В тёмный час яркие звёзды осветят дорогу

Зайдя в кабинет, Гарри увидел сильнейшего светлого мага столетия за своим столом, попивающим чай и закусывающим своим известным лимонным шербетом. Несмотря на его полную расслабленность, его сила ощущалась в магическом фоне и подавляла, настолько давно Гарри это не испытывал, что уже успел отвыкнуть. — Гарольд Блэк, как я понимаю. Присаживайтесь, позвольте представиться, Альбус Персиваль Вулфрик Брайан Дамблдор. Хотя предполагаю, что вы уже слышали обо мне. Хороший способ разрядить обстановку, когда тебя знает даже маг, никогда не бывавший в Англии. — Добрый вечер, директор. Я наслышан о вас и ваших подвигах, — ответил Гарри. Всё равно невозможно не выразить своё уважение такой значимой для истории личности при их, как Дамблдор должен считать, первом знакомстве. — Не желаете чаю с лимонным шербетом? Очень вкусные конфеты из мира магглов. Гарри знал, что в зависимости от ответа покажет ему своё отношение к магглам. Поскольку ему нет смысла портить отношения с директором, то и нет смысла отказываться, особенно если он знает, что Гарри это не пробовал. Гарри много думал, посвящать ли Дамблдора в их план. Это облегчало бы его, но Гарри помнил, кто руководил ими всеми в прошлый раз. Директор в тот раз допустил множество ошибок приведших к появлению нового Тёмного Лорда, а после и его победе. К примеру, директор попал под проклятие Реддла, желая воспользоваться воскрешающим камнем в проклятом кольце Мраксов, чтобы поговорить со своей сестрой. Надев его, он сделал неизбежной свою кончину. Помимо этого, Гарри знал о его любви к магглам. Это не было плохо само по себе, но об этом знал весь мир. И если его привлечь на свою сторону, то не одна чистокровная семья не отвернётся от Реддла ради того, чтобы попасть под влияние Дамблдора. Поэтому однозначно, Блэки начнут свою борьбу они без его влияния, но поддерживать с ним хорошие отношения всё же стоит. — Не откажусь, директор. Дамблдор улыбнулся, взмахнул рукой, и перед ним на столе появилось блюдце с конфетами, а также чашка горячего чая. Гарри кивнул, и присоединился к чаепитию. Это был вечер, переходящий в ночь, но он был морально вымотан, чтобы суметь заснуть, несмотря на это. — Буду честен Гарри, меня заинтересовала твоя история, и я хотел бы задать тебе несколько вопросов, которые могли бы внести ясность в неё для меня ясность, — и посмотрел глазами вызывающими желание довериться и всё рассказать. Хорошо, что Гарри не был плохим окклюментом и не допустил бы незаметно незваных гостей в свой разум, а демонстрировать, что он пытается применить легилименцию на практике, Дамблдор насколько известно Гарри, никогда себе не позволял. — Конечно, задавайте интересующие вас вопросы, директор Дамблдор. Он кивнул, и, отпив из своей кружки чая, поспешил начать: — Когда мы в Хогвартсе узнали, что тебе необходимо послать приглашение, то очень удивились. Твоя фамилия была Блэк-Поттер, а сейчас просто Блэк. Помимо этого, внешне ты очень похож на Поттеров. Можешь разъяснить эту ситуацию? Я приказал не упоминать твою двойную фамилию по просьбе главы дома Блэк, но мне хотелось бы получить больше разъяснений по этому поводу. Директор не был хитрейшим человеком, но был очень умным, поэтому обычной историей, которую выдумал Орион, он сыт не будет. — Насколько вы знаете директор, в моей крови очень мало от Поттеров. Эта связь была минимум восемь поколений назад. Я не думаю, что во мне пробудились их черты, просто я, как вам известно, полукровка, и за исключением того, что я волшебник внешне, я считаю, что пошёл в свою мать. Гарри тут же принялся придумывать, как описать Лили по тому, как он её запомнил в поезде, смешав со своей внешностью. — Она была магглой, которая имела зелёные глаза, шатенкой с причёской, неподдающиеся хорошей укладке. Я предполагаю, что её гены сделали меня похожим на Поттеров. А фамилия Поттер это загадка. Так распорядилась магия, возможно, моя мать своими предками уходит к Поттерам, а возможно нет. В любом случае это компрометировало бы меня и мой дом, поэтому я принял фамилию Блэк, чтобы не допустить этого. И я очень хотел бы, чтобы это осталось между нами, директор. Дамблдор с задумчивым видом смотрел на него, после чего решился