Вызволение

      Филипп откупорил пузырёк и залил кровь Титана в специальную воронку механизма, примыкающего к порталу. Тотчас на поверхности каменной арки зажглись невиданные ранее глифы, а устройство вокруг неё грозно запыхтело и разразилось искрами. С горем пополам портал начал работать.       — Ну а дальше всё проще простого. Заходите внутрь, проходите по небольшому коридору междумирья, выходите с другой стороны, уже в своём мире, — коротко объяснил Филипп, убирая остатки крови и довольный смотря на то, как в центре арки вспыхивает и стремительно расползается в стороны магический огонёк.       — Когда мы с друзьями использовали портал, чтобы попасть на Кипящие Острова из мира людей, коридор междумирья неожиданно разделился. Наверное, так мы сюда и попали, — задумчиво протянула Носеда.       — Что ж, будем надеяться, то был разовый случай. В противном случае… — мужчина выдержал паузу, старательно подыскивая фразу безобиднее, — …все перемещения между мирами окажутся сломанными к Хутиной бабушке. Луз округлила глаза. Перспектива скорой встречи с друзьями стала чуточку более туманной…       — А какой шанс, что этот «случай» повторится?       — Примерно — без понятия. Девушка опустила взгляд на землю и нервно покачалась на носочках. Тем не менее, Носеда очень быстро успокоилась и натянула улыбку оптимизма, ведь, в конце-то концов, для них с Хантером, побывавших даже в разуме самого Белоса, теперь всё было нипочём.       — Филипп, а где сейчас Хантер?       — Где Хантер? — повторил человек, спохватившись и осматриваясь вокруг. Парень совсем недавно стоял рядом с ними и вот уже пропал. Как сквозь землю провалился. — Ты разве не знаешь, куда он отходил?       — Он ничего мне не сказал. Луз и Филипп уставились друг на друга в растерянности. Каждый не мог сообразить, каким образом они умудрились потерять Хантера средь бела дня. Вдобавок к этому, Кикимора тоже куда-то делась, но её исчезновение Виттебейн мог спокойно списать на какое-то срочное дело в доме.       Сидевший на плече хозяина Хлебушек не выдержал и покачал головой, затем взлетел и громко защебетал, призывая человека идти следом за ним. Однако к тому моменту Филипп уже догадался, куда «бывший Золотой Страж» мог направиться.       — Луз, проследи за порталом, — обратился он к доминиканке. Та кивнула. — Хлебушек, а ты будь с Луз и следи за ней. А то ещё одного внезапного нападения нам здесь не нужно… Кардинал подлетел к Луз и уселся ей на руку, приветливо чирикнув. Девушка с улыбкой кивнула.       Виттебейн прошёлся по главной дороге от Дома Титана и немного погодя свернул к могиле брата. Сомнений в том, что Хантер был тут, у человека не оставалось. И действительно, парень оказался на поляне. Он стоял напротив искусственного холмика и молча смотрел на крест с вырезанным именем.       — Как знал, что найду тебя здесь, — пристраиваясь рядом, сказал Филипп. — Мог бы хоть предупредить, а то мы с твоей подругой на секунду решили, будто глаза нам даны для красоты! К слову, портал официально запущен. Луз тебя ждёт.       — Да… я сейчас, — негромко ответил Хантер. Голос его был задумчивым и каким-то печальным, хотя перспектива скорого возвращения должна была, наоборот, только радовать.       — Есть какие-то мысли и ты хочешь их обсудить? — с тоном заправского психолога поинтересовался Филипп. Хантер ожидаемо для него кивнул.       — Как ты справлялся с этой утратой?       — Поначалу тяжело, — не стал преукрашивать Виттебейн, рассматривая цветы рядом с могилой. — Я видел, как растут его дети, затем внуки… Как сам Калеб становится стариком, в то время как я из-за проклятия почти не менялся внешне. Потом его не стало. А вскоре и потомки Эвелин растворились среди других ведьм Кипящих Островов, так что их след от меня довольно быстро скрылся. Никто даже проведать не приходил. Но и их понять можно, ведь… кому будет интересен проклятый дядя с тараканами в голове, а? Хантер пожал плечами.       — Лучше тараканы, чем души сотен убитых палисманов.       — Поверь, на ранних этапах я и через это проходил, — усмехнулся человек. — Но удар сковородкой тогда здорово помог… Кто знает, кем бы я стал, не поступи Калеб подобным образом. Хантер слегка улыбнулся. Ему было прекрасно известно, кем именно Филипп мог стать. Впрочем, и сам Филипп догадывался.       Наверху постепенно собирались тучи. Ветер гнал их со стороны Кипящего моря, поэтому вскоре должен был начаться дождь, ждать который ни у кого не было желания. Хантер с Филиппом покинули Калеба и быстрее направились к порталу, не переставая по дороге общаться и обсуждать минувшее. Парень диву давался, сколько всего человек здесь пережил: и знакомство с Титаном, и случайную встречу с Кикиморой, когда та пыталась его ограбить, и торговлю зельями с конкуренцией и всеми вытекающими. Виттебейн рассказывал все с таким восхищением и страстью, что Хантер начал осознавать, какой именно ответ на свой вопрос хотел получить. И получил.       — …В итоге я обосновался здесь. Поблизости от моря. Вдалеке от городской суеты. Рядом есть рабочая портальная арка на всякий случай, а память о брате всегда со мной, — подытожил Филипп, окидывая рукой владения.       — Ты не думал вернуться в мир людей с концами? — спросил Хантер, на что человек без раздумий мотнул головой.       — Ещё чего! А кто тогда будет защищать Дом Титана от поползновений старой совы и сектантов Хути? К тому же, не хочу оставлять постоянных покупателей без зелий.       — Хантер, нам пора, — сообщила другу Луз.       — Уже иду. Парень быстро развернулся к Филиппу, собираясь ещё кое-что спросить по поводу их разговора, но человек опередил его и дал последний совет:       — Не зацикливайся! Кто знает, может быть Флэпджек по-прежнему с тобой. Просто нужно немного больше времени, чтобы это понять. Хантер благодарно кивнул, протягивая Филиппу руку.       — Ну тогда… Прощаемся. В стиле людей. Виттебейн усмехнулся и пожал руку Хантеру. Луз погладила Хлебушка по грудке и на прощание помахала рукой остальным, а ей со стороны входа в дом махала рукой Кикимора, от сентиментальности даже пустившая слезу. Подлетев к Хантеру, палисман активно защебетал, тем самым тоже прощаясь.       — И мне было приятно познакомиться, — улыбнулся в ответ парень. — Прощай, Хлеб.       Взявшись за руки, двое подростков наконец-то ступили в арку и, в последний раз оглядев другие Кипящие Острова, отправились уже на свои. Портал ярко сверкнул, озаряя поляну перед собой, а после начал стремительно тускнеть. Механизм, работающий на крови Титана, издал подобие рычания и отключился. Когда портал исчез, Хлебушек что-то грустно чирикнул, смотря сквозь арку на Кипящее море. Филипп понимающе кивнул.       — Эх, ну почему расставания всегда такие тяжёлые… — грустно протянул он. Одновременно с тем за спиной мужчины послышался странный треск и шелест множества крыльев, а следом раздался голос. Властный и холодный:       — Как предсказуема человеческая натура. Глаза Виттебейна расширились. Хлебушек сразу трансформировался в посох, сжав в руках который человек мигом развернулся, ударяя им о землю и высекая россыпь искр в воздух. Кикимора спохватилась и провела пальцем по кругу, беря Совиную Императрицу, стоявшую всего в паре метров от человека, на прицел. Подолы плаща властительницы колебал ветер, а сквозь пустые глазницы маски блестели два золотистых глаза.       — И что же вынудило Ваше Величество улететь из замка и прибыть сюда? — холодно поинтересовался Филипп, пристально глядя на Императрицу. Ответ он, впрочем, и так знал. Из-под маски раздался недовольный вздох.       — Мой Золотой Страж не справилась с задачей. Печально, но даже такую лёгкую работу, как выведение из строя этого портала, мне следовало сделать самой. Идалин опасно приблизилась к Филиппу, вынуждая того перехватить посох второй рукой.       — Да… кстати об этом. Похоже, что огрызаться на старших она умеет гораздо лучше, чем выполнять приказы, — с иронией отметил Виттебейн.       Императрица слегка наклонила голову вбок и подняла руки. Пальцы обхватили латунную маску, легко снимая её с лица. Внезапный порыв ветра сорвал капюшон с головы властительницы, растрепав похожие на гриву белые волосы.       — Тогда мне стоит сделать её более покладистой. Или сразу задуматься о новой. Филипп смотрел на Совиную Императрицу с изумлением. Для него было сродни величайшему откровению, что старая сова не такая уж и старая на вид. Более того, она не была каким-то немыслимым чудовищем, скрывающимся под безэмоциональной маской, а представляла из себя вполне обыкновенную и в чём-то даже притягательную ведьму с заострёнными ушами и острым носом. Единственное, что в образе Идалин было не так — это проходящий через всё её лицо бледный «шрам», состоящий из мелких птичьих перьев.       — Рад за ваши больные отношения, — опомнившись, протянул Филипп. — А теперь настоятельно попрошу убраться из моих владений, — потребовал он, не забывая в конце притворно-вежливо добавить: — Ваше Совиное Величество. Идалин хитро улыбнулась, обнажая золотой клык.       — Твоих владений?       — Этот дом зарегистрирован на меня, как и земля вокруг него. Так что… да. Определённо моих. Глаза Филиппа блеснули голубым огоньком. Словесная конфронтация с Императрицей отражалась в том числе и на его проклятии, которое снова начинало бурлить в теле и стремилось завладеть человеком.       — Знай же, что сегодня Великий Хути милостив к тебе, — властительница обошла мужчину стороной и приблизилась к порталу, но каких-либо действий к его разрушению предпринимать не спешила, — ибо всё, что вы сегодня сделали, пошло на благо его плану. Кроме оплошности моей протеже. Но это… не будет иметь серьёзного значения.       — Твоему Хути стоит определиться, я для него враг, или же нет, — раздражённо протянул Виттебейн. Императрица только хмыкнула, поднимая взгляд наверх и рассматривая сгустившиеся над Островами тучи. Не прошло и минуту, как с неба заморосил кипящий дождь, разбиваясь о землю маленькими облачками пара. Сразу после первых капель Филипп срочно укрыл себя заклинанием, а Идалин так и осталась стоять без защиты, но капли каким-то образом разбивались о неё и не причиняли никакого вреда.       — Скоро. Очень скоро всё это станет неважным, — с нескрываемым отвращением протянула ведьма, поднимая ладонь и собирая в перчатку несколько капель дождя, от которых тут же начал подниматься пар. — Когда я воплощу план Великого Хути в жизнь, нас всех ожидает рай. И тебя, Филипп, там не будет. Ты просто сдох-…       — Такие пугалки я слышу с завидной регулярностью, — перебил её человек, закатив глаза. — Больше не впечатляют, правда.       — О, ты ещё впечатлишься, — прошипела Идалин. Филипп воспринял это как очередную пустую угрозу и никак не отреагировал, но при этом что-то глубоко внутри него тревожно ёкнуло. — День Единства вот-вот настанет. Императрица поправила свою причёску и исчезла в вихре из множества сов, внезапно налетевших со всех сторон и также внезапно пропавших.       — И зачем только прилетала… — буркнула Кикимора, прикрываясь от дождя подносом.       — Это был вопрос?       — Риторический. Дверь в Дом Титана распахнулась. Будто сам здоровяк рекомендовал человеку вернуться в помещение как можно скорее и не испытывать судьбу.       — Думаю, она всё-таки приходила не просто так, а проверить, что портальная арка работает. И что Хантера с Луз мы благополучно отправили домой, — заключил Виттебейн, без промедления заходя внутрь и направляясь к кабинету. Сердце Титана встретило его тревожным стуком, но Филипп никак не отреагировал. — Кики, если кто-то вдруг не сварится и придёт сюда, скажи ему… — мужчина на миг задумался, — что я в отпуске.       — Принято, — ответила демонесса, исчезая с подносом на кухне. Виттебейн запер дверь кабинета и подошёл к столу, одним резким движением сдёргивая белую ткань. Подлетевший следом за человеком Хлебушек уселся рядом с фотографией братьев и ведьмы, вопросительно чирикнув.       — И нисколько я не боюсь! — ответил Филипп, хватаясь за белую рукоять посоха. — Просто хочу быть готовым ко всему. Кто знает, что задумала не старая сова? И ещё этот День Единства… Звучит как что-то недоброе. Палисман вновь чирикнул, на этот раз соглашаясь.       Подняв посох со стола, Филипп досконально его осмотрел. Сделанный в бело-серебристых цветах, он был полностью собран из земных компонентов. Завершался посох большим складным крылом, под которым располагалась голубоватая сфера со смонтированной внутри лампой накаливания. Несколько проводов тянулись от сферы и исчезали внутри рукояти, и пусть внешне это было не совсем эстетично, но зато эффективно распределяло подачу энергии.       Взмахнув посохом, Филипп пронаблюдал, как раскрывается крыло. Как затем вспыхивает лампа внутри сферы, а её саму окутывает яркая синяя аура, сравнимая с переливом воды. Это был настоящий прорыв! Первая в истории Кипящих Островов полностью рабочая техно-магия, совершенно безвредная и не обременяющая владельца всякими проклятиями или просто негативными эффектами. Однако радоваться было ещё рано, ведь посох предстояло дорабатывать, чтобы встретить День Единства во всеоружии.       — Ну, братец, битва за будущее Кипящих Островов начинается сегодня, — задумчиво произнёс Филипп, взглянув на фотографию. Калеб улыбался ему. — Осталось собрать достойное сопротивление… Хлебушек встрепенулся и громко защебетал.       — Что? Парочка кандидатов у меня уже есть. Филипп заговорчески усмехнулся, но внезапно рядом с ним раздалось шипение, и около стены открылся кольцевой портал, рассыпающий алые искры по кабинету. Виттебейн медленно повернул голову, встречаясь с… ещё одним собой, уверенно выходящим из портала. Гость был одет в странное монашеское одеяние, за его спиной развевался длинный красный плащ, а лицо самого мужчины было предельно сосредоточенным, что хорошо подчёркивала аккуратная аристократичная бородка, о которой сам Филипп мог только помечтать.       — Филипп Виттебейн? — незамедлительно спросил незнакомец. — Я — Доктор Бэлос. Прошу следовать за мной.       — Хотите впарить мне какую-то сомнительную продукцию, уважаемый? — человек осмотрел искрящийся портал и заглянул внутрь него. За спиной копии было светлое уютное помещение, похожее на гостиную. — А то были случаи, когда другие торговцы зельями проникали ко мне в дом и…       — Нет. Послушайте, — Доктор жестом попросил Филиппа умолкнуть. — Боюсь, что на кону судьба мультивселенной, а меня забросило сюда без возможности вернуться назад. Мне нужна помощь. Филипп с Хлебушком вопросительно переглянулись.