Кровавая луна

Но опять не успеть мир спасти до утра – Повязал санитар и медсестра… На старом жёлтом фото, Я и друг мой Гарри Поттер, Мы как два идиота Летим на метле По бескрайным просторам Там, где цветёт мандрагора, Но как все будем скоро На земле! Год Змеи — Гарри Поттер       Аккуратно подняв с прилавка помидор, я внимательно его осмотрев, дыхнул, после чего протерел. Можно было бы ещё куснуть, но думаю продавец не поймёт.       — Это лучшие помидоры, только что с поля, Учиха-доно. — спокойно сказал мужик лет тридцати. Придирчиво пригляделся к товару, после чего устало вздохнул. Уже в привычку вошло.       — Сколько с меня за килограмм?       — Триста рьё, Учиха-доно.       — Благодарю за вашу работу. — киваю продавцу, протягивая три купюры по сто, после чего прямо там же сам взвесил товар. Вышло немного не ровно, где-то пятьдесят грамм не хватило до себестоимости, но это не так важно.       Отойдя от прилавка я пошёл дальше по рынку. Люди были приветливы, ибо это был небольшой рынок расположенный прямо на территории квартала Учиха. Уже три года прошло с тех пор, как Наруто ушла в путешествие с Джирайей и… никакой весточки от Узумаки. Это меня напрягает, но… Надеюсь, она знает, что делает. Или по крайней мере знает Джирайя.       Зайдя домой, я положил сумку с покупками на тумбочку у входа и посмотрел в зеркало. Изменения моего тела очень интересовали моего учителя — Цунаде, но ничего путного она не узнала, кроме того, что это не имеет какого-либо плохого влияния на организм и имунную систему. К тому же я смог немного восстановить себе волосы, из-за чего они выглядят не так уж и болезненно и более белыми. Глаза пришлось заменить на самые обычные, но я за последние два года службы в Анбу уже привык к отсутствию шарингана. Собственно, свои глаза я всегда ношу с собой и в любой момент готов их себе пересадить обратно. Мы уже проверяли — я могу сделать так и сразу же ими пользоваться, уж не знаю почему.       Из зеркала на меня смотрел уже не тот мелкий Учиха со взрослым разумом, а… вполне себе взрослый парень с золотыми глазами. Нормально улыбаться я так и не научился, ибо единственный учитель сейчас вне деревни ходит, с жабьим саннином в нагрузке. Точнее, единственный учитель, что меня устраивает.       Без шарингана обучаться искусству ирьёнина было сложно, но я справился, к тому же у меня был небольшой талант в этой среде. С широкой руки Цунаде ещё и презентовала мне Бьякуго но Ин, которую я смог наложить сам, обладая нужной информацией от самой Цуны и начальными знаниями в фуиндзюцу. Хотя в общем-то наложил я сразу две печати, на обе скулы, более белой краской, из-за чего у меня теперь еле различимые ромбики прямо на лице. Какой-то я помеченный судьбой, н-да. Ха-ха.       Пройдя на кухню и положив помидоры в отдельный отдел холодильника, я вздохнул полной грудью. Сейчас уже как-то и подзабылась та шебутная усуратонкачи, правда… последнее время я всё чаще об этом думаю. Уже полгода прошло как она должна была под силой канона вернуться в деревню, даже Анбу со мной во главе отряда смогли спасти пятого Казекаге из лап Акацуки, хоть и мёртвого… но смогли же.       — Ястреб-сама. — услышал я голос со стороны окна и обернулся. Да, Какаши таки смог убедить Цунаде в том, чтобы девочка которую я подозревал во всех смертных грехах попаданчестве, попала в Анбу. Там уже её обучили и теперь это один из самых опасных бойцов этой структуры. Собственно, я тоже вхожу в эту пятёрку. Какаши, Сакура, Хитоми, Ямато, Саске. К слову о розоволосой.       Та немного изучала ирьёдзюцу, однако медиком как в каноне не стало. Совершенно наоборот, под строгими наставлениями своего сенсея та стала читать пошлые книжки Джирайи, похорошела как шиноби, да и характером тоже получше стала. По крайней мере Хатаке смог избавиться от ненужных зацикленностей Сакуры, да и просто обучил её контролю, раскачал резерв и впринципе привил ей побольше дисциплины. А когда та перешла под командование Хокаге прямиком в Анбу то и вовсе усиленно изучала кендзюцу, ниндзюцу, да работу в команде. По итогу из компании сильнейших Службы Безопасности деревни есть два стойких отряда. Ямато-Какаши, Хитоми-Саске-Сакура. В основном мы с розоволосой в бой не лезем, а Дракоша под ускорением своего улучшенного генома устраняет наши цели. Когда Дракона не хватает тут же вступаем в бой мы с моей бывшей сокомандницей.       — Что тебе, Дракон? — обернулся я к обладательнице сразу двух мощных геномов. Всё ещё считаю, что она попаданка которой выдали плюшки не хуже, чем мне.       — Нас вызывает Хокаге-сама. Что-то связанное с джинчурики. Ну, твоей этой подругой, Наруто.       — Понял. Отправляйся в резиденцию, я пока тут быстренько приберусь.       Дракон кивнула, после чего сверкнув своими алыми глазами кецурьюгана, свалила подальше. Собственно, по этому она и дракон.       Убрав ненужные продукты на полки, я вздохнул, после чего быстро приоделся в форму Анбу и нацепил на себя маску Ястреба. Вообще, все Учихи, что служили в Анбу Конохи имели у себя позывные ввиде птиц. «Гордый как птыц» из моих уст звучит уже не как насмешка, а как константация факта…       Шуншин, второй шуншин и я оказываюсь у дверей в кабинет нашей главы деревни. Захожу внутрь и оказываюсь под внимательным взглядом медовых глаз Цунаде. Та несколько секунд сверлит меня, пока я не встал между двумя Анбу, после чего устало вздыхает.       — Наруто стала нукенином. — сразу же берёт быка за рога Сенджу, а я отшатываюсь как от удара. — И вступила в Акацуки. — добивает меня она, на что я таки падаю. Кажется, я так выпучил глаза, что мог сейчас пробудить шаринган в самых обычных моргалах.       — Но эти Акацуки же охотятся за джинчурики? — с пола спрашиваю я, лёжа почти в Т-позе. Лишь ноги расставлены шире.       — Да. Но по информации Джирайи от которого она сбежала эти Акацуки не могут вытащить из неё хвостатого. На это пожаловался один из их членов, которого он встретил случайно в одном из городов возле границы с Амегакуре. Так что они видимо решили перевербовать её на свою сторону.       Наруто… тероррист? Это что получается?.. но… как? И что делать?       — Я говорю эту информацию вам первым, потому что Саске должен первым это узнать. — серьёзно говорит женщина, я же лихорадочно рассуждал. Не может же она на полном серьёзе стать террористкой? Стать членом этой организации нукенинов S-ранга? Она стала настолько сильна… Как быть. Как быть?! — Ваша первая задача — найти Наруто и попробовать её убедить вернуться в Коноху. В случае неудачи… используйте шаринган.       Она… она на полном серьёзе говорит мне подчинить Наруто? Использовать на ней эти проклятые глаза?       — Хай Хокаге-сама. — кивают мои новые сокомандницы, на что я лишь как-то судорожно встал с пола. Несколько раз вдохнул и выдохнул воздух, после чего более менее успокоившись, тоже принял задание.       — Отправляемся сейчас. Хотя… через час встречаемся возле выхода двадцать один, соберите нужные вещи, с родными попрощайтесь. Ну, Сакура я имею ввиду. Постараемся найти Джирайю, а затем попытаемся выйти на след одного из Акацуки.

