ma flamme intérieure

      У Дазая хватило самообладания, чтобы держать челюсть закрытой при виде юноши. Он выглядел... Великолепно? Прекрасно? Ослепительно?  Наверное, всё и сразу.       Платье сидело идеально и очень гармонично контрастировало с молочной кожей. Чулки подчёркивали изящные худые ноги, а туфли на них идеально дополняли весь образ, не в повседневной же обуви идти. Тогда все старания были бы напрасны.       Чуя неловко переминался с ноги на ногу и смотрел в пол, чуть краснея? Неужели Дазай заставил его чувствовать себя неловко? Да не может такого быть. Осаму прокашлялся и медленно подошёл к нему. Из-за каблуков разница в росте была примерно в пять-восемь сантиметров, теперь шатен мог практически не наклоняться.       Он аккуратно взял его за подбородок и повернул лицо на себя так, чтобы их взгляды встретились. Накахара всегда во время таких моментов по началу был бойким, словно злющий тигр, но вскоре тушевался и становился чувствительным котёнком, который на каждое прикосновение реагировал довольно сильно. Даже сейчас его щёки стали ещё розовее, а кончики ушей заалели, хотя взгляд оставался всё таким же ясным.       «Ну ничего, это ненадолго», — подумал Осаму, притянув юношу к себе одним движением руки, впился губами, проникая языком в податливый рот.       Чую, это действие нисколько не смутило, они целовались много раз в подобные моменты. И чаще всего это было грубо и неожиданно. Не как это делают обычные парочки, нет. Скорее, чтобы утолить своё собственное желание, практически не заботясь о чувствах другого. По крайней мере, ему всегда так казалось.       Пока Накахара упивался этим глубоким поцелуем, Дазай достал из кармана брюк телефон и, не привлекая внимания рыжего, по памяти зашёл в приложение и совершил пару взмахов пальцем вверх-вниз по экрану. Юноша от неожиданности сильно прикусил нижнюю губу Осаму и всхлипнул, попутно отстраняясь. Первое, что он увидел, когда его зрение сфокусировалось, так это довольную ухмылку шатена.       — И, несмотря на все отрицания, ты всё же воспользовался моим небольшим подарком, — парень снова подошёл к нему практически вплотную, поглаживая светлое, хрупкое на первый взгляд плечо, плавно переходя от него на левое бедро.       — Я ненавижу тебя, — прошипел, слабо толкнув Дазая кулаком в плечо.       — Знаешь, чего тебе не хватает? — Дазай молча развернул его спиной к себе и достал уже из другого кармана золотое ожерелье с жемчугом и рубиновыми камнями. Он застегнул его и задержал взгляд тёмных глаз на собранные в хвост огненные волосы.       Под ловкими руками этот самый хвост распался, и теперь яркие волосы Чуи лежали на его плечах. Ему было неудобно ходить с распущенными волосами, поэтому практически всегда они были собраны на затылке.       — Тебе так больше идёт, — прошептал Дазай ему в самое ухо. — Мне очень нравятся твои волосы, — за этим шёпотом последовал практически невесомый поцелуй в висок.       Сегодня Осаму слишком нежный. Слишком, не такой как обычно. Накахара уж было успел задуматься над этим, как его взяли за запястье и повели к входной двери.       — Машина уже ждёт, ты готов?       Чуя кивает и совершенно не понимает напарника. Он то дразнит его, то ласково гладит. Все эти взгляды и вздохи могут натолкнуть не на ту мысль. А сейчас он ведёт себя как обычно, будто не зажимал его пять минут назад в дверном проёме и не вытаскивал бедную душу страстным поцелуем.       — Да, готов.

