Hand instead of paper

      –Джоске! Иди обедать! – мама зашла в комнату, предварительно постучав в дверь, и застала своего сына за дневным сном среди учебников. – Ну что ж ты будешь делать.        Женщина подошла ближе и похлопала парня по плечу, пытаясь разбудить, что, собственно, ни к какому результату не привело. На спящего Хигашикату подействовали только капли из пульверизатора для цветов, который матери пришлось тащить с первого этажа.        –Ма, что такое?.. – пробормотал сонно Джоске.        –Я, конечно, понимаю, что у тебя экзамены уже через пару дней, но это не значит, что нужно днями и ночами пытаться нагнать материал. Нужно дать себе время и отдыха в меру, – высказалась она. – А теперь спускайся на кухню, обед готов.        –Я просто поступить должен. И работать потом с достоинством, преступников ловить, а не в кобане сидеть сутками и туристам дорогу указывать, – буркнул Джоске, потягиваясь и чувствуя, как неприятно ломит мышцы после сна за столом.        –Понятное дело. Ты и так поступишь. Будешь стараться – поступишь, меру просто знать надо и другими делами параллельно заниматься. Все, спускайся вниз, обед готов.       «Другими делами заниматься?.. – подумал Хигашиката. – Дела, которыми я хочу заниматься, мне пока недоступны».        Да, действительно, ведь все, что он хотел сейчас делать – это видеться с Роханом, но вот напасть: сейчас Кишибе даже из дома не выходил. Дело было в том, что совсем недавно мангака закончил свою новую работу, как Джоске знает, основанную на реальных событиях, и фанатов с журналистами это настолько впечатлило, что некоторые ломанулись в Морио, чтобы брать у него интервью. Рохан был единственной известной личностью в этом небольшом городке, и в последние дни его популярность стала его же проклятием. Читатели понимали, что одним из персонажей манги являлся сам Рохан из-за благодарности на последней странице: «Спасибо, Сугимото Рейми, за мою спасенную жизнь». Из-за этого желание позадавать свои вопросы и нарушить личное пространство автора только росло, а после произошедшего с Хадзамадой мангака ещё не был готов к такому вниманию. Именно это и послужило причиной его импровизированного домашнего ареста.        С Джоске они виделись, однако только у него дома. Рохан поил его дорогим чаем и покупал сладости специально для него, ведь сам много их есть не мог. Хигашиката иногда делал у него в гостиной домашку, а Кишибе писал на небольших листках послания для Коичи и вкладывал в его тетрадки. Подростка не очень устраивал тот факт, что их встречи стали реже происходить и ограничивались только одним местом, но это было лучше, чем ничего.        Когда экзамены Джоске приблизились ещё на неделю, их встречи сильнее сократились. Школьник сидел дома и зубрил историю, а мангака скучал и рисовал его по памяти. Некоторые портреты и впрямь выглядели достойно. 

***

      –Я поступил!!! – глаза Джоске горели, Рохан мог поклясться, хотя и не видел его сейчас из-за заочного разговора по телефону.        –Поздравляю. Полагаю, заслуженно, – произнёс он снисходительно, хотя Джоске прекрасно понимал, что соулмейт просто стесняется кого-либо хвалить и искренне радоваться. Над этим им нужно было ещё поработать.       –Спасибо! Коичи с Окуясу тоже хорошо сдали, им результаты завтра придут, но я уверен, что они куда-нибудь поступят. Хотя я в шоке, что Окуясу в целом постарался над экзаменами.        –Раз в год и палка стреляет.       –О, Ками, что за старческие фразочки?        –Не осуждай меня, не дорос ещё, – буркнул Рохан, и тут же в его голову пришла мысль:        «Стоп, уже почти дорос. У него день рождения через два месяца».        Кишибе задумался.        –Мгм, – Хигашиката промычал что-то напряженно, он и сам начал размышлять о своем дне рождения. Он уже знал, как будет праздновать, он хотел пригласить Рохана, но он знал, что тот не придет.        