Hand instead of paper

      Рохан с самого детства не мог похвастаться большим количеством друзей и знакомых. Его мать была гиперопекающей и не разрешала дружить с ребятами со двора, боялась за жизнь сына и отчитывала буквально из-за каждого проступка. Кишибе не понимал ее и злился от несправедливости, когда она в очередной раз ругала его без причины и обрубала возможности наладить социализацию. Он дружил только с одной девушкой, которая вдохновляла его на написание манги, однако и их дружба не продлилась долго, если забегать вперёд. В тот момент Кишибе понял для себя, что концепт дружбы и взаимоотношений вконец его разочаровал. Люди прекрасны, они вдохновляют своим опытом, однако иметь с ними близкую связь – отнюдь. Эта фраза звучала в его голове даже тогда, когда соулмейт пытался заговорить с ним.       Казалось, его родственная душа – добрый парень, который никогда не злился на него и не начинал ссор, когда Рохан заявлял, что общаться с ним не хочет. Однако Кишибе все ещё не стремился с ним общаться, полагая, что с людьми он совершенно не сходится, а значит, иметь какие-то отношения с соулмейтом довольно глупо. Кишибе потерял веру в дружбу и людей, оставаясь в комфортном, как ему казалось, одиночестве, но все же, размышляя вечерами о том, что он мог бы быть кому-то нужен, Рохан начинал сомневаться. Кишибе привык врать самому себе о том, что ему не нужны люди. В голове у него оставались мысли о том, что он остаётся нужным своему соулмейту, кем бы он ни был, и как бы жестоко Рохан его ни игнорировал. Это в какой-то мере его успокаивало.       Это продолжалось до того момента, пока они с матерью не поехали в родной Морио, и первым местом, что они посетили, было кладбище.       «Сугимото Рейми», – гласила могильная плита, указывающая на имя человека, на месте которого мог быть сам Кишибе. Мама рыдала навзрыд, держа в руках цветы, пытаясь рассказать, что произошло с Роханом в глубоком детстве. Кишибе совершенно не помнил ту историю, о которой рассказывала женщина, однако не верить ей сын не имел причин. Как оказалось, когда Рохан был совсем маленьким, родители оставили его на ночь в соседнем доме у своих близких друзей. У них была дочь, Сугимото Рейми, которой частенько приходилось сидеть с маленьким Роханом, пока его родители отсутствуют.       Мама сказала, что у девушки был приятный характер. Она была жизнерадостной, целеустремлённой и приятной в общении, поэтому никто не сомневался, что в ее компании ребёнок будет в безопасности. Она прекрасно ладила с Роханом.       В очередной раз, когда Рейми осталась с мальчиком на ночь, девушка услышала странные звуки. Она сильно забоялась, решив опустить руку под кровать, где обычно спал ее верный пёс, который зачастую успокаивал ее, вылизывая руку. Рейми не сразу поняла, что на этот раз ее руку вылизывал человек, а не собака. Осознав это, Рейми вскочила с постели и бросила взгляд на мирно сопящего неподалёку Рохана, тут же загородив его собой. Неизвестный человек начал вылезать из-под кровати, и тогда Сугимото поняла, что если не предпринять что-то сейчас, то потом будет уже поздно. Схватила мальчика. Открыла оконную раму. Дрожащими руками скинула в кусты у дома. Она молилась, чтобы он выжил. Предприняла попытку прыгнуть из окна за ним, однако не успела: изо рта хлынула кровь, и по телу резко прошёлся холод и режущая боль. На улице послышался плачь маленького ребёнка, однако для девушки он смешался в какофонии звуков. На спине осталась глубокая рана от удара ножом убийцы, который тут же схватил девушку за руки и оттащил от окна.       Труп Сугимото нашли после полудня. Рохана обнаружила мать следующим утром, возвращаясь за сыном, и стала первым свидетелем этой ужасной картины, самым зверским преступлением, произошедшим в Морио.       