группе, о High Scream. И теперь, уже как час слушая их песни, Кестис понял, почему мальчишка так полюбил эту группу. Потому что каждая песня будто чем-то дрожащим отдавалась внутри. Чем-то чувственным и таким приятным. И в то же время грустным. Лёгкий, прохладный ветер поднял в воздух немного песка и пронесся мимо. Кажется, скоро начнутся бури. Кэл обернулся в сторону дома. А ведь он тут не более двух месяцев. Может, чуть меньше. А уже так привязался к этому месту. К этим людям, даже к надоедливому, вечно причитающему дроиду. Особенно к Трилле. Теперь уже сложно было гнать мысли, особенно когда они полностью были заняты этой девушкой. Её улыбающимся лицом, или сосредоточенным в некоторые моменты. Какими-то внезапными шутками или резким, серьезным тоном. Внезапными объятиями ни с того, ни с сего или просто смущением из-за какой-то мелочи. Отрицание бессмысленно. Кэл определенно был влюблен. До дрожи в пальцах и неистово бьющемуся в груди сердцу. Ему хотелось верить в то, что он все ещё верен Кодексу, идеалам, что в него вкладывали с детства. Но, если так посмотреть, не факт, что когда-либо он ещё вернётся на путь своего ремесла. А значит, стоило, наверное, попытать удачу. К тому же, он ведь собрался остаться. Когда убедится, что не с кем больше связываться. — Вот ты где. Кестис вздрогнул от внезапного голоса возле себя и резво развернулся, чтобы увидеть наконец Триллу, что, держа какой-то свёрток и непринуждённо улыбаясь, стояла совсем рядом. — Ты меня искала? — Он удивился, даже подвинулся, автоматом. — Да. — Она уселась на песок. — Марк притащил немного сидра. Сказал, он — лучший в округе. Поэтому я решила разделить его с тобой. — Девушка развернула свёрток, достав оттуда две банки с напитком, чтобы одну из протянуть Кэлу. — Ну, — он неуверенно промычал, — обычно джедаям не положено пить алкоголь. Даже лёгкий. Впрочем, — банку все же он взял, открывая, — к хаттам все это. — Поддерживаю. Сидр оказался тягуче сладким, приятным, не приторным, но несколько терпким на вкус. На запах, впрочем, он был такой же. И сразу не скажешь, что эта баночка содержала в себе десять оборотов. Кажется, это был креплённый сидр. Впрочем, он пошел удивительно легко. Не отдаваясь странным ощущением, о котором Кэлу однажды рассказывали те, кто все же осмеливался попробовать хоть какой-то алкоголь. — Как ты? — Решается спросить Судури. — Не знаю. — Кестис пожал плечами. — Вроде нормально. Если ты об этом. — Ты выглядишь задумчиво. Будто чем-то обеспокоен. — Ну, это трудно объяснить. — Он сделал глоток и вновь взглянул куда-то в небо. — Кажется, будто за столь короткое время я успел привязаться к вам всем. Это так странно. Не знаю. Я просто все ещё стараюсь верить в то, что когда мы закончим, я отправлюсь к вышке и смогу связаться с кем-то из Ордена. Чтобы вернуться к тому, кто я. Но в то же время уже как-то не хочется. Я в разногласии. При этом даже помедитировать нормально не могу, не думая о том, что когда-то со мной случилось. — Могу ли я узнать, что же все-таки случилось? Ну то есть, — девушка тряхнула головой, — я слышала что-то обрывисто из того, что ты говорил во сне. Но… ладно, я, наверное, многого прошу. — Все в порядке. — Кэл вздохнул. — Каждый раз, — собравшись с мыслями, он все же решается рассказать, — когда я медитирую, я вижу своего учителя. Вижу перед глазами тот день. День истребления. Вот я счастливо здороваюсь с клонами, прохожу обучение, болтаю с учителем, а будто через мгновение я в панике бегу сквозь технические помещения, слышу выстрелы и крики учителя, чтобы я торопился. А потом его тело, его меч в моих руках. И… я совсем один… — Кестис закусил губу, его тело задрожало. — Эй, эй. — Трилла