спросить: — Это конечно возможно достаточно личный вопрос, но Блэки очень дорожат своей чистотой крови, эта семья очень тёмная и могущественная, тебе ли об этом не знать. Как они отнеслись к твоему хорошему знакомству с маггловским миром? — Задал вопрос Дамблдор, намекая на его знакомство с маггловской наукой, а именно теорией генома человека. — Они сказали, что готовы смириться с этим, потому что я могу принести могущество их роду в будущем, — ответил полуправдой он. Брови директора нахмурились, было понятно, что он не очень верит в его версию, но всё-таки сказал: — Хорошо Гарри. Возможно, ты видишь что-то постыдное в твоём прошлом, но мой кабинет это не то место, где тебя могут осудить за подобное. Я человек любознательный и меня заинтересовал случай твоего поступления. Не могу сказать, что полностью удовлетворён твоей версией, но я буду должен тебе, если ты расскажешь мне всю правду. Подумай над этим, Гарри. Можешь идти. — До свидания, директор. Гарри встал и направился к выходу из кабинета. Выйдя и закрыв дверь в кабинет, профессор сразу поспешил спросить у него: — Ну как прошла беседа? Директор Дамблдор редко обсуждает что-либо с недавно поступившими учениками. — Могло быть и хуже, профессор. Пойдёмте лучше в подземелья, — устало ответил он. — Конечно, если ты устал мальчик мой, то нам стоит поторопиться.

***

Опускаясь в подземелья Слизерина, Белла была переполнена злостью. Как это вообще возможно? Всё шло по отвратительнейшему для неё сценарию. Им нельзя разглашать свою помолвку, а Гарри уже привлёк к себе неприлично много женского внимания. Уже в Хогвартс-экспрессе эта сучка Эванс пыталась его кадрить. Да ещё и на глазах у Снейпа. Белла даже не догадывалась, насколько у неё отсутствуют какие-либо моральные ограничения. «Королева красоты Хогвартса» титул, который она получила в прошлом году и наверняка получит и в этом, и в следующем. И умудрилась моментально положить глаз на её Гарольда, когда узнала что он Блэк, а также не является сторонником чистокровных идей. Час в том духе, которой задала эта Эванс и она бы её начала бы действительно пытать Круциатусом, настолько невыносимо это было. Повезло, что Гарри спас положение, придумав такой оригинальный способ её отшить. Хоть помолвку оглашать и нельзя, как и их отношения, но одно она точно могла сделать. А именно довести Эванс до нервного тика, посмотрев своим фирменным взглядом, показывающим, что Гарри только её, когда они вместе читали любимую её книгу, в которую она даже вносила свои собственные правки. Видеть это было замечательно. Впервые цель, которую выбрала окучивать Эванс, предпочла кого-то ещё. Очень не хотелось думать, что может случиться, если вдруг её не окажется рядом. Кровную помолвку нельзя было расторгнуть, но её условия, к сожалению, не исключали измены. Это было оставлено на случай недееспособности одного из супругов и необходимости появления на свет наследника. В том числе, поэтому это и было символом особо доверия в роду Блэк. Буду надеяться, что я смогу составить ей конкуренцию хотя бы до свадьбы. Там она уже ничего не сможет сделать, разве что стать его любовницей, но она на такое не пойдёт. Остаётся только верить Гарри, что она была готова делать. Но на этой сучке её новые проблемы не заканчивались. Её соседки, пока Гарри не сел за стол, успели задать вопросов десять про него, на которые она была вынуждена ответить. Белла была уверена, что это хуже допроса в Визенгамоте. Он свободен? Как он относится к моему роду? А какой у него статус крови? Он не такой же, как Сириус? А он играет в Квиддич? Насколько вы близкие родственники? Откуда он появился, он рождён в законном браке? А ты видела его голым? Он там такой же привлекательный? Между вами что-то есть? После нескольких таких вопросов, ей уже стало трудно делать вид, что она раздражена компанией Слизеринок, а не тематикой их вопросов. Дойдя до гостиной Слизерина ей не дали спокойно занять свою комнату, Тераза Розье вцепилась в неё, как только она вошла в помещение и повела к одному из каминов. Рядом с камином на нескольких зелёных диванчиках расположились Кэйтлин Гринграсс, Николь Олливандер, Алекто Кэрроу, а также Элизабет Макмиллан, которая была главной конкуренткой Лили Эванс в