Спасти их всех

Я разлепил глаза с большим трудом. Утро только начиналось, а я никак не мог вспомнить, что же мне снилось такого, что на душе как будто кошки нагадили? Кошки... Так, хватит! Нечего думать об этом недоразумении! Надо разбираться с насущными вопросами, а именно - помочь всем выбраться из лагеря до того, как он схлопнется. А значит быстро в лагерь! Я вскочил с места и направился в сторону "Совёнка". Утро только начиналось, но присутствовал в нём какой-то странный оттенок. Такого не должно быть в солнечном свете. Он не может быть... Слегка фиолетовым. Чёрт. Мой мир стремительно приближался. Или наоборот, этот мир утягивало в сторону моего захолустья. Надо торопиться. Солнце потихоньку поднималось, а вместе с ним поднималась и вторая, пока что едва заметная чёрточка, источавшая фиолетовое сияние. Быстрее!

***

Я вбежал в лагерь на полной скорости и остановился только у домика вожатой. Осторожно постучавшись, я заглянул внутрь. Она сидела и смотрела на меня, лениво протирая свои глаза. - Готовьте детей к отъезду. как только автобус подъедет, садите всех внутрь и уезжайте. - с порога бросил я. - Я сейчас обойду домики. Надеюсь обошлось без эксцессов. - Я тоже. - серьёзно ответила Ольга Дмитриевна. Её заспанность как рукой сняло. Выйдя из когда-то своего жилища, я принялся выстукивать все остальные жилые домики. Хозяева открывали двери, только удостоверившись, что перед ними я. Я повторял им то же самое, что и вожатой - собирайтесь и готовьтесь к отъезду как можно быстрее. Времени оставалось всё меньше. Если мне не изменяет память, автобус приезжал сегодня где-то в пять часов. Между тем чёрточка из небольшой стала уже заметной, и в ней появился чистый фиолетовый свет. Разлом. Обойдя все домики, я вернулся к Ольге Дмитриевне, кивнул в знак того, что всё в порядке, после чего отправился в медпункт. Лена с Семёном спали в обнимку. Очевидно у них была целая ночь, чтобы обсудить свои отношения, и эти обсуждения явно дали плоды. Нарушать идиллию не хотелось, но если они проспят, то их ждёт очень много неприятностей. Так что я подошёл, после чего очень громко кашлянул. Глаза они открыли синхронно. Ай какие молодцы. - Собирайтесь. - коротко приказал я. - Лагерь летит к чертям. Не успеете на автобус, останетесь тут. Со мной. А значит не выживете. Хотя бы с ними я мог быть честным. Пускай уж лучше поторопятся. Оставив парочку одеваться, я направился на площадь, где просто уселся на скамейку, вперив свой взгляд во все нарастающий разлом. Между тем на площадь повалили пионеры с рюкзаками и сумками. Ольга Дмитриевна пыталась хоть как-то их построить, но безуспешно. Все смотрели наверх и тыкали пальцами в небо. Во всей этой суматохе только я один оставался более менее-спокойным. И то, мне было крайне любопытно, что же произойдёт, когда два мира столкнутся. Может быть они разобьют друг друга? - Что это? - мой голос. Я обернулся. Прыгун выглядел потрясённым. - Это? Моё безумие. - я отрывисто хохотнул. - Точнее безумие того, кто скрывается под этой маской. Это сломанный мир. - Как? - тихо спросил пришелец из другого лагеря. - Этот мир подстраивается под нас. Представь себе, что его, по факту, хозяин сходит с ума. Мир также меняется, становясь понятным одному лишь ему, и наполняется его страхами, надеждами и в итоге гибнет. Конечно, не он создал этот мир, но где-то на двухтысячном цикле он понял, как им можно манипулировать. Он даже научился останавливать время. - под моей маской возникла кривая ухмылка. - Да только потом он сбрендил. - Ты научился что? Как? - прыгун глядел на меня с таким изумлением, будто для него это было сравнимо с открытием деления атомов на части. - Да легко. Он лишь понял, что, по факту, этот мир - лишь чьё-то представление о нём самом. И если разобраться в этом мире, докопаться до самой сути его законов, их можно поменять. Большая часть законов физики, биологии и химии работают здесь как в реальном мире. Но есть некоторые исключения, к примеру если ты погрузишься с ведром на голове в воду, то ты не задохнёшься, поскольку воздух внутри ведра не закончится. В реальности такого быть не может. Он искал все эти нестыковки. Их было не очень много. Но они дали понять, что есть возможность изменить этот мир. После чего он принялся за работу. Начал с самых маленьких - внушал им то, что он - всемогущее создание. Потом перешёл на кого постарше. Несколько сотен циклов спустя он смог буквально за день убедить лагерь в своём всемогуществе. Все поверили, что он был здесь всегда, и что его сила непрекращающаяся. Перманентная. Если искать аналогию, то он как будто загрузил новое, собственное, ПО при помощи диска или флешки. И после этого он мог изменять реальность так, как сам этого желал. Возможно, именно это и свело его с ума. Сложно понять. Но так или иначе, когда безумие стало слишком сильным, мир также начал разрушаться вслед за разумом своего покорителя. По крайней мере это то, что я смог выудить из его памяти, пока он был главным. - А кто это он? - Прыгун уставился на меня. Я тяжело вздохнул. - Это ты. Только в том мире. - Так это же ты! - воскликнул прыгун. - Я - Доктор. А этот - сидит в своём коконе и не высовывается. - я дёрнул плечами. - Всё, давай, уходи. Не уверен, что из моего мира вообще хоть что-то может выбраться, ну, кроме меня. Прыгун моментально растворился. Я невольно усмехнулся. Какой послушный. Может быть, задумал повторить это в своём мире? Флаг в руки. Между тем разлом заметно расширился. Теперь все без исключения наблюдали за ним. Ольга Дмитриевна нервно косилась на часы. Заметив меня, она подошла ближе. - Извините, Доктор, а... - Именно поэтому вам нужно уезжать. - я ткнул пальцем в разлом, сквозь который можно уже было спокойно разглядывать звёзды, которые на самом деле были другими "Совёнками". - Если вы не успеете, то останетесь здесь. А значит стопроцентно погибнете. Ольга Дмитриевна будто остолбенела, то и дело косясь на разлом. Интересно, она ожидала, что он сейчас начнёт метать молнии, испепеляющие пионеров? - Следите за Шуриком. Это важно. Если он убежит, считай пиши пропало. - я указал в сторону двух товарищей, которые разглядывали странное явление всеми возможными способами. Даже бинокль где-то достали. - Шурик - образцовый пионер и... - И иногда это идёт во вред всему. - закончил я. - Я не собираюсь сгущать краски или очернять кого-то. Просто это мой вам совет. Вожатая отошла и ко мне подошли Семён с Леной. А эти что тут забыли? - Чего надобно? - с наигранной ленцой спросил я. - Я это, спасибо, в общем, сказать пришёл. - Семён явно чувствовал себя не в своей тарелке. - Расслабься. Это моя работа. Так что можешь не благодарить. Готовьтесь к отбытию. - я поднялся и хлопнул его по плечу. - Время уже четыре часа. Ещё примерно час. А после этого наконец-то вернёшься. - Куда вернётся? - Лена с неприкрытой угрозой посмотрела на меня. - Не знаю. - честно ответил я. - Могу сказать одно - вас это не разлучит. Всё, идите уже. Лена и Семён медленно пошли в сторону выхода из лагеря. Я же снова уселся на скамейку и продолжил созерцать. Но спустя час автобус не появился. Я подошёл к Ольге Дмитриевне. Та странно глядела на часы. - Почему автобуса нет? Вроде бы уже пять. - Вроде бы. - кивнула вожатая. - Только по моим часам четыре тридцать две. Вот это номер. Хотя... Как же я мог забыть?! В моём лагере время течёт куда медленнее. А это значит, что оно будет замедляться и замедляться, покуда не остановится вовсе. Ну или по крайней мере не станет настолько медленным, что день затянется на столетия. Чёрт. Опять просчитался. Между тем разлом всё разрастался и занял собой уже половину неба. Где-то вдалеке я заметил черные точки. Мой лагерь, выдранный из земной тверди и отправленный в свободное плавание. Совсем всё плохо. Что же мне делать?! Они здесь точно не выживут. Надо что-то срочно делать! Но что? Я ничего не смогу противопоставить такой махине. Я - точно не смогу. Может быть он? Но он окончательно заперся внутри самого себя. Надо до него дозваться. Любыми способами.

