можно признаться хотя бы себе

Настал тот день. Все так ужасно. Я приютил этого человека. Я жил не один,к большому сожалению.Он был со мной так растерян,будто нарочно.Со мной жил демон,то есть великий Достоевский. Так получилось,что у него ремонт в его квартире,а я-сосед его.Вот так и получилось,что в моей квартире живут целых три человека!(включая меня).Мы стали по другому общаться после прихода этого бедняжки.Он сидел на диване и смотрел куда-то сквозь.Я подложил свою руку под подбородок и стал читать последнии новости,пока не услышал вот что: — Зря ты его привел, — кинул Достоевский,смотря мне в глава.Лицо его как всегда ничего не выражало.— Он слишком стран для обычного жильца,да и… — Переживешь, — перебил его я.— Как зовут вас? Я так и не узнал. «Хоть я и навел о вас справки» — промелькнуло у меня в голове. — М-меня? — он почесал голову,пытаясь вспомнить. — Хань.Меня зовут Хань,— уверенно сказал жилец. Я не могу сказать ему мое имя.Меня узнают. Я много раз менял свои имена и об этом знаю вроде только я.Меня должны были арестовать уже давно,но это произошло слишком быстро,что никто так и не понял,кем был этот невежда.У меня не было денег и мне приходилось воровать еду из магазинов,у людей тоже бывало.Что оставалось еще делать? У меня уже все хорошо.За учебу мне платят,и за это спасибо.Но этого человека я понять не могу. — Я обещал вам сегодня разобраться…Пошлите. — Давайте с вами я пойду? — спросил меня демон. — Можно. Мы добрались до того места,в тоже время,но я никого не видел.Тот прикрикнул от тела,которое пролетело прямо перед ним. Но я ничего не видел. Мы отвели его на крышу,оттуда кинулась Хэ.Двенадцатый этаж.Я подошел к краю. — Ничего не хочешь сказать? — спросил я Ханя. — Э..Прыгай? Ой..Ой! Нет-нет! Я не это хотел сказать…Правда… Я подошел к нему вплотную,смотря прямо в глаза.Мне хотелось его задушить.Я вздохнул и моментально отдалился. Он подошел к тому же краю. Достоевский столкнул Ханя.Он еще что-то кричал,но его перебил хрустнула его костей.Мне было не по себе.Тот дух был вовсе не злобен,а справедлив.Таких гадов нельзя прощать.Я это понимал,но спросил: — Зачем ты это сделал? — Тебе жалко жизнь такого отброса? Ты смеешься? — спрашивал он меня. Я развел руками. Нам пора.