борьбе за звание королевы красоты. Усевшись вместе с Терезой Розье, которая её и заманила сюда, девочки начали выжидающе на неё смотреть. Она бы и проигнорировала своих однокурсниц, но тогда они просто замучают Беллу своим любопытством. — Ну, Белла, рассказывай про своего «секретного» родственника. Нам всем очень интересно разузнать о нём больше подробностей, — обратилась к ней Тереза. Тереза ужасно напоминала Белле её мать, которая если не родит первенцем наследника, проклянет ребёнка за то, что он не является мальчиком. Оглядевшись, Белла поняла, что сокурсницы очень заинтересованы в Гарри. Или в деньгах рода Блэк, до которых они считали, что смогут дотянуться став его женой. Для многих это было важно, а если еще, и учесть его не чистокровность… Тогда с этого, пожалуй, и начну, жду вашей реакции, «подруги». — Он полукровка и является последним представителем давно отдалившейся от Блэков родственной линии. Наследником рода ему не стать, как и не иметь полноценного доступа к нашей ячейке в Гринготсе, — на одном дыхании выдала она. Все окружающие её девчонки с недоумением переглянулись между собой. Кэрроу сразу же встала, махнула им рукой и пошла в свою комнату, не забыв им сказать: — Ещё одно огребье на Слизерине, ужас. После чего пропала с их поля зрения. После этого театрально разыгранного действия, все вокруг Беллы рассмеялись. — Видели лицо этой дуры? Она ведь действительно поверила, что Блэки могут приютить полукровку. Даже не задумалась, как он тогда попал на Слизерин, вот умора, — смеясь, говорила Элизабет Макмиллан. Когда всех отпустило, они поняли, что сама-то Белла не смеялась. — Ты что не шутила? — подала голос Тереза. — К сожалению, нет, по приказу моего дяди мы действительно приняли в род этот мусор, — буквально выплюнула она. Надеюсь, они не поймут, что я считаю по-другому, хотя бы пока. — Ладно, походу Кэрроу была права, не буду тратить ещё больше своего драгоценного времени на всякое уродство, — с нескрываемым отвращением сказала Гринграсс и также покинула их. Отлично, сразу минус две. В яблочко! — Тогда что в нём привлекло твоего дядю? — Спросила с надеждой Тереза Розье. Белла знала, что она мечтала носить фамилию Блэк, но не могла допустить и мысли о своей связи с её кузеном. Походу у женщин Розье, мечтать стать Блэк это семейное, как и блондинистые волосы. — Да, не мог же он просто так его принять в дом Блэк, — согласилась с ней Николь Олливандер. — Дядя сказал, что он имеет огромный потенциал. И ради этого, Блэки способны немного подпортить себе репутацию. Я пыталась найти в нём хоть что-то, но помимо того что трепать своим языком, он ничего делать не умеет, — ответила Белла, не придумав ничего лучше. — Правда? А мне кажется, ты недоговариваешь Белла. Иначе не заняла бы для него место, и он не пришёл бы на распределение в такой дорогой мантии, — резонно заметила Элизабет Макмиллан. — Мне поручили следить, чтобы он не позорил род Блэк, — ответила она и представила перед собой Родольфуса, чтобы выдать максимальное отвращение. — Эх, какая актриса пропадает, — начала Элизабет, — если бы тебе это поручили, и ты с серьёзом к этому отнеслась, то сидела бы и расхваливала его, чтобы он нашёл себе достойную партию, — продолжала выпытывать информацию Элиза. — За кого ты меня принимаешь? Ты думаешь, меня волнует его будущие? Да пусть хоть сварится в котле у Слизнорта, — возмутилась Белла. — А мне кажется, ты на него положила глаз. Он не за что не выберет тебя, сидящую в библиотеке на пару с тренировочным залом и неспособную даже улыбнуться парню, не говоря о том чтобы хорошо уложить волосы. Так не пытайся помешать другим, принять фамилию Блэк. Ты явно недоговариваешь, если он и вправду полукровка, то обладает таким потенциалом, о котором большинству чистокровных магов и не снилось, — завершила Макмиллан и вызывающе уставилась на неё. Белла была в бешенстве, что её так легко раскрыли, но она сможет его удержать или её зовут не Беллатрикс Блэк. — Я скорее выйду за дементора, чем отдам его в твои лапы, — злобно прорычала она. — Это мы ещё посмотрим, я в этом году стану королевой красоты и обязательно обгоню эту грязнокровку Эванс. После чего заставлю его обратить на меня внимания на рождественском балу, а также