Часть 19. Ответы
19 августа 2023 г., 07:17
***
Ну, вот и всё. Всё встало на свои места. Яков сидел, уставившись в пустоту. - Барин, куда сейчас?- прервал молчание кучер, не дождавшись указаний. "Не знаю,"-едва не вырвалось у Якова. Очнувшись, назвал свой адрес. Якову необходимо было побыть одному. Дома его ожидал конверт в дверях. От Николая. " Не могу тебя застать ни дома, ни на службе. Есть что обсудить. Буду ждать у себя." Войдя в квартиру, Яков бросил конверт на стол. Это подождет. Яков опустился в кресло и закрыл глаза. Добытые крупицы правды складывались в ужасающую своей гнусностью и цинизмом картину. Заполучив жертву, насильник не мог не воспользоваться ситуацией. Яков стиснул зубы и невольно сжал кулаки. Если только представить, что происходило с маленькой Ксенией все это время, слепая ярость заведёт его в тупик. Но он должен понять последствия того, что произошло в Рождество в доме Тихоновых и перевернуло мир ребёнка. Произошло нечто непонятное, неожиданное и страшное. Привычный мир, который её раньше окружал, продолжал существовать, как будто ничего не случилось. Как будто, это было нормально. Ни тетя, ни горничная, даже родители не вмешались, чтобы это надругательство прекратить.. Что мог почувствовать ребёнок? Страх,стыд, свою вину. Ксения научилась жить в новом для неё мире, жить по его правилам, отгородившись от людей, которые это допустили. Шрамы остались на сердце и в душе. Почему она вышла замуж за насильника? И почему он убил её сейчас? Ведь и раньше не могли не доходить до него циркулирующие в обществе слухи! Ксения хранила свои секреты при жизни и унесла их с собой. Нужно ли раскрывать эти тайны после её смерти? Почему хранила дневник с двумя записями? У Якова не было ответов на эти вопросы. Остались два человека, которые могли бы пролить свет.***
В гостиной дома Курагиных, куда его провел лакей, Якова встретила жена Николая. Яков поздоровался, и она, не дожидаясь его вопроса, объяснила, что мужа задержал неожиданный посетитель, но он скоро к ним спустится. Жена Николая обладала приятной внешностью и манерами. Она предложила напитки, от чего Яков вежливо отказался. Попытка завязать беседу тоже не удалась, так как ему было трудно поддерживать её. Неловкую ситуацию прервало появление Николая, который сразу увёл Якова в свой кабинет. Я знал, что ты не прекратишь копаться в жизни Ксении. Конечно, это твоё дело, но оно может разрушить жизнь других людей. Яков молчал. -К родителям заходил доктор Градов, чтобы выразить соболезнование. Он упомянул некого господина Штильмана, от которого он сам узнал о трагедии. Я догадываюсь, с какой целью ты оказался у доктора. Думаю, что ты напал на след и успел что- нибудь раскопать. Николай подошёл к буфету, достал бутылку коньяка и две рюмки; наполнил одну и вопросительно посмотрел на Якова. Тот отрицательно покачал головой. - А я выпью. Опустошив рюмку, потянулся было за второй, но передумал. - Тихонов-мерзавец, я знал это. Не сразу, нет. Я не так часто бывал дома после поступления в Училище, также, как и ты, я думаю. Когда в первый раз приехал домой на каникулы, увидел другую Ксению. До этого мы были очень близки, все время вместе проводили, у нас не было секретов друг от друга. И вдруг Ксения за несколько месяцев сильно изменилась. Николай остановился и посмотрел на Якова, который, выпрямившись и слегка сощурившись, сидел на стуле и внимательно слушал. Взгляд его был направлен мимо Николая. -Она потеряла всякий интерес к нашим играм, отстранилась от меня, что, конечно, было обидно. Я и сам изменился, наверное. В общем, мы отдалились друг от друга.. Николай налил себе другую рюмку и продолжил. - Когда