***

      Дазай привёз Чую в довольно дорогой ресторан, который находился практически в самом центре города. По крайней мере, его внешний вид очень хорошо говорил о том, что не каждый сможет позволить себе хотя бы чашечку чая.       Просторное помещение, добродушный персонал, хорошо подобранный дизайн, удобное расположение столиков.       Были и такие, что сидя за ними, тебя практически не было видно. Именно за один из них и привёл его шатен.  Было очень неловко появляться в столь престижном месте в таком виде. Но на удивление, Чуя ещё ни разу не словил на себе косого взгляда. Видимо, он и вправду выглядел сейчас как девушка, если особо не приглядываться. Тем более, он был не обделен врождённой красотой и обаянием, что сыграло ему на руку.       Через минуту после того, как они выбрали подходящее место и благополучно там расположились, к ним подошла милая девушка-официантка и предложила меню. Юношу очень настораживало, что Осаму до сих пор ничего не сделал. Всю дорогу до ресторана он даже не прикоснулся к телефону или к нему. Только помог снять кожаную куртку, когда они выбрали столик и... Вроде бы всё время, проведённое в такси, он только и делал, что смотрел на него, словно раздевал взглядом, но он мог ошибаться из-за темноты в салоне.       Значит, этот гад решил устроить шоу прямо здесь... Он попал.       — Как тебе обстановка, всё устраивает? — будничным тоном спросил парень и посмотрел на него поверх меню, обрамлённым кожаным переплётом, в котором были описаны все имеющиеся позиции ресторана. — Выбирай, что хочешь, не стесняйся.       Чуя сдержанно кивает и опускает взгляд в меню, но не успевает прочесть и первой строчки, как тело вдруг пронизывает, будто тысяча маленьких иголочек. Он сдавленно выдыхает и, впившись в твёрдую обложку меню, смотрит на Дазая. Тот довольно улыбается и водит пальцем по экрану телефона, явно счастливый, что результат новой игрушки его порадовал.       — Твою мать, Дазай, ты издеваешься что-ли... — юноша старается дышать ровнее, чтобы не привлечь к себе лишнего внимания, но это выходит не очень хорошо, потому он утыкается ртом в тыльную часть ладони.       В это время к ним подходит всё та же девушка-официантка и принимает заказ. Накахара слышит, как она обращается к нему, но не может разобрать ни слова из-за шумящей крови в ушах. Все его силы сейчас уходят на то, чтобы сидеть более-менее ровно и спокойно и, конечно же, не забывать дышать.       В этот самый момент, по всей видимости, шатен решил поставить более активный режим вибрации, что у Чуи аж заплясали чёрные пятна перед глазами, ещё к тому же начало приятно сводить низ живота. Ему пришлось отвернуться и сделать вид, что он что-то ищет в своих вещах. Как же неловко и приятно одновременно.       Осаму увидел, что его... Спутница? Сейчас явно не в состоянии ответить, поэтому выбирает всё на свой вкус и, проводив девушку взглядом и лёгкой улыбкой смотрит на чуть трясущегося парнишку, который, закрыв рот рукой, старается сдерживаться.       — Ну что же ты, Чу-уя, мы же только пришли. Возьми себя в руки, или режим вибрации снова перейдёт на более высокий, — в подтверждение своих слов младший что-то переключает в телефоне, и Накахара, не сдержавшись, довольно громко стонет, тут же прикрываясь кашлем и делая вид, что подавился.       — Чёртов ублюдок, я вырву тебя пальцы и сделаю из них садовые грабли, — практически сквозь зубы говорит старший и отпивает пару глотков воды из высокого стакана, который любезно принесла им девушка вместе с меню. Он принимает правила этой чёртовой игры и, скрестив руки на груди, начинает смотреть на Дазая. Ему нужно было на чём-то сосредоточиться, и этот забинтованный смертник, как никто другой подходил на эту роль. Через какое-то время мощность игрушки значительно снизилась, но не упала до нуля. Явно давая понять, что Осаму не даст ему сидеть совершенно спокойно. Ну и хер и ним, сейчас, по крайней мере, можно дышать спокойно.       — Видишь, можешь же, когда хочешь, — Дазай аккуратно берёт его левую руку и нежно целует в костяшки пальцев, попутно смотря поверх светлой кисти. Смотря прямо в душу Чуи. У того, в свою очередь, было ощущение, что мир остановился. Что-то явно изменилось в нём. Или в них...       К парням подходит официантка и ставит на стол пару блюд с подноса. Для юноши шатен специально заказал телятину, тушёную в томатном соусе, какой-то лёгкий овощной салат и, конечно же, бутылку красного вина для двоих. Внешний вид блюд выглядел более чем аппетитно.       