заставлю его вместе со мной участвовать в ежегодной опере, — абсолютно уверенно заявила Элиза. Вырвать бы тебе глаза с твоим надменным взглядом. — Ошибаешься, он будет моим, — сказала Тереза, буквально на глазах превращаясь в хищницу. — Так девочки, давайте немного успокоимся. Белла, а расскажи какими именно талантами он действительно обладает, — решила разрядить обстановку Николь Олливандер. — Разговор окончен, — единственное, что смогла выдавить из себя Белла, что бы ещё больше не ухудшать отношения со своими новыми соперницами. Хорошо, что смогла отсеять хотя бы двух. Гордо поднявшись, Белла направилась к себе в комнату. Войдя и закрыв дверь, она запечатала её всеми известными чарами, которые смогла бы быстро снять утром. Установив помимо этого ещё и звукоизолирующие, Белла измученно легла на свою кровать. Походу придётся пересмотреть своё отношение к этому глупому конкурсу красоты как минимум в этом году. Придётся просить помощи у Цисси. Одной у неё справиться нет никаких шансов.

***

2 сентября 1976 г.

Утреннее пробуждение у Гарри было необычным для Хогвартса. Его разбудила не возня Рона, как это бывало обычно, когда он учился, а магический будильник, который выключается после того, как волшебник встанет с постели. Не знал, что на Слизерине ученики умудряются не просыпать именно из-за этого. Приведя себя в порядок, Гарри вышел в гостиную Слизерина, где уже присутствовали его однокурсники и другие учащиеся факультета. У одного из книжных шкафов стоял Лестрейндж со своими прихвостнями и когда он появился в гостиной они сразу уставились на него с оскалами, давая понять что спать ему следует как Грюму, с одним открытым глазом. Беллы не наблюдалось. А, идти продолжать знакомство со злобно оскалившимися на него Слизеринцами, у Гарри желания не было. Значит, займу своё место за столом пораньше, подумал Гарри и покинул гостиную. Садясь на своё место, Гарри обнаружил, что не был первым. За столом недалеко от его места сидел Северус Снейп. — Привет. Северус, если я правильно запомнил? — Спросил Гарри. — Здравствуй. Ты правильно помнишь. Что-то интересует? — Пробурчал в своей излюбленной манере Снейп. — Да, вот решил познакомиться с одним из своих сокурсников. В Хогвартс-экспрессе была не очень подходящая атмосфера, не находишь? И Гарри протянул ему руку, Снейп с подозрением её пожал, после чего оглядел его, но всё-таки соизволил, по-другому это не назвать, ответить: — Соглашусь. Я также как и ты полукровка, но в отличие от тебя без такой значимой фамилии. Собравшись с мыслями, Гарри решил развить эту тему, чтобы не раскрывать известный ему интерес в будущем профессора Хогвартса к зельям. — А это имеет значение? То, что я Блэк не даёт мне никаких привилегий. Я никогда не буду в этой семье на таких же правах, как и остальные, если только не оправдаю их доверия, добившись каких-то значительных высот. — А по поведению твоей сестры, кузины или кем бы она тебе не приходилась, так не скажешь, — заметил Снейп. — Я с ней подружился и как я понял у неё не особо много друзей, поэтому она сделала исключение. Мы с ней достаточно дальние родственники, поэтому своей кузиной могу называть её с натяжкой. Теперь Северус потерял свою маску и направил на него свой недоумевающий взгляд. — Насколько мне известно, за несколько лет совместной учёбы. Беллатрикс — последний человек, которому нужны какие-либо друзья. А вот это интересная возможность узнать о Белле больше. — А как так случилось? Любому нужны друзья, даже самым сильным из нас, — обратился Гарри к Северусу, хотя тот явно не понял, на что намекает Гарри. — Мне мало что об этом известно, за исключением того, что она отшивала всех ухажёров, а также не обзавелась подругами. За ней только гоняется Родольфус, а она его отшивает, но теперь между ними заключена помолвка, но она с этим не очень согласна. Меня кстати очень позабавило в Хогвартс-экспрессе то, что вы читали любимую книгу Беллатрикс, которая и является её лучшей подругой, по мнению всего курса, в том числе и Лили. Если Гарри не придумает достаточно веского объяснения, то он не сможет скрыть от Снейпа их отношения. Придётся сыграть на его чувствах к Лили. — Видишь ли, Северус, твоя подруга Лили Эванс, по моему мнению, вела