Спасти их всех

Я проснулся в своём мире. Компьютер всё так же разливал свой свет по комнате, а бардак, о котором я уже успел подзабыть, казалось, возвращал воспоминания о давно утерянной жизни. Я поднял свои руки - жуткие рубцы и шрамы были точно там, где их оставил взрыв автобуса. Я вскочил и пошёл в ванную - на меня уставилась шрамированная физиономия с седой шевелюрой. Конечно, я выглядел старше, как раз на свой возраст, когда меня впервые затянуло в автобус, да и борода никуда не делась, но даже она не скрывала всего. Как же я объясню это родителям-то? И тут меня разобрал смех. Я пережил безумие, спас сотни своих копий от гибели, смог подчинить себе целый мир и уничтожить его - неужели я не смогу оправдаться перед родителям за столь радикальную смену имиджа? Да я теперь всё смогу! Я вернулся в свою комнату и уселся за компьютер. С момента моего исчезновения не прошло и суток. Я вновь рассмеялся.

***

Жизнь пошла своим чередом. Ну, насколько она могла им идти. Сколько бы я ни старался, эта болезненная худоба никак не проходила. Очевидно, я теперь на всю свою жизнь остался дистрофиком с максимальным весом тела в сорок пять килограмм, хотя это не особо мне мешало - как вскоре выяснилось, теперь я мог свободно поднимать предметы вдвое тяжелее меня самого. Никуда не делась ни моя бесшумная походка, ни способность видеть в темноте, ни ускоренные рефлексы. Но и боль от ран никуда не делась. Мне всё так же приходилось носить бинты и пить обезболивающее, а на людях я мог появляться только одетый так, что было видно только мою голову, и то в шапке и с медицинской маской на лице. Город стал мне претить, слишком много времени я провёл вдали от каменных джунглей. Да и не только поэтому. Пусть я и смог вернуть себе рассудок, очевидно, что-то в моём мозгу сломалось окончательно и бесповоротно, и не проходило и ночи без кошмаров, которые заставляли меня просыпаться в холодном поту или от стука соседей по батареям. Иногда ко мне приходили с вопросом, долго ли я буду продолжать вопить как резаный посередь ночи. Да и в обычной жизни мне тоже приходилось несладко - стоило увидеть хоть какой-то предмет, который напоминал бы мне о прошлом, меня моментально переклинивало и начинало глючить. Я видел и слышал то, чего не было и быть не могло в этом мире. Я понимал, что если так продолжится и дальше, то моя единственная судьба - это жёлтый дом, уже абсолютно точно. А поэтому, как только зима закончилась, я укатил из своего города куда-то на Алтай, где когда-то давно жили дальние родственники, туда, где расстилаются бескрайние леса, так напоминающие о "Совёнке". Может быть, здесь мой измученный разум найдёт хоть какое-то подобие покоя? Никаких особых навыков за мной не наблюдалось, а поэтому я, обжившись в посёлке городского типа, устроился на работу в местную лесоохрану. Учился я всему на ходу, узнавая о повадках зверей, об особенностях местной флоры и о многом другом. Нас было очень немного - всего по два-три человека на недельную смену, которые наблюдали с вышки, при помощи камеры, конечно, за тем, что бы в области их наблюдения не возникло пожара. Хотя я взвалил на себя ещё кучу других обязанностей, потому что заниматься больше было решительно нечем. Я стал ходить по лесу и собирать мусор, оставленный особо нерадивыми туристами, а также решил сделать кормушку для лосей. Первая моя попытка соорудить эту конструкцию завершилась неудачно, а поэтому пришлось обучаться столярному делу у местного мастера, точнее делать кормушку уже под его чутким руководством. Ближе к зиме я смог наделать штук семь таких и разместить их неподалёку от лосиных троп. Был только один недостаток - все они находились довольно далеко друг от друга, а поэтому возникла нужда в транспортном средстве, поскольку таскать пудовые кубы соли, которые так обожают сохатые, что на тачке, что