*****

      Танзаку. Тот самый город в котором мы нашли Цунаде, тот самый город в котором мы на этот раз нашли Джирайю. К сожалению, жабий саннин ничего не знал о том, где сейчас находится Наруто, однако смог сказать, что сейчас один Акацуки точно находится возле одного из мостов на границе страны огня. Тот отправлялся на какое-то задание в соседнюю страну, из-за чего у меня зачесалось где-то в черепе, но я не придал этому значения.       Отправились следующим же утром, в основном передвигались верхними путями на максимально доступной скорости, собственно наш предел скорости зовётся «Сакура». Точнее, Тануки. Собакоподобный енотик, учитывая её учителя и её же призыв, это не особо удивительно.       Встреченный нами Акацуки, казалось, только нас и ждал. Кисаме, собственной персоной стоял прямо на мосту и смотрел в нашу сторону, положив свою Самехаду на плечо.       — Вас-то я и ждал, детишки. — оскалился шиноби-мечник Тумана, ну а я же увидел ворону. Она спикировала ко мне и вложила в руку бумажку. Точнее, мелкий свиток. «Убежище Учиха на северо-востоке страны огня. Точные координаты…»       Это от Итачи? Скорее всего да. И судя по координатам мне надо пройти лишь два километра.       — Сдерживайте его, но не подставляйтесь. У меня есть информация по другому члену Акацуки, если вам будет угрожать смертельная опасность — сматывайте удочки. Моя команда кивнула, на что я лишь устало вздохнул и сжёг свиток импульсом чакры катона. Развеяв пепел по ветру, побежал к этому самому убежищу.