себя слишком вызывающе. Мне пришлось призвать на помощь Беллу, чтобы она вела себя чуть более культурно. Северус ему одобрительно кивнул и ответил: — Никому не говори, но мне она нравится и поэтому я благодарен тебе. Но я скорее поверю, что ты второй Мерлин, чем поверю, что ты просто друг Беллы. И, исходя из твоего поведения, у меня напрашивается два противоречивых вывода. Либо ты идиот и не замечаешь её чувств либо ты кретин её используешь, давая ложные надежды, потому что тебе она не интересна. Мне интересно, какой именно вариант является правдой, — и Снейп обвиняющим образом уставился на него. Не думал, что Снейп настолько разбирается в таких вопросах. Придётся прикинуться веником. — Да не неси чепухи, мы просто друзья. Мне она нравится, но не думаю, что это взаимно. Снейп рассмеялся. Походу он сделал то, что при его жизни не удавалось никому другому. — Дуракам везёт, жаль, они этого не понимают. Решив, что беседу пора завершать, Гарри принялся выглядывать своих родителей, ожидая их появления. Он не особо обратил на них внимание прошлым вечером, сейчас же момент вполне подходящий. Потихоньку большой зал начал забиваться людьми, и когда уже, наконец, появился Джеймс, которого было интересно увидеть, он увидел неподалёку от него и Лили. Именно в этот момент рядом с ним села Белла и сказала: — Доброе утро, Гарри. — Доброе утро, Белла, — ответил он и удивился, заметив, насколько красивые у неё сегодня были волосы. Они были идеально вычесаны, и это делало Беллу ещё привлекательнее. Белла улыбнулась, заметив его реакцию, но быстро сделала лицо серьёзным. — Ты будешь сидеть на уроках со мной, и это не обсуждается, — заявила она, будто озвучила решение Визенгамота. Гарри удивило проснувшееся в ней чувство собственничество. Походу выходка Лили неплохо повлияла на неё. — А если заставят сидеть с кем-нибудь из Грифов? — Спросил он. — Тогда садись с кем угодно, только не с всякими сучками по типу Эванс. Если только ты не хочешь, чтобы у меня, наконец, появилась первая мишень для тренировки Круциатусов, — сказала она и её глаза наполнились огнём. Гарри узнавал этот взгляд. Она так смотрела на Гермиону перед её пытками. — Хорошо, я не сяду с Грифиндорками за одной партой, но ты должна пообещать не испытывать не на ком Круциатус из-за ревности. Чтобы я мог спать спокойно. Она немного успокоилась, посмотрела ему в глаза и сказала: — Хорошо, обещаю. Гарри выдохнул с облегчением. — И от меня не укрылось то, с каким интересом ты наблюдал за Грифиндорским столом. Искал взглядом Эванс? — Спросила она с нескрываемым отвращением к его матери. — Нет. Мне она не очень интересна. Особенно после сцены в поезде. — Больше хотелось понаблюдать за своим отцом. Не успел это сделать прошлым вечером. — Не думаю, что ты обнаружишь в нём что-то интересное. Он хоть и довольно сообразительный, но при этом я уверена в том, что людей с его развлечениями ты презираешь не меньше тех, кто был довольно изобретателен в пытках, — заключила она, намекая на себя. Белла это проговорила так, словно и не переживала по этому поводу. Отвечать на это никак не хотелось и, поняв это, Белла продолжила: — А почему тебе не интересна твоя мать? Не обнаружил какого-либо у тебя интереса к её персоне. Неужели она уже догадалась? Хотя по поведению Беллы Гарри мог сказать, что если бы она знала, что это Лили Эванс, то в жизни бы не сказала именно этих слов. — Я разве не говорил, что я полукровка? Моей мамы не может быть в Хогвартсе, — ответил он, стараясь не выдавать разочарования поведением и второго своего родителя. — Ты можешь считать меня дурой, но я знаю, что у полукровок оба родителя могут быть маги, если хотя бы у одного из них есть магглы среди их собственных родителей. И я уверена, что Поттеру хоть и всё равно на статус крови, но до брака с магглой он не опустится, а значит, твоя мать сейчас учится в Хогвартсе и скорее всего, будет присутствовать на наших смешанных уроках с Грифиндорцами. Гарри было бы даже стыдно признавать Белле то, кем ему приходится Лили Эванс. Поэтому лучше всего было её сбить со следа. — Тогда удачи в поисках того, чего найти не сможешь, — равнодушно ответил он. Спустя мгновения перед ними появились тарелки с едой. Завтрак в Хогвартсе начался.