Дело в том, что порой журналисты поджидали его у самого дома. Если бы популярная личность пошла домой к какому-то парню, поползли бы слухи об их романе. Рохану не хотелось публично говорить о своем личном, именно по этой причине ему было тяжеловато мангу о Рейми делать, однако это немного разные вещи. Именно отношения, грязное белье и прочее подвергается редактуре желтой прессы, об этом чаще всего говорит общество. Поэтому Кишибе и не хотел, чтобы фанаты знали о его личной жизни слишком многого.       Что касается Джоске – ему тоже было невыгодно афишировать отношения с Роханом. Среди сверстников могут найтись такие же отбитые, как Хадзамада, которые захотят выпытать из него информацию о Кишибе. Ну, а также о Хигашикате могли бы тоже поползти слухи и выдуманная чушь всего лишь из-за того, что он встречается с известным мангакой.       –Меня бесит эта ситуация, – буркнул злостно Джоске. – Безумно бесит.       –Ты не взорвись только. Скоро все уляжется. В июле в моем издательстве начнёт выпускаться манга одного перспективного автора, так что, возможно, тогда их внимание переключится на него, – озвучил свои размышления Рохан.        –Но день рождения-то у меня в июне! – драматично воскликнул Джоске.        –Что я могу с этим поделать? – Кишибе потер напряжено переносицу. – Давай закончим на этом. Мы так ни к чему не придём. Тебе пора идти и радоваться поступлению в академию.        –Радуюсь я, – голос Джоске звучал достаточно досадно. – Тогда пока.       –До встречи.       Сказать, что Хигашиката был расстроен – ничего не сказать. Его голову часто посещали мысли о том, что он тратит время зря, что самый дорогой ему сейчас человек даже не станет свидетелем того, как ему исполняется восемнадцать, как последняя стена, разделяющая их, рухнет. У Джоске на день рождения могли быть большие планы. Если бы Рохан пришел, он бы показал ему свою комнату и видеоигры. А ещё приглашал бы после этого к себе часто, познакомил бы его с мамой, и Кишибе вообще мог бы стать частым гостем. Однако сейчас этого добиться было нереально.

***

      Рохан мог смириться с тем, что Джоске мешал ему читать, что Джоске положил голову ему на колени, но вот с тем, что Джоске был грустным, смириться было невозможно. Он уже начал свою учебу в полицейской академии, и дело близилось к лету. Вроде бы он в меру виделся с друзьями, не хворал, и ничего плохого не должно было происходить, однако Рохан мог только примерно догадываться о причине.       Кишибе бесило, что у Джоске лицо грустное. Нужно было с этим что-то делать. На самом деле, для Рохана Хигашиката был действительно дорог после всего произошедшего с ними, после их непринужденных разговоров, а также после полного принятия характера мангаки возлюбленным. Было смущающе говорить об этом, однако Кишибе помнил очень многие детали их повседневных разговоров, а тем более их ранних переписок.  «Мне не нужны ни конфеты, ни букеты» «Они никогда не бывают лишними!»       –У тебя умер кто-то? – не выдержал Рохан. Джоске приподнял голову и слегка нахмурился, глядя на сосредоточенного соулмейта.        –Только если некоторые мои планы на будущее.        Мангака прочистил горло, захлопнув звонко книгу. Ему не стоило говорить сейчас, что Рохан правда старался ради Хигашикаты уладить некоторые вопросы. Воцарилось небольшое молчание.       –Как тебе идея того, чтобы я сделал тебе некоторый презент? – спросил с напускным спокойствием Рохан, желая выглядеть невозмутимым, однако со стороны это смотрелось немного несуразно.        –Подожди, ты хочешь меня порадовать? – глаза Джоске перестали выглядеть настолько мертвыми, приняв заинтересованное и радостное выражение.        –Можешь называть, как хочешь, – буркнул Рохан, встав с дивана. – Собирайся.       