Возвращайся домой, мой дорогой друг...

Эдгар ещё пару минут смотрел вслед удаляющейся машине сфокусировав свой взгялд на одной точке, а щекой всё ещё ощущая то мимолётное прикосновение чужих губ. Ему это не показалось... Правда не показалось. Но что это означало?.. Признание в чувствах или симпатии? Просто действие, не имеющие никакого значения либо подтекста? Шутка, сыгранная над ним ради забавы? Точного ответа По не знал... Однако точно он знал одно: этот момент он не забудет никогда. Простоял так Эдгар ещё пару минут, но, наконец собравшись с мыслями, он, развернувшись, ещё несколько секунд посмотрев на место, откуда уже как минут, наверное, пять назад уехала машина, медленно направился в сторону своего дома, параллельно продолжая размышлять над этим внезапным, пожалуй, для них обоих действия Рампо. «Зачем он это сделал?.. Это означало что-то серьёзное? А если он просто решил надо мной пошутить... — Про себя говорил юный писатель, пока в его голову пробирались самые ужасные мысли. — А что, если это правда шутка и Рампо на самом деле и вовсе не хочет со мной общаться?!.. Или же это всё таки можно считать проявлением симпатии?.. Хотя, как ко мне её вообще можно...» Эдгар даже не успел закончить предложение своего монолога, как меньше, чем в метре от него пронеслась машина, заставляя По вздрогнуть от неожиданности и застыть на месте. — Эй, аккуратней, парень! — Бросил проходящий мимо, после остановки следующей машины, мужчина, немного покосившись на, видимо, совсем ушедшего в свои мысли Эдгара. — А.. Простите.. — Невнятно промямлил По, стараясь как можно скорей удалиться подальше. Всё же, было немного неловко и перед водителем чуть не сбившей его, по собственной неосторожности парня, машины и перед тем мужчиной, с которым Эдгару, к счастью, нужно было идти в разные стороны. Но, по крайней мере, это немного «отрезвило» голову По, и, пусть все эти размышления и мысли всё ещё крутились у него в голове, он решил полноценно погрузиться и попытаться разобрать в них уже дома. Да и это был далеко не первый случай, когда он оказывался на волоске от того, чтобы упасть в луже крови на дороге от столкновения с машиной, и ему совсем не хотелось, чтобы это произошло на самом деле. Как минимум потому, что если он ляжет в больницу, то не сможет писать Эдогаве каждый день и не исполнит своё обещание. И не будем забывать про то, что, оказавшись в такой ситуации, можно и умереть, либо же получить очень серьёзные травмы, которые могут остаться с тобой на чокнт долгое время, а то и на всю жизнь. Домой По вернулся минут через двадцать, без особого шума проходя в дом. — Ох, ты вернулся. Ну, как всё прошло? — Сказала Элизабет, подошедшая в прихожую, встречать сына. — Привет. Неплохо... — Коротко ответил Эдгар, желая сейчас как можно скорее уединиться в своей комнате. — Я пойду к себе, поем позже. — Брюнет поспешно направился в сторону комнаты. — Ладно.. Но через час, давай, постарайся придти на кухню. И не грусти сильно, Рампо вернётся всего через три месяца, — ответила девушка, не став возражать. Всё же, она понимала, что Эдгару наверняка будет тоскливо без его, пожалуй, единственного близкого друга, и хотела его хоть как-то подбодрить. И, конечно, друзья, помимо Эдогавы, у парня были, но не так, уж и много, да и общался он с ними не очень часто, к тому же, комфортнее и приятнее всего ему было именно с Рампо. Однако, сильно навязываться со своей поддержкой Элизабет не хотела, ведь понимала, что её сын сейчас наверняка предпочтёт побыть одним, в чём оказалась права. Зайдя в комнату, Эдгар закрыл дверь и сел за свой, заваленный бумагами стол, спрятав лицо в ладонях. Ох, в его голове сейчас крутились сотни различных мыслей, и каждая либо бредовее, либо ужаснее другой. «Так, а ну успокойся, По!.. — Говорил себе парень, стараясь привести мысли в порядок. — Наверняка это просто.. Дружеский жест. Да. Это ничего не означало. Точно. — Внушал он себе глупые утверждения, хотя где-то в глубине души понимал, что этот простой поцелуй в щёку вряд ли можно было назвать «дружеским жестом». Как минимум, это должно было свидетельствовать о наличии симпатии к Эдгару у Рампо. Так?.. — Гх.. Бред! Полнейший бред и чушь! Какой ещё «дружеский жест»?.. Но.. С другой стороны, Рампо бы вряд ли полюбил меня... — Продолжал По свой монолог, противореча своим же словам, что его ещё больше запутывало. Однако он и правда, пусть и, не постесняюсь этого слова, мечтал об этом, но совершенно не мог поверить в то, что такоц чудесный, превосходный, прекрасный, умнейший, красивейший и восхитительный Рампо мог полюбить такого, как он сам о себе отзывался, никчёмного, неудачливого, неумелого и ужасного Эдгара, который только и умел, что писать «глупые» стихи и рассказы. — Но если Рампо взаправду меня любит?.. — В очередной раз пронеслось в голове Эдгара, старающегося прогнать эти мысли. — Нет. Мы что, в каком-то Диснеевском сериале или написанном тобой романе? Наверняка он не испытывает к тебе ничего больше, чем симпатии. Сми..- Пойми уже это. — Вновь и вновь убеждал себя По, сжимая и натягивая волосы на голове до болезненных ощущений. Ох, как же ему сейчас хотелось бы высказаться вслух... Но присутствие дома его матери заставляло Эдгара сдерживать это желание, и единственное, что ему оставалось - держать всё у себя в мыслях и выплеснуть это всё на бумагу, как он, обычно, и справлялся со своими переживаниями и другими сильными эмоциями. По взял лист бумаги и свою перьевую ручку, расположив их перед собой. Руки, как всегда, немного дрожали, к чему Эдгар уже совершенно привык, и при написании их тремор ему не сильно мешал, и, собрав мысли в какую-никакую кучу, он, придумывая про себя строки, стал не спеша выводить их на чистом листе. «Правда же, иль ложь, Что можешь ты меня любить? Молчаньем меня, прошу, не тревожь. Им способен ты меня погубить, Как и словами, не буду скрывать. Способны они будто рану, как Блюдо для тебя посолить. Но что же обещает поцелуй Этот сулить? Не стану я лгать: Я ужасно боюсь тебя потерять. И если когда-то придётся мне Тебе сказать «Прощай», То тотчас слёзы мои Польются извне, от мысли лишь Одной об этом... Тебя я молю, остаться Со мною навсегда ты мне обещай.» Стих Эдгару совсем не нравился, ведь тот был написан, так сказать, на скорую руку, в нём рифма была каждый раз через разное количество слов, а в некоторых местах её не было и вовсе. Однако в данный момент он от себя, на своё удивление, ничего грандиозного, или хотя бы просто хорошего, не ожидал, написав этот стих лишь для того, чтобы выплеснуть эмоции. И, скорее всего, сегодня, да и не только, его подобных произведений ждало много...