Во время расследования следователи восстанавливали ход действий жертвы и преступника, и именно благодаря этому женщина и узнала, как все, должно быть, произошло. По крайней мере, официальная версия, в которой не было поводов сомневаться, гласила, что перед своей ужасной смертью Сугимото Рейми выбросила ребёнка из окна во спасение.       Рохан – уже взрослый человек с постепенно выстраивающейся карьерой – поверить не мог, что ради него кто-то мог так поступить. Он пытался усвоить для себя эту историю несколько дней, приходя к могиле девушки и размышляя, зачем она так поступила. Она могла не думать о Рохане и выпрыгнуть в окно, могла выпрыгнуть с ним на руках, но, видимо, в тот момент ей было плевать на самозащиту, когда в опасной ситуации находился ребёнок. Возможно, это послужило причиной того, что первостепенной задачей для неё было спасение мальчика.       Но самое главное – чем Рохан заслужил такое отношение к себе? Почему его жизнь была важнее ее? Эти вопросы долгое время терзали его голову, побуждая на размышления. Если бы не Рейми, Кишибе был бы уже мёртв. Фактически, она совершила подвиг. Рохан взял карандаш и набросал на шершавой поверхности бумаги небольшой портрет. Было больно рисовать человека, фотографию которого видел единожды, и то на могильной плите. Мысли о Сугимото Рейми заставляли Рохана принять решение посвятить девушке небольшую мангу, которая бы рассказывала об этом страшном деле. Популярность Кишибе как мангаки могла бы помочь привлечь к этому преступлению внимание общественности, ведь убийцу Рейми так и не нашли. Рохан ощущал долг и даже вину.       Однако благодаря этой ситуации Кишибе осознал, что все же порой его могут окружать люди с большой буквы. Те, кто спасут его, как Рейми, те, кто будут поддерживать, как мама, те, кто никогда не отвернутся, как его соулмейт. Иногда правда нужно доверять. Нужно осознавать, что даже несмотря на твой неприятный характер, ты можешь быть важен окружающим.       Через неделю произошла ситуация, выбившая художника из колеи. С подросткового возраста он дружил с одной девушкой, которая всегда была готова оценить его рисунки, выслушать его гневные тирады на окружающих или долгие размышления в ванной на тему значения общества и опыта людей в его манге. Словом, для него эта дружба была единственной и действительно важной. Девушка проявляла искренний интерес к его личности и тратила время, однако спустя несколько лет качество их совместного досуга сильно упало. В конце концов подруга совсем позабыла о Рохане, уделяя время только своему молодому человеку. У Кишибе даже появились параноидальные мысли: может, она нашла парня, чтобы специально слить мангаку и закончить их дружбу?       –Рохан, хватит уже. Меня уже достал твой характер, тебя будто все во мне не устраивает.       –Просто ты забыла обо мне. О моей манге. Уделяешь время только своему семпаю.       –Ты просто завидуешь тому, что у меня появилась личная жизнь? Ты вообще себя слышишь? Это же бред! Рохан, у меня ощущение, будто я постоянно делаю что-то не так, и тебе это не нравится. Я устала жить в этом напряжении, я устала мириться с твоим гнилым характером. Ты бы видел своё отражение сейчас! Ну что за выражение лица!       Рохан нахмурился и сжал челюсть, понимая, что до неё ничего не получится донести. Он пытался сказать, что ему не нравится, когда его и его творчество игнорируют, когда о нем забывают, пытался сказать это много раз. Но у девушки сложилось впечатление, будто Рохан просто предъявляет ей беспочвенные претензии.       –Я тебя понял, – Кишибе повернулся к столу и уткнулся носом в новую страницу манги, делая неаккуратные и рваные мазки кистью, пытаясь выпустить агрессию на лист путём сублимации. – Тогда пока.       –Пока, Кишибе.