аккуратно коснулась его плеча. — Все в порядке. Теперь ты не один, Кэл. Я, Марк, Кас. Мы все с тобой. — Спасибо. — Он выдыхает и слабо улыбается. — За всё. — Все путём. Просто, думаю, тебе нужно время. Чтобы это пережить и оставить в прошлом. И просто жить дальше. — Да, думаю, ты права. Ещё раз спасибо. Кэлу впервые за последнее время стало легче. Просто от того, что он наконец смог выговориться, рассказать о том, что его ело изнутри. Довериться хоть кому-то кроме себя. Впрочем, казалось, будто Трилла тоже была этим впечатлена. Тем, что он открылся ей. Но она всё ещё молчала. Металась между желанием рассказать обо всем и оставить, как есть. Он определенно заслуживал доверия. Ему можно было открыться. Но Судури пробирал холодок каждый раз, стоило ей подумать о том, что нужно кому-то что-то рассказать. Сразу же все то прошлое громким отзвуком отзывалось внутри. И она вздохнула. Нет, ей нужно ещё немного времени. Чуть-чуть. И она расскажет. Она теперь не одна, как когда-то. Теперь были те… тот, кому бы она доверила свою ношу. Но время. Совсем немного времени. И она станет достаточно смелой, чтобы рассказать. Не только об этом, но и о том… — Знаешь, Кэл, ты милый. — Вдруг вырывается у Триллы и она даже смущённо дёргается, будто это было сказано неожиданно. — Ой, прости, вырвалось. — Ты правда так считаешь? — Кестис сидел, опустив голову, надеясь, что она не заметит, как алели его щеки. Особенно в свете яркой луны и небольшого, биолюминисцентного фонаря. — Да. — Решив, что нет смысла скрывать, она кивнула, подтверждая свои слова. — У тебя очень милое лицо. Особенно, когда ты растерян. Ты выглядишь, не знаю, как какой-то кот. А ещё ты очень заботлив. И улыбка у тебя такая теплая, что… — Судури вздохнула. — Знаешь, если ты все же останешься, я хочу, чтобы мы были вместе. Ты мне симпатичен и… ладно, прости. Кажется, это все этот сидр. Наговорила лишнего. — Она мотнула головой. — Ты мне тоже нравишься. — Внезапно выдает Кэл, повернувшись к Трилле. Его лицо впервые выглядело таким серьезным, если не считать ярко выраженного смущения, алеющего на его бледных щеках. — Не уверен, что это проблема в сидре. Ибо, я уже давно хочу тебе об этом сказать. Ты мне нравишься, Трилла. — Повторяет он ещё раз. — И, я бы с радостью стал твоим, если ты этого хочешь. — Хочу. Трилла кивает и неожиданно для себя, отставив опустевшую банку подальше, крепко обняла Кестиса. Ей стало легче. Намного. Будто нечто странное исчезло. Какие-то странные недоговорки. И все встало на свои места. Она чувствовала, как Кэл обнимал её в ответ. Как зарылся носом в волосы и почти бесшумно дышал. Как дрожал, как его сердце билось в груди. Впрочем, кажется, не только его. Тепло разливалось по всему телу. Стало уютно. Как никогда не было до этого. — Пойдем домой. — Она слегка улыбнулась, прерывая объятия. — Уже прохладно. — Да, пойдём. Они забрали вещи, приемник, все, что принесли и медленно, под тихие ритмы играющей из радио музыки, направились к дому. Свет внутри давно не горел. Кажется, Марк уже спал, а Кас отправился к док-станции. Они тихо зашли в дом, бесшумно пробираясь коридором, дошли до комнаты. Оставили вещи на тумбе у входа и перед сном вновь обнявшись, отправились каждый в свою кровать. Трилла смотрела в потолок. Думала о произошедшем. Обо всем. О себе. О готовности открыться. Ещё раз взглянула на Кэла, лежащего лицом к стене. Может, он ещё не спит. Может, это шанс. Наконец рассказать ему и стать ещё ближе, чем когда-либо. — Кэл, — тихо обратилась она, — я хочу тебе признаться. Я… Но увы, она не договорила, услышав лишь сопение. Кажется, Кестис уже спал. Впрочем, она готова. Завтра. Как только они закончат, она все расскажет.