на руках, было занятием с комфортом ниже среднего. Теперь пришлось учиться водить. Штудирование правил ПДД, позаимствованный УАЗик у моего коллеги по вахте, первая поездка с ним, разбор полётов, потом снова и снова... К следующей осени я получил заветную корочку, а так же выкупил старый "Запорожец" у соседа. Всю зиму я провозился с машиной, приводя её в надлежащий вид, попутно познакомившись со всеми прелестями работы автомеханика, а так же с теми, кто был более сведущ в этих вопросах. Благодаря всем этим событиям мой круг общения, ранее ограничивавшийся парой коротких фраз с другими сменщиками, значительно разросся. Местные, которые поначалу чурались меня, теперь попривыкли к моим многочисленным шрамам, тощему телу и седине не по годам, и даже стали уважительно называть егерем. За всеми этими житейскими заботами воспоминания о тех десятилетиях, проведённых в лагере, отошли на второй план. Нет, они останутся в моей памяти навсегда, но теперь, когда я начал социализироваться, какие-то маловажные подробности начали растворяться в потоках новой информации. И подобная участь грозила всей моей лагерной эпопее. Но чтобы совсем уж не растерять такие важные для меня воспоминания, я начал записывать всё, что мог вспомнить, начиная с моего самого первого дня. К концу года на моём столе лежала огроменная кипа тетрадей, исписанных малопонятным почерком. К сожалению, кошмары и глюки никуда не делись, но теперь хотя бы их концентрация была не такой фантастической и я мог казаться нормальным на людях.

***

За окном завывала самая настоящая буря. Ох не зря, не зря наши предки называли Февраль Лютым! Зима как будто стремилась наверстать упущенное за Январь, который выдался на удивление мягким, засыпая наш несчастный посёлок снегом по пять раз на неделе. Ни о каком дежурстве и речи быть не могло - доехать до поста лесоохраны было просто невозможно, поскольку дорогу скрывал под собой двухметровый слой снега. Так что оставалось только сидеть дома и переписывать последние несколько лет своих похождений в очередную тетрадь. И тут раздался стук в окно. Я вскочил с места, надеясь, что мне всё-таки послышалось. Но стук раздался во второй раз. Я подошёл к окну и раздвинул шторы. Сквозь темноту и снег сложно было различить, кто стоит передо мной, но это явно был человек, кутающийся в шубу. Это кто же такой смелый, чтобы в десять вечера по такому бурану шастать? Махнув рукой, что бы эта загадочная персона оставалась на месте, я выскочил сначала в коридор, быстро нацепил куртку и валенки, после чего вышел на веранду, открыл дверь и бросился спасть этого горе-путешественника. Человек всё стоял около окна, то и дело озираясь. Подойдя к нему, я понял, что это девушка - фасон шубы был явно не мужским. Потянув её за рукав, я пошёл обратно. Девушка послушно поплелась за мной. Наконец-то мы добрались до веранды. Дверь хлопнула, оставляя беснующуюся стихию без добычи. Яростно стряхивая с себя налипший снег, я смотрел на виновницу торжества, которая всё так же куталась в свою шубу. Когда же она увидела, что я из себя представляю, она непроизвольно попятилась к двери. - Не боись, я людей не ем. - я постарался дружелюбно улыбнуться. - Ты давай, раздевайся, чего на веранде-то стоять? Я сейчас чайку заварю, согреешься хоть. - Не надо. - буркнула незнакомка из глубин шубы. - Я сейчас уйду. Извините за беспокойство. - Куда уйдешь? Туда? - я ткнул пальцем в дверь, за которой вьюга свистнула особенно злобно. - Совсем что ли? Да ты же околеешь! - Мне всего пару домов пройти осталось... - как-то неуверенно пробормотала девушка. - Я уже почти отогрелась. - А тебе по какому адресу надо-то? - Новая 9/2. - У-у, да ты вообще мимо! Ты сейчас на Мичурина. Это тебе ещё улицу надо пройти, что бы на Новую попасть, а потом ещё довольно долго топать будешь по самой Новой, 9/2 это почти в