***

Первым уроком в новом учебном году для Гарри, была совместная с Грифиндором защита от тёмных искусств. Заходя в класс, Белла не дала и шанса ему от неё сбежать, хотя он и не порывался. Они заняли парту в Слизеринской левой части класса. Перед ними сидел Снейп и неизвестный Гарри персонаж в Слизеринской мантии. За ними же сидели пока ему незнакомые две Слизеринки. В центральной части класса своё место заняла Лили Эванс рядом с незнакомой пока что ему Грифиндоркой. С Грифиндорского края класса, он узнал его отца, сидящего вместе с его крёстным за первой партой, а за ними Римус Люпин вместе с Питером Петтигрю. В Слизеринской части он также заметил троицу, которую он проучил в магазине мётел. Эйвери, если он не ошибался, сидел с какой-то Слизеринкой, но для Гарри данный факт был не особо важен. Перед доской стоял уже ранее представленный им новый профессор ЗОТИ. Несмотря на это, обычно профессора предпочитали представляться сами на первом уроке с каждым курсом. Когда все заняли свои места, но возня и посторонние звуки не прекратились, Уильям Розье демонстративно прокряхтел. Сразу воцарилась кромешная тишина. — Здравствуйте дети, насколько мне известно. В Хогвартсе, ученикам принято вставать в знак приветствия в начале урока. Все, в том числе и Гарри встали. — Садитесь, — все заняли свои парты, — Позвольте представиться, Уильям Розье. Для вас профессор Розье. Как минимум в этом году я буду вести для вас защиту от тёмных искусств. У меня имеется обширный боевой опыт, поэтому и программа у нас будет серьёзнее, чем была у моих предшественников. Для всех сразу поясню. Я пришёл сюда не из-за того, что моё призвание учить детей, а потому что мне надоела некомпетентность предыдущих ваших преподавателей, и мне надоело самостоятельно всему учить новых авроров. Все поняли, что ЗОТИ в этом году станет самым тяжёлым их предметом. Гарри сравнил их нового преподавателя с взрослой версией Снейпа. Он тоже обладал значительным талантом в своём предмете, но при этом ненавидел обучать детей и отдавал явное предпочтение Слизерину. От человека с фамилией Розье ничего другого и не ждёшь. — Первый урок будет посвящён оценке ваших навыков. Каждый проведёт со мной тренировочную дуэль, на которой в ваших же интересах показать свои лучшие стороны. Самые отстающие будут работать больше всех остальных, даже если являются бездарными Грифиндорцами, — и профессор покосился взглядом на их часть класса. Невооружённым взглядом видно, насколько неприятен новый учитель ученикам, но все молчали. Никто не мог сказать и слова. Желающих узнать, как будет наказывать за нарушение учебной дисциплины именно этот человек, не возникало. — Начнём по партам, молодой человек с чёрными волосами за первой партой, встаньте и представьтесь. Стул отодвинулся и Снейп встал около своего места. — Северус Снейп, профессор. — Отлично Северус, ты будешь первый, займи место в противоположной части дуэльного поля. После этого взмахнув рукой, трансфигурировалось тренировочное поле, за пределы которого по правилам дуэлей заходить запрещалось. Снейп направился и занял предложенную позицию, профессор Розье же уже находился на своей части. Пожилой мужчина, могло показаться, не представляет угрозы, но по его виду было понятно, что он ещё не растерял значительное число своих боевых навыков. Профессор занял боевую стойку, Снейп последовал его примеру. — Начинаем, — сказал профессор, после чего посыпался град заклинаний со стороны Снейпа. Хотя он их и проговаривал, действовал он очень быстро, но Розье элегантно блокировал все заклинания. Среди арсенала Снейпа присутствовало и значительно число тёмных заклинаний, но Розье это ничуть не смутило. После тридцати секунд, когда Снейп понял, что ничего не мог сделать и начал пускать лёгкие заклятия чтобы терять меньше сил, Розье не произносил ни слова, но вдруг произнёс: — Impedimenta, — и Снейп остановился, застыв с палочкой направленной на профессора. Профессор