*****

      Уже на входе в убежище я снял маску, положив её возле входа, после чего сев на ступеньку, довольно быстро провёл операцию по пересадке своего же шарингана. Посмотрев на мир мутным взглядом, я лишь вздохнул и пошёл к своему брату. Томоэ бешено закружились в опасном танце, представляя из себя полный круг, рассеивая тьму и показывая уже давно привычную картинку невероятно высокого разрешения…       — Что ты видишь через свой шаринган? — спросил меня сидящий на троне шиноби. Сложенные ступни вместе, рука согнутая в локте и уткнувшаяся в подбородок костяшками пальцев, и такой же взгляд алых глаз, в которых горит проклятье клана Учиха. Шаринган.       — Обязательно ли это? — поинтересовался я у брата, попутно доставая свой тёккуто.       — Да. Ты должен доказать, что ты достоин называться моим бакару отото. — слабо улыбнулся шиноби, после чего я ощутил вмешательство в чакра-систему. Вымываю чужую чакру при помощи природной энергии собранной в проклятой печати и лишь крепче сжимаю рукоять клинка.       Отбиваю полетевшие в меня кунаи, после чего почти молниеносным круговым движением, попутно ударяя в разные стороны под разным углом, отбиваю/разрезаю остальные брошенные кунаи, изменившие свою траекторию прямо в полёте, отбитые уже другими прошенными кунаями. В настоящем времени это выглядело так, будто я нанёс под пятьдесят моментальных круговых вертикальных-горизонтальных ударов оставляющих за собой фиолетовый след молний нанитов. Довольно интересный приём, похожий по своей сути на Кайтен Хьюга. Просто с поправкой на кендзюцу и мои способности. Ускоряюсь шуншином и с помощью шарингана и нанитов наношу нужные удары, на всякий случай делая также и по пустым местам. Немного похоже на ту херню, что творил Сэм в игре, но с поправкой на чакру, да.       Итачи никак не комментирует, но я просто срываюсь в шуншин и наношу удар в колено. Мой фантом же созданный при помощи этой же техники наносит удар ему в грудь, Учиха не подвёл и попытался отбить именно удар в грудь, однако почти сразу же припадает на колено, из-за того, что я пробил ему ногу. Наношу круговой удар ногой, отправляя Учиху подальше, при этом вкладывая силу свойственную моей учительнице. Контроль позволяет наносить такие же мощные удары даже вот так.       В итоге в противоположную стену влетели рёбра Сусаноо, что потрескалось после столкновения с моей ногой, а после и со стеной, так собственно и не рассыпавшись. Тихо хмыкаю и срываюсь вперёд. Итачи приподнимается с земли и сразу же оборачивается в мою сторону. Опасность!       Резко ухожу в сторону, отстранённо наблюдая за тем, как мимо пролетает поток чёрного пламени, однако приходиться уворачиваться ещё и от огромной руки чакровоина, что попытался отмахнуться от меня, словно от назойливой мухи. Наношу прямой удар кулаком в сочленение локтя этой махины, отчего руку подкидывает и развеивает. Значит, в эту часть сусаноо было вложено не так много чакры. Приходиться снова уходить от следующей атаки, что развернула в этой части убежища настоящую геенну огненную. Хм…       — Бан-кай. — произношу я скорее в шутку, после чего складываю несколько печатей. Сразу же создаю два фантома из шуншина и бегу прямо к Итачи, постоянно меняя направление за всех фантомов. Тот не может уследить за мной, из-за чего его недоделанное сусаноо сразу же получает где-то под сотню ударов моим клинком, ускоренным до предела, так ещё и усиленным по методике Цунаде. Всякие покровы чакры молнии он прорезать впринципе может, но…       Сусаноо конечно же почти сразу же развеивается от мощной атаки, однако лезвие моего клинка разламывется сразу на четыре части. Откидываю тёккуто, мысленно благодаря его за прекрасную службу все эти года и подлетаю к Итачи. Моя рука пробивает его грудную клетку и я хватаюсь прямо за его сердце.       — Кх! — реагирует Итачи и с шоком смотрит на меня. Я же лишь мило улыбаюсь.       — Этот клинок может прорезать покров молнии Райкаге. Наверное. По крайней мере такой же покров у моей сокомандницы он прорезал. А теперь представь сотню моментальных ударов по Сусаноо, что ещё и обладают силой, которую Цунаде-сама вкладывает в свои удары. Понимаешь теперь, нии-сан? — улыбаюсь я, чуть сжимая его сердце, имитируя его биение. Не хочу чтобы он загнулся прямо во время диалога. К тому же я его случайно задел когда грудь пробивал и приходится идти на такое, ага.       — Д-да… ты стал очень сильным, отото. — тоже улыбается брат, на что я лишь аккуратно ложу его на холодный пол убежища. И опять я победил благодаря неожиданности. Боже-боже. Хотя и сломал свой клинок. В некоторые моменты ещё и приходилось включать мангекё, чтобы сбросить иллюзии Итачи не отвлекаясь во время боя на «Кай» с прочим дерьмом.       Останавливаю его сердце, накладывая на него иллюзию где он не ощущает боли от разорванной сердечной мышцы и от такой же пробитой грудной клетки. Собираю немного его крови в небольшой фиал и кладу обратно в печать на грудной клетке. Аккуратно достаю глаза брата, после чего кладу в пару со своими «не-шаринганами» в банку, также запечатывая её в грудную печать. Закрываю его глаза, после чего складываю несколько печатей.       — Ты будешь погребён как настоящий Учиха, братец. Катон: Гоукакью но дзюцу. — из меня вырывается огненный шар, что сразу же сжигает тело непутёвого брата, а я вдруг оборачиваюсь. Снова ощущение опасности. Где? Откуда?       Пригинаюсь, пропуская над собой белую руку в чёрном плаще, после чего ухожу в сторону с помощью шуншина. Половина резерва… и кто это?       Перевожу взгляд на нового противника. Зецу. Да, это именно он. Белое лицо соседствует с чёрным, а какая-то венерина мухоловка за спиной опоясывает голову. Аматэрасу.       Существо уходит под землю, после чего мне приходится резко прыгнуть вверх, в полёте переворачиваясь и приземляясь на потолок. Из земли, на том месте где я стоял сейчас находится это злое Алоэ, на что я лишь ухмыляюсь. Ещё когда прыгал я активировал способность правого глаза, запуская процесс трансформации пола и всего, что туда попадёт. Сусаноо!       Мощный взрыв сразу же снёс крышу вместе со мной, разрывая тело отпрыска Кагуи на атомы, я же лишь отделался тем, что правая половина мира вокруг погрузилась в какую-то мутноватую плёнку. Теперь даже мангекё горящий в глазах не даёт мне спасения от «погружения во тьму». Да и что-то мне подсказывает, что Куро Зецу в любом случае выживет, что не очень хорошо, зато я не попаду в анальное рабство Тоби. По крайней мере сейчас.       Сбрасываю чакропокров воина тенгу, рёбра которого сейчас опасно трещали, будто готовясь переломаться, я смещаюсь шуншином к моей команде. Теперь у меня где-то двадцать пять процентов от полного резерва чакры.       — Ты смог убить Итачи? — удивился Кисаме, на что мои сокомандницы удивлённо перевели свой взгляд на меня. Я же молча использую аматэрасу, не щадя собственный резерв, отгоняя тем самым мечника тумана. Его Самехада с переменным успехом поглощала пламя, издавая какие-то странные звуки, толи от боли, толи ещё чего. Кисаме нахмурился, оглянулся, будто что-то выискивая, после чего сплюнув, ушёл от нас шуншином.       — Не преследовать. Надо вернуться в Коноху на доклад. — бросаю я, после чего принимая помощь от Тануки, отправляюсь обратно в деревню. Всего два неполных дня пути…

