Три запрета Таисии Полозовой

В сравнении с Наукоградом, который хоть и выглядел в новой реальности неухоженным, но продолжал оставаться крупным научным и промышленным центром, Азатов представлял картину полного запустения, если не сказать разрухи. Старинные купеческие особняки на набережной стремительно ветшали, торговые ряды девятнадцатого века обросли ларьками и стихийным рынком, церковь в неоготическом стиле и небольшая мечеть нуждались в ремонте. В краеведческом музее текла крыша. И это при том, что в городе находилось аффинажное предприятие, на складе которого хранились золотые слитки. Золото и в самом деле лилось рекой, только оседая в кошельках московских или рязанских братков, деливших город и завод «по понятиям». Фешенебельные коттеджи и настоящие дворцы по берегам Оки множились, точно грибы после дождя. В казино крутились такие головокружительные суммы, что позавидовал бы и Лас-Вегас. При этом Полозов предполагал, что братки и сотрудники предприятия, замешанные в хищениях, как раз получают только причитавшуюся им мзду. И выплачивают ее по большей части теми самыми заокеанскими зелеными фантиками, которые в продавшейся за них стране стали главным мерилом. А сам драгоценный металл исчезал в неизвестном направлении, словно его растворили в "царской водке". Хотя Полозов точно знал, что это не так. — Понимаете, почему я тоже считаю, что здесь замешан наш старый супостат? — объяснял Дмитрий Власьевич Велибору и родным. — Я почти не чувствую золота, которое выносят с завода. Если бы дело касалось лишь плутней лукавых смертных, я бы его без труда нашел. — Но Константин Щаславович в этих краях уже давно не появлялся, — задумчиво покачал головой Велибор, который чувствовал приближение своего бывшего господина, даже когда тот наведывался в Москву. — И у меня нет идей по поводу того, кто из его присных мог взять город в оборот. Хотя это точно не Елена. Пока они с Дмитрием Власьевичем решили опросить тех сотрудников завода, кто не хотел становиться соучастником преступников. Люди выглядели не просто запуганными, но явно сбитыми с толку. Многие подозревали что-то неладное, но толком ничего так и не видели. — Да вы понимаете, я возвращаюсь после обхода, а ребята мои сидят, уставившись в одну точку, словно лунатики, и ничего не помнят. Мимо них не то что пару слитков, все золото партии можно было вынести, — рассказывал начальник одной из смен охраны, не только имевший безупречный послужной список, но и много раз зарекомендовавший себя как кристально честный человек. О чем-то похожем вспоминали и сотрудники завода. — Да не помню я, как и когда ставил эти пробы, — вздыхал молодой специалист отдела качества Игорь Родионов. — Все как в тумане. Будто под гипнозом находился. Таисия невольно вспомнила популярные в последнее время телевизионные шоу «экстрасенсов» — ловких шарлатанов, вводивших в транс целые стадионы и якобы лечивших от всех болезней «заряженной» водой. Может быть, здесь действовал один из них? — Гипнотизер или даже кудесник стал бы самой простой и, пожалуй, желанной в сложившейся ситуации разгадкой, — вздохнул Полозов. — Только Навь тоже сильна на мороки, и среди ее созданий я знаю одну тварь, силе внушения которой не сумели противостоять даже бессмертные жители Небесных чертогов. — Уж не Скипера ли ты, отец, имеешь в виду? — подала голос Арина, которая в компании Ярика сидела в другом углу гостиной у телевизора за просмотром каких-то очередных космических войн с видеомагнитофона. — Его самого, детонька, — кивнул Полозов. — Это который сын коровы Зимун, обративший ко злу тысячи смертных, и пленивший хозяек весны и лета, Ладу и Лелю, и потом сумевший победить самого Перуна? — демонстрируя неплохое знание мифологии, уточнил Ярослав. В присутствии Полозова парень робел, а могучего Велибора откровенно побаивался. Арина даже жаловалась матери, что Ярик боится ее пальцем тронуть, хотя они целовались еще в школе. Впрочем, когда Велибор, каждый день выполнявший воинское правило, взял его на утреннюю пробежку, Ярослав вернулся со свежими синяками и ссадинами на коленках, но окрыленный. И на следующий день поднялся до будильника, чтобы не прозевать тренировку, которая, как он сам признался, оказалась полезнее всех секций и уроков физкультуры вместе взятых. А поездки на предприятие счел