подошёл к Снейпу, забрал палочку и взмахнул рукой, после чего очнувшись, Снейп кулаком попытался выпустить заклинание, но понял, что не владеет палочкой, на что весь класс засмеялся, а у Снейпа лицо сделалось красным, но он ничего не сказал. — Возьмите свою палочку, Северус. На самом деле не так плохо как я ожидал. Из вас мог бы получиться мракоборец, если вы продолжите совершенствоваться. Снейп подошёл к профессору, забрал палочку и вернулся на своё место. Следующим он вызвал соседа Снейпа, но он не показал ничего интересней заклинаний с четвёртого курса и медленного их произношения. Профессор просто забрал у него палочку Экспелеармусом сказав, что мага бездарнее он не встречал с момента, когда сам закончил Хогвартс и сказал, что если он не наверстает, то получит заслуженного тролля. — Следующий, — сказал профессор. — Удачи, — произнесла Белла. Гарри встал, и представился: — Гарольд Блэк. Профессор осмотрел его и сказал: — Не знаю, с какой свалки тебя подобрал Орион, но сейчас мы посмотрим, чего ты стоишь на самом деле, занимай позицию. Когда Гарри занял позицию, Розье усмехнулся и сказал: — Начинаем. Гарри решил пойти на хитрость и спровоцировать профессора начать первым. Он зевнул, демонстративно прикрыв рот. — Я не ясно сказал? Начинайте Блэк, — не веря наглости юнца, сказал Розье. Походу лучше всё же начать первым. Гарри повёл палочку, решив невербально пустить в него Петрефикус Тоталус, который должен оглушить профессора, и сделал это. Но профессор успел отреагировать и удивлённо уставился на него. — Вас лично обучал мракоборец, Гарольд? Этому приёму научил его лично Алостор Грюм, но кто знал, что это было базовым приёмом мракоборцев исходя из слов Розье. — Научил один знакомый с опытом работы в ДМП. Сразу после окончания своих слов, Гарри крикнул — Lumos, — и взмахнул палочкой, но он не хотел вызывать заклинание света, что палочка уловила, после чего он отправил невербальный Конфундус, заклинание кипячения воды и Петрефикус Тоталус. Профессор на удивление Гарри не поддался его провокации, отразив всё, он даже похлопал в ладоши. — Браво Гарри, просто блеск. Вы можете сделать хорошую карьеру в Аврорате, но наш поединок затянулся. И в Гарри посыпалась лавина оглушающих заклинаний. Он развеивал их, отражал, сдерживал с помощью Протего, уклонялся, отбивал контр-заклятиями, проскакивали даже заклинания очень тёмной магии и всё это невербально, но через тридцать секунд он, несмотря на все свои усилия, оказался оглушён. Придя в себя, скорее всего его, привёл в чувство профессор. Он подал ему руку помогая встать, и сказал: — Не ожидал от вас такого, мистер Блэк. Теперь ясно, что Орион в вас увидел. Если у вас с ним будет больше практики, то не сомневайтесь, через лет десять вы станете одним из сильнейших боевых магов Европы. — Спасибо, профессор Розье. Гарри поспешил обратно занять своё место, Белла ему прошептала: — Это было изумительно, нам надо начать поскорее практиковаться вместе. Но профессор не дал им продолжить диалог, сказав: — Следующий. И наступила очередь Беллы. Он похвалил её знание тёмной магии, на что Грифиндорцы скривились, а также за использование трюка Гарри с Люмосом. Лестрейнджа с его прихвостней он оценил довольно средне и сказал, что от наследников таких великих домов ожидал большего. Лили получила отметку на подобие выше ожидаемого. Джеймс и Сириус получили среднюю оценку своих способностей. Римус получил похвалу от профессора, а вот Петтигрю профессор сказал, что тролль бы сделал больше, намекая на его бесполезность. И как он закончил Хогвартс и попал в Орден Феникса? По итогу занятий Гарри мог с уверенностью сказать, что он лидирует в успеваемости. Когда урок начал подходить к завершению и профессор провёл дуэль с последним учеником, он заявил: — В честь первого учебного дня отпускаю вас раньше, все свободны. Гарри, прошу вас задержаться. Он пожал плечами Белле и принялся ждать пока, все покинут класс.

***