Hand instead of paper

      Переписка с соулмейтом дала свои плоды. Джоске сумел уломать его на информацию о том, что тот недавно переехал. Помимо его родственной души, недавно к ним переехал и некий мангака, которого так любит Коичи. Хигашиката не сомневался, что это один и тот же человек. Человек по имени Кишибе Рохан.        Они с Хиросе условились, что пойдут к нему в субботу, так как в их школе этот день является выходным. У Джоске вообще планов на этот день не было, так как голова была забита разве что волнующим мангакой, соулмейтом, сообщение которого прямо сейчас отражалось в зеркале ванной.  «Спокойной ночи», – гласит надпись.       Это довольно мило, считает Джоске.        Но одновременно очень волнительно.        Хигашиката стягивает с себя майку и упирает руки в бока, принимая уверенную позу в попытке себя успокоить. Делает глубокий вдох, выдох, а потом ещё раз и улыбается немного натянуто своему же отражению. Суббота ведь уже завтра. Уже завтра они встретятся.        «Джоске, не будь дураком, что ж ты волнуешься, – говорит он самому себе в мыслях и легонько хлопает по щекам. – Нечего переживать, все будет очень круто и, может, даже как-нибудь романтично. Как пойдёт. Мы же с ним долго общаемся. Все пойдёт как по маслу».        Он прищуривается, и на лице расползается широкая улыбка, убеждающая владельца в том, что завтрашний день будет лучшим в его жизни. Джоске принимает душ и смывает с себя остатки сомнений и страхов.