самом начале. - я не врал. Очевидно, вьюга сбила её с курса и она решила, что пришла по адресу. - Так что давай, раздевайся и пошли чай пить. Пока вьюга не закончится, я тебя никуда не отпущу! - Меня там бабушка ждёт... - незнакомка пустила в ход свой самый весомый аргумент. - Я ей позвоню. - я вновь улыбнулся. - Не волнуйся. Ну что, пошли? - Ладно... - наконец-то девушка стянула с себя капюшон. Мне не оставалось ничего, кроме как замереть в немом изумлении. Передо мной стояла Юля. Да, без ушек и наверняка без хвоста, да, немного повзрослевшая, но всё равно это была та самая Юля! Моя Юля! В мой мозг будто ударило молнией. Мир перед глазами потемнел, а ноги стали ватными. Передо мной стояла Юля. Та самая Юля. Она испуганно глядела на меня. Мир вокруг меня поплыл, и я сделал небольшой шаг назад. Юля глянула на меня и удивлённо повела ушками. - Что с вами?! Вам плохо?! - спросила она, подходя ближе. Чё-ё-ёрт... Я всё глубже и глубже погружался в галлюцинацию. Мир перед моими глазами поплыл. Постепенно от моего домика в деревне не осталось и следа, а вместо него возникла площадь. Юля подошла ещё ближе. А если она меня коснётся?! Да я же тут навечно застряну! Я отшатнулся и больно ударился о бронзовый постамент Генды. Хреново, так сильно меня ещё не глючило. Я пытался выдавить из себя хоть слово, но язык стал ватным. - Эй, не молчите! - потребовала Юля не своим голосом. - Что произошло?! - Я... - вырвался хрип из моей глотки тут же затих. Я сжал зубы что бы не заорать от дикой боли. Я посмотрел на свою левую руку. Её не было вместо этого там было красное месиво, а подо мной натекла уже порядочная лужа крови. Я медленно сел и прислонился к основанию памятника. Значит это всё? Я так и помру в шаге от своего счастья? Нет, должен быть выход! Надо выбираться отсюда! Но как? - Да легко! - внезапно позади Юли возник Доктор. - Но, как я погляжу, способность управлять своим сознанием ты потерял. - Не только это... - хмыкнул я, когда Доктор подошёл. - А как ты выжил? Я же тебя ну, того, порвал... - Я же в твоей голове, Семён! - Доктор постучал меня по лбу. - Пакет - это всего лишь символ. Так что давай, вставай, и что бы я тебя здесь больше не видел! И тут он приложил руку к моему лбу. Я почувствовал, как меня затягивает в чёрную дыру, утаскивая всё дальше и дальше от "Совёнка". Спустя мгновение я сидел возле двери в дом, а Юля собиралась выскочить на улицу. - Не надо! - сказал я, слегка повысив голос. - Не уходи! - Да вы же только что... - начала было Юля, но я поднялся, положил ей руку на плечо и улыбнулся. - Всё хорошо. Я просто... не спал долго. Вот и качнуло. - я постарался соврать как можно убедительней. - Слушай, давай на "ты", а? - девушка кивнула. - Как тебя зовут хоть? - Юля. - я почему-то совсем не удивился. - Ладно, Юля, заходи. Сейчас наберём твоей бабушке. - она начала стягивать шубу. Я помог ей в этом, после чего мы наконец-то зашли в коридор, где стало теплее. Я повесил шубу на крючок, после чего сам разделся и направился в зал. - А с ва... тобой точно всё в порядке? - Точно, точно. - я улыбнулся. Спасибо, Доктор. Из такого глюка я бы сам не выбрался. - Даже лучше. - Хорошо... - Юля слегка улыбнулась. - Номер бабушки помнишь? - Конечно. Я успешно отзвонился волнующейся старушке, за что получил порцию благословений и пожеланий о процветании и счастье. Теперь же, когда я смог успокоить Юлю, мы сидели на кухне и попивали горячий чаёк. Как выяснилось, она здесь жила каждое лето, но в последнее время приезжала сюда всё реже и реже, потому что она поступила в медицинский институт, и теперь учёба и работа отбирают много времени. О своём неоконченном высшем я предпочёл умолчать. Не так давно она смогла выбить себе пару недель отпуска, которые совпали с каникулами и сегодня в ночь приехала сюда. Собственно, так она и оказалась около моего