***

Дверь бункера со скрипом отворилась. Ну кто там ещё? - Эй... - негромко позвали меня. Я поднял голову. Существо в белом халате с пакетом на голове. Доктор. - Чего тебе? - Доктор был последним, кого я хотел сейчас видеть. - Отвали. - Мир гибнет. - коротко сказал Доктор. - Время замедляется. Никто не успеет выбраться. - А нам что с того? - я перевернулся на другой бок. - Ну подумаешь ещё один? Сколько точно таких же миров летает на периферии этой вселенной, где другие Семёны просто сошли с ума? Скольких ты не смог спасти? - Без понятия. Думаю довольно много. Но это место ещё можно спасти. Ты можешь это сделать. - А зачем? Мне вообще нет дела до внешнего мира. Это давным-давно стало твоей заботой. Если тебе настолько нравится этот мир, то и спасай его, а меня не впутывай. - я мановением руки показал, что разговор закончен. Но Доктор остался стоять там, где стоял. - Пошёл вон. - Нет. Ты что, подзабыл? Так я тебе напомню, благо пока ты с Юлей кувыркался, я наконец-то смог в памяти у тебя порыться. Хочешь, чтобы появился ещё один Надзиратель? Хочешь ещё крови? - судя по шагам, Доктор подходил ко мне. - А может быть, ты всегда этого хотел? Затушить боль болью других? Пустить всех на фарш? - Заткнись! - рявкнул я, взмахивая рукой. Сейчас его должно выкинуть из моего бункера! Это мой мир! Я делаю с ним что хочу! Но шаги раздались ещё ближе. - Я тоже кое-чему успел научиться. Ты уже не сможешь командовать мной так просто. - какого?! Да кем он себя возомнил?! Как он может мне сопротивляться?! - Если твои мозги успели сгнить в этом бункере, я тебе их поправлю. Его пальцы легли на мои виски, после чего с силой надавили. Невероятная боль пронзила всё моё тело. Я попытался отбросить Доктора, но ничего не вышло, я как будто бил каменную статую. Мир перед глазами пропал, и я начал падать в бездонную пропасть.