***

      Найти дом Кишибе Рохана, на самом деле, не составляет особого труда. На фоне остальных он ярко выделяется своими габаритами и дороговизной. Коичи бережно складывает бумажку в карман куртки и ведёт ладонью вдоль волос в попытке их пригладить, чтобы выглядеть более опрятно, однако ветер нещадно бьет по его локонам, и от укладки ничего не остаётся. Зима, как-никак. Погода еще не достигла пика своей противности, однако каждый житель Морио догадывался, что совсем скоро начнутся дожди и непонятная слякоть.       Джоске попытался подобрать одежду поинтереснее, чтобы впечатлить своего соулмейта и сразу же в себя влюбить, поэтому отказался от привычного гакурана. В руках сжимал портфель, где была сложена манга Коичи для подписи и личные вещи самого Джоске.        –Какая у нас легенда? – Хигашиката задаёт правильный вопрос, и Коичи озадачивается.       –Ну, я скажу, что видел, как он идёт из магазина, например, – Джоске радуется тому, что ему не придётся врать самостоятельно, и всю работу за него выполнит одноклассник. – А я же его фанат, попрошу автограф и уйду, никому другому адрес не скажу. Только с тобой счастьем и поделился.        –Пойдёт, – Хигашикату вполне все устраивает, поэтому он делает несколько шагов в сторону огромного дома, а за ним семенит Коичи. Он подносит руку к дверному звонку и чувствует, как сердце пропускает несколько ударов. Решает запустить в своей голове отсчёт. Сейчас это свершится.       Буквально через несколько секунд.        Раз… Два…        –Джоске, чего застыл-то? Все нормально? Я нажимаю, – всю идиллию прерывает Коичи и сам тянет свою маленькую ручку к кнопке, и тут же раздаётся звон. Звук отдаётся в голове Хигашикаты неясными гудками, предзнаменующими нечто гнетущее.        Слышится поворот ключа в замочной скважине, а после скрип петель, и дверь приоткрывается. Хозяин дома не спешит распахивать ее полностью, однако и не выглядывает нелепо. Джоске промаргивается и поднимает на него взгляд.        О, Ками.        В дверном проеме виден молодой человек лет так двадцати с зеленоватыми волосами, зачёсанными набок, узкими проницательными глазами и запоминающимся стилем одежды. Обычно кроп-топы парни не носят, и им не особо-то идёт, по мнению обывателей, но этот мангака словно плевал на все эти сложившиеся мнения и стереотипы, надел такой яркий предмет одежды и нашёл к нему грамотное сочетание с накидкой и широкими штанами, поражая школьников и, Джоске уверен, всех окружающих своей сногсшибательностью и уверенностью. Мангака упирает ладонь в бок, и бёдра его немного смещаются вправо, привлекая к себе внимание выглядывающим из-под брюк бельём или предметом одежды неизвестного происхождения, что заставляет Хигашикату поразиться ещё раз.        –Кто вы? – тут же задаёт вопрос Рохан, а Джоске настолько смущён и шокирован красотой своего соулмейта, что не находится, что ответить, и даже не замечает, что в глазах художника уже есть ответ на этот вопрос, однако не до конца верный.       –Здравствуйте!!! – Коичи делает одзиги в знак уважения и, кажется, волнуется поменьше Джоске. – Меня зовут Хиросе Коичи, а это мой одноклассник – Хигашиката Джоске. Мы очень любим вашу мангу, Рохан-сенсей. Я заметил вас, идущим из магазина, и понял, что вы живете здесь, поэтому мы пришли за автографом, если можно.        Хигашиката начинает краснеть и от смущения, и от стыда, глядит на Коичи и не замечает даже испарины на лбу от исходящей лжи; поднимает взгляд опять на Рохана, и дыхание его перехватывает опять из-за вида такого красивого человека, в этот раз уже демонстрировавшего свою характерную мимику.        –Что ж, я всегда рад своим фанатам, – Кишибе приподнимает брови, на его лице есть тень усмешки, но школьники этого не замечают. – Я готов принять вас. Не желаете выпить чаю?       –Спасибо вам огромное! – счастливо говорит Коичи, а все ещё растерянный Джоске молчит, в награду за это получая сомнительный взгляд Рохана. Гостеприимному хозяину приятнее слышать благодарность гостей.        Кишибе пропускает их в дом, в гостиную, а сам удаляется на кухню, совершенно не переживая о целостности и сохранности дома. Даже если что-то произойдёт, мангака не будет против пережить этот опыт.        Хигашиката правда нервничает, теребит замки портфеля с личными вещами, в итоге достаёт оттуда мангу для Коичи заранее, однако ему не удаётся нормально усидеться в гостиной роскошного дома, стены которого Хиросе разглядывает с завидным интересом.       –Там в рамке висит коллекционное издание «Розово-темного мальчика», – Коичи чуть ли не пищит от восторга. – Поверить не могу, что он нас вообще домой пригласил.        Джоске не особо понимал его восторгов, все мысли были заняты только Кишибе Роханом, вернувшимся из кухни с двумя чашками чая для своих гостей. Коичи протянул художнику скромно свой самый первый том купленной манги, попросив подписать, что Рохан безоговорочно сделал, смотря Хиросе прямо в глаза, будто оценивая и пытаясь понять что-то из его взгляда. Джоске сидел смирно на кресле и пялился на Кишибе, тонкие руки  с выпирающими костяшками которого четко выводили подпись и пару приятных слов для фаната на странице манги.        –Тебе нужна подпись? – спросил Рохан, обращаясь к Хигашикате, и тот опешил. Тут же встрепенулся, растерялся, сунул руку в портфель в поисках книжки и взглянул на Коичи в неясной мольбе и осознании: он забыл мангу для автографа.        –Э… Ну, да… – Джоске очень плохо врал и тут же покрывался испариной, избегая зрительного контакта с мангакой. – Можете у меня… на руке расписаться, – самая бредовая идея, пришедшая в голову, тут же отрезвила мозг Джоске, и он, побледнев, замотал головой. – Хотя нет, давайте чуть позже! – Хигашиката не хотел раскрывать карты прямо при Коичи, сейчас.        –В чём твоя проблема, парень? – Рохан ещё больше нахмурился и сильнее сжал в руке ручку. Складывалось ощущение, будто Джоске раздражает его так сильно, что мангака скоро не выдержит. По его выражению лица было и так ясно, что его терпение на пределе.        «Грубый подросток, – пронеслись мысли в голове Кишибе. – Ему не нужен мой автограф, мангу никогда не читал, пришёл не за компанию с другом, но все еще сидит здесь. Зачем он вообще пришёл?»       –Либо автограф, либо за дверь, – мангака ставит жестокий ультиматум, и Джоске остаётся только повиноваться. Взгляд Рохана не сулит ничего хорошего. Складывается ощущение, что если Хигашиката сделает ещё что-то не так, то соулмейт его больше на метр к себе не подпустит.        Джоске нервно сглатывает и снова утыкается носом в портфель в поисках хоть какого-то клочка бумаги для подписи. Рохан двигается резко и уверенно; перехватывает руку школьника и вырисовывает на запястье изящный автограф, внизу добавив злую рожицу, видимо, в отместку за то, что Джоске его выбесил. Мангака отпускает его и скрещивает руки на груди, обводя своих гостей взглядом. У Хигашикаты по телу дрожь, он в страхе глядит на запястье и будто бы отсчитывает часы до своей смерти, когда мангака заметит продублированную надпись у себя.       –Что ж вы так нервничаете? Пейте чай, – на секунду Хигашикате показалось, будто в чае мышьяк. Выражение лица Рохана так и говорило: «Ты меня так бесишь, хлебни отраву», но Джоске все же попробовал напиток (который, к счастью, привкуса миндаля не имел) и больше даже не пытался заговорить с соулмейтом. Коичи же попытался разрядить обстановку и стал поддерживать небольшой диалог с Роханом, обсуждая его мангу. Хигашиката был лишним.       Спустя полчаса они покинули дом Кишибе. Напоследок он поинтересовался, в какой школе учится Коичи, а после закрыл дверь, не попрощавшись. Джоске смог вздохнуть спокойно и унять дико бьщееся сердце.       –Я пиздецки зашкварился, – простонал он, уходя от дома Рохана прочь.       –Да ну, забей, все нормально, – Хиросе улыбнулся ему в попытке поддержать. – Ты же даже его мангу не читаешь. Не встретитесь никогда больше, а он про тебя забудет на следующий день. Почему ты так переволновался-то?       –Потом расскажу.. – пробормотал Джоске и сжал кулаки. – Хотя об этом лучше забыть.       «Лучше вообще забыть о том, что у меня есть соулмейт, – подумал он. – При первой встрече с таким человеком как Рохан нельзя было упасть в грязь лицом. Надо было, блять, показать, как я крут, а в итоге я сидел там, красный, и мямлил какой-то бред».        «А что вы хотели от влюблённого подростка?» – тут же пришла мысль в голову Хигашикаты, в которую он частично поверил. Он же влюбился по уши, стал зависим от флирта с соулмейтом, а теперь он, школьник, у которого ещё молоко на губах не обсохло, должен брутально рассказывать о своём успехе перед возлюбленным? Возможно, так смог бы сделать парень, у которого уже был опыт, но на данный момент Джоске подобным похвастаться не мог. 