дома. - А знаешь, Семён, я будто где-то тебя видела... - задумчиво сказала она, всматриваясь в моё лицо. - Да и я тоже. Только я точно тебя видел. - я улыбнулся ещё шире. С тех пор, как я узнал её, улыбка в принципе не сползала с моей физиономии, временами становясь шире, потом ослабевая, но не исчезая насовсем. - Да? И где же? - она удивлённо уставилась на меня. - Во сне. - Да и я наверное тоже видела тебя... во сне. - Юля тоже улыбнулась. Её жёлтые глаза озарились светом лампы, многократно усилив его. - Это был хороший сон? - Да... Когда чай закончился, мы ещё какое-то время сидели, рассказывая какие-то смешные истории из нашей жизни. Большую часть своих я выдумывал на ходу или пересказывал то, что слышал от других сменщиков. Наконец нас обоих сморил сон. Это была первая моя ночь за последние три года, когда мне не снилось вообще ничего. На следующее утро я проводил Юлю к бабушке, за что был одарен разного рода яствами, по большей части находящимися в закрутках. Все эти две недели Юля регулярно захаживала ко мне, иногда за чашечкой чая, иногда просто поболтать, но чаще всего узнать о моём самочувствии. Хотя для подобного не нужно было задерживаться у меня допоздна и помогать мне с обустройством квартиры, которая была в полнейшем раздрае. Бабушка Юли понимающе посмеивалась, когда Юля звонила ей, говоря, что останется у меня на ночь. Но вот прошли две недели и Юля вновь вернулась в город. Мы условились писать друг другу, а так же обменялись номерами. С тех пор моя с ней переписка не утихала. Юля рассказывала мне о каверзах в делах обучения на врача, а я рассказывал ей о том, что происходило в деревне и в лесу. Ближе к концу апреля мы договорились, что она приедет летом погостить. За это короткое, казалось бы, время мы успели сильно сблизиться. Даже большое расстояние не стало для нас преградой, более того, казалось, что оно только придает крепости нашим отношениям. Хотя отношения - это громковато сказано. Я понимал, что мы оба небезразличны друг другу, но никуда особо далеко это не заходило, несмотря на все Юлины попытки. Мы не были знакомы очень долго и я хотел, что бы она вновь увидела меня настоящего, со всеми моими проблемами и дефектами, с которыми я безуспешно боролся. Хотя не очень уж и безуспешно - за эти три месяца у меня вошло в привычку убирать мою хатку хотя бы два раза в месяц, а так же бриться и мыться хотя бы раз в неделю, а не тогда, когда запах или борода мешали уже самому. В начале мая она сказала, что точно приедет погостить именно ко мне. Это и будет момент, когда всё решится. Может быть, она помнит меня как какой-то образ, который отличается от того, что есть на самом деле? Если да, то не отвернётся ли она, когда увидит меня настоящего?

***

Зима прошла и наступила весна. Это самое парадоксальное время года - если начало весны ты хочешь пропустить, поскольку всюду грязь, слякоть, а твоя машина так и норовит утонуть в какой-то собо глубокой луже, из которой её можно будет выудить только трактором, то вот другая половина - то время, когда природа оживает. Набухают почки и распускаются первые робкие побеги. Звери, спавшие до этого в своих норах, выбираются наружу и пробивают заново свои тропы, попутно отъедаясь после зимней голодовки. Лес наконец-то наполняется привычным шумом и гамом многочисленных птиц, вьющих гнёзда и спорящих за своих пернатых подруг. Для меня же эта весна была самой долгожданной из всех. После этой весны я наконец-то встречу Юлю. Спустя почти пять месяцев я вновь увижу её. Наступило лето и пришло время сессии. В лесу же царила благодать - именно сейчас большинство зверей уже вынашивали под животом своё потомство, или уже разродились им. Всё цвело, а огороды покрылись приятной зеленью. Июль-месяц выдался чудесным - жаркий, солнечный, с приятным ветерком, неспешно гнавшим перистые облака. И в начале