***

      После этой ситуации Рохан был готов долгое время бить себя по лбу. Несколько месяцев его игнорировала подруга, и он буквально страдал, винил себя, но не замечал, что одновременно с этим игнорирует ещё одного человека, который игнора не заслуживает.       Его соулмейт.       Кишибе прочувствовал, как же это больно, когда тебя не замечают, и ты совсем один. Ему было действительно стыдно и тревожно писать соулмейту, однако в этот же вечер Рохану пришла мысль о том, чтобы начать диалог с этим парнем.       В этот раз он чувствовал острую потребность в общении. Некоторое время он думал, стоит ли писать ему, однако мысль о том, что соулмейт от него не отвернётся, как и Рейми в своё время, грела душу и подталкивала к действиям. Не все же люди одинаковые. Есть люди, которые могут вытерпеть Рохана. «Давай пообщаемся».       У Рохана даже рука дрогнула во время написания. «Привет! О чем хочешь поговорить?», – появился ответ. «О чем угодно», – Кишибе был достаточно апатичен в этот момент, поэтому ему действительно не был принципиален предмет разговора. «Ох, ну раз так.. Эм, ты знал, например, что после смерти киты взрываются?» «Каким это образом?» «Когда они умирают, у них в теле скапливаются всякие газы, их жестко раздувает, а потом происходит огромный БУМ»       Рохан поднимает бровь и смотрит на надпись, слегка улыбаясь. Случайные интересные факты действительно способны отвлечь от тошнотворных мыслей. «У меня родственник океанолог, знаешь. Когда он мне рассказал об этом, я был немного шокирован. Я живу в городе у моря, вдруг нам на сушу кита вынесет?» «Разве ты предпринимал бы что-то, если бы труп кита оказался на суше?» «Ну, я был бы среди добровольцев, которые бы пытались вытолкнуть кита обратно. Хотя я даже не знаю, можно ли так делать. Знаешь, однажды кита пытались взорвать на пляже ещё до естественного взрыва, но его внутренности разлетелись по всей округе и запачкали город. А ещё вроде на кого-то упал кусок кита, и человек умер. Короче ещё пока не придумали единого верного способа, как бороться с мертвыми китами» «Своими странными фактами про китов ты заставил меня улыбнуться», – Рохан ухмыльнулся, внутренне удивляясь какой-то непосредственности соулмейта, что ли. Кишибе не стал бы так сразу придумывать сумбурную тему для разговора и долго для этого зрел. Парень по ту сторону переписки же был рад пообщаться, и это чувствовалось.       Рохан впервые ощущал себя интересным и нужным. «Я рад! Знаешь, этот диалог с тобой и мне настроение потихоньку поднимает. Ты не представляешь, сегодня подрался с каким-то странным парнем. Он обозвал мою причёску, это меня просто безумно взбесило. Я был готов взорваться от злости» «Прямо как кит?» «НЕТ! По-серьезке» «Я не знаю, как ты выглядишь, но я представляю парня со смешной прической, который дуется со злости, а потом взрывается как кит» «Моя прическа несмешная!! Да, кому-то она может не нравиться, но это не даёт никому права ее оскорблять! Для меня она всегда будет актуальной и подходящей» «🐋»       Рохан набрасывает небольшой рисунок кита на руке, беззлобно провоцируя соулмейта. Ему казалась его реакция милой и забавной. В этот момент парень, с которым Кишибе общался, казался ему каким-то человеком-терапией. «Офигеть, ты очень давно на мне не рисовал» «На тебе я никогда не рисовал и пока не планирую» «Бл прости я имел в виду на себе. Но я был бы рад если бы ты и на мне потом чуток порисовал 😏» «Ками, ну что за мерзость. Не буду я ни на ком рисовать» «Это просто шутка»

***

«У неё просто появился парень. Ей стало незачем общаться со мной. Она сказала, что у меня трудный характер, и у неё не хватает сил меня терпеть»       Рохан объясняет соулмейту своё одиночество и причину, по которой ему написал, однако извиняться за игнор перед ним Рохан ещё не готов. Страшно. Даже через переписку ощущается, что парень от рассказанной мангакой истории начинает хмуриться. «НУ И БРЕД» «🐋🐋🐋» «Не злюсь я. Друзья так просто не поступают. Знаешь, меня, бывало, друзья прям предавали. За спиной говорили всякий отстой и кидали. Но я хотя бы понимаю, что я такого отношения не заслужил. Никто такого не заслуживает. Так что не вини себя, вы просто характерами не сошлись. Оба» «Мне жаль. Мне кажется, ты… интересный для общения своим ровесникам» «Это комплимент моей харизматичности?? Вау, да ты разнежился. Я так быстро растопил твоё сердце?» «Спокойной ночи» «Эй, ты уходишь?! Уходишь от ответа?!» «🐋»