***

      Он ждал нематериального пинка весь вечер, думая, что прилетит он сразу после того, как Рохан закончит работать, однако ответ пришёл позже на пару часов. «У меня слов нет»       Джоске молчит, подумав, что у Кишибе, скорее, в голове куча матов. Складывалось ощущение, будто он сдерживается. «Дурачьё, ты мог сказать мне об этом».       Конечно, Рохан не тупой и почти сразу понял, откуда у него взялся собственный автограф на запястье. Слишком эмоциональный подросток без томика для автографа слишком хорошо ему запомнился. «И что бы ты сделал?», – написал в ответ Джоске, затаив дыхание. Теперь в голове появился образ задумчивого (и такого неописуемо красивого) мангаки. «Выгнал бы тебя сразу. Ты же ещё совсем ребёнок». «Мне семнадцать.. к тому же, мы ведь нормально общались до этого».       У Джоске дрожали руки во время написания следующего предложения. «Может, встретимся? Познакомимся хотя бы» «Нет. Наше общение окончено», – написал в ответ Рохан и был таков.       Джоске смотрел на надпись и корил себя за стыдное поведение. Почему Рохан такой сложный? Почему он так просто написал слова, которые ранят Джоске так сильно? Хигашиката попытался стереть фразу влажными салфетками, чтобы больше никогда ее не видеть. Хигашиката несколько лет пытался добиться его расположения, общался с ним полуромантично, строил планы, а теперь Рохан порвал с ним, как и со всеми друзьями ранее, оставшись одиноким. Как обычно. Как Кишибе привык. Джоске вытер той же грязной влажной салфеткой щеки, по которым начали стекать слёзы, и ударил кулаком по столу в приступе агрессии. Рохан считал его бесячим, но на самом деле именно Рохан и есть самый непонятный, раздражающий человек из-за своих резких решений и тупых нечеловечных убеждений.