ma flamme intérieure

      — Хм, Чуя, тебе не надоело проигрывать мне в карты уже в шестой раз? Вот лично я устал играть за просто так, — подозрительно ласково и в тоже время хитро говорит шатен, бросая многозначительный взгляд на рыжую макушку.       — Отвали, Дазай. Мне только твоих ребусов не хватает, — произносит недовольный парень, не отрываясь от карт у себя в руках. Ему действительно осточертело весь вечер проигрывать. Так ещё и кому! Этому олуху Осаму! Но всё же решает посмотреть на своего "противника" и тут же встречается с жалостливым взглядом. Дазай прав, это скучно. — Ну и что ты предлагаешь?       Накахара закатил глаза и фыркнул, прежде чем развалиться на полу, потягиваясь.       — Допустим желание. Проигравший выполняет одно любое желание победителя, как тебе? — подмигивает и несильно щёлкает парня по носу. Чуя не сразу, но всё-таки соглашается, хотя и понимает, что играть на таких условиях с Дазаем опасно.       Практически в тишине проходит весь следующий час. Конечно, они могли давно закончить, но Чуя периодически слишком долго думал над своим ходом. Оно и понятно, никто особо не горел желанием выполнять прихоть другого.       Накахара бросает оставшиеся карты с характерным вздохом и с глухим стуком о пол откидывается назад, когда Дазай избавляется от последних, и тихо смеётся, стараясь скрыть довольную улыбку.       Осаму нависает над парнем сверху, пока тот скрыл лицо в сгибе локтя. Ему не нужно было смотреть, он и так знал, что шатен лыбится во все тридцать два.       Холодные пальцы едва касаются бледной щеки, и Чуя под ним немного дёргается. Скорее от холода и неожиданности, чем от нежелания.       — Отъебись, Дазай. Говори уже своё желание и катись на все четыре стороны.       — Что же ты так груб с гостем? Во-первых, я хочу сегодня остаться у тебя, так будет немного попроще. А во-вторых, — шатен щурится, прикладывая указательный палец к губам в задумчивом жесте. — Ты сходишь со мной на свидание в ресторан.       Парень тут же снова нависает над невинной жертвой, пока та смотрит на него шокированными голубыми глазами. Накахара уже частично привык к их отношениям. Их нельзя было назвать парой, нет, точно нет. Любовники? Не подходит к ним. Парочка, которая раз через раз устраивает перепихон для того, чтобы выпустить пар? Тоже нет... Они связаны на более глубоком уровне. Возможно, каждый просто боится сам себе признаться, что влюблён в напарника. А говорить о признании в лицо (о боже упаси) вообще незачем. Наверное, это всё само собой когда-нибудь решится.       — Это не просто свидание. Ты пойдёшь в изумительном бордовом платье. Оно тебе очень подойдёт, — и снова эта улыбка. Только сейчас она более мягкая. Дазай целует парня в висок и проводит ледяной рукой по разгорячённой светлой шее Чуи, прежде чем встать.       Тот, в свою очередь, ещё несколько секунд изумлённо хлопает глазами, приподнявшись на локтях.       Остаток вечера проходит спокойно, если не учитывать дежурных ругательств друг на друга. Дазай снова остаётся ночевать у Чуи, пока тот в очередной раз обдумывает его слова и перед сном вспоминает все те прикосновения, которые каждый раз вызывают волну мурашек.

***

      Утром тоже не произошло ничего необычного. Дазай молчал, что заставляло ещё больше напрягаться. Что же задумала эта патлатая голова? Чуя был как на иголках. Оказывается, молчание может сводить с ума не меньше, чем болтовня. Если Осаму так притаился, то жди беды.       В пять часов вечера, когда Накахара выполнял какую-то работу за ноутбуком, уже немного позабыв о желании, его неожиданно хватают за плечи и чуть откидывают назад, на спинку кресла. Дазай проводит по его шее всё такой же холодной рукой и останавливается на челюсти, чуть сжимая и заставляя запрокинуть голову назад.       Парень молчит, только смотрит в тёмный омут глаз Осаму, где черти пляшут. И отчасти это даже нравится ему.       — Ну что, не забыл про уговор? — весёлым голосом спрашивает шатен. Не дожидаясь ответа, берёт Чую за запястье и тянет в гостиную. Там на диване лежало роскошное бархатное платье цвета красного вина. К нему в комплекте шли пара чёрных чулок с кружевами и пояс для них, выполненный всё из того же витиеватого кружева.       Накахара оглядывает это всё скептическим взглядом, скрестив руки на груди. Он пожалеет об этом. Точно пожалеет.       Опустив взгляд на пол, видит пару чёрных туфель bratz? Они вроде так называются.       — Я не буду это надевать, по крайней, мере туфли точно, — юноша морщится, глядя на Дазая из-под рыжей чёлки.       — Ну, Чу-уя, — умоляет парень и смотрит на него щенячьими глазами. Уж очень ему хочется посмотреть на это. И что удивительно, не для того, чтобы поиздеваться, а чтобы получить эстетическое наслаждение. Осаму лично выбирал все вещи и очень хорошо постарался.       Чуя закатывает глаза и со вздохом кивает. Не хочет этого признавать, но ему интересно, что из этого всего выйдет.       — Отличненько, вот тебе ещё один небольшой подарочек, он обязателен, — парень подмигивает и кладёт в руки рыжеволосого небольшую бело-розовую коробку.       — Ты, блядь, вообще с ума сошёл, идиот?! — Накахара взрывается и вполсилы бьёт шатена в грудь кулаком, вызывая лишь смех у "жертвы", хотя надо ещё подумать хорошенько, кто тут жертва.       — Ну чего ты. Я вполне в своём уме. Давай, ты не пожалеешь, — Дазай хлопает его по плечу, чуть сжимая. — Через час мы выходим, можешь особо не торопиться со сборами.       Чуя прожигал его взглядом около двух минут, практически не моргая, но всё же схватил вещи, вихрем залетев в ванну.       В той самой коробочке лежал новенький вибратор на дистанционном управлении. Дазай – тот ещё извращуга, в этом юноша убедился давно. В постели не раз предлагал что-нибудь экзотическое, на что всегда получал отказ. Возможно, мафиози просто боялся чего-то нового, тем более, находясь в столь непростых отношениях с Осаму.       Младший сидел на том самом диване уже минут пятнадцать, периодически поглядывая на часы. Нет, они ещё не опаздывают. В запасе было около двадцати минут.       На парне надет классический официальный чёрный костюм. Чтобы не выглядеть каким-то офисным работником, решил надеть пару серебряных колец на обе руки. Да, это не особо спасало ситуацию, но всё было уже не так плохо. Затуманенный взгляд карих глаз скользил по стене. Слишком умным быть не нужно, чтобы понять, что молодой человек ушёл в себя и о чем-то думал. Щелчок двери в ванной заставил прийти в себя и, сложив руки в карманы брюк, встал и стал ждать, пока в дверном проёме появится Чуя. Шатен искренне надеялся, что он использовал все вещи, которые ему дал.