Было нетрудно догадаться, что их путь лежал в цветочный магазин. Рохан был одет в три слоя одежды, маску и очки, чтобы никто не узнал его на улице, и оставил Джоске дожидаться снаружи за несколько метров. Через некоторое время он вышел с букетом и, убедившись, что площадь достаточно безлюдна, отдал покупку Хигашикате. У того на лице расцвела немного кривая улыбка, так как Рохан прежде особо не проявлял какие-либо знаки внимания, либо делал это так скрытно, что Джоске даже не замечал.       –Э-э… очень красивый, – Хигашикате букеты никогда не дарили, поэтому он немного растерялся, а Рохан просто не умел делать романтику. Собственно, именно поэтому они стояли за углом, а не сидели в каком-нибудь ресторане. Даже если так, Джоске ценил любой знак внимания с его стороны.        –Вот, уже настроение получше, – Кишибе оценил его выражение лица и заметил небольшие ямочки на щеках, сделав вывод, что Хигашикате уже чуть более радостно. Как камень с души. – Я решил подарить букет, потому что ты как-то говорил, что это неплохо. Потому что у нас такая стадия отношений.        –«Стадия отношений» звучит жутковато, – Хигашиката приулыбнулся. – Спасибо, правда! Я даже не знаю, как я могу тебя отблагодарить. Если бы у меня было много денег, я бы купил тебе что-то, но во время последнего приезда отец все мои накопления потратил на детские шмотки, – история казалась трагичной, однако Джоске не выглядел сильно расстроенным. Казалось, он уже просто принял это как есть. – В этом году у меня были экзамены, поэтому я не смог много накопить. А у меня были планы, знаешь! Хотел купить себе крутые туфли, – Хигашиката заулыбался в привычной манере, и Рохану на душе стало чуть теплее, хотя он особо этого не показывал. – Но все равно подожди, я сейчас, – Джоске сунул соулмейту недавно подаренный букет и исчез за поворотом.       «Крутые туфли», – повторил мангака в мыслях следом за Хигашикатой и надолго запомнил.        –Подавленный, но все равно столько энергии, – по-старчески пожаловался Рохан, вздыхая. Ну улице уже было жарко, поэтому огромная одежда, которую был вынужден носить Кишибе из-за волны популярности, только усугубляла положение.        Джоске не заставил себя долго ждать и показался из-за угла уже через несколько минут, держа в руке букет в зелено-фиолетовых тонах, который был очень похож на тот, который Хигашиката заприметил ещё зимой. У Рохана на лице появилась растерянная ухмылка и выражение легкого смущения.        –Это тебе в ответ! – воскликнул Джоске, протягивая цветы. Рохан потупил взгляд, и они обменялись букетами.       –Спасибо, – Кишибе легко улыбнулся и склонил голову, вдыхая на пробу запах. Фанаты дарили ему подобное раньше, однако он не придавал этому такого значения, как сейчас. В голову закралась интересная мысль.        Рохан аккуратно поддел пальцами небольшой бутон и вырвал его, отделив от стебля. Джоске тут же недоуменно посмотрел на него, на что мангака особого внимания не обратил, и сунул несколько лепестков в рот, слегка поморщившись.        –Ты цветами питаешься? – спросил Джоске, надеясь, что звучит не особо осуждающе или шокировано. Рохан – это Рохан, он творит кучу странных вещей и всегда оправдывается тем, что он мангака.       –Я мангака, – ну вот опять. – Хочу знать, какие они на вкус, чтобы детально и профессионально описать сцену дарения цветов в одной из глав. Вопросы?        –У матросов нет вопросов, – Хигашиката закатил глаза в шутку и ухмыльнулся.        –Ну вот и отлично. Что насчет того, чтобы порисовать вслепую?        –Ты сегодня чрезмерно инициативный, – озвучил мысли вслух Джоске.        –Тогда забудь, тупень прилаченный, – вдохновленное выражение лица Рохана тут же сошло на нет, и он повернулся в сторону тротуара, чтобы поскорее пойти домой.       –Рохан, прости! – Хигашиката засмеялся, поспевая за ним. – Я не против порисовать, я вообще на все согласен! Даже цветы могу с тобой попробовать!       От смеха Джоске у Кишибе внутри разливалось тепло.        Может, раз уж Рохан такой добрый в последнее время, не такая уж и беда, что он не придет на день рождения?       Хотя нет, все-таки беда. Джоске хотел бы его видеть.

