Танец(старая версия)

      Острые изогнутые тёмные когти с трудом пробивали крепкую чешую. Порой приходилось драть красную шкуру снова, и снова, и снова, лишь бы пробиться внутрь, задними лапами прочёсывая спину, бока, и задевая основания крыльев. Дракон ревел, пытался сбросить "наездника", но каждый раз когти входили всё глубже, рвали всё больнее и застревали надолго. –СЛЕЗЬ С МЕНЯ.       Он не не слезал. Обхватив передними лапами крупную шипастую морду, синий вновь и вновь наносил по ней удары, отчаянно пытаясь не слететь. С каждым ударом на более тонкой коже и более мягкой чешуе появлялись длинные кровоточащие полосы,только сильнее распаляющие гранатовую бестию. А зубастая обожжённая пасть терзала самое сокровенное для своей жертвы — большой правый глаз, некогда прикрытый тяжёлыми веками. Теперь же на их месте остались ошмётки, а сам глаз вскоре был безжалостно вырван и сброшен вниз, на землю. –КРРРРРЫЫЫЫСААААА....       Карегар чувствовал, что его тело слабеет. Удержаться на на огромном разъярённом хищнике было непросто, а полученные ранее ранения лишь усугубляли ситуацию. К тому же Фаа'рад не переставал плеваться огнём, пытаясь окутать себя защитным пламенем, сжечь закрепившегося на спине молодого дракона. Каждый раз, когда и без того оплавленной чешуи касался нестерпимый жар, Глир хотел сдавленно заскулить от боли и сжаться в комок.       Но он ещё не закончил.       Оторвав голову от правой глазницы, дракон обратил внимание на левый, ещё целый глаз. Рогатая тень накрыла золотую радужку, отрезая её от внешнего мира, и в этой тени Глир видел себя.       Он видел, как расширяется вертикальный зрачок — не от возбуждения, а от страха. Столь же дикого страха, что когда-то испытывал и он. "Неужели ты боишься труса?"       Карегар вцепился в этот глаз, как в самое ненавистное в его жизни. "Неужели ты боишься крысы?"       Лопнувшее глазное яблоко было вырвано из глазницы и отправлено в свободный полёт. Красный дракон ослеп окончательно. "Тебе больше нечего сказать?"       Красная бестия обмякла, разом утратив все свои силы. Широкие перепончатые крылья надломились, безжизненно повисли. Карегар еле успел оторваться от тела и раскрыть свои крылья — только чтобы воспарить на потоках воздуха, пока Фаа'рад падал вниз. В озеро.       В большое солоноватое озеро у разрушенного храма...       А затем синие крылья безжизненно обвисли и Карегар рухнул вниз вслед за ним.

***

      Вода... Его родная стихия приняла друга спокойно и безропотно, не разрывая связи. Она окутала тело синего дракона, туша почерневшие ожоги и лаская усталые мышцы. Находящиеся по бокам пластинчатые створки раскрылись позволяя жабрам насытить тело кислородом. Жаль, ненадолго.       "Ледяной душ" после огненного шторма усыплял дракона. Глир застыл, не в силах пошевелиться. Боли не было. Тело не слушалось.       Было лишь спокойствие и умиротворение.       Яркие блики на поверхности воды притягивали взор. Что-то настолько светлое, настолько чистое... Хотелось вернуться в то недалекое прошлое, когда существовало что-то подобное этим ярким бликам. Улыбки друзей и родных, приятно щекочущая кожу зелёная травка, долгие ночные полёты и танцы среди коралловых рифов... "Это конец?"       С огромным трудом Карегар протянул одну из передних лапах наверх, к солнечным бликам. "Надеюсь, я искупил свою вину."       А затем сознание укрыла тьма.