***

- Чтоб его! Быстрее назад! - мои крики доносились до всех пионеров, оказавшихся за забором. - Тени! Все бросились бежать к воротам. Последней бежала, прихрамывая, Женя. Не так давно Тень ранила её в ногу, но она отказалась от возможности полежать два дня в медпункте и продолжила работать наравне с остальными. Было видно, что он не успеет. У нас почти не осталось работающих батарей, а Электроник смог соорудить лишь две динамо-машины, которые питали домики и столовую с медпунктом. Нечем было помочь ей, разогнать подступающую тьму. Сегодня вечер наступил несколько раньше, и мы не успели вынести факела, а поэтому пришлось спасаться бегством. Хотя вечер здесь - понятие относительное. Теперь небо всё время покрыто сине-красно-чёрным месивом, в котором видно множество звёзд. Просто в какой-то момент звёзды тухнут и становится совсем темно. Наша библиотекарша отставал всё сильнее. Эх, была - не была! Я развернулся, подхватил Женю и побежал вместе с ней. Мы едва успели - как только я заскочил внутрь, дверь закрылась. Тени бессильно выли по ту сторону - их отгонял свет уже зажжённых факелов. Мы очень долго работали над тем, чтобы окружить лагерь стеной из частокола где отсутствовал забор. Теперь лагерь - это наша крепость, где свет не гаснет практически никогда, ведь свет - главная слабость Теней. И именно поэтому каждый вечер мы зажигаем факела на стенах. В этот раз, правда, мы были на волоске от больших проблем. Но сегодня все остались целы. Дойдя до площади, я осторожно опустил Женю на землю. - Ну вот что же ты такая упёртая? - тяжело пыхтя, спросил я. - Говорили же тебе, полежи ты в медпункте, поправь здоровье, так нет же, труд в одно место ударил! - Помолчал бы! Сейчас каждая пара рук на счету. Если не успеем собрать хоть какой-то урожай, то пиши пропало, погибнем с голоду! - рявкнула в ответ Женя. - Или думаешь, раз больше всех знаешь, то и командовать всеми можешь? - Могу. - холодно ответил я. - И буду. Ты хоть представляешь, что здесь происходит?! Я вот да. И именно поэтому я руковожу и сборкой урожая, и обороной лагеря. К тому же я единственный, кто хоть что-то понимает в фермерстве. Я мысленно поблагодарил Славю за то, что она рассказала мне о том, как следует обращаться со множеством культур. И было их в лагере довольно много - свёкла, морковь, картошка, огурцы, кабачки, редиска, и даже баклажаны с болгарским перцем, которые покупали в ближайшей деревне. В первые полгода мы с трудом собрали урожай, но потом приноровились и смогли неплохо обустроиться. Вода была в лагере, скважиной можно было пользоваться и в ручную, а благодаря динамо-машинам мы даже смогли запустить холодильники. Не абы что, конечно, но мы однозначно не пропадём! Однажды я придумаю способ всё исправить! Да, это из-за моего психоза всё мироздание покачнулось, но я же смог вернуть контроль над собой! Я верну всё на круги своя и восстановлю контроль над миром, который перестал меня слушаться, а потом заберу их всех отсюда! Мы выживем! Я ободряюще улыбнулся Жене. - Ладно, забыли. Пошли, героиня-труженица, я тебя Виоле покажу. Может быть выдаст тебе чего-нибудь. - я протянул ей руку. Та глянула на меня исподлобья, но руку всё-таки протянула.