***

      Шестое июня – чудесный день. Погода была очень тёплой и сухой, на небе ни облачка. Настроение Коичи и Окуясу было самым что ни на есть прекрасным. Ну, а ещё в этот день Джоске исполнилось восемнадцать.        Да, Рохана не было, но разве это сильно портило праздник? Весь день Хигашиката с друзьями веселился и гулял по городу, заглядывая в самые интересные места. Он попробовал пачинко в каком-то тухлом местечке, где играли взрослые дядьки, а также отвел парней в центр игровых аппаратов и караоке. Домой вернулся уставшим, но счастливым, только лишь с небольшим осадком оттого, что Кишибе его даже не поздравил.       Даже не поздравил.       –Джоске, дай мне ещё одну по-братски, – у Окуясу вид слегка опьяневший. Это не выходило за рамки, поэтому Хигашиката протянул ещё одну банку пива. Благо, мамы дома не было, ведь та впервые решила войти в положение и уехала к его бабушке на день, чтобы Джоске как следует отметил совершеннолетие. Если бы она была здесь, ребятам бы откровенно не поздоровилось: кутить на глазах у матери – это большая наглость.        Самостоятельно Джоске алкоголь сможет покупать только в двадцать, поэтому пришлось просить какого-то парня с улицы, чтоб он подсобил. К слову, у этого человека рост был даже меньше, чем у Коичи, зато лицо было как у сорокалетнего, а звали его Тамами. После сомнительной сделки парень украл несколько купленных банок в качестве оплаты, но парни даже не были против.        –Рохан-сенсей придет? – Коичи сидел на подлокотнике дивана, скрестив руки и иногда подергивая ногой.        –Неа, – признался честно Джоске. – Я завтра к нему, может, зайду. Тогда немного вместе попразднуем.        Хиросе задумался, внутри надеясь, что Хигашиката не так уж сильно опечален отсутствием Рохана здесь.        –Да ну, Джоске, и так круто день провели, у меня до сих пор в ушах звенит от твоего исполнения «CRAZY NOISY BIZARRE TOWN», – Ниджимура засмеялся, и Хигашиката отнял у него банку пива, делая несколько глотков. С таким настроением хотелось кому-то по-детски напакостить, тем более с легким опьянением.        Коичи откинулся спиной на диван, смотря в потолок, промаргиваясь.        –Меня сестра прибьет, если я поздно вернусь, – Хиросе тяжко вздохнул, чувствуя приятную ломоту в мышцах после наполненного похождениями дня. – Буду собираться, а то реально меня хватятся. Вроде мне восемнадцать ещё в марте исполнилось, но в отношении меня ничего не изменилось. Все равно приду домой, и сестра будет воротник нюхать, хотя я даже почти и не пил, – пожаловался он и сладко потянулся, после встав с дивана.       –Прихвати с собой Окуясу, он сам до дома не доползет, – Хигашиката ухмыльнулся и получил легкий толчок локтем в бок от друга, который уже был готов откиснуть.        –С днём рождения тебя ещё раз, – Коичи улыбнулся и потащил Окуясу к выходу из дома за ткань рукава.       –С др, братан!       –Спасибо! – Хигашиката солнечно улыбнулся и помахал рукой. – Прикройте дверь, я потом закроюсь.        –Как скажешь, – сказал с улыбкой Коичи, и они с Окуясу удалились.        Джоске сделал несколько глубоких вдохов и бессильно рухнул на диван. Он сделал глоток пива и устало закрыл глаза, будучи неспособным бороться с сонливостью. Он не мог сказать, сколько прошло минут, пока  находился в полудреме, однако одна рациональная мысль все же посетила его голову: пора запереть дверь и пойти спать к себе. Хигашиката вяло поднялся и поковылял в сторону коридора, вскоре оказавшись там и дернув дверь за ручку – мало ли, может, он уже успел ее закрыть и не помнит из-за сонливости?       –Ты мне по носу чуть не ударил, – Джоске протрезвел в ту же секунду, раскрывая широко глаза и смотря в лицо стоящего на пороге Рохана.       –Ты пришел?       –Нет, блин, прилетел. Я даже не успел в звонок позвонить, как ты дверь зачем-то открыл, – сказал Кишибе с привычным для него недовольством, которое почти всегда являлось напускным. Джоске оглядел его и только сейчас заметил в руках коробку. – Твоя мама дома?       –Она уехала, чтоб я попраздновал др, – ответил ему Джоске в растерянности и отошел на пару шагов в глубь дома, пропуская гостя. – Почему ты пришел? Разве нет риска, что журналисты будут портить нам жизнь после этого?       –Джоске, – Рохан расслабленно снял кардиган и повернулся к возлюбленному, смотря самым что ни на есть спокойным взглядом. – Помнишь, я тебе говорил, что манга одного автора выйдет в июле?       –Ну да.       –Я напиздел, – Кишибе, казалось, заулыбался кончиками губ. – Мне же нужно было появиться эффектно, верно? Вызвать у тебя эмоции. Журналюги уехали отсюда ещё на прошлой неделе на фестиваль, где будет презентоваться эта новая манга, так что, полагаю, наша личная жизнь в безопасности.       Джоске пытался проморгаться, надеясь, что это не сон. Хигашиката был расстроен долгое время, а теперь оказалось, что Рохан просто решил этим воспользоваться. Стоило ли ему на это обижаться, если его поступок был только из хороших побуждений?       –Хотя, на самом деле, я и сам не так давно узнал, что они на фестиваль уедут, – признался художник. – Так что большую часть времени ты не беспричинно кис. Держи, кстати, – Рохан немного робко протянул коробку с подарком, но лицо старался держать уверенным.        –Рохан, а, – у Хигашикаты от таких обстоятельств даже закружилась голова. Он принял с улыбкой короб. – А ты специально ночью ко мне пришел?       Кишибе промолчал. Джоске внутри взорвался.        Парни прошли в гостиную, а после Хигашиката вызвался отвести Рохана к себе в комнату, как и хотел. Кишибе следовал за ним беспрекословно, чувствуя себя немного неловко в чужом доме без согласия его владелицы. Он уже заметил, что Джоске чересчур расслабленный и мягкий – какая-то дикая противоположность его обычному состоянию. Рохана это немного смутило.        Хигашиката заулыбался, оглядывая свою комнату и представляя ее Кишибе. Она была небольшой, но все самое нужное присутствовало и помещалось. Если бы не сегодняшний праздник, на полу валялись бы всякие вещи, а на столе – книжки по учебе, потому что Джоске вообще самостоятельно абсолютно все в чистоте держать не привык. Рохан сел на кровать, складывая локти на колени и наблюдая за тем, как Хигашиката, у которого улыбка до ушей, сначала откладывает подарок, чтоб чуть позже распаковать, а потом оживленно рассказывает о том, как провёл с друзьями сегодняшний день. Кишибе вынес из этого только то, что в караоке с Джоске лучше лишний раз не ходить, раз уж у Коичи с Окуясу до сих пор в ушах звенит.        –И где твоя обещанная первая помощь? – не всерьез заворчал Рохан. – Так мне хвалился, что ее оказывать умеешь и делаешь это всегда, а как оглушить Ниджимуру-кун, так это мы не при делах.        Джоске опешил.        –Ну, когда в ушах звенит, ничего особо делать и не нужно, – задумался вдруг Хигашиката. Если до этого он был расслабленно-счастливым из-за алкоголя и сюрприза от Кишибе, то сейчас на удивление принял чуть более серьёзный вид. – Обычно это само собой проходит на следующий день. Я не понял, ты сомневаешься в моих способностях?       –Я просто думаю, вдруг ты решил чем-то передо мной покрасоваться тогда, – Рохан наклонил голову, наблюдая за тем, как Джоске промаргивается в непонятках и глотает ртом воздух, будучи неспособным придумать, что сказать, тем более на нетрезвую голову, тем более после кутежа с друзьями.        Хигашиката слегка нахмурился и сел позади Кишибе, заключая его бедра между своих ног. Художник повернул голову в его сторону в недоумении, пока Джоске примерялся и приставлял кулак в область живота.        –Если бы ты сейчас чем-то поперхнулся, то я бы мог тебе сейчас спасти жизнь, просто резко надавив на эту точку, – Хигашиката слегка напряг кулак, находящийся на животе Рохана. Тот взглянул на жилистую руку соулмейта и сглотнул. – Это называется «прием Геймлиха». Еще я могу сделать так, – Джоске завел руку вперёд, перехватывая кисть Кишибе и ставя ее под углом в девяносто градусов. Второй рукой он нежно обхватил его подбородок. – А это называется «прием Раутека». Если бы я сейчас поднял тебя, то ты бы буквально ничего не весил. Это используют для того, чтобы выносить людей без сознания из опасных мест. Ну, или в том случае, если человек слишком крупный.        –А-ага… – Рохан немного растерялся, ибо не мог подумать, что Джоске вот так просто будет сокращать дистанцию без каких-либо умыслов. Точно без?       –А ещё я умею делать сердечно-легочную реанимацию, – Хигашиката заулыбался, отпуская мангаку и меняя свое положение: сейчас студент находился уже перед ним, присев на одно колено. – Если у человека останавливается сердце, нужно искусственно поддерживать его работу, пока не приехала скорая. Поэтому стоит закрыть пострадавшему нос, сделать глубокий вдох и выдохнуть кислород человеку в рот, после чего сделать около тридцати надавливаний с примерной скоростью сто нажатий в минуту в область грудной клетки. Ну, а потом повторять это все циклично.        Джоске улыбнулся, прикладывая ладони к груди Рохана и делая вид, что набирает воздух в легкие, будто готовясь практиковать прием на самом Кишибе. Конечно же, он полагал, что мангака как обычно отвернется и начнёт ворчать, однако в этот раз все было по-другому.        Хигашиката приблизился и мягко коснулся его губ своими, начиная чувствовать необъяснимые бабочки в животе, которые буквально совершали кульбиты. Рохан осторожно ответил на поцелуй, пробуя соулмейта на вкус и ощущая отдушку выпитого ранее алкоголя, из-за чего даже захотелось поворчать. Джоске почувствовал, как его руки начали мелко подрагивать; он переместил ладонь, обхватывая ей скулу возлюбленного, чтобы почувствовать как можно больше. Мягкие губы Рохана нежно сминали его, оставляя за собой желание предпринимать более активные действия в попытке быть как можно ближе, чувствовать его дрожь, слышать запах дорогого парфюма, а главное – ощущать, какие эмоции испытывает сам Кишибе и как сводит брови в попытке унять эмоции, что так пытались выбраться наружу. Хигашиката бы не прервал этот поцелуй, – их первый, в меру сладкий и смущающий – если бы этого не предпринял Рохан, который, кажется, хотел сделать пару глубоких вдохов.        –Обычно пациенты лежат, когда им делают сердечно-легочную реанимацию, – Джоске игриво улыбнулся, надеясь, что в темноте комнаты не видно его румянца и он выглядит круто. Кишибе посмотрел на него в своей привычной скептичной манере и повиновался, откидываясь на спину и позволяя Хигашикате нависнуть над ним.        Пока он ещё не чувствовал себя открытым перед соулмейтом полностью, однако ещё никому со спокойным лицом не позволял смотреть на него сверху вниз и оценивать его вид с таким обожанием и желанием.        –Ты накрасился? У тебя губы зеленые, – Джоске позволял себе слишком много слов, что начинало выводить из себя. Хигашиката коснулся своих губ, осознавая, что у него теперь ровно такие же, но немного смазанные. Он позволил себе улыбку.        Кишибе закатил глаза, даже не удивившись тому, что заметил только сейчас. Говорить в такой момент не хотелось совсем, в отличие от Джоске, который, видимо, считал своим долгом вслух о чем-то поразмышлять. И когда он вообще стал таким задумчивым?        –Ты пьян?       –Немножко совсем, – Кишибе позволили убедиться в своих догадках; Хигашиката ухмыльнулся. – Спасибо большое, что все-таки приехал.        