мне было четырнадцать, а Ксении шестнадцать, нас вместе отправили летом к тетушке на море. Ксения к тому времени превратилась в красивую, уверенную в себе девушку. Нас разместили в разных комнатах. Все было хорошо. Мы вместе гуляли, плавали в море. Ксения была отличной пловчихой, я с ней не мог состязаться, как и в детстве. Она живо интересовалась моей жизнью, учёбой. Казалось, что мы вернулись в старые добрые времена. Спустя пару дней после нашего приезда я ухитрился обгореть на солнце, не мог долго заснуть. Где- то после полуночи я вышел из комнаты, чтобы спуститься на кухню, жажда мучила. И столкнулся с Тихоновым, который в одном исподнем в тот момент вышел из комнаты Ксении. Я опешил, не знал, что сказать. Он тоже ничего не сказал, просто молча прошёл мимо и направился к себе. В то время я уже знал об отношениях противоположных полов. Я вернулся к себе, помню, как бешено колотилось сердце, не мог спать. Я не знал, как буду смотреть на дядю и Ксению. Яков и Николай сидели молча. Николай отметил, каким бледным было лицо Якова,словно вмиг лишившись всех своих красок. Но он должен был еще сказать главное. - Утром последним спустился к завтраку, когда все уже его заканчивали. Дядя и Ксения вели себя, как будто ничего не случилось, обсуждали планы на день. Тетушка, как обычно, помалкивала. После завтрака Ксения предложила мне прогуляться вдоль берега. Мы молча шли рядом. Ни море, ни солнце меня больше не радовали. Я боялся встретиться взглядом с Ксенией. Когда мы отошли довольно далеко от дома, она остановила меня. - Я знаю, что ты видел его ( она никогда не называла дядю по имени) ночью, выходящего из моей комнаты. Успокойся, ничего страшного не произошло, никакой трагедии в этом больше нет.- Я помню, как она это сказала, одновременно прозвучали горечь и насмешка. - Не нужно никому ничего говорить. Не надо теперь вмешиваться в мою жизнь. Я сама буду решать, что мне делать. Пообещай, что будешь молчать. Это важно для меня. Впервые в её голосе я услышал жесткость, ей ранее не свойственную. Я дал слово. Она оставалась моей старшей сестрой, которую я любил и кому привык подчиняться в детстве, понимая, что она умнее, быстрее, сообразительнее меня. Я поверил, что она знала, что делала. До самого отъезда я избегал Тихонова. Почти все время проводил на море, часто вместе с Ксенией. Мы больше не возвращались к этой теме. - Что ты узнал?- Николай прервал свое повествование и обратился к Якову. - Когда и где это впервые произошло. В Рождество, в доме тетушки. Когда Ксении было двенадцать. От горничной. -Вскоре после моего отъезда в Училище. Бедная Ксения. -Горничная может свидетельствовать в суде. Доктор- дать показания о стойкой депрессии у тринадцатилетней девочки. - Собираешься использовать это в суде? Яков не сразу кивнул. - А ты не подумал, почему Ксения не прекратила отношения с Тихоновым? Понятно, в двенадцать, тринадцать лет страх и стыд не давали ей рассказать родителям о случившемся. Но в шестнадцать лет Ксения была уже очень самостоятельной. Я понял, она из Тихонова веревки вила. А он? Я не знаю, что это было, но он был привязан к Ксении, поэтому позволял и терпел её выходки. Родители очень любили её, баловали. Ксения могла бы найти любую причину, чтобы отказаться посещать дом тетушки. Тем более, замуж за него идти. Понимаешь, как все это будет истолковано в суде и в обществе.? И кто в итоге может превратиться в жертву во время слушания? Яков ни слова не произнес во время всего монолога, только наполнил свою рюмку и залпом осушил её. Николай встал, подошёл к окну и, не оборачиваясь, произнес: -Много лет назад по ее просьбе я пообещал Ксении молчать. И я молчал. Но ситуация изменилась.