Осаму ещё раз крепко сжимает руку старшего и достаёт телефон, когда они остаются одни.       По одному только взгляду можно было понять, что юноша напрягся. К его счастью, за этим действием ничего не последовало. Гаджет так и продолжил лежать с заблокированным экраном.       Шатен стал разливать бордовую жидкость по бокалам, иногда поглядывая на своего партнёра на сегодняшнем вечере.       — Мне вот интересно... Что же тебя, такого узколобого мафиози, натолкнуло на такой вечер? Порнушки пересмотрел? — Чуя делает два больших глотка из бокала в надежде расслабиться. Хотя бы физически.       — Твой прекрасный утренний вид пару дней назад, когда ты был в одной футболке, она еле прикрывала твои изящные бёдра, сплошь покрытые моими укусами, синяки, наверное, до сих пор остались, да? Ты так красиво пританцовывал у плиты, пока готовил блинчики. Мне подумалось, что платье смотрелось бы на тебе просто великолепно. А вибратор... Это так, пришло в голову практически в самый последний момент. А что не нравится? — Дазай старается особо не налегать на алкоголь, это в его план не входит. Он только делает вид, что пьёт, тем самым невербально заставляя Чую делать несколько глотков после него. Некая маленькая манипуляция.       — Нравится... — Накахара ещё сильнее краснеет. Кровь и так прилила к лицу из-за алкоголя, а стыд и неловкость окрашивают щёки ещё в более красный цвет. Шея и плечи по ощущениям тоже начинают гореть. Он опускает взгляд на практически не тронутое блюдо. Ему не хочется есть, все мысли только о Дазае и его подарке, который всё ещё работает в слабом режиме.       — Какой же ты откровенный стал, мой дорогой Чуя. Хочешь, мы перейдём на новый уровень нашей игры? — он ждёт согласия старшего и улыбается. Улыбается так довольно и хитро, что становится понятно. Всё идёт по плану. По его плану, чёрт возьми. Ну и пусть. Можно же хоть иногда отдавать контроль в чужие руки. Контроль над ситуацией и им самим.       Дазай постепенно увеличивает мощность, и ноги Чуи с каждой минутой дрожат всё сильнее. Он прячет раскрасневшееся лицо в ладонях, часто, но пока ещё тихо и рвано дышит. Периодически всхлипывает и старается найти точку опоры.       От тёмных глаз ничего не утаить. Осаму видит, что юноша начинает теряться в пространстве. То за стол схватится, то за обивку дивана, на котором сидит.       — Хочешь, чтобы я был рядом? Мне сесть с тобой? — сами фразы показывают некую заботу о партнёре, но тон, которым они были сказаны... Лицо шатена не выражало никаких эмоций, он словно из камня был сделан.       «Это всё игра? Хорошее самообладание? Или он таким образом решил поиздеваться надо мной, а потом хвастаться компроматом? Чёртов придурок, как же я тебя ненавижу!» — проносится в голове у рыжеволосого. Но ему сейчас плевать на последствия. Ему нужно.       Накахара кивает, глядя на своего мучителя из-под рыжей чёлки мутным несфокусированным взглядом.       Дазай садится рядом, приобнимает его одной рукой, внимательно следя за каждым движением. Второй рукой он снова проводит по экрану телефона и в очередной раз увеличивает мощность.       В этот момент у Чуи, словно рычаг, спускают его внутренние черти из тихого омута. Он жмётся к младшему всем телом, сминает пиджак дрожащими пальцами и прячет в чёрной ткани одежды периодические стоны. Как же ему хорошо, чертовски хорошо. Но ужасно хочется больше.       Осаму кладёт руку на заднюю часть чувствительной шеи старшего, выводя на ней незамысловатые узоры. От таких прикосновений Накахара вздрагивает ещё сильнее.       — П-поехали домой.... Пожалуйста, — практически скулит он через некоторое время такой пытки и тычется носом в горячую шею младшего.       — Что? Я не расслышал. Повтори ещё раз, чего ты хочешь, — Дазай откровенно издевается над ним.       Прерывистые тёплые выдохи в районе шеи на мгновение перехватывают его дыхание, но Дазай быстро берёт себя в руки.       — Тебя хочу, — из последних сил и практически не соображая, говорит юноша. Он смазано целует шатена в уголок губ. Не попал. Ещё одна попытка явно окажется ещё хуже, поэтому он просто сжимает пиджак и рубашку под ним в два раза сильнее. До жалостного скрипа ткани. До побеления костяшек.       — Хороший мальчик... Сейчас поедем, — парень целует Чую в макушку и из жалости и моральных соображений убавляет мощность вибратора. Не до конца, но чтобы Накахара смог хотя бы немного прийти в себя.       Машина подъезжает довольно быстро, Дазай берёт Чую на руки. Да, вот прям так. Прямо в ресторане. Если честно, ему абсолютно плевать, что о них подумают.