LYCORIS

~~~

      Вернувшись в Ад, Намджун безразлично проходит мимо своих подданных, услужливо преклоняющих головы перед повелителем. Он озадачен последними событиями и разговором с Проводником, который, по его словам, ничего не знает о судьбе истинного наследника тёмного царства. Врёт? Какой ему в этом толк? Возможно, имеет свои мотивы, но ведь он нейтральное существо, в принципе не занимающее чью-то сторону.       Когда Дьявол просил его помочь подменить детей, то взамен обещал поделиться властью, как только задуманное будет исполнено. По сути, Хосок мог отказать, но ведь сам согласился на сделку.       — Приведи ко мне Кима, — бросает Намджун, проходя мимо приближенного слуги, что тут же кланяется в знак покорности и исчезает.       Дьявол смотрит на башню, где сейчас обитает Чимин, и прищуривается, в очередной раз прокручивая в голове обновлённый план. Намджун привязался к человеческому ребёнку, наделил его властью и статусом, хотя изначально планировал использовать исключительно для своей выгоды.       — Вызывали, повелитель? — слышится за спиной, вырывая Дьявола из размышлений.       — Да. Нужно кое-что обсудить. Давай спустимся на Землю. Это слишком деликатное дело, — он прикасается к плечу Тэхёна и тут же трансгрессирует их в задуманное место.       Как только они оказываются в шикарном особняке, Тэ с удивлением осматривается, не понимая, почему Повелитель перенес их именно сюда.       — Можешь не гадать. Я намеренно привёл тебя в этот дом. В ближайшие несколько лет он станет твоим новым пристанищем, — Намджун подходит к огромному панорамному окну и смотрит на расположившийся внизу город.       Он не часто спускается на Землю, считая этот мир недостойным его внимания. Но пока его собственный сын живёт в этом алчном и бесстыдном мире, придётся пересмотреть свои убеждения и отодвинуть гордыню на второй план.       Дневной свет заливает город, отражаясь от стеклянных фасадов зданий, а яркие лучи создают ослепительные блики. Намджун видит, как неоновые вывески перерезают дневную суету, как гигантские рекламные экраны мерцают, постоянно сменяя изображения, и всё это режет ему глаза. Он любит мрак, сейчас делая над собой неимоверные усилия оставаться в этом мерзком для него месте, но на кон поставлена слишком высокая ставка.       — Вы хотите изменить свои планы? — с тревогой отзывается Ким, несмело подходя немного ближе к Повелителю.       Высокие небоскрёбы даже ему кажутся стремящимися пробить облака, а их световые короны больше похожи на иллюзию магического города. Внизу, на улицах, жизнь не замирает ни на секунду: машины снуют, оставляя за собой светящиеся следы, пешеходы переходят дороги, торопясь по своим делам, клубы и рестораны гудят, как ульи.       Но Намджун молчит, выдерживая понятную только ему паузу. Его взгляд строг и внимателен, отыскивая в этом мире изъяны. Глаза скользят по фасадам зданий, ищут трещины по грязным переулкам, где могут скрываться тени. Он отмечает узкие улочки, заполонённые людьми и мелкими магазинчиками, где процветает нелегальный бизнес. Парки и скверы, которые на первый взгляд выглядят идеально, скрывают под собой гораздо больше, чем кажется на первый взгляд. Но среди всех этих деталей Дьявол также ищет что-то, что может привлечь внимание или хотя бы зацепить его величественный взгляд. Возможно, это одинокий фонарь, горящий более ярко, чем другие, или необычный узор на здании, бросающий вызов привычным архитектурным канонам.       — Скажи, — наконец подаёт голос Дьявол, продолжая стоять к Киму спиной. — На что ты готов ради блага нашего царства?       — На всё, — рапортует Тэхён, немного смелея и равняясь со своим Повелителем, занимая место справа от него.       Он так же скользит взглядом по открывшемуся ему виду и с интересом рассматривает этот мир. В Сеул Ким спускался не раз, сформировав о данном месте своё мнение. Это город контрастов, где модерн соседствует с традицией, а за каждым углом могут скрываться сюрпризы.       — Это хорошо, — оторвав взгляд, Намджун обращает его к своему подданному, отмечая, что Тэ — единственный, кто сможет выполнить уготовленную ему миссию. В нём столько пороков и грехов, сколько и соблазна в его внешности. Красивый молодой чёрт, умеющий искушать всё живое.       