Осенний снег.

Налаживалось. Да, всё точно лучше, чем было раньше. Точно, даже не обман себя, вроде. Во всём виновата осень. Этот дождь, этот холод. Всё пройдёт, надо лишь дождаться зимы, если надо, то весны. Но надо лишь пережить... Искренне повторял Накаджима вечером, но утром уже не было всех этих мыслей, стало правда лучше. Да, похоже, время... Только время может помочь. Но вот он уже с улыбкой на лице бежит на работу, которая даже радует. Пока с ним бежит и брюнетка по имени Кёка. Этот прохладный ветер по утрам, иней везде, люди в куртках. Это всё радовало. Ни одной мысли о прошлом не было. Блондин любит себя и любит мир. Вечерние мысли казались глупыми, он точно счастлив, даже больше чем ранее. Как будто это было его наградой за пережитое. Начался октябрь. Дни шли быстро, счастливо. Диалоги, болтавня, шутки... Это всё радовало. Дазай, Куникида, Кёка, Акико, Директор, Танизаки, его сестра, Миядзава и Ранпо. Как же их всех любил Накаджима. Он редко это понимал, но всегда знал. С ними всегда улыбается, с ними всегда весело. - Ты как?- интересовался шатен. - Всё хорошо,- ухмыльнулся Ацуши. - Пх, это радует,- старший погладил волосы парня. - Я и сам этому более чем рад, а ты как? Они встретились по дороге к зданию ВДА, поэтому выдыхая пар, болтали. - Всё замечательно,- искренняя улыбка появилась на его лице. В жизни Осаму тоже не было всё так гладко. Он как и второй потерял своего напарника, но тот был явно более близким с ним. Эти суицидальные наклонности, черный юмор. Как жалко и обидно, что черная полоса жизни снова началась. Но его существование не бессмысленно, это он знает точно. Он любит и кофе, и чай. Он любит одновременно всё,а одновременно и ничего. Хотя нет, тот любит две вещи в своей жизни. Быть полезным и рыжего мафиозника. Эта та дружба, что смогла перерости с течением времени в нечто большее. Но и это закончилось, его выгнали из дома с криками. Почему? Он не понял, но больше размышляя об этом, всё больше находил и причин. Хотя бы свои суицидальные наклонности. Кому они нравятся? Кому нравятся грустные люди? Никому. Поэтому натягивая улыбку, что порой даже была искренней, он продолжал всё. И, ему это нравилось. Ацуши и все остальные в агенстве тоже заставляли радоваться, улыбаться. Он хочет и дальше делать этого белобрысого парня чуть-чуть счастливее, хочет и дальше спасать. В этом его смысл. Но как-то и его спасли... - Нет, я тебе уже всё сказал,- как же эти слова из трубки резали всего Дазая пополам. Дальше мафиозник лишь сбрасывал вызов. Осаму выдохнул, голова опустилась. Тот был уже дома. Он набрал уже Накаджиму, он тоже был для него близким человеком. Но... Нет, Ацуши не взял трубку. Снова вечер с грустью и блондин решил не передавать свой настрой другим, Дазаю. Поэтому сбросил. А вот...шатен, он теперь не знал, кому набрать. Желание кричать и Дазай всё решил. Нет, тот не думал, не продумывал ничего. Просто решил. Через два часа телефон шатена зазвонил. Это был Накаджима,что всё-таки перезвонил, но теперь ему не ответили. - Дазай-сан! Мы с Кёкой Вас уже заждались!- кричал блондин, стоя у двери. Но ещё секунда и брюнетка дёрнула ручку двери, было открыто. Они переглянулись и прошли в дом, при этом продолжая звать Осаму. - Дазай-сан?- проходя по коридору, прокричал младший детектив. Блондин дёргнулся, когда услышал, тихий вскрик Изуми. И сразу прибежал к ней. Увиденное повергнуло в шок, пока девушка отвернувшись, смотрела в пол. Дышать стало труднее, да и видеть всё так же ясно он не мог. Рука Осаму свисала почти к полу, а вода была яркого цвета. Тихий шок Накаджимы, что не верил в это и крича на шатена, ждал ответа. - Дазай! Какого хрена!? Что ты сделал!? Объясни! - Он не ответит! Прекрати!