***

Сегодня ещё трое попытались сбежать, чтобы добраться до райцентра. Я не смог их отговорить. По итогу эти идиоты кинулись на меня с кулаками, говоря, что я во всём виноват - позавчера убили брата одного из них. Я не могу быть везде! Если они не соблюдают правила, они за это платят! Чаще всего жизнью. Почему они не могут этого понять?! Эти трое теперь лежат в медпункте с гематомами и переломанными рёбрами. Сидя около озера, я думал о том, что всё давно уже идёт не по плану - все эти заботы о лагере банально не оставляют мне возможности заниматься возвращением контроля над миром. Я думал, что со временем пионеры сами организуются, но не тут-то было. Кажется, что с каждым днём они становятся всё беспомощнее и беспомощнее, одновременно с этим тупея с невероятной скоростью. - Эй, звезда отечественного бокса, о чём задумался? - знакомый голос вывел меня из ступора. Алиса. С тех пор, как мы здесь, эта несносная на вид оторва стала настоящей матерью для всех маленьких, которые здесь остались. Вот уж кто поменялся сильнее всех. - И тебе добрый день, мать Тереза. - хмыкнул я. Алиса уселась рядом и уставилась на воду. - Что, нашла с кем оставить свою орду? - Спят они. Слушай, что с тобой? Раньше ты до такого не доходил... - она обеспокоенно глянула на меня. - Со мной всё в порядке, а вот с ними - не очень! Они опять хотели смотаться в райцентр. - я сплюнул. - Хоть говори им, хоть не говори, а всё равно лезут куда не просят. - Ничего не напоминает? - усмехнулась Алиса, выразительно глянув на меня. - Нам на тот момент не угрожали полчища тварей, которые могут разорвать тебя за несколько секунд! - отрезал я. - Да и вообще, нас за последние полтора года на восемнадцать человек меньше стало. Взрослых и трудоспособных. Сейчас нас в лагере тридцать два человека. Из них двенадцать - твои подопечные, ещё пятеро - тяжелые, от них пользы как минимум полгода не будет, и ещё трое - это вот эти горе-путешественники. Итого дюжина. Двенадцать человек человек, которые способны нормально и помногу работать. А теперь подумай, что будет, если из этих двенадцати ещё, допустим, пятеро захотят смыться? Да мы все тут погибнем! - Теперь мало кто захочет. - Алиса опустила свой взгляд и обхватила руками колени. - Ты эту троицу так избил, что они больше на баклажаны похожи. Кстати, что будет с их питанием? - Урежу на три четверти. Работать они не могут, да и за глупость придётся рассчитываться. - я презрительно ухмыльнулся. - Пускай похудеют немного. - Это уже перебор! - Алиса мрачно уставилась на меня. - Четвёртая часть... Да это же почти ничего! Лучше бы тогда сразу голодом морить их начал! - Полегче. Голодом морить их никто не будет. Но вот недоедание им не повредит. Они, да и вообще все, должны понимать, что будет, если нарушать правила! - Алиса испуганно уставилась на меня, после чего встала и ушла. Вот ведь чёрт... Скольких я потерял... Все они гибли по разным причинам - кто-то задержался допоздна в лесу, и его утянули хищные деревья, кто-то не успел сбежать от Теней, а кого-то не успели спасти. Каждый из них был на моей совести. Я ведь теперь главный, я принимаю решения, а значит и вся ответственность на мне, и это здорово давило на мою и без того расшатанную психику. Теперь я намного лучше понимал Ольгу Дмитриевну. Я теряю их поддержку. Всего лагеря. Они больше не верят мне. Может, следует их приструнить? Но как? Перед глазами проплыло лицо Шурика. Это всё из-за него! Именно из-за него мы все здесь застряли! Всех нарушителей надо убивать! На месте! Если был один раз, то где вероятность, что не будет рецидива? - Кто это сказал? - я огляделся вокруг. Никого не было. Да не парься. Я это сказал. Ты меня не увидишь. Не нужно тебе это, Сёма. Я твой ближайший друг и соратник. Я хочу помочь. Я понимаю тебя - тебе нужна железная дисциплина, а эти остолопы вообще ни на что не годятся! Так вот, я рекомендую тех, кто пытается сбегать - резать. На месте. Сколько ты их не корми, всё равно за забор смотреть будут. - У нас и так рабочих рук мало! Так ты заставь Алисиных недомерков пахать. Всё равно ничего полезного они не делают, а жрут за двоих каждый! - Маловаты ещё. Хотя... - я прикинул. Лопату они держать смогут. Может быть действительно, заставить их не только сажать и поливать, но ещё и копать грядки и таскать большие баклаги с водой? В общем следовало напрячь их работой посерьёзней. - Думаю, кое в чём ты прав. Ну вот, видишь! Я всегда тебе помогу!