Намджун вновь оборачивается к окну, окидывая взглядом мир людей. Он чувствует отвращение к этому хаосу, но одновременно и восхищается тем, как человечество строит свою жизнь, используя те же самые грехи, которые Дьявол так усердно культивирует. Небоскрёбы, задевающие шпилями облака, словно пытаются оспорить его власть над тьмой, но Намджуна это лишь забавляет. Жалкая пародия величества, созданная тщеславием.       — Этот город — символ человеческой алчности и амбиций. Он живёт и дышит грехом. Здесь мы можем найти именно то, что нужно для нашей цели.       Тэхён внимательно слушает, не перебивая. Его тёмные глаза вспыхивают азартом, а на губах застывает хитрая улыбка. Он понимает: миссия будет не только испытанием, но и шансом проявить себя перед Повелителем. Но страх навредить своему воспитаннику Чимину холодком проносится по телу.       — Протяни руку, — требует Намджун, резко развернувшись и в доли секунд оказавшись возле Тэхёна. — Я поведаю тебе очень важную тайну и хочу быть уверен, что никто её не узнает. В мои планы не входило раскрыть свой замысел, но я вынужден тебя в него посвятить, иначе вся задумка будет под угрозой.       Демон молча оголяет до локтя руку и протягивает её Повелителю. Он знает этот ритуал молчания и не противится. Намджун прикасается к чужому запястью, и над мужчинами возникает тёмное сияние. В воздухе раздаётся шёпот древних заклинаний, пространство начинает искажаться. Демон ощущает, как невидимые нити обвивают руку, проникая под кожу и связывая его сущность с волей Повелителя.       — Кровь и тьма, — произносит Дьявол повелевающим и зловещим голосом. — Ты, Ким Тэхён, клянешься хранить тайну, которую я тебе открою, под страхом вечного забвения и мучений в бездне.       Внутри демона ощущается пульсация в такт с ритмом древней магии, наполняющей комнату. Он знает, что этот ритуал связывает его не только словами, но и магической сущностью, что в случае нарушения клятвы будет им управлять. Любое предательство этой клятвы приведёт к неминуемой гибели.       — Я клянусь, мой Повелитель, — отвечает он твёрдо, хотя внутри всё сжимается от осознания серьёзности происходящего.       Намджун проводит когтем по запястью Тэхёна, оставляя глубокий порез. Другой делает на своём, из которого начинает сочиться чёрная кровь. Он подносит руку к ране демона, образуя пульсирующую тёмную энергию.       — Пусть наша кровь станет печатью этой клятвы, — тёмная энергия проникает в тело Кима, оставляя на запястье чёрный знак — символ вечного молчания, а магия запечатывает слова и мысли, связанные с этой тайной. Теперь Тэ не сможет произнести того, что ему будет открыто, без разрешения Повелителя.       — Знай, Тэхён, — продолжает Намджун, его глаза сверкают тьмой. — Чимин не мой сын. Он сын света, а настоящим наследником Ада является Чонгук. Он — моё истинное дитя. Я поменял детей местами, чтобы мой сын мог исполнить предназначения, взрастая в Раю. Но, видимо, пророчество знаю не только я, поэтому Юнги сослал Чонгука на Землю, думая, что это его ребёнок, дабы уберечь его. Встреча мальчиков была не случайна. У нас появился новый шанс, и наша цель — пробудить в Чонгуке его демоническую сущность, чтобы он стал ключом к вратам Рая.       Тэхён, поражённый услышанным, теряет дар речи, не в силах выразить свои мысли вслух. Клятва молчания надёжно запечатала его уста. Он лишь кивает, принимая на себя новую ответственность и осознавая, что впереди его ждёт сложная миссия.       Намджун убирает руку, и тёмное сияние постепенно рассеивается. Ритуал завершён, и теперь судьбы Тэхёна, Чимина и Чонгука переплетены ещё теснее. Демон понимает, что от его действий зависит не только успех плана Повелителя, но и его собственная жизнь.       — Помни, — говорит Намджун, правда, уже обыденным голосом. — Любое нарушение клятвы приведёт к последствиям, которые ты не сможешь себе представить. Ты должен стать тенью, — продолжает мужчина, наконец, отворачиваясь от своего подданного. — Найди слабости Чонгука, пойми, что делает его уязвимыми. Мой сын уже столько лет растёт среди людей, значит, в его сердце есть место для сомнений, страха, и, самое главное, для соблазна.       — Чимин тоже будет частью плана? — уточняет Тэхён, стараясь говорить спокойно, хотя внутри у него всё кипит от нетерпения.       — Да. Принц не знает правды, но он достаточно умён, чтобы ощущать свою силу, а его светлая сторона скоро может открыться и дать ему возможность чувствовать ложь. Ты должен воспользоваться временем с умом. Показать Чимину, как пользоваться наделенной мною силою в наших интересах. Будешь направлять его, пока он не выполнит свою роль.       — Значит, Чимин станет ключом к пробуждению тёмной стороны Чонгука? — уточняет Ким, уже представляя, насколько важную миссию возлагает на него Повелитель.       — Именно так. Он ещё чист, хотя я и пытался зародить в нём демоническую сущность. К сожалению, действовать в одиночку принц не сможет. Чимин станет не только соблазном для моего сына, но и его разрушением.       — Сделаю всё, что в моих силах, — в груди Кима разгорается азарт. Он уже предвкушает момент, когда начнёт действовать, когда сможет войти в жизнь Чонгука и незаметно её перевернуть, хотя привязанность к лжепринцу слегка будоражит внутренности.       — Запомни, — голос Намджуна становится шепчущим, но от этого не менее зловещим. — Этот мальчик — мой настоящий сын — наш единственный шанс захватить то, что всегда принадлежало этим жалким созданиям. Мы не можем позволить ему оставаться светлым. Его тьма — наше будущее.       Тэхён молча кивает, ещё раз кланяясь перед Повелителем. Он знает, что времени на подготовку у него будет немного. Впереди его ждёт сложная игра, где на кону стоят не только жизни, но и целые миры.

~~~

      Вернувшись в Ад после разговора с Намджуном, Тэхён неспешно идёт по трескающейся от жары земле. Он направляется туда, куда редко ступает даже нога обычного демона. Это место носит название — Пустошь Эха. Каменные колонны, похожие на оскаленные зубы, устремляются в небо, несуществующее на самом деле. Земля покрыта тонкой плёнкой серы. В центре Пустоши располагается озеро, наполненное не водой, а густой чёрной субстанцией. Тэхён подходит к самому краю и медленно опускается на корточки. Взгляд устремлён на гладкую неподвижную поверхность, но в ней он видит не отражение, а хаос своих мыслей. Это место пугает даже его — демона, который не привык бояться.        Слова, озвученные Люцифером, звучат в голове, словно раскаты грома. Чимин — ангел? Настоящий наследник Ада не он, а какой-то мальчишка из захудалого района на Земле?       Но почему это так обжигает? Почему мысль о том, что Чимин не принадлежит Тьме, причиняет такую острую боль? Ким так привязался к этому мальчишке.       Демон сжимает челюсти, вспоминая каждый момент, проведённый рядом с ним. Его лицо, взгляд, смех… Чимин с самого своего появления в Аду выглядел… иначе. Слишком чистым, слишком светлым, словно его место не во мраке, а под солнечными лучами. И всё это время внутри Тэхена что-то неуловимое шептало, что этот ребёнок не такой, как все. Что-то было в нём чужое, но Ким упорно игнорировал свои подозрения, так как слепо верил, что Чимин — сын Намджуна. В конце концов, как он мог усомниться в словах самого Повелителя Ада?       Несмотря на то, что Ким все эти годы почитал мальчика, он не должен был позволить себе привязанность. Ведь для демона, кем он, по сути, является, это просто немыслимо. Все эти чувства только его ошибка. Глупая слабость.       «Привязанность». Это cлово звучит в голове Тэхёна как насмешка, заставляя скривиться в гримасе отвращения. Он сжимает кулаки так сильно, что острые ногти впиваются в ладони.       — Глупец… — хрипло шепчет сам себе. — Как я мог позволить этому случиться?       Губы изгибаются в болезненной усмешке, обнажая острые клыки. Тэхён рвано выдыхает через стиснутые зубы и морщится, испытывая острую смесь гнева и презрения к самому себе.       — Я демон высшего ранга! — практически рычит он. Его глаза вспыхивают алым, словно две раскалённые угольные дыры, а сжатые кулаки дрожат от напряжения. — Я правая рука самого Люцифера! — Тэхён резко поворачивается спиной к озеру, с силой ударяя кулаком по ближайшей каменной колонне. Раздается глухой треск, а на камне остаётся глубокая трещина.       