- Он повернулся к Якову,- у меня есть способ наказать Тихонова. -Как? -Он на себе прочувствует то, что вытворял над маленькой Ксенией. У меня есть связи через отца. Какой бы срок Тихонов ни получил, и куда бы его ни сослали, я позабочусь о том , чтобы к нему было соответствующее отношение, и не только со стороны одного человека. - Это всё?-Яков поднялся. - Яков, родители не догадывались о происходящем в доме тетушки. Для них правда может оказаться смертельной, особенно для матушки. Яков ничего не сказал и направился к двери. - Похороны завтра в полдень,-прозвучало в спину Якову.***
Следователь, ведущий дело Ксении, ещё раз пошёл Якову навстречу и устроил ему встречу с Тихоновым. Она проходила в небольшой комнате без окон со столом, по обе стороны которого стояли два стула. Полицейский ввёл арестованного. Яков отметил, насколько тот изменился после их единственной встречи на приеме у Заславских. За несколько дней Тихонов постарел, уже не выглядел столь представительным, как раньше. Ему можно было дать лет шестьдесят. Яков смотрел на человека, который безнаказанно на протяжении нескольких лет совершал чудовищное преступление над ребёнком. При виде Якова у в глазах у Тихонова промелькнуло узнавание. - А, это ты! Любопытство привело.- Голос звучал безразлично, просто констатировал факт. В таком же тоне получил ответ: -Шестнадцать лет тебя устраивала ситуация. Почему сейчас? - Ты не знал?- в голосе его прозвучало торжество.-Ты виноват в её смерти. Она хотела уйти. К тебе. Этого я не мог допустить.***
Яков не пошёл на похороны. Утром в положенное время появился на службе. Помимо уже знакомого дела по жалобе, поступившей из Пензы, лежали ещё несколько папок. Яков ознакомился с их содержанием и отложил в сторону до своего возвращения. День прошел ,как обычно. В конце рабочего дня Яков доложил начальнику, что готов отправиться в Пензу на следующий день. После службы поехал на кладбище. Уже смеркалось. Сторож показал ему , куда идти. Других посетителей не было. Кругом царили тишина и спокойствие. Яков легко нашёл могилу Ксении. Он не верил в загробный мир. Люди уходят навсегда, и живой Ксении больше не было, о чем свидетельствовали посещение прозекторской и этот красивый мраморный памятник с чётко выгравированными буквами и датами её короткой жизни на могиле, усыпанной цветами. То, что там было погребено, уже не было Ксенией- красивой,страстной, полной энергии, жизни, загадочности. Всего пять дней и ночей они провели вместе. Их было мало, этих дней и ночей, чтобы та искорка, возникшая между ними, могла разгореться в нечто большее. Всё могло быть иначе, если бы... Ксения будет существовать в его душе, пока память об эльфе с оборванными крылышками, о том что было и горечь о загубленной жизни не поблекнет и со временем тихо схоронится в её закоулках. Яков не получил ответ на то, почему она вышла замуж за Тихонова. Можно было лишь строить предположения, но он был уверен, что ситуация, в которой оказалась Ксения с малолетства, не могла привести к безболезненному и счастливому окончанию этой истории. Решение, принятое Ксенией, не сделало её счастливой, сделало своей заложницей. Девочке-эльфу подрезали крылья, опустили на землю, оставили одну разбираться, что хорошо и правильно, а что- зло, с которым приходится считаться и бороться, чтобы выжить. Возможно, для этого и хранилась тетрадь с двумя записями. Первая - как память о хорошем, чтобы совсем не потеряться, вторая - напоминание, что есть зло. Яков долго стоял, не в силах уйти и оставить её одну в наступающей темноте и одиночестве. Единственное, что он сказал перед уходом было "Прости".