ценнее любой производственной практики. Другое дело, что к миру магии Аринин жених относился с таким же недоверием, как поначалу Таисия. И потому, когда Полозов в ответ на его реплику утвердительно кивнул, только удивленно поднял соболью, красиво очерченную бровь. Поскольку потерял дар речи, явно не понимая, каким образом чудовищный бык из древних преданий может быть связан с криминальными разборками на Азатовском заводе цветных металлов. Таисия переспрашивать не стала и даже не попыталась выяснить, на памяти ли ее мужа эти события допрежних времен происходили или он все-таки знает о них со слов отца и старших соплеменников. — Так его же вроде бы повергли и заточили под горой? — недоверчиво глянул Велибор. — Хозяина Нави тоже победили и разрубили иглу, — напомнил ему Полозов, хотя зять Домны, по ее словам, к тем событиям вообще имел непосредственное отношение. — Разве то, что творится на заводе и вокруг, не напоминает времена могущества Скипера еще до воцарения Бессмертного на Ледяных островах? — Люди всегда были слабы и падки на золото, — вздохнул Велибор, вспоминая годы своей службы Кощею. — Особенно когда рушатся устои, а слова клятв и присяги превращаются в пустой звук, поскольку те, кто требует верности, первыми предают и продают, — кивнул Дмитрий Власьевич. Таисия со вздохом глянула на Арину и Ярослава. Вот ведь не повезло бедным детям делать первые шаги взрослой жизни в стране, где профессора университетов, чтобы выжить, торговали чем ни попадя, а военные в ужасе пилили на лом подлодки и новейшие корабли. Даже Полозов, переживший много веков назад падение родного Змей-города, смотрел на происходящее с нескрываемой горечью, пытаясь отстоять то немногое, над чем пока еще имел власть. И перед новым врагом сдаваться не собирался. Пусть даже тот быковал не понарошку. Поскольку таиться не имело смысла, ибо его приезд на завод носил официальный характер, он решил спровоцировать противника, перекрыв источник его силы, а заодно навести порядок на предприятии. Первым делом он прижал нечистых на руку плавильщиков и контролеров, чтобы продукция завода соответствовала заявленному качеству. В это время Велибор вместе с заинтересованными в раскрытии дела правоохранителями прошерстил охрану, выведя на чистую воду тех, кто отключал камеры или сам проносил золото через проходную. Один майор, который под плащ-палаткой тащил целых тридцать килограммов драгоценного металла, впечатлил даже его. Жаль, что путь изобретательного расхитителя закончился не на фешенебельном курорте, как тот мечтал, а в тюремной камере. Первыми всполошились братки, решившие разобраться с приезжими по понятиям. Пятерых подосланных бандитов Полозов придушил в своих кольцах и в бессознательном состоянии доставил в отделение милиции, где их сразу задержали. Еще четверых Велибор повязал прямо голыми руками. Ярик, который при этом присутствовал и едва не схлопотал шальную пулю, с упоением рассказывал, как ящер, сбив его на землю и перекатившись с линии огня, в мгновение ока оказался у нападавших за спиной. У одного, воспользовавшись замешательством, выбил пистолет, а двоих других просто сгреб в охапку и бросил на четвертого. Не вышло ничего и с попыткой спалить дом Велибора. Наложенные на жилище чары ударили рикошетом по самим поджигателям, которые скончались от обширных ожогов по дороге до больницы. А попытка шантажировать Полозова и Велибора, захватив в заложники преданных им сотрудников, хоть и закончилась стрельбой, но снова в числе пострадавших оказались сами бандиты. А бедный Игорь Родионов, которого вытащили прямо из-за карточного стола, ограничился лишь двухдневным заключением в сейфе казино. — Совсем эти смертные берега потеряли, не понимают, с кем связались, — на все опасения супруги пожимал плечами Полозов, делая вид, будто ничего из ряда вон выходящего не происходит. Таисия хотя и не пыталась его остановить, однако за набирающей обороты войной с криминалом наблюдала со все возраставшим страхом. Она понимала, что даже устранением главаря одной из банд, которого убили конкуренты, и арестом второго авторитета дело, увы, не ограничится. Ибо быки в малиновых пиджаках и с золотыми цепями, которые думали, что в Азатове главные, всего лишь шестерили на побегушках у выползней из Нави. И те в свое время не замедлили себя явить.