Он медленно задирает рукав плаща. На коже, как выжженное клеймо, красуется печать, связывающая его с самим Дьяволом. Ким внимательно осматривает тонкие линии чёрного и багрового цветов: они блестят, будто пропитанные живой тьмой, и пульсируют при малейшем движении.       Повелитель удостоил его каплей собственной крови, тогда-то кожа и обожглась от этой смеси. Это был миг боли, но и высшей чести. Никто, кроме избранных, прежде не был награждён подобным.       — Я сделаю всё, как вы мне приказали, мой Господин, — подушечками пальцев демон скользит по шраму, пытаясь ощутить силу, текущую через эту метку. На губах появляется едва заметная усмешка, больше напоминающая оскал.       Тэхён — мастер обмана и изящной игры. За века он привык быть тем, кем нужно: другом, врагом, союзником — кем угодно, лишь бы достичь своей цели. Ему не составит труда остаться для Чимина всё тем же Тэхёном: заботливым, преданным, тем, кто всегда рядом. Тем, кто понимает его, как никто другой.       Но за этой маской будет скрываться совсем другой Ким. Истинный демон. Тот, кто шаг за шагом подведёт мальчишку к неизбежной пропасти, даже если это будет сопровождаться ложными улыбками и поддержкой. И если обстоятельства потребуют, сам же и столкнет в бездонную яму.       Тэхён сделает это. Он был создан для подобных задач. И всё же где-то глубоко внутри, в уголке, который демон давно пытался уничтожить, что-то дрожит. Но он заглушит это. Погасит, как огонь свечи. Потому что слабости в демоне высшего ранга быть просто не может.

~~~

      Прохаживаясь по дому и удивляясь его нестандартной планировке и атрибутике, Чимин то и дело поглядывает на наставника. Тот стоит молча, наблюдая за мальчишкой, что, открыв рот, трогает мебель, а потом и вовсе плюхается на мягкий диван, стоящий в гостиной.       — Нравится? — переспрашивает Ким, опершись плечом на стену.       — Ещё бы! — восклицает мальчишка. Теперь в его поведении и чертах Тэхёну всё очевидно. Доброта, наивность, открытость — это не может быть присуще сыну Дьявола. Только ангелу и сыну Рая.       Чимину всего четырнадцать лет, которые он прожил в аду и был принцем этого мрачного царства. Он привык к демонам-слугам, что бесконечно заботились о нём, но всё равно безумно хочет вкусить новой жизни в статусе человека. Его внимание привлекают автоматические двери, плавно открывающиеся при его приближении, и освещение, самостоятельно подстраивающееся под уровень естественного света. Юноша замечает, что температура в комнатах весьма комфортна, очень похожая на ту, к которой он привык в аду.       Тэхён, наблюдая за реакцией Чимина, объясняет, что и как работает в этом доме, следуя за парнем по комнатам и улыбаясь его наивности. Тот, привыкший к суровым условиям ада, с удивлением и любопытством осваивает новые технологии и возможности, предоставленные умным домом. Каждое устройство и функция становятся для него открытием, отражающим сложность и изобретательность человеческого мира.       — А почему отец внезапно передумал и отправил нас с тобой жить на Землю? — остановившись, спрашивает принц.       — Почему спрашиваешь? — проходя на кухню-студию, демон включает кофемашину, слыша за спиной шаги мальчишки. — Не согласен с его решением?       — Шутишь? Я в полном восторге! Просто удивлен. Он всегда был против моих посещений человеческого мира, а тут внезапно поменял мнение, — Чимин подходит ближе, разглядывая гудящее устройство. — Что это? — добавляет он, следя за действиями наставника.       — Эта машинка варит очень вкусный напиток. Тебе понравится, он слегка горьковат, но оставляет шикарное послевкусие.       Тэхён вынимает из шкафчика две небольшие чашки и ставит их под носики кофемашины, наблюдая, как горячая тёмная жидкость наполняет их густым ароматом. Он наклоняет голову, с интересом разглядывая выражение юного лица, в котором смешиваются любопытство и лёгкое недоумение.       — Отец не просто так передумал, — наконец говорит Ким. — У него большие планы на этот мир, и ты в центре всего.       — Я? — Чимин удивлённо поднимает взгляд. — Но почему я?       Тэхён ставит наполненную чашку, из которой красиво поднимается пар, перед мальчишкой и протягивает ему ложечку.       — Потому что ты его наследник, — объясняет демон, присаживаясь за высокую барную стойку. — На Земле настало время пороков. Люди ещё никогда не были так уязвимы. Твоя задача — изучить их слабости. Узнать, как они мыслят, как живут. Ты должен стать для них своим, понимаешь?       Чимин подносит чашку к лицу, вдыхая непривычный терпкий аромат кофе. Он пробует первый глоток и едва сдерживает гримасу.       — Горько, — бурчит и кривится. — Почему людям это нравится?       — Потому что горькое учит ценить сладкое, — загадочно отвечает Тэхён, заглядывая в янтарную жидкость своей чашки. — И не говори, что в Аду ты не видел подобных вещей. Там ведь тоже знают, как смешивать удовольствие с болью. Не правда ли?       — А что будет, если я стану «своим»? — принц наклоняется к Тэхёну, его голос лишается былой игривости, становится серьёзнее. — Какой у отца план?       Демон не обязан вдаваться в подробности. Зачем этой юной головке надумывать лишнего. Он долго смотрит на Чимина, будто решая, что сказать, и, наконец, говорит:       — Отец хочет владеть этим миром. Полностью. А для этого ему нужно, чтобы ты стал не просто принцем Ада, а кем-то большим. Люди должны видеть в тебе не угрозу, а спасение.       — Спасение? — мальчишка смеётся, ставя чашку на стол. — Принц Ада в роли героя? Это что-то новенькое.       — Ты удивишься, насколько это похоже на правду, — отвечает Тэхён, кривя губы. — А теперь давай, принц, допивай свой кофе и продолжим экскурсию. Тебе нужно привыкнуть к этому миру, прежде чем начать его покорять.

~~~

      Чимин сидит на широкой кровати, укутанный в белый махровый халат, который кажется ему мягче облаков, хотя он никогда их не касался. Его волосы, ещё влажные после душа, прилипают ко лбу, а горячий пар, кажется, ещё витает в воздухе комнаты, напоминая о тёплых потоках лавы в Аду. На прикроватной тумбе стоит стакан сока, к которому он так и не притронулся. Всё в этом мире для него чуждо, но одновременно завораживающе ново.       Сегодняшний день слишком насыщен событиями, и мысли Чимина, словно бурные волны, расфокусируют своим разнообразием. Однако главный источник его тревоги — воспоминания о разговоре с наставником. Отец хочет, чтобы он стал своим среди людей. Но как это сделать? Жить здесь, среди смертных, исследовать их пороки, понимать их слабости и грехи — эти задачи пугают. Они кажутся сложными, почти невыполнимыми. Чимин привык к строгому порядку и ясным правилам Ада, но мир людей — это хаос, который ему предстоит разгадать.       «Ты должен стать своим для них». Дыхание сбивается, когда он вспоминает слова Тэхёна. Как это возможно? Он — принц Ада, демон по крови. Люди — слабые, хрупкие существа, живущие по законам, которые ему не понять. Они мечутся между добром и злом, скрывая свои истинные лица за масками. Как Чимин может притворяться, быть кем-то другим?       В груди нарастает тяжесть. А если он не справится? Если разочарует отца? Или ещё хуже — если сам станет уязвимым, проникнется к этим странным существам? Принц не может позволить себе этого.       Воспоминания о встрече с земным мальчишкой разливаются теплом по всему телу, оставляя внутри странное, непривычное чувство. Чонгук не покидает его мыслей после их неожиданного знакомства. Тогда Чимин впервые вдохнул земной воздух, услышал резкие крики подростков и прикоснулся к тому, кто, казалось, был кем-то… особенным.       — Кто ты, Чонгук? — взгляд падает на кончики собственных пальцев, что совсем недавно сжимали чужую ладонь. — Почему я не могу тебя забыть? — он трясёт головой, пытаясь стряхнуть наваждение.       Слишком много вопросов и переменных. Чимин сильнее кутается в халат, словно белая ткань способна защитить его от страха и сомнений. Уткнувшись лицом в мягкий ворот, принц делает глубокий вдох. Впереди его ждут новые дни, полные испытаний. Но сейчас он хочет лишь одного — позволить себе немного покоя, прежде чем этот загадочный мир поглотит его целиком.