*****

      — Я убил Итачи. Отомстил за родителей. — с места в карьер сказал я, входя в кабинет. К слову, сейчас один из моих шаринганов полностью белый, как бы показывая, состояние глаз.       — Ценой своего глаза? Ты же понимаешь!..       — Пересадите мне его глаза. Сам себе я это не смогу сделать, ведь придётся следить, чтобы они прижились. А они приживутся. — кивнул я сам себе несколько судорожно, впрочем, думаю никто этого и не заметил. Достаю колбу в которой плавает две пары глаз и кладу на стол кабинета.       Сенджу сидит нахмуренная. После чего несколько медленно кивает, почти незаметно и даёт знак всем Анбу в комнате, чтобы они вышли. Подходит к стене, жмёт в несколько мест и кабинет покрывает вязь фуин. Из такого же запрятанного места на стене прямо в центр кабинета ставится кушетка, а рядом ставится инвентарь для операций — скальпели и прочее.       С тяжёлой душой ложусь прямо на неё и сначала проваливаюсь во тьму лишь ослеплённым глазом, а после и вовсе утопая в ней с головой. Это будет долго…

*****

      — Не снимай повязку. Где-то дней пять у себя дома отлежись, можешь попросить кого из своей команды Анбу, чтобы за тобой ухаживали.       — Не хочу тратить зазря старания Какаши-сенсея. — качаю головой, сидя на своём любимом диване. Моя сенсорика всё ещё была побитой и погрызенной какой-то собакой, однако такой мощный источник чакры, как не скрывающаяся Цунаде я ощущал прекрасно. Собственно, кратковременными выпусками чакры я ощущал стены и прочее, во что мог удариться.       Сенджу усмехается, после чего покидает моё жилище, оставляя в тишине. Полной тишине и пустоте. Звукоизоляция благодаря фуин Узумаки была на высшем уровне, чего не скажешь о моём настроении. На душе было гадко, хотелось разнести страну-другую, а голова раскалывалась от непрекращающихся размышлений. Я убил Итачи. Отомстил за клан, хоть и не хотел этого делать. Вернул себе уже привычный шаринган. Но… есть одна вещь, что я не вернул. Из-за чего мне и хотелось разрушать всё. Та самая вещь, что постоянно меня успокаивала. Что была «якорем» Учихи Саске после пробуждения мангекё. Да и какая это вещь.       Усуратонкачи, Сингулярность, добе… Наруто Узумаки, что сейчас убивает сотню-другую обычных людей. Как это произошло? Где… где я не смог уследить? А хотя… может, так канон мира восстанавливает баланс? Я же в оригинальной истории сам присоединился к Акацуки, сам… захватывал восьмихвостого. Но кто тогда напал на Коноху в том сне?       Распечатав небольшой блокнотик я выбросами чакры смог найти нужный рисунок. Нет… это даже по телосложению не похоже на Нагато. Так… Сначала идёт разрушение Конохи, тем временем Учиха Саске пытался захватить Киллер Би. Затем было то сборище Каге, на которое восстановившийся Учиха напал, потом убийство Данзо… заменится ли Данзо на ТобиОби? Но кто тогда будет щеголять с риннеганом в глазнице? Твою мааать!       Устало уперевшись в спинку дивана лицом, я сжал руки на затылке. Типа спрятался от проблем, ага. Перевернувшись на спину, воззрился своим пустым взглядом из-под повязки в потолок. Как же меня это всё достало…

*****

      Прошло пять дней. И разбудил меня сильнейший грохот, что сотряс мой дом и барьер квартала. Что происходит?       Судорожно сорвав повязку, я немедленно открыл глаза, сразу же зажмурившись от яркого света. Какого хрена?       Наконец привыкнув к свету, я вижу уничтоженный потолок и прочие куски дома, однако не это главное. Выбравшись наружу, я увидел только одни обломки и разруху. Кто-то напал на квартал?!       Забравшись повыше я с каким-то шоком глядел на тотальную разруху и огромный котлован на месте Конохи. Движимый каким-то шестым чувством я поднял голову вверх и встретился взглядом с фиолетовым бездонным морем, по которому расходятся концентрические круги. Обладатель последнего Сандай Додзюцу с оранжевой шевелюрой и чёрно-красным плащом с облаками смотрел прямо на меня, казалось, заглядывал в саму душу… а я же утопал, утопал в этих безжизненных омутах риннегана, завороженно смотря на эти глаза.