- завизжала Кёка, которая уже покраснела от поступающих слёз. Двухцветный взгляд лишился на секунду чувств, но снова приобрёл их... Ужас был в нём. Губы тряслись , за ними ладони , колени, которые он не жалел, когда упал на них, создав синяки. Этот ком в горле, слёзы, катившиеся по щекам. И главный вопрос "Зачем?". Да... В тот день Дазая не стало. У могилы стояли многие, но единицы были там так долго. То был ему обязанный Накаджима и ещё два человека, которые тоже не меньше любили этого самоубийцу. Куникида и Акутагава. Вы думали , это был Накахара? Нет, тот был слишком сломлен, чтобы появляться на публике.    Рука Куникиды легла на плечо блондина, после чего тот печально выдохнул и уже в сумерках ушёл. Остались только Ацуши и Рюноске, которые всё так же сохраняя спокойное, но подавленное лицо, стояли и смотрели на надпись "Дазай Осаму". — Это должно было произойти,— нарушил тишину сероглазый. — П-почему ты так считаешь?— его голос дрожал, ведь детектив был готов заплакать в любой момент. — Так легче.    Двухцветный взгляд снова смотрел куда-то вниз, думая над сказанной фразой. И чёрт... Это же Акутагава, человек, из-за которого он так убивался. Стало ещё хуже. — Не знаю. Всё так же тошно от происходящего,— голос к концу предложение совсем стих. — То же самое чувство... — То же самое?— он наконец взглянул на своего собеседника. — Да, будто вот-вот вырвет просто от осознания,— серые глаза как никогда раньше казались пустыми. " А когда мы расстались, что ты чувствовал?"— подумал блондин, но промолчал. — Мы ведь друг другу никто?— холодно произнес детектив. — Теперь нас связывает смерть важного для нас обоих человека,— брюнет вдруг перевел взгляд с холодной надписи могилы, на обладателя Тигра. — Хех, вот оно как,— в голове младшего проскочило слишком много текста, но анализировав его, Накаджима лишь усмехнулся.— Отвратительно. Снова тишина. Будто эти двое стояли и пытались понять произошедшее, но разговаривая друг с другом вспоминали прошлое, не веря настоящему. — Он умер,— вслух произнес мафиозник. — Зачем?...— прошептал Ацуши, что был готов зарыдать.— Я-я даже не могу понять, нужно ли мне понимать, что его с нами нет? Или лучше забыть, а время излечит?— размышлял уже со слезами блондин. — Нужно понять. Иначе бы я здесь не стоял,— а его голос не передавал эмоций.— А тут ты,— была сделана пауза, будто он явно сдерживал ругательство,—напоминаешь о прошлом. — Я в-вообще-то по тебе скучал, а ты сразу с обвинениями,— блондин отвернулся и закрыв лицо рукой, тихо заплакал.   От этих слов Акутагава был удивлен, причём приятно удивлен. Всё снова стало ярче, а самым ярким и цветным казался именно этот плачущий парень. Но сказать что-то тот был не способен ещё секунд десять, что было достаточно много. — Скучал?— сомнения в собственном слухе. — Д-да!— закричал Накаджима, который уже разрыдался из-за всего происходящего.— Почему мы друг другу никто!? Почему? Как ты мог говорить это так спокойно!?— всё, что он хотел сказать так давно, было сказано.    Тут сероглазый молча подошёл ближе к парню и встав сзади того, он начал шептать. — Сейчас я умираю.    По спине пробежала дрожь, стало холодно. Ещё секунда, и Ацуши понял смысл этой фразы. И всё же, эта закрытость раздражает. — А тогда?— сейчас парень стал спокойней, пока его слезы высыхали.   Руки старшего легонько обняли тело Накаджимы, закрыв глаза и положив голову на чужое плечо. Да, слова не нужны, оба всё и так понимают. Но всё-таки есть много недосказанного, что заставило думать о друг друге ещё долго. Но эта пустота, которую оставил после себя Осаму, всё так же давила и душила.   И не только этих врагов, рыжий мафиозник был ещё сильнее потерян. Как вдруг в его дверь постучали, хоть Чуя и не ждал гостей, этого человека пустил к себе.