Ёлочный сок

***

Люби меня как я тебя И может полные края Я расплескаю все до капли Би-2 «Мяу кисс ми»

      Лёва, прижав длинные уши к голове, бежит с честно украденным сырником в сторону «безопасного места». Там, по убеждениям воришки, хозяин точно не достанет. По крайней мере, побоится забирать сворованную добычу. Конечно, в «тот самый угол» даже огромный пылесос не залезет, не то что несуразный и неуклюжий человек. Да, он безусловно высокий и рукастый, но даже он не сможет отобрать сырник. Ему, хозяину, никто не позволит даже коснуться пищи.       — Лёва! Твою дивизию! — Кричит Макс, хозяин Лёвы, выбегая из кухни. — Быстро иди сюда, Лёва!       Лёва не останавливается, наоборот, ускоряется и прямо-таки несётся в своё «убежище». По коридору доносится громкий топот коротких лап и тяжёлое дыхание убегающего Лёвы. Он старается передвигаться одновременно быстро и бесшумно. Последнее удаётся крайне-крайне плохо. Однако сам Лёва твёрдо убеждён в обратном, пусть и хороший слух говорит о совершенно ином.       — Лёва, стой! — Доносится голос Макса совсем-совсем рядом. — Быстро отдай! Тебе нельзя такое! Сам же потом скулить и плакать будешь! Я не собираюсь потом возить тебя по ветеринарам!       Так называемый, ветеринар. Конечно, очень-очень страшный человек. Поездки к нему всегда оборачиваются кошмаром похлеще ревущего пылесоса. Только вот Лёвина жадность и голод в миллионы раз сильнее страха перед всякими ветеринарами с их градусниками, прививками и вонючими руками.       Слышится громкое фырканье, и сам Лёва больше не осторожничает. Он срывается на «молниеносный бег» и буквально залетает в комнату, где и располагается «безопасное место». Лёва нервно перебирает лапками, растерянно озираясь по сторонам в поисках своего «главного защитника».       Лёва с ужасом замечает, что дверь, ведущая на балкон к «логову защитника» прикрыта больше обычного, а шаги Макса становятся всё громче и громче. Нужно срочно прятаться, а то выговора и криков Макса не избежать. Бить он не будет, но обязательно отчитает и накажет, лишив вкусностей на несколько дней. Безусловно без них вполне возможно прожить, но Лёва предпочтёт этому смерть. Вот возьмёт он и обиженно развалится в коридоре, а Макс даже не отреагирует. Он самый жестокий человек из всех самых жестоких людей в жизни Лёвы. Плевать, что он знает всего трёх людей от силы. Макс всё равно остаётся самым жестоким.       Сильнее сжав сырник в зубах, Лёва принимается прикладывать все силы, чтобы протиснуться в узкую щель. Удаётся это с непосильным трудом. Было бы намного проще, если бы сама дверь не имела столь большого веса. Нет, для человека она лёгкая, а вот для того же фенека… Любой хороший хозяин на месте Макса не стал бы устраивать в подобном месте «лежбище» для питомцев. По правде говоря, последние сами всё себе устроили. Лёва собственнолапно притащил на этот балкон украденное у хозяина полотенце, а «защитник» помог найти более-менее укромное место на балконе, куда коварная рука Макса не может добраться.       Слышится отчаянное «ух», и Лёва заваливается на балкон, после чего быстро-быстро забегает в другую щель, ведущую прямиком к эдакому гнезду, где наверняка спит «защитник». Он любит больше просто лежать, а не носиться и играть, как Лёва. Последний иногда дуется из-за этого, но быстро забывает о всяких обидах, стоит только «защитнику» потереться мордой о шею. Тогда Лёва принимается весело вилять хвостом из сторону в сторону и радостно кряхтеть.       — Опять ты туда забрался! — Макс, судя по голосу, всё ещё не смирился с потерей сырника. — Я тебя сейчас оттуда достану!       Лёва испуганно укукает, когда замечает длинную и частично волосатую руку Макса, жаждущую схватить и вытащить из «убежища». Не хватает буквально совсем немного для того, чтобы сырник отняли. Поняв, что ситуация да и сама удача повернулась задом к Максу, Лёва радостно фыркает и торопиться пройти немного дальше. Там уже видно большие кошачьи уши спящего «защитника». Он лениво открывает глаза и странно смотрит на пришедшего. Последний изошёлся слюнями от переживания, да и в целом выглядит не очень-то и хорошо. Любой кот на месте Шуры брезгливо бы фыркнул и попытался бы прогнать источник грязи.       — Шура, гони прочь Лёву сюда! Будь другом! — Отчаянно кричит Макс, не убирая руку и не теряя надежду поймать воришку. — Шура, ну ты же чистоплотный кот, а Лёва сейчас там всё тебе испачкает. И ты собираешься это терпеть? Давай гони его сюда, я поймаю и помогу тебе, прошу…       Шура, тот самый «защитник», широко зевает и меняет положение, освобождая Лёве место рядом с собой. Последний, радостно завиляв хвостом, располагается под боком Шуры и кладёт перед ним сырник. Шура нюхает его и принимается трапезничать вместе с жутко довольным Лёвой.       Тот громко-громко чавкает, прикрыв глаза. Он преспокойно мог бы слопать «добычу» в одиночку, не делясь с Шурой. Тот, в конце концов, не помогал воровать, а просто спал. Только вот Лёва не может не делиться с Шурой. Последний прекрасно знает об этом и просто наслаждается странностями Лёвы.       — Да пошли вы оба! — Не выдерживает Макс и убирает руку. — Самим же потом плохо будет! А я говорил вам!       Ни Шура, ни Лёва совершенно не слушают воплей Макса. Они радостно трапезничают обслюнявленным сырником. Любой другой домашний кот на месте Шуры побрезговал бы даже нюхать не самый чистый сырник. Однако сам Шура удовлетворённо мурчит, поглощая завтрак хозяина.       Сам Лёва заканчивает есть достаточно быстро. Он обладает дурной привычкой: плохо есть несколько дней подряд, а потом, как пылесос, запихивать в себя еду. Шуру подобное раздражает и он, выказывая свои недовольство и беспокойство, бьёт лапой Лёву по затылку. Делается это с целью вразумить, а не причинить боль. Для того, чтобы избежать появления последней, Шура прячет когти.       — Дурики вы, — всё не унимается Макс. — Обоих поведу к ветеринару, скажу, чтобы вам рты зашили!       Угрозы никак не действуют на Шуру и Лёву. Последний, вообще, начинает радостно кряхтеть, ведь Шура принимается «чистить» его мордочку. Маленькая забота, являющаяся для двух животных одним из высших проявлений нежности.

***