***

      Когда два странных школьника появились на пороге дома Рохана, он сразу почувствовал неладное. Дело было в том, что Кишибе имел невероятный талант буквально «читать» людей. По взгляду он мог понять их намерения, мотивацию и желания. Низкий школьник с сероватыми волосами был Рохану предельно понятен. Про него можно было уверенно сказать, что он фанат «Розово-темного мальчика», а значит, ему нужен небольшой диалог и пара автографов. А вот что было нужно странному парню с помпадуром, Рохан понять не мог совершенно.       Молодой человек казался ему слишком непредсказуемым. Рохана тянуло узнать, что скрывается за оболочкой неуверенного подростка, но он оставался настороже. Этот парень не читал его мангу, это было заметно с первого взгляда, он пришёл с какой-то своей целью, но Кишибе действительно не мог понять, что его заставило явиться на пороге дома художника. Рохан смотрел на него с прищуром, пока парень пробовал его чай с каким-то недоверием в глазах, и пытался оценить странного гостя и его намерения, однако мозг упрямо продолжал оценивать скорее внешний вид старшеклассника.       Да, все-таки его специфическая прическа ему довольно шла. Помпадур буквально переливался от шелковистости волос и объемов вылитого укладочного средства и лака, пару прядей на затылке были четко уложены и смотрели вниз. Густые, ровно выщипанные брови несильно хмурились, закрывая за собой синие глаза, которые действительно будто заставляли смотреть только в них и утопать в их бескрайней глубине. В отличие от второго школьника, юноша не был одет в гакуран. Казалось, незваный гость специально подбирал одежду поопрятнее. Больше всего Рохана привлекла джинсовка с небольшими пинами разных музыкальных групп, обрамляющая широкие плечи старшеклассника. Парень действительно был очень крупным по сравнению с Роханом, взрослым человеком.       Несмотря на то, что юноша привлёк мангаку внешне, Кишибе ощущал внутреннюю тревогу и красные сигналы «SOS».       «Зачем он пришёл сюда? Может, он хочет меня обокрасть? Или убить? Я совсем не понимаю этого парня», – думал Рохан, после чего принял решение поставить ультиматум и выгнать его, однако юноша отказался, еле как позволив мангаке оставить автограф на своей руке.       Вечером, закончив с работой, Рохан, пытаясь оттереть чернила и тушь с рук, закатал рукава кардигана и обомлел, увидев собственный автограф. Он не мог оставить его на себе.       «Что, блять, происходит?», – пронеслось у мангаки в голове, после чего резко пришло осознание: пацан с помпадуром – это тот, с кем он вёл переписку все это время. Кит.       У Рохана в голове ни одной здравой мысли. Он поглощён эмоциями и страхом: художник не был готов раскрывать свою личность; не был готов встречаться лично с соулмейтом; не был готов к тому, что он будет вести себя нетипично; не был готов к тому, что соулмейтом окажется ученик старшей школы. У них же несколько лет разницы в возрасте! «У меня слов нет», – пишет Рохан на ладони и некоторое время молчит. Соулмейт тоже не отвечает. Как его там звали? Коичи-кун представлял же своего друга, но Кишибе безбожно забыл. Хигаши… Хигашикаджо? Джо? Не суть, нет времени пытаться вспомнить его имя.       Хотя сердце пытается достучаться до обладателя и дать понять, что его имя куда важнее всех имён, которые Рохан слышал за всю свою жизнь. Его надо помнить. «Дурачьё, ты мог сказать мне об этом», – у Рохана начинают дрожать руки. Появляется чувство вины и ощущение, будто он делает что-то не так, однако Кишибе слишком шокирован ситуацией и не может совладать с самим собой. «И что бы ты сделал?», – написал в ответ соулмейт. «Выгнал бы тебя сразу. Ты же ещё совсем ребёнок». «Мне семнадцать.. к тому же, мы ведь нормально общались до этого».       Рохан мысленно соглашается. Да, общались. Было классно. Да, действительно, классно, они обсуждали жизни друг друга, всякие интересные факты, игры соулмейта, рисование Рохана, новостную повестку. Однако семнадцать лет – возраст несовершеннолетнего. Они не могут встречаться, пока ему не исполнится восемнадцать. Рохан вздыхает с облегчением, ведь их общение никогда не выходило за рамки дозволенного. Он рад, что хотя бы не совращал несовершеннолетнего. «Может, встретимся? Познакомимся хотя бы» «Нет. Наше общение окончено», – написал в ответ Рохан, не раздумывая. Потом раздумал.       –Блять, стоп, – Кишибе взглянул на свою руку, рассматривая, как чернила начинают небрежно стираться. Соулмейт, видимо, очень расстроен. А может, он даже зол.       У него же взрывной характер.       –Возможно.. возможно я поторопился.. – осознание начало постепенно приходить к его обладателю, и мангака встрепенулся. – Нет, лучше не общаться с ним. Лучше не видеться с ним. Слишком рано.       Нет ничего труднее, чем не обманывать самого себя. Поэтому Рохан и живет во лжи ещё несколько дней, внушая самому себе, что отказался от общения с соулмейтом, чтобы помочь самому школьнику, а не чтобы убежать от ситуации, к которой был не готов. Кишибе просто струсил.

***

      Работа – то, что всегда помогало ему забыться. Это была сублимация, которая помогала либо проработать проблемы, либо сбежать от них, и в данной ситуации Рохан пользовался вторым вариантом.       Началась работа над небольшой мангой, посвящённой Сугимото Рейми. Несколько дней назад Рохан снова посетил кладбище, спросил у сторожа про погибшую девушку, зашёл в дом, в котором она жила со своими родителями когда-то. Сейчас он пустовал, но находится под охраной. Чтобы узнать больше информации об инциденте, Рохан принял решение посетить школу, в которой училась девушка. До этого Кишибе также поинтересовался названием школы, где учится Коичи-кун – тот парень, фанат его манги. Каково же было его удивление, когда выяснилось, что Рейми училась в том же заведении, что и этот парень. Было принято решение отправиться в школу Будагаока, однако Рохан упустил мысль, что его соулмейт тоже ее ежедневно посещает.