***

Сегодня умерла Мику. Она не успела убежать от Тени, которая напала на неё в лесу, да защищаться она не умела. Нас осталось двадцать один человек. Я уже перестал пытаться вернуть контроль над миром. Теперь я пытался удержать контроль хотя бы над лагерем. Прошло примерно четыре года с того момента, как взорвался автобус и мир полетел в тартарары. Мы плотно засели в лагере. Даже посевы перенесли сюда, благо нас теперь очень мало. Надзиратель говорит, что следует чаще проверять молодняк. Такое ощущение, что они воруют еду. Не могу с ним не согласиться. В лагере мне не доверяют. Они, конечно, делают вид, что слушаются меня, но самом деле они хотят меня прикончить. Я им как кость поперёк горла - не даю, видите ли, уйти в город! Да не дойдут они до туда ни при каких обстоятельствах! Да и города как такового нет и не было. Я тяжело поднялся на ноги. Ольга Дмитриевна ещё спала. Она - моя единственная опора и надежда на то, что эти обезьяны не поубивают друг друга. Она теперь заведует складом. Сегодня нам предстоит большая вылазка - необходимо достать хвороста для факелов. Вылазка провалилась. Тени утащили троих. Нас восемнадцать. Всё из-за меня. Я решил, что пойти по неторной тропинке будет выгоднее. Но кто же знал, что эти черти там ночуют?! Я ничего не успел сделать. Даже моё тело, которое очень сильно закалилось, не могло ничего противопоставить десятку тварей, буквально свалившихся на нас с куста. Из семерых только двое, я и Электроник, остались более-менее целыми. Ещё двое были серьёзно ранены. Так сильно я ещё не косячил. Мне казалось, что каждый житель этого лагеря смотрит на меня с презрением и отвращением. Они все ненавидели меня. Теперь у них есть самый настоящий повод вздёрнуть меня на ближайшем дереве или отправить в лес ночью. Это будет справедливо! Но вот как им тогда быть без меня? Они с трудом научились обрабатывать картошку в условиях постоянных сумерек, а про работу с другими культурами я вообще молчу. Кажется, только я один понимаю, что и в каких пропорциях требуется этим капризным побегам. Но я с каждым днём всё больше и больше отдаляюсь от ребят. Как же быть, как же быть... Теряешь хватку, Сёма. - Есть такое. - тяжело выдохнул я. Они больше не поверят тебе. Никогда. Ты и так довольно долго испытывал их терпение. Сегодня ты капитально обделался. - И что ты предлагаешь? - безынтересно спросил я. Я почти что увидел его в зеркале. Он выглядел почти что как я... А может это и был я? Уже не знаю. По крайней мере забинтованное лицо когда-то принадлежало мне. Оставь всё это, Сёма. Я лучше тебя знаю, как быть. Теперь знаю. Вас было пятьдесят человек. За четыре года ты потерял тридцать два. Слишком много, не находишь? Я не потеряю ни одного. Я смогу их построить. Ты им только поможешь, отказавшись от руководства. Я всё сделаю сам. Доверься мне. Как и всегда. - Как и всегда. - я кивнул. - Командуй, Надзиратель. Теперь ты здесь главный.

***

Всё окончательно пошло к чёрту после того, как я у руля встал Надзиратель. Спустя две недели повсюду начали открываться разломы, и большая часть лагеря просто перестала существовать. Возделывать что-то теперь невозможно, защиты тоже нет. Тени свободно ходят по лагерю. Но если бы только это! Надзиратель окончательно ополоумел в попытке сохранить хоть какую-то иллюзию контроля. За полгода он перерезал почти весь лагерь. Теперь на меня ведётся самая настоящая охота. Оставшиеся пять человек шерстят весь лагерь, в надежде поймать меня и убить. Надзиратель, чёртов предатель! Ты обманул меня! Ты же просто кровожадная сука, которая хочет напиться чужой крови! Надеюсь, ты собой доволен! Ты говоришь мне это пятый месяц подряд. Самому не надоело? Издевается, гнида. Я буду это говорить, пока ты не исчезнешь! Мало того, что сам лагерь пошёл разломами и теперь висит над бездной, так тут ещё и ты! Мы же всё могли наладить! Даже разломы не стали бы для нас помехой! Мы всегда находили выход из подобных ситуаций! Не мы, а Я. Я всегда подсказывал тебе, что делать. Как следует поступать с теми, кто тебя не слушает. Да если бы не я, то вы все бы передохли ещё в первые два года! Надзиратель яростно осклабился. Он почти прав. Я во многом потакал ему, о чём сейчас сожалею. Мне надо найти способ убить его. Затолкать в ту дыру, из которой он вылез. Ты убил Алису! Ты убил всех детей! Они бы всё равно не выжили! Да и к тому же эта твоя драгоценная Алиса пыталась увести их из лагеря. А знаешь, чем это карается?! СМЕРТЬЮ!!! Ты только и делаешь, что караешь всех. Самому не надоело? Издевательски спросил его я.Да и какая угроза?! Ты первый напал на Алису, а ребята просто пытались её защитить! И только поэтому ты перерезал их всех?! Они ничего не понимали, и те, кто жив, тоже не поймут! Они не жильцы. Я их убью, или Тени, какая разница?! Да такая, что мы должны их защищать! Я не мог представить себе, как я буду жить с тем, что я дал волю этой твари. Я виноват во всём. Но пока есть хоть какая-то надежда вытащить хоть кого-нибудь, я буду бороться. Спасти хоть кого-то! Никого ты не спасёшь, Сёма. Ты слабак. Ничего не смог сделать, даже когда у тебя была власть над этим миром. Более того, именно ты стал причиной его гибели. А теперь? Ты просто сидишь и ноешь о том, что я делаю твою работу. Умолкни уже. Надзиратель закрыл глаза, и я оказался в полной темноте. Я ничего не видел и не слышал. Сколько бы я ни пытался выплыть на поверхность когда-то своего сознания, мне это не удавалось. Я проиграл. Я не смог победить Надзирателя. Быть может, прошла целая вечность, а быть может пара мгновений. Не знаю. Я оказался в бункере. Здесь безопасно. Это последнее, что осталось от моего мира. Здесь я когда-то впервые выпустил Надзирателя, дав ему убить Шурика, и здесь же я, очевидно, проведу остаток своих дней.