Рохан осторожно протянул руку к его щеке и огладил ее, надеясь, что Джоске передумает вести светские беседы. Юноша тут же приник к ладони, словно кот, и закрыл глаза. Художник вновь приблизился и приник к его губам, наслаждаясь нежными движениями Хигашикаты, которые вскоре стали перерастать в более активные. Кишибе задрожал, почувствовав, как распаленный Джоске огладил его подбородок в намеке и проник внутрь языком, касаясь неба, обратной стороны губ. Юноше эта близость постоянно казалась недостаточной, из-за чего свободной ладонью тот касался открытых участков кожи Рохана в попытке ощутить ее легкие мурашки.        Хигашиката отстранился на секунду и посмотрел в его глаза, не заметив и толики раздражения, презрения и горделивости, которые прослеживались во взгляде Кишибе при их первой встрече. В голове появилась мысль о том, что, в целом, их история знакомства была не такой уж и плохой, а главное – успешной. По крайней мере, если уж сам Кишибе Рохан смотрит на Хигашикату таким взглядом, полным симпатии и доверия, у него все действительно получилось.        Джоске поцеловал его ещё раз: быстро, но аккуратно, издав звонкий, влажный звук.        –Ты мне очень, очень, очень нравишься, Рохан, – признался он, и хотя это был и не первый раз, когда юноша говорил о своих чувствах, этот момент особенно смутил Кишибе.        –Ты мне тоже, – произнёс художник негромко, но уверенно и спокойно, так как сейчас это было само собой разумеющееся. Рохан коснулся губами его носа, потому что лоб для поцелуя был недоступен из-за помпадура, и улыбнулся кончиками губ. – С днем рождения. 

***

      –М-м, а ты знаешь, что креветки могут делать подводные взрывы?        –Опять интересные морские факты? – Рохан поднял брови и улыбнулся, ожидая, что из этого последует. Джоске сел на соседний стул в кухне, ведь оба решили перекусить этой темной ночью.        –Типа того… В общем, когда они охотятся, они могут сомкнуть клешню, и так происходит взрыв. Вот так, – Хигашиката показал свою ладонь, чтоб Кишибе доходчиво понял, и сомкнул пальцы. – Они выстреливают пузырями, которые попадают в клешню, и оглушают других креветок.        Кишибе наклонил голову, откладывая вилку в сторону, слушая того на удивление внимательно.        –У тебя факты только про взрывы есть?       –Знаешь, мне просто кажется, что на этот раз креветка чем-то на тебя похожа, – непривычно для себя рассуждал Хигашиката вслух. Рохан тут же опустил скептично брови, выслушивая. Со стороны Джоске послышался звон столового серебра. – Вот когда я вскипаю изнутри, взрываюсь, как кит. А ты, когда бесишься, делаешь хоп, – Джоске сомкнул пальцы. – И оглушаешь всех, кроме себя.        –Ты к чему это?        –К тому, что мы идеально друг другу подходим, – Джоске расплылся в улыбке. – У нас характеры разные, но все равно что-то общее есть.       Рохан мог бы начать ворчать, но на этот раз он просто пожал плечами, немо соглашаясь. Действительно, в этом прослеживалась какая-то логика, особенно с пониманием того, что сравнение друг друга с морскими обитателями – весьма в их стиле. 

***

      Хигашиката поправлял накрахмаленный воротник, красуясь перед зеркалом и готовясь идти на учебу. На рабочем столе лежали рисунки, которые были вложены Роханом собственноручно в подарок на день рождения, а у стены стояли дорогие строгие туфли, бренд которых был настолько для Морио неопознанным, что до этого Джоске о нем даже не слышал. Признаться честно, такой дорогой подарок был удивлением для юноши, ему было даже неловко его принимать после осознания увиденного, однако Рохан заверил, что презент на день рождения должен быть запоминающимся. Тем более, на совершеннолетие.        Хигашиката принялся застегивать манжеты, как вдруг заметил надпись на запястье. Точнее, рисунок.  «🐋♥️🦐»       Обывателю было бы трудно перевести это с рохановского, однако Хигашиката в этом ремесле уже преисполнился. «Я тоже тебя люблю», – ответил Джоске.