июля приезжала Юля. В назначенный день я ринулся на своём верном белом "ЗАЗике" к вокзалу. Поставив машину неподалеку от здания, я вышел на перрон. Долго ждать не пришлось. Поезд медленно остановился, скрипя колёсами. Я подгадал как раз нужный вагон, и вскоре на меня упала встречаемая мною особа. Мы быстро обнялись, после чего я помог ей сгрузить вещи. Когда же мы уселись в машину, и "Запорожец" бодро побежал по новоотремонтированной дороге. - А я и не знала, что ты умеешь водить. - попыталась завести разговор Юля. - Правда? Я же вроде рассказывал... - Может быть. - хихикнула девушка. - Ты много чего рассказывал. Хотя в поседнее время из тебя лишнего слова не вытянешь. - Есть такое. - буркнул я, сконцентрировавшись на дороге. Сердце нервно забилось. - Я по тебе соскучилась. - сказала Юля на грани слышимости, опустив глаза. - А ты всё молчишь и молчишь... - Да нет же... - так же тихо ответил я, до боли сжав баранку. - Когда бы я молчал... - Говорить-то ты говоришь, да вот только это почти то же самое что и молчание, Сём. - вздохнула Юля. - "Да", "Нет", "Не знаю", "Может быть"... Последний месяц только это и пишешь. Что случилось? - Всё хорошо. - попытался успокоить её я. - Сама же знаешь, весной работы немало, вот и всё. Уставал я. Да и к тому же надо же порядок в доме поддерживать. - Ну знаешь! Уборка так много времени не занимает! - недовольно протянула Юля. - Юль, со мной правда всё в порядке. - я вперил свой взгляд в дорогу насколько это было возможно. - Просто... так я живу. - А? - Юля глянула на меня. - Не общаюсь ни с кем толком, живу почти что на отшибе, работаю потихоньку - вот и всё. Ни чистоплотности, ни увлечений - ничего. Вот нужен тебе такой? Ты же в городе... - Молчал бы! - фыркнула Юля, улыбнувшись. - Раз уж угораздило к "такому" зимой попасться, то ничего не поделаешь! А насчёт талантов... знаешь, Семён, я... - Юля несколько смутилась и покраснела. - В общем я читала то, что ты написал. - Что?! - от этой новости я чуть не свернул в кювет. В голове пронёсся целый рой мыслей, одна другой страшнее. Я стиснул зубы, а губы поползли вверх. Просчитался! Испортил всё, что мог! Чёрт... Я искоса глянул на Юлю. Учитывая то, как она замерла, то моё выражение лица примерно соответствовало бушевавшему в моей голове урагану. - Но ты не подумай, мне даже понравилось! Ты довольно хорошо пишешь. Для егеря. - она улыбнулась, вернув самообладание. - Я там успела прочитать про то, как твой герой встретился с кем-то... Кажется, её тоже звали Юля? - Да... - выдохнул я, предвкушая свой позор. - Там была Юля. И для моего... героя она значила даже больше, чем жизнь. - А я? - она уставилась на меня своими глазами, под которыми невозможно было врать. - Что? - я всё же попытался улизнуть от темы. Ну не место сейчас! Впрочем, события развивались без моего на то согласия. - А я для тебя что-то значу? - она отвела глаза и дала мне короткую передышку. - Просто... Ты... ты говоришь что ты вот такой, инертный. Тебе не нужны люди. А я? Что я значу для тебя? Я вообще нужна тебе? - В конце герой попал к Создателю и попросил его вернуть себя в свой мир. Он попросил оставить ему его искалеченное тело и завершить его историю с той, которую он полюбил. Создатель согласился на это. А она пообещала что они встретятся в его мире. - сказал я, чувствуя, что моё лицо заливает краской. Глупее ничего быть не могло. Я просто признался ей в том, что я буквально ждал её потому, что её копия из параллельной вселенной пообещала встретиться! - А они встретились? - Юля придвинулась поближе ко мне. Насколько позволял ремень безопасности. Мои нервы сдали окончательно и я остановил машину. Повернувшись к ней, я не заметил и тени усмешки или недоверия в её глазах. - Да. - выдохнул я, после чего прижал её к себе и чмокнул в макушку. - И я надеюсь, что у них всё будет хорошо.