***

Внезапно дверь распахнулась. - Семён... - послышался тихий голос. - Семён... Я вышел в дверь, и передо мной калейдоскопом пронеслись события, которые я пропустил, сидя в бункере. Никого не осталось. Даже Надзирателя. Он перебил всех. Но потом что-то прикончило и его. А может быть он сам, осознав тщетность своего бытия, исчез? Какая разница? Я пришёл в себя, лежа на своей кровати в домике Ольги Дмитриевны. Он тоже была тут. У неё был сломан позвоночник, и она не могла ни ходить, ни даже шевелить руками. Это случилось, когда открылись разломы. Впрочем, ей ещё повезло - Ульяну вообще размозжило деревом. Хотя повезло ли? Она была последней, кто остался в этом лагере. По каким-то причинам Надзиратель не убил её, как и всех остальных. Может быть, потому что она, как и он, пыталась сохранить порядок? - Ты Семён? - Ольга Дмитриевна обеспокоенно смотрела на меня. - Я... да... - я с трудом сел на кровать. - Вы что-то хотели? - Да. Семён... прошу тебя... я так больше не могу... - на глаза Ольги Дмитриевны навернулись слёзы. - Я больше так не хочу... Добей меня. - Ч-что?! - я ошалело уставился на вожатую. - Но я не... - Я не могу так жить. Я не могу даже пошевелиться. Я устала, понимаешь? - Я всё исправлю... Я смогу это сделать... Я верну всех! - мои кулаки сжались. В одном из них я почувствовал рукоять ножа. Я врал. Я ничего не смогу. Но я не хотел, чтобы последняя живая душа покинула это место. Чтобы здесь остался лишь я. - Ведь теперь... его больше нет. Надзирателя. - Семён... - вожатая грустно улыбнулась. - Я и так сильно здесь задержалась. Если ты можешь всё исправить, то значит ты сможешь вернуть и меня. А сейчас пожалуйста, добей... - Но тогда... - мне хотелось сказать "Я останусь один". Но это было слишком эгоистично. Пускай это будет мой последний акт доброй воли. Акт моего бессилия что-либо изменить. - Хорошо. Я встал и подошёл к Ольге Дмитриевне, усадил её так, чтобы она оперлась спиной о стену и приставил нож ей к горлу. Она улыбнулась. - Будет больно. - она кивнула. - Простите меня. - Ничего стра... - договорить она не успела. Я воткнул ей нож в одну артерию, а потом провёл до другой. Она лишь благодарно прохрипела что-то. Но это было не важно. Она застыла. Улыбка облегчения навсегда застыла на её лице. Я остался один. Навсегда. Я не смог никого спасти. Никогда не мог. Я хочу уйти. Я тоже хочу в забвение. Дверь бункера захлопнулась. Теперь, я надеюсь, навсегда.

***

Доктор отошёл от меня. Я чувствовал, что подушка подо мной промокла от моих слёз. Я был бессилен. Бессилен я и теперь. - Я не могу ничего исправить. - признался я. - Я потерял власть над миром. - Да. Но ты должен её вернуть. Ты же хотел спасти их. Ты же хотел спасти их всех! - рявкнул Доктор. - Я сейчас держу наш мир из последних сил. Я не его хозяин. Его хозяин ты, Семён! Ведь для тебя он был реальным! Он был для тебя тем, что могло тебя изменить! Ты стремился защитить его! А теперь подумай, почему? А ведь и правда... Почему я пытался защитить всех этих нереальных созданий? Для чего мне это было нужно? Каждый раз всё перезапускалось и начиналось по новой, но события не менялись никогда. Пионеры... Я знал их всех очень давно. Все они давно стали для меня чем-то обыденным, но в начале... Я погружался всё глубже и глубже, силясь вспомнить свой самый первый цикл. Все, кто попадал сюда, проходили через это. Было ли это реальностью? Не знаю. Но тогда мне это было не важно. Для меня тогда всё было реальным. Да и этот Семён тоже верит в то, что он сможет выбраться. Я вспомнил то отчаяние, с которым я столкнулся, когда понял, что останусь здесь навсегда. Тогда не было никого, кто мог бы меня вытащить. Но сейчас он есть - и это я. Я вспомнил тот животный страх, когда понял, что весь мой мир рушится, а петля больше не перезапускается. Неужели можно обречь кого-то на подобное? Возможно, Надзиратель бы смог. Но не я. Я встал с кровати. - И как же ты сдерживаешь этот мир? - я уставился на Доктора. - Вспомнил твои уроки. Для нашего мира ты так и остался всемогущим существом. - Доктор пожал плечами. - Ты сам не даешь себе возможности использовать свои силы. Ты запретил использовать их самому себе, после того, как увидел, что будет, если они вырвутся из под контроля. Я был дал тебе время допереть самому, но времени нет, а я - лишь бледная твоя копия, у которой не так много силёнок. Я могу повторить этот трюк, но не воспользоваться им на полную. Прекрати уже бояться! Ты уже смог вылезти из кокона! Вот и сделай так, чтобы этот мир остался цел. Чтобы сюда вернулась Юля. - Ладно... - я направился к выходу из бункера. Один раз я уже выбрался. Мне помогли. А теперь я отплачу. Я спасу её мир. Дверь бункера послушно открылась и на секунду я ослеп.

