О чём лучше промолчать

      Демиану Десмонду не нравилась Аня Форджер. Его глуповатая коротышка-одноклассница с кривыми ногами, нелепого цвета волосами, жуткой улыбкой и такими красивыми глазами, сияющими ярче самых чистых изумрудов…       Она ему не нравилась. И об этом знали все, поддерживая каждое его оскорбление, брошенное в её сторону. И он гордился этим. Гордился… ровно до того момента, пока не оказывался один на один с собой в комнате общежития. Тогда ему отчего-то становилось стыдно… Хотелось в клочья разорвать каждого, кто смеялся над ней… И себя в первую очередь.       Да, Демиану она совершенно не нравилась. Особенно сейчас, когда она где-то за его спиной, орудуя веником, мурлыкала себе под нос песенку из какого-то мультика, не попадая при этом ни в одну ноту. И он ненавидел себя за то, что считал это милым. И почему из всех одноклассников мальчика именно она должна была стать его партнёром по дежурству? Надраивая подоконники, он всё время поглядывал на неё, такую весёлую и беззаботную. Казалось, совершенно ничто не могло вывести её из того воображаемого чудесного мира, в котором она жила.       — Второй сын, тебе что-то нужно? — спросила девочка, ловя его взгляд. — Хочешь, чтобы я помогла тебе?       — Себе помоги, дурында, — огрызнулся он, кивнув головой в сторону разметённого в разные стороны мусора, который, по идее, должен был быть собран в кучку.       Аня что-то пробубнила себе под нос, надувая губы и возвращаясь к прежнему занятию. Он знал, что она не обиделась. Раньше ведь никогда не обижалась… Потому что бестолочь! Или потому что знала, что он это не со зла… Удивительно, но Аня Форджер словно знала, о чём думают окружающие её люди, опережая их слова и действия. Будто ей было известно, что у кого на душе… Она как будто читала чужие мысли.       Эта глупая догадка пришла Демиану в голову где-то пару недель назад, и с тех пор он не мог от неё отделаться. Это было нелепо. Просто нелепо. Он почти не спал, стал плохо есть и постоянно бегал от этой девчонки как от огня, лишь бы не попадаться ей на глаза. И при этом, он прекрасно понимал, что быть такого не может, что всё это лишь игра его воображения. Или всё же нет? Сейчас он относился к этому чуть проще — если она на самом деле может залезать людям в головы, то он спохватился уже слишком поздно… А если он ошибался, то у него не было причин вести себя как идиот, прячась по углам от этой чудаковатой коротышки. И Демиану бы очень хотелось верить, что он ошибался. Ведь в обратном случае это был бы позор. Самый настоящий позор…       Позади послышался протяжный зевок. Демиан поднял глаза. Действительно, за окном уже вечерело, а они всё ещё были здесь… Занятия перенесли на вторую половину дня в связи с каким-то мероприятием. Кажется, в школу кто-то приезжал, но Демиану не было до этого особого дела. Приезды важных лиц — частое дело, если ты учишься в такой элитной школе, как Эдем… На самом деле, ему даже это нравилось… Вечно шумные коридоры школы в этот час были пустыми, закатное солнце роняло свои длинные приглушённые лучи на пол и парты, а по небу плыли розовые облака. Казалось, что даже воздух в этом месте становился каким-то особенным в такое время. Если так задуматься, когда в последний раз он вот так просто находился в тишине? Демиан бы сейчас с удовольствием побыстрее разобрался с уборкой и устроился бы за последней партой выполнять задание на завтра. Однако тут было два так называемых «но»: то, что сегодня пятница, и то, что его оставили здесь вместе с Аней Форджер…       — Я уста-а-ала, — шумно выдохнула девочка, и с её губ слетел очередной зевок. — Второй сын, пошли уже домой.       — «Устала»? Интересно, от чего же? — с нескрываемой иронией в голосе протянул он.       Демиан успел вымыть все парты и задвинуть стулья, полить одиноко стоящий на окне фикус и теперь домывал последний подоконник, в то время, как доска и пол, доверенные Ане, всё ещё оставались грязными… Он взглянул на время — половина седьмого. Кажется, им и в правду следовало закругляться.       С тяжёлым вздохом, которым он пытался заглушить ликование души, при мысли о том, что сейчас он вновь предстанет перед ней в самом благородном свете, Демиан отнял у неё веник, отправляя Аню вытирать доску. И она с достоинством выполнила это задание… правда, ровно наполовину. Потому что выше не достала. Очевидно, что и с этим ему пришлось разбираться самому.       — Иди уже домой, — бросил Демиан, стряхивая мусор в корзину. Он продолжал время от времени поглядывать в окно. Начинало темнеть, а ей ведь ещё катить на автобусе чёрт знает куда. — Всё равно пользы от тебя никакой.       — Правда можно?!       Девочка аж на месте подпрыгнула от радости, и всю её сонливость как рукой сняло. Вприпрыжку подбежав к одной из парт, она схватила лежащий на ней чёрный берет и нахлобучила его на голову. Такая довольная… И всё-таки, когда Аня Форджер улыбалась так искренне, она становилась похожа на ангела, и даже маленькие рожки на голове не портили этого её образа. В такие моменты Демиан не мог на неё злиться… Что бы она ни вычудила — не мог. Ему только порой становилось досадно, что ему такая улыбка бывает посвящена крайне редко… Он понимал, что сам виноват в этом, но поделать ничего не мог. Поэтому пусть так, пусть со стороны, но он всегда пытался улавливать это её выражение лица, даже если оно было никак не связано с ним, то всё равно отчего-то грело душу… Поймав себя на этой мысли, мальчишка тут же отвернулся от девочки, на максимум открывая кран и выпуская шумную струю воды, на первый взгляд, чтобы намочить тряпку, на самом же деле, чтобы заглушить эти дурацкие слова, сами собой возникающие в его голове. Заглушить для кого, интересно? Для себя? Или для неё?       А Аня, кружась словно юла, уже подходила к двери. Но стоило её пальцам вспорхнуть над ручкой, как она замерла на месте, опустив голову.       — Ты чего это? — непонимающе приподнял бровь младший из Десмондов.       — Это ведь плохо, если я брошу тебя, — пролепетала она, виновато поглядывая в сторону. Она всего на секунду задумалась, а потом живо заявила: — Уйдём вместе. Я подожду тебя, второй сын!       «Какая же она всё-таки…»       — Д-делай как хочешь! — в миг вспыхнувший Демиан принялся так сильно надраивать доску, что та заскрипела под губкой в его руках.       «Хорошая»? Об этом он подумал? Нет… Слово хорошая слишком простое, если мы говорим об Ане Форджер… Милая, славная, добрая, чуткая, очаровательная — он мог бы долго подбирать слова и всё равно их не хватило бы, чтоб описать её в той степени, которую требовало его сердце и сознание. Ну вот опять! И что только за глупости! Идиотка. Аня Форджер всего лишь и.д.и.о.т.к.а. Непроходимая тупица и дурочка. Любой другой на её месте обязательно свалил бы поскорее, если бы ему позволили! У неё же любимый сериал через 15 минут начнётся, так чего она медлит?! Господи, и откуда он только это знал…       Чёрный беретик вновь опустился на деревянную столешницу. Аня принялась бродить между рядами, проводя ладошкой по каждой парте и снова напевая какую-то песенку на своём, понятном ей одной, языке. Обойдя так весь класс, она пристроилась у окошка и притихла, вглядываясь в яркие розовые облака.       — Ой-ой-ой!!! — вдруг закричала Аня.       — Что?! Что случилось?! — Демиан аж тряпку с перепугу из рук выронил. Он взволнованно обернулся, уже готовый бежать выручать её из очередной передряги, которые, казалось, преследовали девчушку на постоянной основе.       — Второй сын! Второй сын! Иди посмотри что это за птичка! Така-ая красивая! — она прыгала на месте, тыча пальчиком куда-то в окно.       — И это повод так визжать? — недовольно откликнулся он, выдыхая. А он-то уж подумал — случилось чего! Распереживался весь! Ага, как же! Единственное, что случилось, так это появление этого сущего недоразумения в его жизни! Он наклонился, поднимая упавшую тряпку. — И называй меня нормально! Откуда вообще взялось это «второй сын»?       Совершенно игнорируя этот вопрос, Аня продолжала подпрыгивать, поглядывая то на Демиана, то на злосчастную птицу, привлёкшую её внимание, и продолжала скандировать: «второй сын!», «второй сын!». Кажется, прекращать она не планировала, и Демиан, от нечего делать, поплёлся к крайнему окну, что находилось в самом конце класса, заранее состроив на лице страдальческую мину.       — Что там у тебя? — протянул он, пристраиваясь рядом.       — Вон! Вон! Как она называется? Ты должен знать! У тебя же «отлично» по природоведению.       — Ну, конечно! Я же не ты! Я знаю, что это за птица! — гордыня паренька выступила вперёд, заставляя его позабыть и о недовольстве, и о страдальческой мине. — Это… м… Это…       — Ну кто? Кто?       — Не мельтеши! — положив руку ей на голову, он заставил Аню перестать скакать. — Это… дрозд! Да, точно, дрозд!       — Чего?.. — она скептически покосилась на него. — Какой дрозд? Даже я знаю, как дрозды выглядят! Это не дрозд!       — А я говорю, дрозд!       — Не дрозд!       — Дрозд!       — Просто признай, что не знаешь!       — Да знаю я! — соврал Демиан и его щёки предательски запылали. — Э-это просто вид такой…       Дверь в кабинет вдруг открылась, заставив двух юных птицелюбов одновременно вздрогнуть. Они так и замерли, словно провинившиеся котята, отчего-то даже звук боясь проронить. Хотя, вроде, ничего плохого и не сделали… Кроме того, что уйти должны были уже как полчаса назад. Слухи о дисциплине и её нарушителях ходили далеко за пределами школы Эдем, что уж и говорить о том, о чём перешёптывались в самом заведении. Демиан даже забыл, что его ладонь всё ещё лежит на розовой макушке девочки, а Аня, успевшая лично познакомиться с парочкой наказаний за поведение, в страхе ухватилась за краешек его рубашки, нервно сжимая его в кулачке. Они ожидали, что из двери кто-то покажется, но этого так и не произошло. Дверь просто открылась настежь, а затем спустя пару мгновений резко захлопнулась. И всё бы ничего, если бы не… Щёлк.       — Это?.. — Аня в непонимании уставилась на мальчишку.       — Чёрт! — Демиан пулей сорвался с места, буквально подлетая к двери и дёргая ручку. Закрыто. Их, чёрт побери, закрыли здесь! — Эй! Откройте! Откройте, вы слышите?! — принялся тарабанить по двери он.       Да только, сколько бы он ни стучал, дверь не открывалась. Дежурный по школе преподаватель либо отошёл слишком далеко, либо попросту не слышал его крика… Наконец выдохшись, Демиан сполз по двери, усаживаясь на пол и запуская руки в тёмные волосы.       — Чёрт, — повторил он, теперь уже протяжно и более… обречённо, что ли? Нет, он не переставал надеяться на то, что их пропажу совсем скоро обнаружат. Однако так ли скоро, как хотелось бы? Сколько времени пройдёт? Час? Три часа? Да и кто заметит? Его соседи по комнате? Они не вызволят их сегодня уж точно — совсем скоро начнётся комендантский час. А если они и не хватятся? Мало ли подумают, что он где-то гуляет, и не станут лезть. И единственным, кто виноват в этом, будет он, вечно бурчащий и недовольный, когда в его дела суют нос… Что ж, сейчас пришло время Демиану по-настоящему пожалеть о своём поведении.       «Надо кому-то позвонить», — думал он, косясь на свой приоткрытый рюкзак, пристроенный у одной из парт. Но кому? Брату? Матери? …Отцу? Вот уж нет! Он лучше до понедельника здесь сидеть будет, только бы не звонить кому-то из них из-за такой дурацкой ситуации, в которую он чёрт знает как попал. Нет, он не будет! Не будет… Но взгляд предательски ползёт выше и останавливается на девочке, что сложив ручки мнётся у учительского стола.       Вздохнув, Демиан всё же потянулся за телефоном. Он должен позвонить. Если не ради себя, то ради неё, которая совершенно не должна страдать из-за его семейных неурядиц. Выбор падает на кандидатуру брата — самую, как Демиану, во всяком случае, казалось, выгодную для них в данной ситуации. Пальцы, наконец, нащупали на дне рюкзака гаджет.       — А? Он… сел? — Демиан немного удивился этому «подарку судьбы», но, что уж греха таить, выдохнул с облегчением. — У тебя есть телефон?       — Конечно! — оживилась Аня. — Он в моём рюкзачке.       — А рюкзак-то где? — Демиан пробежал глазами по классной комнате, немного задрав голову.       — Я… его в коридоре оставила…       — Что?! Ты совсем рехнулась?! Нельзя же так с вещами! А если его украдут?       — Я… не подумала…       — Господи! — уронил Демиан лицо в свои руки. А чего вообще можно было от неё ожидать?       Девочка уткнулась взглядом в пол, поджав губы. Её пальчики теребили рукава платья, а носок туфельки водил по полу. Она чувствовала небольшое, но всё же смущение от того, что не додумалась забрать рюкзак с собой в класс. Теперь им совсем никак не связаться с кем-то из взрослых…       — Я-я не хочу сидеть здесь веки вечные… — пробубнила она, сдерживая подступавшие к глазам слёзы. Но это была бы не Аня Форджер, если бы она в такой момент опустила руки. Всего секунду спустя её глаза уже горели решимостью: — Не хочу и не буду! Мы выйдем через окно!       С этими словами девочка бросилась к одному из окон, спешно закидывая ногу на подоконник и дёргая ручку. Свежий воздух ворвался в класс, растрепав её пышные розовые волосы. Демиан чуть на месте в осадок не выпал.       — Какое окно?! Это третий этаж!       Он еле как успел оттащить её от открытой форточки, за мгновенье до того, как кончик её носа высунулся наружу. Правда для этого пришлось рухнуть на пол и больно приложиться спиной… Но это дело уже второе.       — Пусти! Я не пропущу «Приключений шпиона»! — брыкалась Аня в безрезультатных попытках вырваться.       — Тебя только это волнует?! — оттолкнув её от себя, Демиан рывком подскочил и поспешил закрыть злополучное окно. — Мы не будем выбираться так!       Девочка обиженно надула губы, складывая руки на груди. Нет, ну серьёзно, что за дурочка! И угораздило же его… Набрав в грудь побольше воздуха, Демиан шумно выдохнул. Угораздило и угораздило. Что уж теперь.       — Я придумаю что-нибудь, — заключил он.       — Вызовешь частный вертолёт? Или ты знаешь секретный свист, чтобы призвать неуловимых ниндзя, которые придут и в миг нас освободят? — Из её изумрудных глаз буквально вот-вот искры бы посыпались. — Сюда придёт твой личный телохранитель?       — Что? Н-нет.       — У-у, тогда не интересно, — кисло протянула она под возмущённое «эй!» Демиана. — Придётся ждать папу, правда это будет не так быстро, как могло бы быть…       Поднявшись, Аня поплелась в сторону парт, огорчённо охая и вздыхая. Демиану ничего не оставалось, кроме как последовать её примеру. Он уселся перед ней, опёршись локтями на спинку лавки. Аня положила голову на парту и теперь сквозь упавшие на глаза и щёки волосы, которые она и не думала поправлять, смотрела как на небе таял закат. Небольшие настенные часы над доской показывали уже полвосьмого, а в коридоре так и не было ни единого признака жизни.       — Ты уверена, что твой отец придёт? — спустя какое-то молчание проронил Демиан.       — Конечно, — пробубнила Аня. — Это же мой папа, он обязательно придёт за мной.       Что ж, Демиану бы очень хотелось верить в то, что это правда. Потому что о своих родителях он так подумать не мог никогда. Напротив… У него и мысли не возникало, что кто-то его хватится. Нормально ли это? Смотря для кого… Он уже привык к мысли о том, что все свои проблемы он должен решать самостоятельно, что он не должен доставлять никому лишних забот… Были ли у него основания так считать? Сложный вопрос… Наверное, первоначально и были, а может это лишь его странный взгляд на образ идеального ребёнка, достойного гордости родителей — ответственного и самостоятельного. В любом случае, для девочки, что сидела напротив него, это наверняка было бы дикостью. Порой ему казалось, что они живут в совершенно разных мирах с совершенно разными ценностями и ориентирами. Демиан всегда называл её странной или чудачкой, но в душе понимал, что она просто-напросто другая…       Аня тихонько посапывала и уже начинала лепетать что-то в полудрёме. Удивительно, как она могла так быстро уснуть… Ещё и при таких обстоятельствах… Вот уж точно, чудачка! И тут её даже принадлежность к другому миру не спасёт. Да и он не лучше. Потому что сидел сейчас и взгляда от этого чуда отвести не мог. Со стороны Демиан наверняка бы выглядел как дурак… Да, дурак, самый настоящий, потому что даже несмотря на осознание глупости своих мыслей и действий, заботить его продолжало лишь одно — как бы поаккуратней поправить ей волосы… Он даже пытался предпринять пару попыток это сделать, но в итоге в нерешительности одёргивал руку. Господи, Демиан Десмонд, и как ты докатился до такой жизни? Тут уже волей-неволей закрадывался вопрос, а не был ли он сам для неё чудаком? Замечала ли она когда-нибудь…       — Второй сын, прекращай бухтеть. Ты такой шумный.       Демиан перепуганно уставился на неё. Его глаза расширились, а щёки в миг побледнели. Рука, что прикрывала сомкнутые губы, слегка отодвинулась, позволяя рваному выдоху вырваться из груди. Он ведь сейчас совершенно точно… молчал.       «Нет… Нет, нет, нет! Быть этого не может! Что за бред! Т-так ведь не бывает!.. Я должен… должен убедиться.»       Шлёпнув себя по щекам и собрав все свои мысли в кучу, Демиан ляпнул первое, что пришло ему в голову:       «К-как ты говоришь зовут твою собаку?»       И его лицо лишилось последней краски, когда в ответ через череду довольных смешков он услышал протяжное:       — Бо-о-онд.       — Так это правда?! — крикнул Демиан так, что Аня аж подскочила.       Она действительно… действительно читала чужие мысли! Но как такое вообще могло быть? И какая теперь разница? Важнее ведь совсем другое. Лицо мальчишки из бледного вдруг сделалось пунцовым, а пальцы, вжавшиеся в столешницу парты, затряслись. Если это так… на самом деле так…       — Т-ты всё знаешь, да? — дрожащими губами процедил он, пряча от неё глаза. Кошмар, какой кошмар… Она не может не знать. Если она и в правду читала его мысли, для неё всё давно должно было стать очевидным…       — Я всё знаю? О чём ты, второй сын? — девочка потирала заспанные глаза. — Аня завалила все пробные тесты на прошлой неделе… Она не знает ровным счётом ни-че-го.       — Я-я не про тесты! Не притворяйся и просто скажи! Всё это время она могла прочесть его, словно открытую книгу, когда он сам не мог знать ничего.       — Сказать что? Это было так нечестно… Так несправедливо… Он тоже… тоже хотел знать…       — Что ты думаешь обо мне?       — А… а?