***

Дикий ветер завывал, загибая деревья словно траву. Летающие острова, некогда бывшие моим миром, висели в нескольких метрах над лагерем. Я был единственным средством, которое не давало им упасть. Пакет на лице ужасно мешался - в нём больше не было нужды. Надо бы его убрать. Я на секунду сосредоточился. Треск рвущейся бумаги и порыв ветра задувает мне в лицо, которое расплывается в кривой усмешке. - Спасибо, Доктор. - я улыбнулся. - И прощай. Я собрал все свои силы и попытался отправить свой мир обратно, туда, откуда он прибыл. Но не выходило. И не выйдет. Знакомый и одновременно омерзительный голос раздался у меня в голове. Ты слишком слаб для этого, Сёма. - Что, явился поживиться? - прорычал я. Доктор был прав - держать этот мир было тяжело. Но усталость, оставшаяся от него, быстро проходила. Тело наливалось моей силой и, несмотря на навалившуюся тяжесть, я наконец-то был счастлив - спасти целый мир! Пусть не мой, пусть я вновь вернусь обратно, наплевать! Больше века проведя в отчаянии, я наконец-то обрёл возможность спасти всех тех, кого уже не надеялся! Если она упадёт - миры сольются. Всё будет потеряно. А значит я не допущу этого! - Хрен тебе! Да ну? Но это же новый мир? Я знаю, что будет происходить! Ты тоже! Вместе мы сможем всех защитить! Теперь - сможем! - Пошёл ты! - рявкнул я. - Я скорее умру, чем позволю тебе вырваться! Умру! В моей голове что-то стрельнуло. Точно! Весь этот мир - это же моё представление о нём. Я его единственный обитатель и полноправный хозяин. Этот мир и есть я. А значит, если я погибну, то и этого мира не станет! Я сфокусировался на своём теле. Я представил, что оно - и есть этот падающий мир. Представить тяжесть и усталость, стазис и стагнацию и принять, слиться с этим... Я открыл глаза. Мир послушно застыл. Отлично! Я и есть этот мир. Он мне абсолютно послушен. Я вспомнил, как очень долго уверял Ульянку в том, что я - всемогущий колдун... Из меня вырвался нервный смешок. А теперь... Я представил, как мою руку переполняет энергия, которая хочет вырваться на волю. Та энергия, которая должна была перезапустить этот мир, но не смогла. Она заперта во мне. А теперь я даю ей свободу! Рука налилась светом, после чего ярко вспыхнула под аккомпанемент дробящихся скал и деревьев. Моя рука исчезла, оставив кровоточащую культю, а часть летающих островов перестала существовать. ЧТО ТЫ ДЕЛАЕШЬ?! завопил Надзиратель. Он был в ужасе. Я лишь злорадно усмехнулся. Теперь я позволил этой энергии заполнить всё моё тело без остатка. Сейчас всё кончится. - Я? Я защищаю этот мир, так как ты никогда не сможешь. - моя улыбка из кривой стала широченной. Я развернулся. Толпа пионеров глядела на меня. Среди них я заметил и Семёна с Леной, взявшихся за руки, Алису, загораживающую Ульяну, Славю, которая оттаскивала кого-то особо любопытного, Мику, которая была крайне сосредоточена на мне, а так же Ольгу Дмитриевну, которая удивлённо смотрела на меня, закрыв руками рот. Вот и отлично. Все они выберутся. И тут я увидел позади пионеров ту, кто помог мне выбраться ещё один раз. Юлю. Я вскинул оставшуюся руку вверх и помахал им. - Я никого из вас не забуду! Спасибо вам, и пока, ребята! - крикнул я. А потом добавил вполголоса: - Спасибо тебе за всё, Юля. Люблю тебя. Прощай. НЕ СМЕЙ!!! Но я уже не слушал его. Я лишь позволил энергии вырваться наружу, аннигилируя моё тело. В последний момент я почувствовал, как что-то врезалось в меня, обвив руками. После этого передо мной простёрлась бесконечная мгла.

***

Это и есть смерть? Я висел в пустоте, не чувствуя тела, ничего не видя и не слыша. Просто болтаться сознанием в пустоте? Ладно. Всё равно у меня есть множество историй, которые я могу вспомнить. Так что будет чем поразвлечься. - Значит, и ты смог выбраться? - голос исходил отовсюду. Значит слышать я всё-таки могу. - А я-то думал, что уже не дождусь. - А ты вообще кто? - Я? Можно сказать, что я создатель этого мира. Я довольно долго наблюдал за тобой. Было интересно. - Ага, спасибо. Так что, я теперь тут застрял? - мне было несколько обидно, что моя драма, затянувшаяся на бог знает сколько лет, просто оказалась развлечением для кого-то. Неприятно, но что поделать? Трагедия одного человека часто становится объектом интереса для большинства. Кто-то искренне ему сочувствует, а кто-то с интересом наблюдает за разворачивающимся спектаклем. Очевидно, передо мной находился тип номер два. - Нет. Ты можешь вернуться. - Куда? - я не понимал его. Куда я могу вернуться? Я подорвал свой мир, стёр его с лица этой вселенной. Больше мне возвращаться было некуда. - Обратно в реальность. - голос также звучал несколько удивлённо. - А куда же ещё? Причём исход можешь выбрать сам. За тот путь, что ты прошёл, я даю тебе право выбора. Перед моими глазами пробежало множество картин. Я на концерте, стою рядом с Алисой. Остановка и Славя, кутающаяся в шубу. Университет. Ульяна, просящая конспекты. Я сижу и пью кофе, а меня приобнимает Лена. Продолжение романа с Машей и его счастливый финал. - Это что? - Всё это реально. Это исход, который ты можешь выбрать при желании. Любой из них будет реален. - Нет. - я закрыл глаза и калейдоскоп исчез. - Это не мой исход. Я хочу закончить свою историю по-другому. Я вернусь в тот мир. Но я вернусь только с моим телом. - У тебя его нет. Ты сам его развоплотил, помнишь? - Так ты же создатель! Нет, не так - Создатель, с большой буквы! Уверен, что воссоздать всего лишь одно тело не составит для тебя большого труда. Я прав? И я хочу вновь увидеть Юлю. Я вернусь только с ней. - Я всегда буду с тобой. - милый голос так же раздавался отовсюду. - Теперь - всегда. Ты смог вернуть всего себя. А значит и меня. - Хорошо. - я улыбнулся. - Но я хочу тебя увидеть. Раз уж я смог тебя вернуть, то я обязательно разыщу тебя в своём мире! - Ничего ты не понял. - усмехнулся Создатель. - Я не уверен, что смогу выполнить твою просьбу - я хоть и могу управлять событиями этого мира, я не уверен, что у меня получится повлиять и на твой. Но будь по-твоему. Даже интересно, как ты будешь разбираться с трудностями.

***

Яркое солнце немилосердно било в глаза. Я зажмурился. - О, проснулся! - Юля возникла прямо перед моим взором. Она широко улыбнулась, после чего уселась рядом, закрывая меня от палящего света. Я тоже сел. Всё тело болело так, будто я побывал в бетономешалке, после чего меня эта же бетономешалка и переехала. На автомате я поднял левую руку, которую я аннигилировал первой. Надо же, на месте. Приятный запах хвои и лесных ягод застилал всё вокруг меня. Я обнял Юлю, и, забыв обо всём, дал волю своим эмоциям. Я не мог сказать ни слова - из глаз текли слёзы, а воздух, поступающий в лёгкие, то и дело перекрывали всхлипы. Я плакал от счастья. - Больше не уходи. - наконец-то выдавил я из себя. Она нежно прижалась ко мне. - Не уйду. - я не хотел, чтобы этот момент заканчивался. Раздался громогласный гудок. Автобус! Значит, сегодня я наконец-то покину этот лагерь! Но так не хотелось бросать Юлю... - Семён, ну ты где застрял! - раздался громоподобный глас Ольги Дмитриевны. - Иди. Тебя там ждут. - Юля поцеловала меня в щёку, после чего шустро высвободилась из моих объятий. - Мы обязательно встретимся. Обещаю. Я схватил пакет со своими немногочисленными вещами, который всё это время лежал рядом, и направился в сторону стоянки. Там собрался весь наш отряд. Когда вышел из-за ворот, все они дружно уставились на меня, как на инопланетянина. - Семён... А что с тобой? - Ольга Дмитриевна первая вышла из ступора. - И где твоя форма?! - Не знаю. Извините, Ольга Дмитриевна, наверное потерял. - широко улыбнулся я. - А с тобой-то что? - А со мной всё просто отлично! Вы бы знали, как я рад вас всех видеть! - я развернулся к ребятам, и так же улыбнулся. - Так мы же с тобой недавно виделись! - встряла Ульянка. - Ты тогда, правда, седым не был... - Это для вас недавно, а для меня - ой как давно! - я подошёл к вожатой. - Вы не волнуйтесь, со мной всё правда хорошо.

***

Уже вечерело. Я сидел в гордом одиночестве, любуясь пейзажами, которые проносились мимо меня. Автобус гудел, а ребята, наигравшись за день, постепенно засыпали. Я вернусь домой. Всё будет просто замечательно. Так что когда окончательно стемнело и меня потянуло в сон, я не стал ему сопротивляться и послушно закрыл глаза.